Не хотели бы выпить?

С наступлением ночи. За великой стеной продолжалась снежная буря, но звезды по-прежнему мерцали, как и в начале, вися большими на глубокой черной завесе, как будто их можно было сорвать, протянув руку. Лагерь все еще был освещен. Солдаты на передовой должны были сменять друг друга каждые двенадцать часов. Ночь была временем, когда бдительность была наиболее необходима. С утра до вечера люди на сторожевом посту должны были быть в полной готовности. Разведчики, которые выходили на разведку, должны были быть осторожны и ответственны за бдительность в окружающей обстановке, всегда обращая внимание на движения врага. Ночь на снежном поле всегда наступала рано, и ночью не было слышно стрекотания насекомых, только вой холодного ветра. В тишине принц в белом держал Чжаньлу, сидя перед костром в центре лагеря. Его лицо было почти безразличным, таким же пустым, как его нынешний цвет волос. Спустя долгое время он протянул руку и разобрал рукоять Чжаньлу в своей руке, повторяя действие императора Юаня, выталкивающего Цянькунь из меча, как фокус. В маленькой четырехугольной черной коробке лежала бутылочка с золотым лекарством от ран в белом нефритовом флаконе. Цзун Ло помнил эту бутылочку. Старый императорский врач и медицинский мудрец сразу поладили. Когда они лечили его глаза, они часто собирались вместе, чтобы исследовать новые лекарства. Они получили удивительное вдохновение от рецепта таблеток, который получили от Цзун Чэнси, и попросили императора Юаня одобрить партию драгоценных лекарств для исследований. За несколько дней, пока он отдыхал, лекарство показало себя весьма эффективным и стало известно как божественное лекарство. К сожалению, сырье было слишком ценным, поэтому они могли только продолжать заменять лекарства в нем для исследований, надеясь найти лекарство, которое можно было бы продвигать в армии для массового производства. Конечного продукта было всего несколько бутылок, и все они были помещены в дворцовую казну. Одна из них в этот момент была у него в руке. Когда в прошлый раз ему дали Чжаньлу, он был явно пуст. Этого божественного лекарства было всего три или четыре бутылки, и не нужно было говорить, кто приказал положить его туда. Цзун Ло долго смотрел на эту бутылку золотого лекарства от ран, затем протянул руку, вынул ее из меча Цянькунь и положил в потайной карман своей одежды. Одежда древних была неудобна для переноски личных вещей, о чем Цзун Ло подумал еще давно. Однажды он попросил швею изменить всю его одежду и пришить потайной карман с внутренней стороны. Если кто-то действительно получил смертельную рану, то, безусловно, проще было вытащить лекарство прямо из одежды, чем с силой открывать рукоять меча. Сделав все это, он снова задвинул рукоять и продолжал держать Чжаньлу в оцепенении. Треск, треск Дрова склонились, чтобы гореть, в центре разгорелся яростный огонь, взметнулся в воздух, издавая треск. Рядом с источником огня из-за высокой температуры воздух также слегка исказился. Цзун Ло просто ошеломленно смотрел на цвет, который распространялся в центре пламени, как ошеломленная кукла. Он ни о чем не думал. Возможно, это было слишком ценно, чтобы потерять и вернуть. С той ночи, когда он восстановил зрение и получил меч, император Юань больше не пытался скрывать свои истинные намерения. Сначала он лично выпроводил его из города, затем напрямую послал посланника, чтобы тот передал ему золотую шелковую мягкую броню и Чжаньлу, а затем добавил божественное лекарство. Холодный и величественный тиран не говорил много и не высказывался, но когда он оглядывался назад или нуждался в этом, эта тяжелая отцовская любовь всегда была рядом. То, что произошло сегодня на границе, когда Цзун Ло вернулся ко двору несколько месяцев спустя, боюсь, что все в Императорском городе узнают, что император Юань подарил ему Чжаньлу. Как только меч добродетели, Чжаньлу, появился, это было почти как ярко выковать на голове Цзун Ло большие иероглифы «Будущий наследный принц, которого я благоволю». Это замечательно. Это было то, о чем Цзун Ло мечтал две жизни. Если бы это было в прошлом, Цзун Ло, возможно, не знал бы, насколько он счастлив, и, вероятно, сошел бы с ума от радости. Но сейчас, кроме безразличия, он почти не испытывал никаких эмоций. После сильной боли человеческий мозг включает своего рода защитный механизм, который подсознательно избегает собственной боли, гипнотизирует себя и обезболивает эту боль, не давая себе думать о ней. Гипноз, но боль все равно существовала. Белые волосы были доказательством Цзун Ло. - Как так вышло? Впервые в жизни он, известный своим интеллектом и рациональностью, не мог понять собственное здравомыслие. Он только чувствовал, что после ночи сюрприза от Юй Бэйчжоу он был в оцепенении каждый день в течение последнего месяца, почти не в состоянии отличить день от ночи. Даже после стольких дней спокойствия и пребывания вдали от Императорского города он все еще чувствовал себя очень ошеломленным. Принц в белом протянул руку и нежно погладил холодное тело Чжаньлу, его пальцы замерли. Тонкая и блестящая поверхность меча отражала его зрачки. Хотя лезвие меча было белым, как снег, оно также отражало свет костра. Действительно, на следующий день из перевала Ханьмэнь пришел сигнал о мирных переговорах. Посланник из страны Юй, который прибыл сквозь снежную бурю, был проверен кавалерией Сюань у ворот перевала, лишен всего оружия, и после подтверждения его подлинности ему было разрешено временно остаться в временном шатре за пределами лагеря. Через некоторое время Му Юаньлун пришел сквозь снежную бурю и поговорил с посланником из страны Юй. Что касается командующего генерала Цзун Ло, то если бы он вышел встречать посланника, это было бы слишком унизительно. Лучше всего было послать его встречать заместителя генерала. Посланник из страны Юй был очень ясен в своих намерениях. Сначала он произнес много официальных фраз, восхваляя могущество кавалерии Сюань, а затем изложил свою истинную цель. - Если Великая Юань выведет свои войска, император Юй готов обменять десять тысяч таэлей золота, тысячу рулонов ткани, а также хорошие сельскохозяйственные угодья и города. - Мне еще нужно доложить об этом командующему генералу, и мы сможем узнать ответ только после подробного обсуждения. Му Юаньлун кивнул, его выражение лица было нечитаемым, демонстрируя полное уважение к авторитету Цзун Ло. Заместитель генерала кавалерии Сюань, Му Юаньлун, был известен своей лояльностью. После сражения третьего принца в перевале Ханьгу он был повышен до звания генерала кавалерии Сюань. Неожиданно, когда главный генерал вернулся год спустя, он добровольно отказался от своей должности. Несмотря на то, что они предложили условия о золоте и городах, они остались невозмутимы. Посланник из страны Юй не растерялся, а был польщен. - Император Юй также сказал, что готов выдать замуж самую красивую девушку страны Юй за императора Юаня, чтобы установить хорошие отношения с Великой Юань, навсегда остаться друзьями и быть родственниками на протяжении многих поколений. Через некоторое время Му Юаньлун сообщил Цзун Ло о содержании мирных переговоров. Принц, стоявший перед картой с руками за спиной, усмехнулся: - Степень бесхарактерности императора Юй действительно превосходит мое воображение. Самая красивая девушка в стране Юй была также самой красивой девушкой в Великой Пустоши, и ее имя принадлежало пятой принцессе страны Юй. Пятая принцесса была рождена Шуфей. Говорили, что она унаследовала красоту своей матери и родилась с такой красотой, что рыбы тонули, дикие гуси падали, а луна скрывалась и цветы краснели от ее внешности. Еще до того, как она достигла совершеннолетия, ее красота распространилась по всем странам, и принцы, желавшие жениться на ней, выстраивались в очередь от севера до юга имперского города страны Юй, только чтобы увидеть принцессу. (Прим: Шуфэй — одно из званий высокопоставленных наложниц в древности)(Прим: рыбы тонут, а дикие гуси падают — потрясающе красивая)(Прим: луна скрывается, а цветы краснеют — красота женщины заставляет цветы стыдиться и затмевает луну) Шуфэй изначально была любимицей императора Юй из-за своей красоты, и пятая принцесса естественно унаследовала любовь своей матери. С детства она была избалована и воспитывалась в глубине дворца, поэтому была властной и высокомерной. Говорили, что когда император Юй в старости завел дочь, он был настолько осторожен, что боялся уронить ее, держа на ладони, и боялся растопить ее, держа во рту. Даже облачное платье для пятой принцессы должно было быть соткано тридцатью вышивальщицами, работающими день и ночь в течение тридцати дней, и оно было чрезвычайно роскошным.

(Прим: боялся уронить ее, когда держал на ладони, и боялся растопить ее, когда держал во рту — обычно используется для описания родителей, которые чрезмерно балуют своих детей)

Не говоря уже о характере пятой принцессы, любимой или нет. Такая нежная принцесса, в то время, когда родная страна боролась за выживание, император Юй все равно сказал, что выдаст ее замуж, чтобы заключить мир, и он выдал бы ее замуж, если бы так сказал. Цзун Ло покачал головой, разочарованный в своем сердце. Независимо от того, насколько тебя балуют, это всего лишь несколько кусочков сахара, когда ты свободен. Если что-то действительно произойдет, это будет похоже на обмен предметами. В последний раз, когда он слышал новости, император Юй был первым, кто предложил императору Юань партию красавиц. Действительно, в мозгу, опустошенном красотой и вином, кроме собственного трона, все остальное можно было бросить, не оставив ничего. Неудивительно, что в своей прошлой жизни, чтобы заключить мир с Великой Юань, император Юй был настолько глуп, что даже использовал указ, чтобы заставить старого генерала покончить с собой, чтобы показать свою лояльность вражеской стране, что было абсурдно и смешно. - Мирные переговоры невозможны. В прошлом мой отец... Цзун Ло сделал паузу. - Когда император Юань напал на страну А, император А привел своих наложниц и принцев, чтобы они преклонили колени перед дворцом, но он не смог остановить наступление железной кавалерии Великой Юань. - Подожди, пока завтра прибудет посол, и скажи ему. Великая Юань не принимает мирных переговоров, либо сражайтесь, либо умрите. Цзун Ло не знал, кто командовал этой битвой в его прошлой жизни. Но он знал, что перед всеми послами, ищущими мира, генералы Великой Юань будут иметь только один ответ. На следующий день кавалеристы на сторожевой башне заметили, что солдаты в вспомогательном лагере за далекой городской стеной начали двигаться, и поспешили доложить об этом. - Ваше Высочество, ситуация. Цзун Ло поднял бамбуковую трубку, сделанную по типу простого телескопа, и посмотрел вдаль. До того, как он переселился в книгу, он был изучал естественные науки. Он бездельничал в армии и изобрел много секретных технологических устройств, которые имели много странных эффектов при маршировании и сражениях. Конечно, поскольку в мире книги уже существовали ненаучные вещи, такие как внутренняя сила и навык легкости, научные вещи не имели такого же эффекта, как в реальном мире. Но их практическая польза все же была очень высока. Вскоре Цзун Ло заметил, что противник отступает и даже уносит наблюдательную башню. Вспомогательный лагерь был передовым лагерем за пределами военного лагеря, который использовался для наблюдения и обнаружения вражеских действий. Если вспомогательный лагерь также отступал, это было равносильно тому, что основной лагерь армии был открыт для врага. Даже с городской стеной в качестве укрытия это было очень опасно. Отступить на десять миль означало отступить без боя. Очевидно, что это не могло быть намерением железного лорда У Аня. Цзун Ло опустил подзорную трубу и вздохнул про себя. Вскоре посол из страны Юй снова прибежал. На этот раз, когда его проверяли всадники Сюань, он был знаком с процедурой и честно выгрузил все вещи, которые были у него при себе. Му Юаньлун нахмурился и открыл пакет на его теле мечом. - Что это за вещи? - В ответ генералу Му, это карты, привезенные нашим императором. Посланник развернул бумагу в руке. - Города, отмеченные на карте, если Великая Юань заинтересованп, можно выбирать по своему усмотрению. Он потер руки. - Возможно, вчера я не ясно выразился, но намерение императора абсолютно реально. Вскоре этот листок бумаги был представлен на стол генерала. Цзун Ло развернул ее и увидел, что это была карта территории страны Юй. За исключением нескольких важных городов вокруг имперской столицы страны Юй, на карте были отмечены почти все остальные города. Он улыбнулся с сарказмом. - Подожди, пока он придет завтра, и верни ему это. На третий день лицо посла было явно более взволнованным. Согласно правилам, принятым на поле боя, если должны были проводиться мирные переговоры, то в течение трех дней необходимо было достичь консенсуса. Если в течение трех дней не удавалось достичь согласия, это означало, что переговоры провалились, и обе стороны могли в любой момент начать войну. За последние два дня посол страны Юй уже выдвинул большинство условий, но Великая Юань по-прежнему не давала никаких признаков смягчения своей позиции. Если в последний день Великая Юань не изменит своего мнения, последствия будут непредсказуемыми. По оценкам, во всей стране Юй только император Юй и те королевские министры в Императорском городе, которые давно были развращены деньгами и красотой, были спокойны, думая, что Великая Юань обязательно согласится на мирные переговоры. На самом деле, самый вероломный министр страны Юй уже тайно переводил свои активы, планируя бежать в другое место под другим видом и продолжать пользоваться благами, которые он получил в стране Юй за эти годы. Посланник стиснул зубы. - Если, если Великая Юань согласится отступить, моя страна Юй готова добровольно стать вассальным государством, платя дань год за годом. Это была последняя уступка императора Юя. Как только эти слова прозвучали, даже Му Юаньлун не смог сдержать удивления. Неудивительно, что император Юй был так беззаботен, оказалось, что он уже приготовил худший план. Однако в следующую секунду принц, цвет кожи которого был таким же, как у снега, поднял занавес палатки, его тон был спокоен. - Возвращайтесь, вместо того, чтобы тратить здесь свой язык, лучше пусть лорд У Ань выйдет и подготовится к сражению, чтобы приветствовать бой. - В этой битве Великая Юань обязательно победит. Юаньлун, проводи гостя. Му Юаньлун наблюдал, как лицо посла из страны Юй внезапно побледнело, и он даже не мог ходить ровно. Они вместе вышли из временного лагеря. В следующую секунду Му Юаньлун увидел, что Его Высочество, который за последний месяц почти не изменился и был практически лишен эмоций, внезапно проявил колебание в выражении лица. Хотя оно было очень незначительным, но это был единственный случай за последние дни. Му Юаньлун поднял глаза. Он увидел, как в небе внезапно появился черный хвост, почти такого же цвета, как и мороз и снег, кружащий над лагерем кавалерии Сюань. Если бы это было ночью, его было бы трудно разглядеть. Но днем он был так же заметный, как песчинка, ясный и очевидный. Это был ястреб, уродливый ястреб. Однако этот ястреб был так же известен, как и его владелец. Просто потому, что это был ястреб короля Бэйнина из Великой Юань.