Узница судьбы.

— Я так и знал, что это вы, — сказал он, когда они приблизились. — В деревню поступили… тревожные сообщения. — Профессор, я… — начала Мелисса, но Снейп прервал ее жестом. — Не здесь, — коротко бросил он. — В мой кабинет. Немедленно. Всю дорогу до подземелий они шли в напряженном молчании. Когда дверь кабинета зелий закрылась за ними, Снейп повернулся, его глаза сверкали: — Объяснитесь. Что произошло в Хогсмиде? Мелисса и Теодор переглянулись, и она начала рассказывать — о предупреждении мадам Розмерты, о появлении Долохова, о его словах и угрозах, о проклятии, брошенном в Теодора, и о том, как вырвался ее обскур. Она не скрыла ничего, даже свое желание убить Пожирателя смерти и то, как она почти поддалась этому импульсу. — И тогда появились эти люди, — завершила она. — Они назвали себя Орденом Феникса. Снейп, слушавший с каменным лицом, при упоминании Ордена слегка напрягся: — Кто конкретно был там? — Ремус Люпин, — ответил Теодор. — Женщина по имени Тонкс. Мужчина со странным глазом, которого называли Грюм. И еще один, высокий чернокожий волшебник… — Кингсли Шеклболт, — закончил Снейп. — Что они сделали с Долоховым? — Забрали его, — сказала Мелисса. — Сказали, что доставят на какой-то “Гриммо”, и что Дамблдор захочет поговорить с ним. Снейп коротко кивнул, словно это подтверждало его предположения: — И что, по-вашему, должен делать директор, узнав, что один из его студентов едва не убил человека на глазах у всей деревни? — Это была самооборона, — твердо сказал Теодор, шагнув вперед. — Долохов использовал Непростительное проклятие. Он угрожал Мелиссе, преследовал ее… — И это оправдывает потерю контроля, мистер Нотт? — резко спросил Снейп. — После всех наших занятий, всех предупреждений? Он повернулся к Мелиссе: — Вы понимаете, что могли не только убить Долохова, но и нанести серьезный ущерб деревне? Что могли пострадать невинные люди? — Да, профессор, — тихо ответила Мелисса, опустив глаза. — Я это понимаю. — И все же, — неожиданно мягче продолжил Снейп, — вы смогли вернуть контроль. Возвратить обскура. Мелисса удивленно подняла взгляд. — Это… необычно, — признал Снейп. — Большинство обскуриалов не способны остановиться, когда высвобождается такой уровень силы. Особенно в состоянии крайнего эмоционального стресса. Он окинул пристальным взглядом Теодора: — И, полагаю, ваши вечерние “исследования” с мистером Ноттом сыграли в этом определенную роль? Теодор выпрямился, не отводя взгляда: — Мы изучали трансформативную магию, профессор. Техники, которые позволяют не просто подавлять силу обскура, но направлять ее, преобразовывать. — Опасный путь, — заметил Снейп. — Особенно для неопытного ума. — Но эффективный, — твердо ответил Теодор. — Без этих экспериментов Мелисса, возможно, не смогла бы вернуть контроль сегодня. Снейп долго смотрел на них, его лицо было непроницаемым: — Вам повезло, что директор сейчас отсутствует в школе. Это дает нам время… подготовиться к его возвращению. Он подошел к своему столу и взмахом палочки призвал бутылку и три небольших стакана: — Восстанавливающее зелье. Особой крепости. Полагаю, оно вам обоим не помешает. Мелисса с удивлением приняла стакан с темно-красной жидкостью. Она никогда не видела, чтобы Снейп проявлял такую… заботу. — Что будет дальше, профессор? — спросила она, выпив зелье и почувствовав, как по телу разливается живительное тепло. — Долохов не единственный Пожиратель смерти, ищущий вас, мисс Бэрбоун, — серьезно сказал Снейп. — Сегодняшний инцидент, несомненно, лишь усилит их интерес. Он перевел взгляд на Теодора: — А ваша роль в этом, мистер Нотт, ставит вас в крайне уязвимое положение. Особенно учитывая… связи вашей семьи. — Я знаю, — спокойно ответил Теодор. — И принимаю последствия. Снейп задумчиво посмотрел на него: — Возможно, вы больше похожи на вашу мать, чем на отца. Она тоже обладала… неудобной смелостью. Он вернулся к Мелиссе: — Что касается ваших занятий… Я не могу одобрить эти эксперименты с трансформативной магией. Они слишком опасны и непредсказуемы. Снейп сделал паузу: — Однако, я не могу отрицать результаты. То, что вы смогли вернуть контроль в таких обстоятельствах… впечатляет. Он вздохнул, и на мгновение его маска бесстрастности соскользнула, обнажив усталость: — Я доложу директору о случившемся, когда он вернется. А пока… вы оба останетесь в замке. Никаких выходов в Хогсмид, никаких прогулок по территории без сопровождения. — Да, профессор, — одновременно ответили оба. — И, мисс Бэрбоун, — добавил Снейп, — мы продолжим наши занятия. Но, возможно, с… некоторыми модификациями. Когда они уже направлялись к выходу, Снейп неожиданно сказал: — Мистер Нотт. Задержитесь на минуту. Теодор кивнул Мелиссе: — Иди. Я догоню тебя в гостиной. Мелисса неохотно вышла, оставив их наедине, и медленно пошла в сторону слизеринских подземелий. Она чувствовала странное оцепенение после всего произошедшего — схватка с Долоховым, высвобождение обскура, появление Ордена Феникса, неожиданная реакция Снейпа… Всего этого было слишком много для одного дня. Добравшись до гостиной, она опустилась в кресло у камина, рассеянно глядя на огонь. Кулон, подаренный Драко, все еще ощущался теплым на ее шее. Возможно, именно он предупредил ее об опасности. Возможно, Драко знал больше, чем она думала. Через двадцать минут дверь гостиной открылась, и появился Теодор. Он выглядел задумчивым, но не встревоженным. — О чем хотел поговорить Снейп? — спросила Мелисса, когда он сел рядом. Теодор некоторое время смотрел на огонь, затем тихо ответил: — Он знал мою мать. До того, как она… умерла. — Твою мать? — удивленно переспросила Мелисса, осознав, что Теодор никогда не говорил о ней раньше. — Да, — кивнул он. — Они учились вместе. И, по его словам, имели… схожие взгляды на определенные вещи. Теодор задумчиво провел рукой по волосам: — Он сказал, что она была искусна в трансформативной магии. Что она тоже искала способы превращать темные силы в нечто… созидательное. — Что с ней случилось? — осторожно спросила Мелисса. — Официально — магическая болезнь, — ровным голосом ответил Теодор. — Я был слишком мал, чтобы помнить детали. Мне было шесть. Он повернулся к ней, его глаза были непривычно уязвимыми: — Но Снейп намекнул, что это могло быть… не совсем естественной причиной. Что ее исследования могли привлечь нежелательное внимание. Мелисса сжала его руку: — Мне очень жаль, Теодор. Он благодарно кивнул: — Снейп сказал, что видит в моем интересе к трансформативной магии ее влияние. И что… он поможет нам. С осторожностью. — Поможет? — удивилась Мелисса. — Но он только что сказал… — Для публики он не может одобрить наши исследования, — объяснил Теодор. — Но в частном порядке… он предоставит некоторые материалы. И советы. Он слабо улыбнулся: — Думаю, в Снейпе больше слоев, чем кажется на первый взгляд. Мелисса откинулась на спинку кресла, чувствуя, как напряжение постепенно покидает ее тело: — Этот день был… слишком насыщенным. — И это еще мягко сказано, — согласился Теодор. — Но знаешь, что я понял сегодня? — Что? — Что ты сильнее, чем думаешь, — серьезно сказал он. — То, как ты смогла вернуть контроль… это было невероятно, Мелисса. Большинство взрослых волшебников не способны на такое даже с обычной магией, не говоря уже о силе обскура. Он замолчал, затем добавил тише: — И еще я понял, что не хочу когда-либо быть причиной, по которой ты теряешь контроль. Видеть, как ты превращаешься из-за проклятия, направленного на меня… — Это был не ты, — мягко возразила Мелисса. — А Долохов. Его слова о моем отце, его угрозы, его жестокость… — И все же, — настаивал Теодор, — я должен был быть сильнее. Должен был защитить тебя, а не наоборот. Мелисса покачала головой: — Мы защищаем друг друга, Теодор. Разве не в этом суть? Он посмотрел на нее с удивлением и теплотой: — Да… пожалуй, ты права. Они сидели у камина до поздней ночи, разговаривая о произошедшем, о загадочном Ордене Феникса, о трансформативной магии, о матери Теодора, о том, что ждет их дальше. И постепенно потрясение от событий в Хогсмиде сменялось новым чувством — осторожной надеждой. Впервые Мелисса почувствовала, что ее сила, возможно, не только проклятие. Что с правильным руководством, с поддержкой таких людей как Теодор, как Снейп, как таинственные члены Ордена Феникса, она может научиться не просто контролировать обскура, но и направлять его силу. Рождество в Хогвартсе обещало быть не таким, как она ожидала — не просто тихим празднованием в безопасном месте, а началом нового этапа ее понимания себя и своих возможностей. А серебряный кулон в форме змеи, подаренный Драко, продолжал мягко согревать ее кожу, словно напоминая, что даже те, кто сейчас далеко, тоже играют свою роль в этой запутанной истории.