Узница судьбы.

Май принес в Хогвартс не только цветущие сады и теплые дни, но и напряжение приближающихся экзаменов. Пятикурсники готовились к СОВам, семикурсники — к ТРИТОНам, а остальные студенты просто стремились успешно завершить учебный год. Для Мелиссы последние месяцы прошли в странной двойственности. С одной стороны — обычная учебная рутина, занятия, домашние задания, жизнь в слизеринской гостиной. С другой — тайные встречи Армии Дамблдора, к которой она и Драко присоединились, регулярные сеансы со Снейпом по контролю обскура и постоянное ощущение опасности, нависшей над ними. После того первого разговора с Гарри, Роном и Гермионой в Выручай-комнате многое изменилось. Мелисса и Драко начали посещать тренировки АД, хотя и с особыми мерами предосторожности — они приходили отдельно от основной группы, Драко всегда использовал дезиллюминационное заклинание, чтобы его не могли узнать другие участники. Гарри оказался удивительно талантливым учителем, терпеливо объясняя сложные защитные заклинания и отрабатывая их с каждым участником. К удивлению многих, включая, вероятно, самого себя, Драко проявил особые способности к Патронусу — хотя его серебристый туман пока не принял четкой формы, он был стабильным и сильным. Мелисса, в свою очередь, быстро освоила базовые защитные чары, но настоящим откровением стала ее способность интегрировать некоторые техники контроля обскура с традиционной защитной магией. После одной из тренировок Гермиона отвела ее в сторону. — То, что ты делаешь с Протего, — тихо сказала она, — это невероятно. Ты словно усиливаешь заклинание своей внутренней силой. Мелисса смущенно улыбнулась: — Я не уверена, что делаю это правильно. Просто пытаюсь использовать то, чему учил меня Теодор… до всего этого. Упоминание Теодора всегда вызывало у нее смешанные чувства. После той встречи в коридоре он стал еще более отстраненным, почти призрачным. Он все еще посещал занятия, но казалось, что физически он присутствовал, а духовно — нет. Его взгляд стал пустым, движения механическими. Снейп освободил его от их общих утренних занятий, и теперь Мелисса приходила одна, часто замечая в глазах профессора тревогу, которую он тщательно скрывал. Драко, напротив, стал ее постоянным компаньоном. Их сближение не осталось незамеченным в Слизерине — Панси Паркинсон не упускала случая бросить язвительное замечание, а Крэбб и Гойл стали еще более враждебными к Мелиссе. Но ничто из этого, казалось, не беспокоило Драко — он продолжал сидеть с ней на занятиях, сопровождать в Большой зал, проводить вечера в гостиной, обсуждая уроки или просто разговаривая. Однажды Дафна, наблюдая за ними из своего угла гостиной, подсела к Мелиссе, когда Драко ненадолго вышел. — Ты изменила его, знаешь, — тихо сказала она. — Никогда не видела Малфоя таким… человечным. Мелисса слабо улыбнулась: — Думаю, он всегда был таким. Просто не показывал. Дафна задумчиво посмотрела на нее: — А что с Ноттом? Вы были так близки, а теперь он словно избегает всех, особенно тебя. Мелисса почувствовала знакомую боль в сердце: — У него… проблемы. Личного характера. Я надеюсь, что однажды он сможет вернуться. — Ты любишь его? — прямо спросила Дафна. — Или Малфоя? Вопрос застал Мелиссу врасплох: — Я… не знаю. Все слишком сложно сейчас. Дафна понимающе кивнула: — Иногда сердце не может выбрать. Но будь осторожна, Мелисса. Любовный треугольник в Слизерине может быть опаснее, чем в любом другом факультете. С этими загадочными словами она удалилась, оставив Мелиссу в задумчивости. Связь с Орденом Феникса оказалась сложнее, чем они ожидали. Гарри сообщил, что все их коммуникации тщательно отслеживаются Амбридж — письма проверяются, камины мониторятся, а вокруг школы усилены защитные чары, предотвращающие несанкционированные перемещения. — Есть только один человек в Хогвартсе, кто может напрямую связаться с Орденом, — сказал Гарри во время одной из их встреч в Выручай-комнате. — Снейп. Драко вскинул бровь: — Снейп? Ты уверен? Гарри кивнул: — Дамблдор доверяет ему. И, хотя мне неприятно это признавать, он действительно работает на Орден. Мелисса задумалась: — Я могла бы поговорить с ним на нашем следующем занятии. Но что именно мы хотим от Ордена? — Защиту, — твердо сказал Драко. — Особенно на лето. Мы не можем рисковать, отправляя тебя куда-то, когда и Темный Лорд, и эти Салемцы охотятся за тобой. — Но у меня нету места, куда я могла бы пойти, — тихо заметила Мелисса. — После того, как мой отец… после того, что случилось, я нигде не была в безопасности до Хогвартса. Гермиона, сидевшая рядом, положила руку на плечо Мелиссы: — Мы что-нибудь придумаем. Может быть, ты сможешь остаться на Гриммо? Это штаб-квартира Ордена, там безопаснее всего. Гарри внезапно выпрямился, его глаза загорелись: — Или здесь! В Хогвартсе! Некоторым студентам разрешают оставаться на лето, если у них особые обстоятельства. Он повернулся к Мелиссе: — Поговори с Дамблдором. Он поймет. — Думаю проблемы в этом не будет, — подметила Мелисса. — Зимние каникулы я ведь провела в стенах школы. Утренние занятия со Снейпом стали для Мелиссы не только необходимостью, но и своеобразным якорем стабильности в этом бурном море неопределенности. Профессор, с его вечной сдержанностью и холодной логикой, был одной из немногих констант в ее жизни. В конце мая, после особенно успешного сеанса контроля обскура, Мелисса решила завести разговор о лете. — Профессор, — осторожно начала она, — я хотела спросить… что будет со мной во время каникул? Снейп, убиравший флаконы с зельями в шкаф, бросил на нее быстрый взгляд: — Директор уже обсуждал этот вопрос с вами? — Нет, — покачала головой Мелисса. — Но я беспокоюсь. Учитывая все обстоятельства… — Учитывая все обстоятельства, — медленно повторил Снейп, — было бы неразумно позволить вам покинуть защиту Хогвартса. Он повернулся к ней, его лицо было серьезным: — Директор предвидел эту проблему. Вам будет разрешено остаться в школе на лето, под моим надзором, поскольку я также остаюсь для… определенных исследований. Мелисса почувствовала прилив облегчения: — Спасибо, профессор. Снейп изучал ее с непроницаемым выражением: — Должен предупредить вас, мисс Бэрбоун, что это лето может оказаться не таким спокойным, как вы надеетесь. Он сделал паузу, словно взвешивая, сколько может сказать: — Ситуация… меняется. Темный Лорд становится все более активным, и его интерес к вам не угас. — А что насчет Теодора? — тихо спросила Мелисса. — Есть ли способ помочь ему? Лицо Снейпа на мгновение смягчилось, в его глазах мелькнула тень сострадания: — Мистер Нотт сделал свой выбор, хотя и не по собственной воле. Его положение… сложное. — Вы знаете, что у него Метка? — прямо спросила Мелисса. Снейп напрягся: — Откуда вы… — Я видела, — просто ответила она. — И я знаю, что Волдеморт использует его, чтобы следить за мной. Профессор долго смотрел на нее, затем тяжело вздохнул: — Да. Темный Лорд отметил его, частично как наказание его отцу за неудачу, частично как способ получить доступ к вам. Это… необычно для такого юного возраста. — Он страдает, — тихо сказала Мелисса. — Я вижу это каждый день. — Он сопротивляется, — неожиданно сказал Снейп. — Сильнее, чем кто-либо мог ожидать. Я пытаюсь помочь ему с окклюменцией, но Темный Лорд… исключительно силен в легилименции. Он покачал головой: — Есть вещи, которые вы не можете изменить, мисс Бэрбоун. Как бы вы ни хотели. В его словах звучал отголосок личного опыта, и Мелисса внезапно поняла, что Снейп, возможно, говорит не только о Теодоре, но и о себе. — Профессор, — осторожно начала она. — Есть еще кое-что, о чем я хотела спросить. Снейп поднял бровь, ожидая продолжения. — Вы слышали когда-нибудь о группе, называющей себя Новыми Салемцами? Реакция Снейпа была мгновенной и резкой — его глаза сузились, лицо напряглось: — Где вы услышали это название? — Теодор упомянул их, — осторожно ответила Мелисса. — Он сказал, что они охотятся за мной. Что они хотят использовать обскуриалов, чтобы разоблачить магический мир. Снейп быстро подошел к двери и проверил, надежно ли она заперта, затем наложил несколько заклинаний, о которых Мелисса могла только догадываться. — Вам не следовало произносить это название вслух, — тихо сказал он. — Даже здесь. Он вернулся к столу, его лицо было мрачнее, чем когда-либо: — Да, я знаю о них. Как и Дамблдор. Они действительно представляют угрозу, возможно, не меньшую, чем Темный Лорд. — Кто они? — спросила Мелисса. — Фанатики, — коротко ответил Снейп. — Потомки сквибов и некоторых волшебников, отвергнувших магию по религиозным или идеологическим причинам. Они считают, что магический мир должен быть уничтожен или, по крайней мере, полностью подчинен маггловскому. Он сделал паузу: — И они особенно заинтересованы в обскуриалах, поскольку видят в них идеальное оружие против волшебников. Неконтролируемая магическая сила, способная разрушить как физические структуры, так и магические барьеры. — Теодор сказал, что у них есть люди в Хогвартсе, — тихо добавила Мелисса. Снейп резко взглянул на нее: — Это серьезное утверждение. Он назвал имена? — Нет, он не успел. Волдеморт… прервал его. Профессор задумался, его длинные пальцы барабанили по столу: — Я доложу об этом директору. А пока, мисс Бэрбоун, будьте предельно осторожны. Не доверяйте никому, кроме самых близких. — Я доверяю Драко, — твердо сказала Мелисса. — И… Гарри Поттеру и его друзьям. Снейп вскинул бровь: — Поттер? Интересный выбор союзников. — Они помогают мне, — защищалась Мелисса. — Учат защитным заклинаниям, которые могут пригодиться. — Армия Дамблдора, — сухо заметил Снейп. — Да, я знаю об этой… внеклассной деятельности. Видя удивление на лице Мелиссы, он слабо усмехнулся: — В Хогвартсе мало что остается тайной надолго, мисс Бэрбоун. Особенно от тех, кто умеет слушать. Он собрал свои бумаги: — На сегодня достаточно. Возвращайтесь в свою гостиную и помните — бдительность. Когда Мелисса уже была у двери, он добавил тише, словно разговаривая с самим собой: — Приближается буря, мисс Бэрбоун. И я боюсь, что никто из нас не готов к тому, что она принесет. Последняя неделя мая принесла неожиданный поворот событий. Амбридж, с помощью своей Инспекционной дружины, обнаружила Выручай-комнату во время одного из занятий АД. Гарри и большинство участников успели скрыться, но нескольких поймали, включая самого Гарри, которого доставили прямо в кабинет директора. Мелисса узнала об этом от Драко, который, благодаря своему дезиллюминационному заклинанию, избежал обнаружения и смог подслушать часть разговора между Амбридж, министром магии Фаджем и Дамблдором. — Дамблдор взял всю вину на себя, — возбужденно рассказывал Драко, встретив Мелиссу в укромном уголке библиотеки. — Сказал, что это он организовал “Армию Дамблдора”, чтобы противостоять Министерству. — Что? — ахнула Мелисса. — Но это же не так! — Конечно, не так, — кивнул Драко. — Но когда авроры попытались арестовать его, он… исчез. Прямо из своего кабинета, несмотря на всю охрану. — Исчез? — переспросила Мелисса. — Куда? — Никто не знает, — пожал плечами Драко. — Но это означает, что теперь Амбридж станет директором. И это… плохая новость для всех нас. Он был прав. Уже на следующий день новые “Образовательные декреты” заполонили стены замка, вводя еще более строгие ограничения для учеников. Инспекционная дружина получила почти неограниченные полномочия, и атмосфера в школе стала откровенно угнетающей. К счастью, утренние занятия Мелиссы со Снейпом не попали под запрет — возможно, потому что Амбридж не решалась открыто конфликтовать с мрачным профессором зельеварения, а может быть, просто не считала их важными. Тем не менее, атмосфера в замке становилась все более гнетущей с каждым днем. В начале июня произошло еще одно потрясение — Гарри Поттер и несколько его друзей из Армии Дамблдора каким-то образом проникли в Министерство магии, где произошла схватка с Пожирателями смерти. Подробности были туманными, но по школе ходили слухи, что сам Волдеморт появился в Министерстве, и теперь, наконец, Фадж был вынужден признать его возвращение. Драко пришел в гостиную Слизерина поздно вечером, его лицо было бледным и напряженным: — Мой отец арестован, — тихо сказал он, сев рядом с Мелиссой. — Его схватили в Министерстве вместе с другими Пожирателями. Мелисса осторожно сжала его руку: — Мне жаль, Драко. Он покачал головой: — Не стоит. Он сделал свой выбор, теперь придется жить с последствиями. Его голос был твердым, но Мелисса видела боль в его глазах: — Что теперь будет? — Я не знаю, — честно ответил он. — Моя мать осталась одна в поместье. Я должен вернуться туда на лето, помочь ей. Но… Он опустил голос до шепота: — Я боюсь, что Темный Лорд может прийти к нам. Чтобы наказать семью за неудачу отца. Мелисса почувствовала, как холодок страха пробежал по спине: — Ты можешь отказаться возвращаться? Остаться здесь или… — Нет, — покачал головой Драко. — Я не могу оставить мать одну. Но я беспокоюсь о тебе. Что, если Темный Лорд узнает о нас? О том, что я помогал тебе? Корвус, словно почувствовав тревогу, тихо каркнул с насеста у камина. Мелисса бросила на него благодарный взгляд: — Со мной всё будет в порядке. Снейп сказал, что я могу остаться в Хогвартсе на лето. Драко нахмурился: — Под присмотром Амбридж? Это не звучит безопасно. — Что ты имеешь в виду? Драко оглянулся, убедившись, что их никто не подслушивает: — Я видел, как она разговаривала с Филчем. Они упоминали “особую студентку” и что-то насчет “летнего проекта”. Я почти уверен, что речь шла о тебе. Мелисса почувствовала, как внутри поднимается тревога: — Ты думаешь, она что-то знает? — Не знаю, — признал Драко. — Но я не доверяю ей. Особенно теперь, когда Дамблдор отсутствует. Он сжал ее руку: — Поговори со Снейпом. Убедись, что он знает о твоих опасениях.