Наруто: Переиграть Судьбу: Хроники Нара

Утро в доме клана Нара после напряженной игры в сёги было оглушительно тихим. Ёшино ставила на стол миски с рисом и мисо-супом с обычной деловитой энергией, но молчание между ее мужем и сыном было плотным, как предрассветный туман. Они не смотрели друг на друга, но Шикамару чувствовал взгляд отца, даже когда тот читал утренние сводки. Это был не враждебный взгляд. Он был хуже. Он был анализирующим. «Иногда, пытаясь избежать хлопот, ты создаешь их еще больше». Эти слова висели в воздухе, невидимые и тяжелые. Шикамару ковырял палочками рис, потеряв аппетит. Его отец не просто подозревал. Он выстроил теорию. Он видел разрозненные факты — необычный ответ в Академии, странная победа над Кибой, безупречный тактический план на экзамене, постоянная слежка агента Корня — и сложил их в картину. Картина была неполной, искаженной, но ее контуры были ясны: его сын вовлечен в нечто опасное и скрытное. И он действовал не как ребенок. — Ешь, Шикамару, — голос матери вырвал его из размышлений. — У тебя сегодня миссия. Тебе нужны силы, чтобы лениться как следует. Он выдавил из себя слабую улыбку и заставил себя есть. Каждый кусок вставал комом в горле. Он был в ловушке, и стены сжимались не только снаружи, но и внутри его собственного дома. Миссии D-ранга продолжались, но их атмосфера изменилась. Асума-сенсей больше не пытался вытянуть из Шикамару гениальные планы. Вместо этого он молча наблюдал, давая ему свободу действий. Во время покраски огромного забора поместья одного из старейшин деревни, Шикамару, вместо того чтобы просто вздыхать о проблематичности задания, подошел к рабочим. — Проблематично... Эта лестница шатается. Чоджи, подержишь? А я пока... — он сложил печать, и его тень вытянулась, обвив основание лестницы, удерживая ее намертво. — Буду контролировать, чтобы она не упала. Так меньше шансов, что придется все перекрашивать. Рабочий на лестнице с благодарностью кивнул. Ино, собиравшаяся съязвить, замолчала, увидев в этом простую, ленивую логику. Но Асума, стоявший в стороне, видел больше. Он видел не лень, а оценку рисков. Он видел не простое использование техники, а ее прагматичное применение для повышения эффективности и безопасности. Это был образ мыслей опытного командира отряда, а не свежеиспеченного генина. Позже, во время короткого перерыва, Ино подошла к нему, пока Чоджи уплетал припасенные чипсы. — Шикамару, — начала она, скрестив руки на груди. — Сенсей сказал, что следующий наш полигон для тренировок будет с густым подлеском и ручьем. Какая стратегия лучше всего подойдет для засады в таких условиях? Шикамару едва не поперхнулся воздухом. Она не спросила «Что мы будем делать?». Она спросила его мнение, как эксперта. Его роль в команде изменилась с «ленивого друга» на «мозговой центр». — Засады — это хлопотно, — вздохнул он, чтобы сохранить образ. — Слишком много переменных. Лучше использовать ручей для отвлечения внимания. Звук воды заглушает шаги. Ставишь ловушки у берега, а атакуешь с противоположной стороны. Он бросил это как нечто само собой разумеющееся, но увидел, как Ино внимательно слушает и кивает, запоминая. Его слова теперь имели вес. Это было и полезно, и невероятно опасно. Вечером того же дня он снова попытался тренироваться в лесу клана Нара. Ему нужно было добиться стабильности в разделении тени. Он закрыл глаза, сосредоточился, толкая чакру... и замер. Оно было там. Присутствие. Ближе, чем обычно. Невидимый наблюдатель не просто следил за ним по пути домой. Он проник на территорию клана. Это была неслыханная дерзость. Или приказ от того, кому было плевать на клановые границы. Приказ от Данзо. Холодный гнев смешался со страхом. Они загоняли его. Не давали ему тренироваться, не давали стать сильнее. Они хотели, чтобы он оставался в той коробке, в которую они его поместили: «потенциально полезный, но ленивый и слабый». Он медленно встал и громко зевнул. — Как же хлопотно... Пойду-ка я лучше спать. Он не дал им ничего. Ни одной крупицы новой информации. Но уходя, он чувствовал, как безликий взгляд буравит его спину. Игра становилась все более открытой. На следующий день Асума собрал их у моста. В его руках был свиток. — Итак, команда, — сказал он с усмешкой. — Хокаге-сама решил, что мы достаточно натаскались на кошках и заборах. У нас первая настоящая миссия. Ранг С. Сердце Шикамару пропустило удар. А затем забилось так сильно, что застучало в ушах. Ранг С. Сейчас. Это оно. — Мы будем сопровождать клиента в Страну Волн, — продолжил Асума, разворачивая свиток. Страна Волн. В его памяти мгновенно вспыхнули образы: густой туман, огромный меч Забузы, ледяные зеркала Хаку. Кровь на жилете Какаши. Безжизненное тело на мосту. Яростный крик Наруто, впервые окутанного красной чакрой Кьюби. Его руки слегка задрожали. ПТСР было не просто словом из медицинского свитка. Это была реальность, живущая под кожей. — Сопровождение? Как скучно, — протянула Ино, хотя в ее глазах плясали искорки предвкушения. — А в Стране Волн есть какие-нибудь особые блюда? — спросил Чоджи. Асума посмотрел на Шикамару, ожидая его коронную фразу. — Проблематично, — выдавил он. Голос прозвучал почти нормально. Почти. — Далеко идти. Он должен был это остановить. Он мог бы симулировать болезнь. Мог бы саботировать миссию еще до ее начала. Спасти их всех от того, что их ждет. Но он не мог. Это было первое настоящее испытание для Команды 7. Момент, когда Наруто и Саске впервые сражались спина к спине против настоящего врага. Момент, когда Наруто понял, что значит защищать кого-то. Момент, когда Какаши впервые показал свой Шаринган в серьезном бою. Изменить это — значит пустить всю временную линию под откос, создав последствия, которые он не сможет предсказать. Он не мог отменить миссию. Но он мог к ней подготовиться. Вернувшись домой, чтобы собрать вещи, он застал отца на веранде. Тот не играл в сёги. Он просто смотрел на оленей. — Миссия ранга С в Страну Волн, — сказал Шикаку, не оборачиваясь. Это не было вопросом. Видимо, Асума уже заходил. — Да. Обычное сопровождение. — В Стране Волн часто бывают туманы, Шикамару, — медленно произнес Шикаку, наконец поворачивая голову и глядя сыну прямо в глаза. Его взгляд был тяжелым, как камень. — В тумане легко потеряться. Но так же легко и спрятаться. Убедись, что ты знаешь, что делаешь. Шикамару застыл на месте. Это не было просто отеческим наставлением. Это было послание стратега стратегу. «Я знаю, что ты играешь в свою игру. Я знаю, что эта миссия — не то, чем кажется. Не ошибись». Он был не один. Но это осознание не столько приносило облегчение, сколько увеличивало груз ответственности. Теперь он отвечал не только за свои знания, но и за доверие своего отца. — Будет проблематично, — тихо ответил Шикамару и пошел собирать свой рюкзак. В него он положил не только стандартный набор шиноби. Он положил туда дополнительные дымовые шашки, несколько мотков лески и все свитки с взрывными печатями, которые смог найти. Первые капли дождя уже падали. И Шикамару собирался встретить надвигающийся шторм во всеоружии.