Слива цветёт зимой...

Через пару месяцев после торжества, император послал Цзинь Шеня вместе с посольством в провинцию. Империя Цзинь Миа была разделена на три княжества: столица – Цзинь Мэн, и ещё две крупные провинции. Спустя пару недель пути, посольство прибыло в столицу княжества Шангуюэ. Город распахнул свои врата перед ними, и всадники поехали по главной улице. По красоте этот город ничем не уступал даже столице империи. Роскошные дома, выкрашенные в голубой и красный, цвета киновари, оттенки и украшенные резьбой, стояли аккуратными рядами. С постоялых дворов и таверн доносилась музыка и весёлые разговоры. Уличные торговцы, стоя у своих лавок, продавали всевозможные товары. Богатые вельможи и чиновники неспешно прогуливались по городу или торопились по своим делам. Дети резвились около девушек и женщин, несущих корзины с овощами и тканями. Цзинь Шень смотрел широко распахнутыми глазами, хотя давно привык к столичной роскоши. Его заинтересовала причудливая резьба на зданиях – в некоторых местах она напоминала сюжеты разных фресок, но ни одна не была посвящена какому-либо божеству их империи. Вращая головой во все стороны, взгляд принца упал на серьёзного и ничем не заинтересованного Хуа Лина, который ехал рядом на своём коне. - А-Лин, тебе не нравится Шангуюэ? – усмехнулся он. Телохранитель посмотрел на Цзинь Шеня и слегка помотал головой. - Это ты, Ваше Высочество, ведёшь себя словно молодой заклинатель на своей первой ночной охоте. От такого сравнения Цзинь Шень лишь закатил глаза и больше не разговаривал с Хуа Лином. Послы подъехали к богатому двору и проехали под аркой. На внутреннем дворе их встречал князь Шангуюэйский – Чжу Лун, и его младший сын – Чжу Шан. - Приветствую достопочтенных послов императора, - доброжелательно принял их Чжу Лун и, вместе с сыном, склонился в лёгком поклоне, почтительно сложив ладони перед грудью. Послы спешились и так же совершили баоцюань. - Рады видеть князя Мингзи-цзюнь, - произнёс советник, находившийся во главе посольства. - Вы проделали большой путь. Должно быть, после долгой дороги, наши гости утомились. Проходите. Чжу Лун пригласил их в поместье отдохнуть. Но вот молодому принцу на месте не сиделось. Он вышел из своей комнаты и тут же наткнулся на Чжу Шана. Юноша был всего на год младше него. - О! Ваше Высочество! – слегка воскликнул он от неожиданности, слегка взмахнув своими длинными каштановыми волосами. - Молодой господин Чжу, - приветливо улыбнулся Цзинь Шень, но княжич тут же перебил его, слегка замахав руками. - Ни к чему такие почтительности. Если Вам удобно, то называйте меня просто по имени. Да, хоть они раньше и встречались, но всего пару раз, на каких-то важных приёмах в столице. Принц тихо посмеялся. Юноши разговорились и довольно быстро нашли общий язык. Было принято решение выйти на прогулку по городу. Через какое-то время, Цзинь Шень и Чжу Шан уже вышагивали по главной улице и общались. А позади них плёлся Хуа Лин. Бедняжке не дали отдохнуть! Принц был увлечён беседой с княжичем, но всё равно изредка поглядывал назад на своего телохранителя, чтобы не упускать того из поля зрения. А вдруг ещё потеряется? Они проходили мимо какой-то довольно оживлённой улицы, когда Чжу Шан указал туда рукой. - Ваше Высочество, там ярмарка проходит! Должно быть, лучшие оружейники и мастера тоже там есть, - сказал он и скорее пошёл в ту сторону. Цзинь Шень обернулся к телохранителю. - Эй, А-Лин, пойдём скорее. Подберёшь себе новый меч, а то твой уж слишком старый. Хуа Лин отрицательно помотал головой. - Я не могу заменить его, он мне слишком дорог, это меч моего учителя. Принц удивлённо приподнял брови. «Меч его учителя»? С чего это А-Лин вдруг заговорил о своих ценностях? То рот на замке держит, то вдруг выдаёт такие вот неожиданные фразы. - Твой учитель? Кто же он такой? Почему я никогда не слышал о нём? Телохранитель слегка поколебался, а потом непринуждённо ответил. - Мой учитель был даосом – совершенствующимся. Цзинь Шень был, мягко сказать, повергнут в шок. А-Лин? Его А-Лин когда-то был учеником монаха? - Ааа… так ты обучался культивации Ци… - протянул он, а потом тихо пробормотал, - а я думал ты раньше был каким-то выходцем из столичных крестьян, который вдруг поверил в себя и подался в армию… Тут послышался голос Чжу Шана. - Ваше Высочество, ну Вы идёте?! Принц слегка вздохнул и кинул взгляд на Хуа Лина. - Пойдём. Втроём они бродили между ларьков и толкающейся толпой. И яблоку негде упасть! В воздухе витал резкий запах специй и жара. Шум, смех, музыка – всё это смешалось в один пронзительный гул. Чжу Шана унесло массой множества людей куда-то прочь от принца. Цзинь Шень и Хуа Лин выбрались из этого каламбура в более спокойное место. Под легким навесом возле одного постоялого двора сидел старый даосский монах в окружении маленьких детей. Он рассказывал разные легенды и мифы под восторженные вздохи малышей. - Послушаем? – Цзинь Шень обернулся и улыбнулся Хуа Лину. Тот лишь вздохнул и приподнял бровь. - Ваше Высочество, ну зачем тебе это? - А тебе разве не интересно послушать местные истории? – ухмыльнулся он и без согласия телохранителя подошёл к навесу. Монах тем временем начал новую легенду. «Лет 200 назад, когда Ян отдавал Поднебесной свой свет в разы больше, чем сейчас, а дворцы небожителей были ближе к земле, при дворе императора служил один даос. Был он мудр и справедлив. Все прислушивались к его советам, и даже сам Сын Неба (император) внимал ему. Недалеко было его вознесение, когда обвинили даоса в убийстве наследника престола. Глаза императора были завешаны горем, и казнил он тогда того монаха. Но не смогла упокоиться душа. Озлобленный и не принявший свою смерть, он обернулся злым духом, обрёл новое тело и стал демоном мести. Много зла принёс он в мир. Кто-то из-за страха, кто-то из-за истинного уважения назвали его Хантянься-цзюнь, Ужас поднебесной. Во время его правления были казнены многие заклинатели, даосы и обычные люди; по священным землям текли реки крови и предательств; рушились храмы богов. Многие пали на колени пред ним, многие пытались противостоять ему, но в итоге погибали от его безжалостного меча, прозванного Лунным. Разные слухи ходят о том, как именно демон создал свой меч, но все говорят, что он появился ночью, под ярким светом луны Инь, отчего и получил своё название. 150 лет Хантянься-цзюнь держал всю поднебесную в страхе. Но на последний год его жестокого правления к нему пришла смелая заклинательница. Она потребовала, чтобы он взял её в жёны, в противном случае – найдутся заклинатели, которые одолеют его и свергнут в преисподние. Демон, очарованный красотой девушки, согласился. Постепенно, она смягчала его жестокий нрав. Но вот, пришло очередное предательство. Ослабив бдительность, Хантянься-цзюнь был убит своей же женой. Поговаривают, что после смерти той заклинательницы, дух демона вновь ожил и поднял из мёртвых свою жену. Они ушли в странствие, а Лунный меч был утерян. Но многие до сих пор желают найти его и заполучить безграничную власть.» Повествование монаха закончилось под удивлённые вздохи детей. Цзинь Шень повернулся к Хуа Лину. - А-Лин, я даже не знал о таком важном моменте нашей империи, а ты слушать не хотел, - усмехнулся он, желая немного поддеть друга. Хуа Лин же видимо никак на это не отреагировал. Он лишь скрестил руки на груди и хмыкнул. - Конечно не знал, потому что все те события происходили в основном в этой местности, пару столетий назад столица была именно здесь. А я знаю про эту легенду, потому что какое-то время рос в этой провинции. Неужели? Он ухмыльнулся. - И что же я ещё не знаю о тебе? На сегодняшний день ему уже хватит потрясений. В этот момент к ним наконец подошёл Чжу Шан. - Ваше Высочество, ну что Вы тут застряли? Пойдёмте скорее. Мне только что доложили, что моя сестра, Чжу Цин, вернулась из другого города. Она Вам понравится…