Мальчик, который обманул судьбу

      — По просьбе мистера Филча, нашего школьного смотрителя, напоминаю, что не следует творить чудеса на переменах. А теперь насчёт тренировок по квиддичу — они начнутся через неделю. Все, кто хотел бы играть за сборные своих факультетов, должны обратиться к мадам Трюк. И наконец, я должен сообщить вам, что в этом учебном году правая часть коридора на третьем этаже закрыта для всех, кто не хочет умереть мучительной смертью.       «Предупреждение или приглашение? — думал Локи. — Дамблдор, очевидно, не делает пустых заявлений. Если он публично объявляет, что место опасно, значит, либо действительно опасно и он хочет защитить студентов, либо это приманка для любопытных. Или и то, и другое. Нужно будет изучить этот коридор. Осторожно».       — А теперь, прежде чем пойти спать, давайте споём школьный гимн! — прокричал Дамблдор.       У всех учителей застыли на лицах непонятные улыбки.       Дамблдор встряхнул своей палочкой, словно прогонял севшую на её конец муху.       Из палочки вырвалась длинная золотая лента, которая начала подниматься над столами, а потом рассыпалась на повисшие в воздухе слова.       — Каждый поёт на свой любимый мотив, — сообщил Дамблдор. — Итак, начали!       И весь зал заголосил:

Хогвартс, Хогвартс, наш любимый Хогвартс,

Научи нас хоть чему-нибудь.

Молодых и старых, лысых и косматых,

Возраст ведь не важен, а важна лишь суть.

В наших головах сейчас гуляет ветер,

В них пусто и уныло, и кучи дохлых мух,

Но для знаний место в них всегда найдётся,

Так что научи нас хоть чему-нибудь.

Если что забудем, ты уж нам напомни,

А если не знаем, ты нам объясни.

Сделай всё, что сможешь, наш любимый Хогвартс,

А мы уж постараемся тебя не подвести.

      Каждый пел, как хотел, — кто тихо, кто громко, кто весело, кто грустно, кто медленно, кто быстро. И, естественно, все закончили петь в разное время. Все уже замолчали, а близнецы Уизли всё ещё продолжали петь школьный гимн — медленно и торжественно, словно похоронный марш. Дамблдор начал дирижировать, взмахивая своей палочкой, а когда они наконец допели, именно он хлопал громче всех.       Локи не пел. Лишь просто наблюдал за этим абсурдным зрелищем.       «Этот старик либо гений, либо безумец, — решил бог обмана. — Возможно, и то, и другое».       — О, музыка! — воскликнул он, вытирая глаза: похоже, Дамблдор прослезился от умиления. — Её волшебство затмевает то, чем мы занимаемся здесь. А теперь спать. Рысью — марш!       Студенты начали вставать из-за столов.       Локи увидел, как девушка лет шестнадцати со значком старосты на груди жестом подзывала к себе первокурсников Слизерина.       — Первокурсники, за мной. Я — староста Джемма Фарли.       Они последовали за девушкой из зала, вниз по мраморной лестнице, глубже в подземелья замка. Воздух становился холоднее, влажнее. Факелы на стенах горели зелёным пламенем.       Они прошли по длинному коридору, спустились ещё ниже. Локи чувствовал вес замка над собой, давление камня и воды — они были под озером, это было очевидно.       Джемма остановилась перед гладкой каменной стеной.       — Это вход в гостиную Слизерина. Текущий пароль — «Чистая кровь». Запомните. Пароль в гостиную меняется каждые две недели. Внимательно следите за доской объявлений. Не приводите в нашу гостиную студентов с других факультетов и не разглашайте пароль. Уже более семи веков сюда не входили посторонние.       Она произнесла пароль, и стена растворилась, открывая проход.       Гостиная Слизерина была... впечатляющей.       Длинная, низкая комната с грубо отёсанными стенами и потолком. Резные каминные полки украшены черепами и изящными канделябрами. Зелёные лампы свисали на цепях с потолка. Окна — да, окна под озером — показывали тёмную воду, в которой иногда проплывали силуэты водных существ.       Мебель была дорогой — кожаные диваны, резные кресла, столы из чёрного дерева.       Ковры были толстыми, мягкими, заглушающими звуки шагов.       Атмосфера была холодной.       Величественной. Немного зловещей.       «Идеально», — подумал про себя Локи.       — Поздравляю! Ещё раз, может, кто забыл: я — староста Джемма Фарли, и я рада приветствовать вас в ДОМЕ СЛИЗЕРИН. На нашем гербе изображена змея — мудрейшее из созданий. Наши цвета — изумрудно-зелёный и серебряный, а наша гостиная с потайным входом находится в подземельях. Вы видите, что её окна выходят на дно Чёрного озера. Мы часто наблюдаем, как мимо проплывает гигантский кальмар, а иногда и более интересные существа. Приятно думать, что это место окутано тайной затонувшего корабля. Есть несколько вещей, которые вам стоит узнать о Слизерине, — и несколько, о которых стоит забыть. Давайте развеем некоторые мифы. Возможно, до вас дошли слухи о Слизерине — якобы все мы увлечены Тёмными искусствами и будем разговаривать только с теми, у кого прадед был известным волшебником, и тому подобную чушь. Не стоит верить всему, что говорят на других факультетах. Отрицать не буду, среди нас было немало тёмных волшебников, но они были и на других факультетах, им просто не нравится это признавать. Да, мы традиционно отдаём предпочтение студентам из благородных и древних чистокровных семей. Однако в наши дни на факультете Слизерин обучается немало ребят, у которых хотя бы один из родителей — магл. Вот малоизвестный факт, о котором другие факультеты не любят упоминать: Мерлин был слизеринцем. Да, Мерлин, самый знаменитый волшебник в истории! Всё, что он знал, он выучил на нашем факультете. Вы хотите пойти по стопам Мерлина? Или вам по душе сесть за бывшую парту той пуффендуйки, Эглантины Паффет, изобретательницы самонамыливающейся губки для посуды? Не думаю. Но хватит о том, кем мы не являемся. Давайте поговорим о том, какие мы на самом деле, и о том, что наш факультет лучший — действительно лучший в этой школе. Мы стремимся к победам, потому что для нас важны честь и традиции Слизерина. Нас уважают студенты других факультетов. Да, в этом уважении может присутствовать доля страха, вызванного нашей тёмной репутацией. Но знаете что? Довольно приятно иметь репутацию тех, кто «ходит по краю». Вскользь намекните на то, что вам известна парочка древних проклятий, и посмотрите, рискнёт ли кто-нибудь похитить ваш пенал. Но мы не плохие люди. Мы подобны нашему символу — змее: изящные, могущественные и часто неверно понятые. К примеру, мы, слизеринцы, заботимся о своих, чего нельзя сказать о Когтевране. Помимо того, что это самая большая кучка зубрил, которых вы когда-либо встретите, когтевранцы славятся готовностью идти по головам своих однокурсников ради высоких оценок. В отличие от них, мы — братья. Коридоры Хогвартса могут преподнести немало сюрпризов, и во время ваших перемещений по школе вы будете рады, что змеи на вашей стороне. Как только вы становитесь змеёй, вы становитесь одним из нас, элитой. Знаете, что искал Салазар Слизерин в своих учениках? Зерно величия. Этот факультет выбрал вас, потому что у вас есть потенциал стать великими в истинном смысле этого слова. Да, может быть, в гостиной вы встретите людей, которые, как вам может показаться, не предназначены для чего-то особенного. Что ж, держите это при себе. Если Распределяющая Шляпа отправила их сюда, значит, в них есть что-то потрясающее, и вы не должны забывать об этом. Говоря о людях, которым не суждено стать великими, я ещё не упомянула гриффиндорцев. Многие говорят, что Слизерин и Гриффиндор — это две стороны одной медали. Лично я считаю, что гриффиндорцы подражают слизеринцам. Хотя некоторые утверждают, что Салазар Слизерин и Годрик Гриффиндор ценили одни и те же качества в своих учениках, так что, возможно, мы действительно похожи больше, чем нам хотелось бы признать. Но это не значит, что мы подружимся с гриффиндорцами. Они не меньше нас наслаждаются победами. Ещё несколько вещей, которые вам стоит знать: призрак нашего факультета — Кровавый Барон. Если вам удастся наладить с ним отношения, возможно, он согласится напугать кого-нибудь по вашей просьбе. Только не спрашивайте его, как он испачкался кровью — ему это не нравится. Пароль в гостиную, как я уже говорила, меняется каждые две недели. Что ж, думаю, на этом пока всё. Уверена, вам понравятся наши спальни. Мы спим на старинных кроватях с зелёными шёлковыми занавесками и покрывалами, расшитыми серебряной нитью. Стены украшены средневековыми гобеленами с изображением приключений знаменитых слизеринцев, а с потолков свисают серебряные фонари. Вы будете хорошо спать, слушая, как за окном мирно шумит вода Чёрного озера. Вопросы?       «У каждого призрака есть своя слабость, — холодно подумал Локи. — Тот, кто пролил чужую или свою кровь, всегда несёт бремя, которое можно использовать».       Никто не ответил.       — Тогда доброй ночи. И добро пожаловать в Слизерин.       Первокурсники разошлись по спальням.       Локи нашёл дверь с табличкой «Первый курс — мальчики», выгравированной на серебряной пластине, и вошёл.       Спальня была круглой, как башня, хотя находилась глубоко под землёй. Шесть кроватей с массивными столбиками и балдахинами из тяжёлого зелёного бархата были расставлены вдоль стен. Между кроватями стояли высокие резные шкафы из тёмного дерева для личных вещей. Серебряные лампы на прикроватных тумбочках давали мягкий, приглушённый свет. Пол был покрыт толстым зелёным ковром, который поглощал звуки шагов.       Но самой поразительной деталью было окно.       Огромное круглое окно занимало большую часть дальней стены. За ним — озеро.       Тёмная вода, в которой танцевали отражения серебряных ламп изнутри комнаты. Время от времени что-то мелькало в нём — тень большой рыбы, силуэт водного растения, раскачивающегося в течении. Иногда — нечто большее, более зловещее, слишком быстрое, чтобы разглядеть детали.       «Под озером, — подумал Локи. — Мы буквально под поверхностью озера. Если окно разобьётся...».       Но оно не разобьётся. Магия держала воду снаружи.       Веками. Возможно, тысячелетиями.       Кровати уже были заняты или зарезервированы — личные вещи были разложены, чемоданы открыты.       Драко Малфой занял кровать у двери — это была стратегическая позиция, позволяющая контролировать вход. Его чемодан был дорогим, кожаным, с золотыми застёжками. Он уже переоделся в шёлковую пижаму изумрудно-зелёного цвета и разговаривал со своими постоянными спутниками — Крэббом и Гойлом, двумя здоровенными мальчиками, которые кивали на каждое его слово, хотя было сомнительно, что они понимали хотя бы половину сказанного.       Блейз Забини сидел на кровати напротив Драко, читал толстую книгу в кожаном переплёте. Он уже переоделся в простую, но качественную пижаму тёмно-синего цвета. Не поднял взгляда, когда Локи вошёл, но по его лёгкому напряжению плеч было ясно, что он заметил появление нового соседа.       Теодор Нотт — высокий, худой мальчик с тёмными волосами, умными серыми глазами и бледным лицом — сидел на своей кровати у окна, также молча. Он что-то писал в блокноте, время от времени останавливаясь, чтобы посмотреть на озеро. В отличие от других, он бросил на Локи долгий, оценивающий взгляд, затем кивнул — не дружелюбно, но признавая его присутствие.       Локи ответил таким же коротким, почти незаметным кивком.       «Этот опаснее Малфоя, — мгновенно понял бог обмана. — С такими нужно быть особенно осторожным».       Шестая кровать — на самом большом удалении от двери, в небольшом арочном углублении в стене — была свободна.       Локи подошёл к ней. Его чемодан стоял у изножья, аккуратно закрытый. Кто-то — домашние эльфы Хогвартса, вероятно — принёс его сюда, разместил именно на этой кровати.       «Самая дальняя от двери, — отметил он. — Самая изолированная. Либо случайность, либо намерение. Держать "героя" подальше от основной группы».       Он открыл чемодан, достал пижаму — простую, серую, купленную в Косом переулке.       Начал переодеваться, игнорируя взгляды других мальчиков.       — Значит, — наконец произнёс Драко, и в голосе его была смесь любопытства и вызова, — ты Гарри Поттер, попавший в Слизерин. Никто, к сожалению, этого не ожидал.       — Очевидно, — ответил Локи, не оборачиваясь, продолжая переодеваться.       — Большинство думало, что ты окажешься в Гриффиндоре. — Драко сделал паузу. — Распределяющая Шляпа долго решала. О чём вы говорили?       Локи натянул пижамную рубашку, затем повернулся к Драко. Встретил его взгляд чрезвычайно спокойно.       — Не важно. Я не собираюсь обсуждать свои разговоры со Шляпой с другими студентами.       — Я не просто другой студент, — возразил Драко с лёгкой обидой. — Мы находимся в одном факультете. В одной спальне. Мы будем жить вместе следующие семь лет.       — Что не делает мои разговоры со Шляпой твоим делом.       Воцарилась напряжённая тишина.        Крэбб и Гойл нахмурились — настолько, насколько позволяли их ограниченные мимические способности.       Даже Блейз поднял взгляд от книги, наблюдая за этим обменом.       Драко смотрел на Локи несколько секунд, затем усмехнулся — не дружелюбно, но с некоторым уважением.       — Ты скрытный. Мне это нравится. В Слизерине это полезное качество. — Он откинулся на подушки.