Не просто прислуживать монстрам.

Никакое вино не уничтожит дисциплину воина. Так-что Папайрус проснулся в привычное время не смотря на вчерашнее. О, сколько вчера он выпил? Скелет схватился за голову, и только сейчас ощутил какой-то предмет не шее. Он с удивлением обнаружил на себе ошейник. Что? Откуда у него эта вещь? Он снял ее и также увидел, что Фриск спала рядом, отвернувшись. Папайрус поднялся с кровати. Надо бы вспомнить вчерашний вечер… Постепенно, пока он умывался воспоминания возрождались. Вот он пришел к королю, они стали выпивать и много. Было весело и хорошо, они пили и пили, а потом как в тумане. Хотя… что – то смутное припоминалось. О, черт! Он ползал на коленях перед своей служанкой! Так еще и ошейник напялил! Эти мутные воспоминания вводили его в краску. Кажется, алкоголь заставил его потаенным мечтам проявиться. Папайрус действительно хотел служить ей, быть ее стражем. Скелет вернулся в комнату и посмотрел на спящую Фриск, когда проснется, будет не ловко. Фриск не торопилась вставать. Сон после вина был тяжелым. А еще хотелось выпить воды. Девушка вздохнула, никогда она еще не была столь пьяной. Но она вновь оказалась в постели господина! Теперь пришел ее черед вспоминать, что было. И, о ужас! Что они вчера вытворяли! Папайрус был для нее как питомец, носил ей косточку, а она его гладила, но даже не это постыдное. Ведь она полезла ему в штаны! Сама! И прекрасно помнила, как хотела этого, просто жаждала, но сон взял вверх. И хорошо, что остановилась. Интересно помнит ли Папайрус? И вообще, что он помнит? Фриск поднялась с кровати встревоженная. И встретила Папайруса. Она тут же упала перед ним на колени и лбом прижалась к его стопам. - Господин! Я хочу, чтобы простили мое неподобающее поведение! Я слуга, и не имела права себя так вести, хоть и была пьяна! – Она поднялась на коленях и взялась за его бедра. Фриск с мольбой смотрела на него. – Клянусь, я не отдавала отчета тому, что я делала! И я никогда еще не пьянела… И Фриск тут кое-что осознала, ее ротик был недалеко от той самой промежности. Папайрус смещённо смотрел на нее и еле сдерживался, чтобы его магия не проявилась. Девушка осознала свое неловкое положение и отползла в сторону. - Впрочем… если господин считает нужным, я приму наказание. - Кхм… я думаю, все в порядке. Я и сам вчера был пьян. Просто… примем то, что было. И оставим все это между нами, хорошо? - Да, слушаюсь. - И при том, ты опять проспала. Можешь привести себя в порядок и принести мне завтрак. - Слушаюсь. Фриск побежала за завтраком. Папайрус, как всегда, поделился с ней порцией. Все равно висело еще неловкое молчание. Папайрус и сам смущенно вспоминал, как она полезла его ублажать, да только не дождался и заснул. Это заставляло его думать, что Фриск его любит. Если бы это было так… Он посмотрел на нее, девушка с аппетитом доела вафлю в меду. И увидел, как маняще остались остатки меда на ее губах. - Господин, вафля была такой вкусной, неужели вы не хотели ее попробовать? Все-таки, мне неудобно, что съедаю весь ваш завтрак. Он положил голову ей на затылок и припал клыками к ее губам. Он облизывал ее языком и чувствовал этот сладкий вкус меда. Поцелуй углублялся и делался все вкуснее и слаще. - Вот мой завтрак. – Сказал он, когда прервал поцелуй. Фриск посмотрела на него смущенно, и почему он не убирает руку с ее затылка? Может, он сейчас настоит на продолжении? Но Фриск была свободна и вернулась к своим обязанностям. Когда с работой было покончено, она вернулась в свою комнатушку для прислуг, тут было не много места. Она, как всегда, достала косточку и стала разглядывать ее. «Господин, наверное вам будет смешнее чем анекдоты под пьяными разговорами, но когда нибудь я наберусь решимости, чтобы признаться вам в любви. Примете ли вы бедную служанку? Человека?» Девушка поцеловала косточку и легла спать. И все-таки хорошо, что появился он. Тот, кто может за нее заступиться и защитить даже от принца. Фриск нравилось мысленно возвращаться в его объятия, ощущать его руки на талии, то как вместе танцевали, и эти чувственные касания до ее секретных мест. Она была бы не прочь пережить еще такие минуты страсти, но так стеснялась. Сон как всегда пришел незаметно. Чувство, что ей не хватает кислорода пробудило ее. И ей уже не то, что не хватало кислорода, она не могла вздохнуть! Ее душили! Фриск стала трепыхаться и дергаться, она вцепилась в плотную ткань, которую обвили вокруг шеи. Нет! Неужели это конец?! Девушка боролась, но явно не получилось освободиться, а ее лицо уже все было красным. Нет, бессмысленно трепыхаться нельзя. Было сложно, но она собралась с мыслями, дотянулась до косточки, что была не по далеку, нащупала мех мерзавца и воткнула туда кость. Кость легко вошла в тушу. Монстр взревел. А девушка была свободна. Фриск стала тяжело переводить дыхание, схватилась за горло и кашляя, смотрела на монстра, что пытался ее убить. Тот корчился, схватившись за кость, которая торчала из его шеи и тут же рухнул, распавшись в прах. Фриск с шоком смотрела на все это и быстро подняла косточку. Глава не зря подарил ей этот подарок… Девушка не могла здесь больше задерживаться. Она быстро вышла вон, не хватало, чтобы за ней снова пришли! Не помня себя от страха, Фриск бежала к покоям главы, забежала внутрь. Ее всю трясло от страха. Азриэль! Он все еще пытается от нее избавиться! И видимо в этот раз начал действовать конкретно. Но что ей теперь делать? Ее дни сочтены? Если она будет ночевать у себя, то точно заново пришлют убийцу. Она зашла в комнату, Папайрус спал. Фриск смотрела на него и слезы наворачивались. А ведь, если не его кость, он бы проснулся, а потом бы узнал, что она мертва. Фриск легла на пол. Надо было взять с собой хотя бы одеяло. И попыталась заснуть. Здесь, рядом с главой стражи она чувствовала себя в безопасности. Папайрус проснулся еще ни о чем не подозревая, но стоило ему сесть на кровати, как тут же увидел спящую Фриск! Что она тут делает? Скелет с ухмылкой мягко потряс ее ногой. - Эй, просыпайся. Фриск проснулась и увидела, что господин уже будет ее ногой. - Господин! Слезы тут же начали проситься наружу, она крепко вцепилась в его ноги. - Господин! Я прошу вашей защиты! - Что случилось? – Напрягся Папайрус. - Сегодня ночью меня хотели убить! – И не могла сдержать плача. – Монстр пришел душить меня какой-то тряпкой. Однако, мне пришлось его убить вашей костью. – Она вся дрожала. – Пожалуйста, без вас, мне не выжить. Папайрус взял ее за руки и усадил на колени. С ума сойти он ее чуть ли не потерял сегодня! Сегодняшнее утро могло быть самым ужасным! - Фриск, я защищу тебя, обещаю. - Спасибо, господин. Я счастлива. - С этого дня ты будешь ночевать у меня. И не ешь еду кроме той, что приносишь мне, поняла? - Да. - А теперь, отдыхай, тут тебя никто не тронет. Я хочу, чтобы ты успокоилась. Поэтому, если чувствуешь, что не можешь, то не убирайся. В его объятиях ей и вправду становилось легче. А это покушение было как ночной кошмар. Но как она благодарна! Глава не отверг ее и вправду был готов защитить. Страх постепенно унимался, как и дрожь, Папайрус не торопился к своим повседневным делам, ему было больно и жалко оставлять бедную запуганную девушку одной. Фриск была осторожной и продумывала каждый шаг. Она иногда прикасалась к своей шейке. Стоит ли говорить Чаре? Наверное, нет, она ее только сильно встревожит. Девушка все равно неторопливо занималась своими обязанностями. Папайрус периодически интересовался ее самочувствием. День близился к концу. Фриск уже отошла от покушения, будто это случилось давно. - Господин, а где я буду спать? - Ньехех, что значит где? В моей постели конечно! - Н-но вы уверены? - А что такого? Тебе на ней не удобно? При том, ты уже сколько раз там спала! - Но все эти разы были просто случайность, недоразумения! - А с этого дня, ты теперь будешь спать со мной. Он схватил ее своими руками. Фриск ахнула и немного сжалась. - И знаешь, я очень рад, что это случилось. Мне, наверное, стоило и раньше так сделать. Думаешь, я откажусь делить кровать с такой прекрасной девушкой? – Папайрус обнял ее за талию и плотно прижал к себе. – И больше мы не будем расставаться. Я очень хочу этого, Фриск. Я уже давно мечтал, чтобы сжимать тебя в своих объятиях пока ты спишь. Он развернул ее и наконец-таки расстегнул этот замок. Фриск была в ужасе. Она понимала, что происходит то, что должно было случиться за столь долгое время, но очень волновалась. Девушка обняла себя руками, не давая платью упасть и держала его. Но Папайрус взял ее руки и развел в сторону. - Нет, Фриск, тебе нечего стесняться, ты очень прекрасна. Папайрус был полон предвкушения и наслаждения. Он оголил ее прекрасные плечи и не мог не запечатлеть на них поцелуй. Касание клыков будоражили ее. Платье рухнуло вниз, Фриск теперь стояла в одном нижнем белье. И снова неосознанно обняла себя руками. Папайрус развернул ее обратно лицом и стал любоваться ее прелестями открыто, пока девушка дрожала перед ним от страха. Он властно провел пальцем по обнаженным участкам ее тела. Фриск была просто богиня без одежды, такая стройная, гладкая, но когда избавится окончательно от всего то узреет еще больше. - Фриск, если ты будешь жить у меня, то я не могу больше сдерживаться. И неужели тебе не хочется поблагодарить меня за помощь? Знаешь, обычно в этом месте о жизни слуг не пекутся. Папайрус снова развел ее руки, увидев то, что она так прятала. - Простите… - Фриск снова хотелось «спрятаться», но сдерживала себя. Папайрус уложил ее на кровать и стал осыпать ее тело поцелуями. Фриск вздыхала от наслаждения, его клыки приятно опускались на ее тело. Папайруса сводила с ума ее шелковая кожа, какой она была мягкой. И кажется, целовал каждый миллиметр ее тела. О, наконец то он дожил до этого! Теперь она никуда от него не денется. Поцелуи становились более интенсивными и горячими, раскаленный красный язык скользил по ней, заставляя кровь вскипать от сильного желания. Ловко он обнажил ее грудь. Фриск была готова сгореть от стыда и была напряжена. Папайрус снял с себя перчатки, и когтистая рука нежно опустилась на ее грудь. Непередаваемые ощущения охватили его. Руку наполняло нечто столь теплое, нежное и упругое, ощущать подобное было потрясающе. И стал интенсивней сжимать ее грудь, чувствовать меж флангов пальцев ее розовый сосочек. Горячее дыхание опускалось на ее чувствительную грудь, это не могла ее не возбуждать. Фриск вся трепетала то, как он нежно целовал ее грудь, как сводил с ума его скользкий язык, который приятно проходил по ее округлостям. Ее руки сами потянулись и мягко обхватили его череп. Ее сердце быстро билось от наслаждения, о ее милый Папайрус, она не хотела, чтобы это прекращалось. Он перешел к ее нижней части и стянул с нее последнее, что мешало созерцать ее в полной красе. Девушка уже была влажной. Папайрус обдал дыханием снизу, заставив Фриск вздрогнуть от возбуждения и провел языком по ее женственности. Фриск до этого момента не задумывалась, как скелет ее будет брать, но теперь увидела. Папайрус достал свое неоновое красное оружие, которое было очень внушительных размеров. И почувствовала, как он постепенно начал атаковывать ее снизу. То, какой она была внутри просто сводило его с ума, горячая, влажная, его неон туго входил в нее. Фриск крепче вцепилась в него и не могла сдержать своих стонов от наслаждения. Им было очень хорошо вместе, кости Папайруса совсем разгорячились и были раскалённей железа. Нежная девушка наслаждалась ласками зловещего скелета и была вся в его власти. Папайрус видел ее кровь на своем неоне и только учащал фикции и входил уже во всю длину, он низко рычал от удовольствия, крепко сжимал ее за упругое тело, напряжение нарастало все сильнее и его пик становился все ближе. Фриск содрогнулась от экстаза, ее пальчики крепко держались за руки главы. Горячая магия приятно наполнила ее. Папайрус оставался в ней, чувствуя, как приятно женское тело лежит под ним. Так и хотелось остаться в ней и никогда не покидать, потому что то, что он пережил просто взрывало черепную коробку. Это было просто потрясающе, невероятно, слаще меда. Фриск тяжело дышала и крепче обнимала главу, прижимая к себе. Пульс отдавал в кончики ног. Она чувствовала себя приятно уставшей, внизу все потягивало и болело после активного соития. Она могла почувствовать, как они стали едины. - Господин… - Прошептала она. – Я не ожидала от вас такой пылкой любви. - Ты тоже была чертовски хороша. - Я очень рада, что угодила вам. Он поцеловал ее. - Конечно угодила, разве могло быть иначе? Все-таки он покинул ее. Надо обязательно будет повторить, и если каждый вечер его будет наполнен столь приятными минутами, то он будет безразмерно счастлив. Он смотрел в ее голубые глаза, которые уже стали ему родными и ласково гладили ее личико. А Фриск все никак не могла собраться, чтобы немного подмыться. Сил не было, а ноги так и продолжали вибрировать. Какое то особое наслаждение доставляла ей мысль, что Папайрус взял ее. Да и не хотелось расставаться со своим любимым стражем. Его любовь ее сразила окончательно.