За вуалью ложных истин

Лес становился гуще с каждым шагом. Ветви сплетались над головой, превращая ночь в кромешную тьму. Хулицин вёл Бай Юэ уверенно, словно видел в темноте не хуже, чем днём. Его уши постоянно двигались, улавливая малейший шорох. — Здесь, — прошептал он, останавливаясь у небольшой поляны. — Это место подойдёт. Бай Юэ огляделась. Поляна была окружена старыми соснами, их корни торчали из земли, как костлявые пальцы. Посередине лежал огромный валун, покрытый мхом. Воздух здесь был густым, пропитанным запахом старой хвои и прелой листвы. Где-то вдалеке ухнула сова. — Что ты собираешься делать? Вместо ответа Лис достал из-за широкого пояса несколько свёртков, завернутых в холщовую ткань. Положил все их на валун. Бай Юэ приблизилась, чтоб лучше видеть содержимое. Ей было очень любопытно - ведь то что она сейчас увидит - волшебные невероятные артифакты, принадлежавшие заклинателям. Юноша развернул первый — тонкая серебряная проволока блеснула в лунном свете. Второй — маленькие бумажные талисманы, испещрённые красными иероглифами. Третий — металлическая печать размером с ладонь, покрытая сложными узорами. Пожалуй только она вызвала интерес у девушки. — Ловушка, — пояснил он, начиная натягивать проволоку между деревьями. Пальцы двигались быстро, ловко. — Демоны идут по нашему следу. Я чувствую их. Демоны в пол ли позади. Девушка с ужасом оглянулась, но ничего не увидела. Только деревья. Только кусты. Вокруг царило спокойствие. Звуки птиц и шелест листьев. Тем временем юноша привязал проволоку на высоте чи от земли, почти невидимую на этой сотканной из теней и полумрака лесной полянке. Затем разместил талисманы по периметру, скручивая бумагу в трубочку и втыкая их в землю у корней деревьев. — А эта печать, — он поднял металлический диск, любовно провёл пальцем по узорам, — древняя вещь. Из хранилища клана. Мастер разрешил взять одну на всякий случай. "Разрешил он как же! Но сейчас пригодится" — Она сожжёт демона? — Если попадёт. — Его взгляд стал жёстким. — Но у меня только одна попытка. Печать одноразовая. Раскроется, как сеть, и спалит всё демоническое, что в неё попадёт. Одного демона точно осилит, а остальных отбросит. Далеко. Он закончил с ловушкой и обернулся к Бай Юэ. — Ты спрячешься за тем валуном. Ни звука, ни движения. Поняла? Вот, - он протянул ей кинжал, что достал из-за пазухи. Вытащил из ножен. — Держи его, и если всё пойдёт не по плану, борись за свою жизнь до последнего, поняла? Девушка кивнула, горло перехватило от страха. Она дрожащей рукой взяла вынутый из ножен кинжал, остриё которого поблёскивало в тоненьких лучах света, что едва проникали сквозь кроны деревьев . Пробралась к камню и присела, прижавшись спиной к холодной поверхности. Мох был влажным, противным на ощупь и пах пряной сыростью. Хулицин встал возле валуна, печать зажал в правой руке. Левая покоилась на рукояти короткого меча на поясе. Он закрыл глаза, сосредоточился на звуках и запахах. Талисманы засветились, а проволока начала потрескивать. От неё и от талисманов к юноше потянулись золотые потоки, тонкие и переливающиеся. Девушка следила за ними, высовываясь из-за камня с любопытством. Затем протянула руку и пальчиком коснулась одного из этих потоков. Золотой свет мигом впитался в кожу — тёплый, живой, словно солнечный луч в зимний день. Волна прокатилась по телу, достигла сердца, и на миг всё вокруг показалось ярче, чётче. Счастье. Тепло. Жизнь. — Не трогай, — услышала она напряжённый шёпот. — Мешаешь. — Мешаю чему? — Собирать ци. Чтоб ловушка сработала, нужна энергия, своей мне не хватит. Ци — энергия жизни, она есть везде. И в деревьях, и в траве. Талисманы собирают её для меня, а проволока ограничивает радиус. — Зачем ограничивать? — Чтоб не причинить вреда, уменьшить ущерб. — Ущерб? — Ци — сама жизнь. Я забираю её. — Ой, — прошептала девушка. «Он забирает жизнь растений. А мою жизнь он может забрать? Что я вообще о нём знаю? Я даже имени его не знаю!» — ужаснулась Бай Лин Юэ, но поток её мыслей был прерван треском в кустах. Из чащи вдалеке появились двое. Тигр и Птица. Двигались осторожно, принюхиваясь. От них тянуло чем-то тяжёлым, удушающим — словно воздух перед грозой, когда небо наливается свинцом. Красные глаза горели, как угли. Они были далеко, но глаза, горящие в тёмном от теней даже днём лесу, были видны. До замершей пары донеслись слова: — Чую её, — прохрипел Тигр. — Близко. Очень близко. Волчара проиграл. Даже жаль, что я не поставил больше на спор. — След свежий, её запах смешан с запахом какого-то зверя, — согласился Птица, голова его дёрнулась в сторону поляны. — Там. Мы найдём её сами. Если хочешь, можем сразу отправить её хозяину. — Увидим, — прорычал Тигр. Девушка в ужасе, прикусила ладонь одной руки, чтоб не заорать. Другая рука отчаянно сжимала рукоять кинжала. Тем временем демоны приблизились к поляне и увидели фигуру лиса, что, облокотившись о камень, был издалека неразличим как отдельное существо, скорее как часть того же камня, затянутая более тёмным мхом. Демоны шагнули на поляну, окружённую деревьями, одновременно. Проволока лопнула с тихим звоном. Талисманы вспыхнули красным светом, и из них взметнулось пламя — тонкие огненные нити, опутавшие пространство невидимой сетью. — Ловушка! — взревел Тигр, отпрыгивая назад. Но Лис уже двигался. Рука метнулась вперёд, печать вылетела из его пальцев, вращаясь в воздухе. Металл засветился ослепительно белым светом. Ловушка раскрылась. Не как диск — как живая паутина. Нити света растянулись в мгновение ока, захватывая всё на своём пути. Птица попытался взлететь, но было поздно. Светящаяся сеть обвила его, впилась в плоть. Демон взвыл. Звук был нечеловеческий, раздирающий, полный агонии. Его тело загорелось, чёрная дымка поползла из-под маски. Плоть начала выгорать — не красным пламенем, а белым огнём, пожирающим саму сущность. Запах вони горящего мяса, душераздирающие крики ужаса и боли. Тело его корчилось, билось в конвульсиях. Маска треснула, и из трещины хлынул чёрный туман, рассеиваясь в воздухе. Ещё мгновение — и от демона осталась лишь горка пепла да обгоревшие кости. Тигр в момент энергетического удара ловушки отлетел и впечатался в дерево с такой силой, что оно повалилось. Медленно, но ему удалось встать. — Сиди и молчи! — донёсся до девушки лисий шёпот. — Не ожидал, что он такой сильный. Если что, беги. Так быстро, как никогда в жизни. — Ты... — голос демона стал ниже, опаснее. — Ты убил одного из нас, щенок. Лис усмехнулся, обнажив клыки, и выхватил меч. — Хотел бы убить обоих. Но печать была одна. — Тогда ты умрёшь, кто бы ты ни был. Тигр бросился вперёд. Двигался невероятно быстро для своих размеров — размытое пятно в темноте, появляющееся то с одной стороны, то с другой. Когти нацелились прямо в горло Лиса. Хулицин отшатнулся, лезвие меча прочертило дугу, но демон увернулся. Удар когтей прошёлся по рёбрам юноши, разорвав одежду и кожу. Обжигающая боль полоснула по боку. Кровь — горячая, липкая — брызнула на траву. — Слабый, — прорычал Тигр. — Запечатанный щенок без силы. Он ударил снова. Лис парировал мечом, но от силы удара его отбросило назад. Спина ударилась о дерево, выбив дыхание. Он упал вперёд и развернулся. Юноша лежал теперь на спине без сил, чтоб подняться. Бай Юэ сжалась за камнем, вцепившись пальцами в рукоять клинка. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, вырвется из груди. Она чуть высунулась, чтоб знать, что происходит, и видела, как Лис падает, как демон надвигается на него, поднимая когти для последнего удара. «Он умрёт. Он умрёт, и тогда я...» Что-то внутри неё щёлкнуло. Мир перед глазами потемнел по краям, как будто его накрыла чёрная пелена. Звуки стали приглушёнными, далёкими. И что-то другое — горячее, яростное — взметнулось в груди, заполняя каждую клетку тела. Кровь застучала в висках, руки перестали дрожать. Страх исчез. Осталось только одно — он не должен умереть. Бай Юэ даже не заметила, как встала. Не заметила, как шагнула вперёд. Её тело двигалось само. Она сорвалась с места — не бежала, а будто полетела. Ноги едва касались земли. Ветер свистел в ушах. Демон обернулся в последний момент, красные глаза расширились от удивления. Девушка ударила кинжалом ему в грудь. Монстр закричал. Его маска треснула, раскололась пополам. Из трещины хлынул чёрный туман, смешиваясь с серебристым пламенем, которым пылал кинжал. Бай Юэ осела на колени. Пламя погасло разом, словно его задули. Девушка качнулась и упала лицом в траву, безвольная, словно кукла с обрезанными нитями. Демон — изувеченный, дымящийся, но всё ещё живой — рухнул на четвереньки, хрипя. — Проклятая... девчонка... — он пытался встать, но ноги не держали. — Что это... было... Хулицин, прижимавший ладонь к кровоточащей ране на боку, рывком поднялся. Он схватил меч и, не мешкая, отрубил голову зверю. Фонтан чёрной крови и дыма взметнулся над телом. Схватил Бай Юэ за руку и потянул на себя. Девушка была без сознания, голова её безвольно болталась. — Проклятье, — выдохнул Лис и стал бить её по щекам. Девушка приоткрыла глаза, увидела тело с торчащим в нём кинжалом, потом посмотрела на свои руки растерянно и произнесла: — Опять? — она подняла свои большие глаза на лиса. Она была беспомощной и очень красивой в этот момент. Губы шевелились с трудом. — Это не я, — простонала она почти шёпотом. — Правда, не я. Оно само всегда получается. «Шок от пережитого?» — подумал лис, вглядевшись в испуганное лицо. «Сосуды на глазах полопались, как от давления. Странно. Если выживем, разберёмся». Девушка сморгнула, слезинки скатились из глаз. — Я не хотела никого убивать, — прошептала она, и её глаза закрылись, а тело обмякло. «Ну начинается! Только не это! У нас ещё один гость на хвосте! Не время раскисать! Ну же!» Он снова попытался её вывести из состояния обморока, но у него не получалось. Ругая себя на чём свет стоит, юноша быстро собрал леску, что не выгорела полностью, выдернул нож из тела, что тут же распалось на куски чёрного дыма и кости. Осмотрел труп. Демон оказался не настоящий. Созданный. Кости были белые с печатями на каждой. «Кто-то явно очень сильный потрудился. Создал марионеток, вдохнув демоническую сущность в убитых и освежёванных духовных зверей, превратив их в помесь животного и демона, мыслящего, говорящего, исполняющего волю хозяина, использующего ради энергии жизни и связи костей скелета даже не просто ци инь, а чёрную тьму, смешанную с ней. Они не наёмники. Их кто-то использовал. Но у кого есть возможность заполучить духовного тигра десятой ступени, орла и волка? Обычные заклинатели не смогут подчинить таких зверей, сами демоны не обладают знаниями, чтоб создать такое — это ведь искусство сложное. Практикующие тёмную магию проклятые заклинатели могли бы, но у них нет магических животных такого уровня. Загадка. Неужели из наших? Представитель неправильных? Только у наших и то не у всех есть доступ к таким животным. Но кто посмел бы предать и орден, и клятву верности миру живых? Ведь это мог быть только один из главенствующих. Рядовой адепт не смог бы убить такого зверя. Надо рассказать Мастеру, когда вернёмся!» Юноша взял одну небольшую кость с яркой печатью на ней и спрятал в одну из тряпиц. «Можно попробовать отыскать хозяина по печати. Его энергия может отозваться, и кость засветится в его присутствии». Юноша встал, огляделся. Трава вокруг стала пепельно-серой, и деревья, что были по периметру лески, выглядели сухими и безжизненными. — Я прошу прощения, — произнёс он и поклонился. — Я нанёс урон. Я постараюсь возместить часть причинённого зла. Лес, будто услышав его слова, зашумел. Юноша сел и сосредоточился, от него пошли светящиеся потоки, что устремились к деревьям. Через несколько минут некоторые из них стали выглядеть немного лучше. Молодой человек поднялся, шатаясь. Взвалил на себя бессознательное тело девушки и, чуть не упав с тяжёлой ношей, направился вперёд, не обращая внимания на боль в боку и не задумываясь о каплях крови, что падают на траву. Спустя несколько палочек благовоний юноша стал чувствовать неимоверную усталость. Лес стал размытым пятном вокруг. Ветви хлестали по лицу, корни цеплялись за ноги, но он не останавливался. Он уже слышал, как позади, пока ещё далеко, движется демон. Слышал рык ярости, тяжёлые шаги. Чувствовал ненависть и иньскую затуманенную тьмой ци. «Быстрее. Быстрее!» Впереди земля стала мягкой, вязкой. Воздух стал терпким, тяжёлым, пропитанным запахом гнили и стоячей воды. Топь! От топи шёл холодный туман, стелющийся по земле. Болото. Лис почувствовал, как ноги проваливаются в жижу, но не сбавил шагу. Прыгнул на торчащий из топи пень, затем на кочку, затем на следующую. Кочки проседали под весом двух тел и были неустойчивы. Хулицин прыгнул на очередную — и нога провалилась. Он рухнул в жижу грязи, едва успев прижать Бай Юэ к груди. Холодная кашистая субстанция поглотила их по пояс. — Чёрт! Он попытался подняться, но топь засасывала. Чем сильнее дёргался, тем глубже погружался. Вода дошла до груди. Волк остановился на краю болота. Его дыхание было хриплым, рваным. Маска треснута, из трещин сочился чёрный дым. Но он был жив. И зол. Лис был спиной к чудовищу, но чувствовал его и слышал. — Девчонка нужна мне, — прохрипел он. — Отдай её... и я позволю тебе... умереть быстро. Хулицин стиснул зубы. Вода дошла до шеи Бай Юэ. Он поднял её выше, держа над водой, но сам погружался глубже. — Иди за ней сам, — выплюнул Лис. — Если не боишься промочить лапы. — Он развернулся в сторону демона. Демон рыкнул, шагнул к топи — и остановился. Его нога коснулась воды и тут же дёрнулась назад, словно обожжённая. Из того места, где вода коснулась его кожи, повалил пар. — Проклятое место... — прошипел волк. — Точно, — усмехнулся юноша, хотя вода уже плескалась у его рта. — Болото. Демонам таким, как ты, сюда вход воспрещён. Вода все очищает, верно. А тут ее много. Да к тому же, это не иньское болото. Жаль, что мне из него тоже не выбраться. Он попытался нащупать ногами дно, но под ним была только бездонная жижа. Руки, державшие Бай Юэ, начали неметь от холода и усталости. Девушка застонала. Веки её дрогнули, приоткрылись. Взгляд был мутным, непонимающим. — Где... где я...- она начала оглядываться. — В топи, — коротко ответил Лис. — Заткнись и не дёргайся, а то утонешь быстрее. Бай Юэ моргнула, осознание медленно возвращалось. Она ощутила холодную воду вокруг, поняла, что тело не слушается — тяжёлое, чужое. Почувствовала руки Хулицина, державшие её. — Что... что случилось? — голос её был слабым. — Я... не помню... — Ты в обморок грохнулась. Холодное лезвие кинжала, который до этого он давал ей для защиты, само воспарило в воздухе, коснулось её горла. Бай Юэ замерла. Сердце пропустило удар. Хулицин смотрел на неё в упор. Янтарные глаза горели — не злостью, а чем-то другим. Подозрением. Недоверием. Страхом? — Ты врала мне, — прошипел он тихо, но каждое слово было как удар. — Ты владеешь боевыми приёмами. Твои движения — не новичка. Ты двигалась, как опытный боец. Как тот, кого учили годами. Ты убила тигра, нанеся точный удар еще и напитала ци этот клинок. Лезвие надавило чуть сильнее. Не до крови, но угроза была настоящей. — Твоё развитие... у тебя меридианы раскрыты. Частично. Их кто-то открывал. Учил. Тренировал. — Шептал он. — У тебя есть Учитель. — Я... я не знаю, — выдохнула Бай Юэ, и в её голосе слышался неподдельный ужас. — Я не...не помню... — Не помнишь? — усмехнулся он, но звук вышел жёстким. — Как удобно. — Правда! — она попыталась повернуть голову, но нож удержал её. — У меня... у меня бывает... Голос её сорвался. — Бывает, что я ничего не помню. Темнеет перед глазами, и потом... провал. Будто меня не было. — Я не знаю! — слёзы покатились по её щекам, смешиваясь с болотной водой. — Я не знаю, что со мной! — Её голос дрожал. — Я ни в чём не виновата. Хулицин молчал, изучая её лицо. Кинжал всё ещё был у её горла, но давление ослабло. — Девчонка! — голос Волка прервал его. Демон всё ещё стоял на краю топи, не в силах войти. — Ты здесь сдохнешь. Болото утянет тебя. Если же я заберу тебя, я не буду убивать. Мне ты нужна живая. — Он врёт, — проговорила девушка. — Я не вру. Хозяин сказал, чтоб мы принесли тебя живой. Он оскалился, обнажив ряды острых зубов под разбитой маской. — Ты, полукровка, придумай способ и отдай её мне. Я клянусь — отпущу тебя. Дам уйти целым. И её не убью. — А зачем она твоему хозяину? — Не моё дело. Хулицин глянул на нож, и тот отстранился от горла Бай Юэ, юркнув в ножны под воду. Посмотрел на демона, затем на девушку в своих руках. Сил удерживать их обоих на плаву оставалось всё меньше. Они и вправду погибнут здесь. — Что скажешь? — усмехнулся он, хотя улыбка вышла кривой. — Хочешь, чтобы я отдал тебя ублюдку? Он обещает отпустить меня. Демоны же не врут, правда?- В его голосе слышалась издёвка. Бай Юэ повернулась и посмотрела на Волка. На его красные глаза, горящие ненавистью. На когти. Потом перевела взгляд на Лиса. — Ты... отдашь меня? Хулицин не ответил сразу. Его взгляд был непроницаемым. Янтарные глаза изучали её, взвешивали. — Должен, — наконец произнёс он. — Логично. Жизнь за жизнь! И моя жизнь для меня важнее твоей. — Эй ты, — произнёс он громко, обращаясь к демону, — я обвяжу нас верёвкой и кину тебе конец, — прокричал юноша ещё громче, — а ты вытянешь нас. Девчонка тебе, а моя жизнь мне. — Идёт! — раздался довольный, клокочущий голос. Девушка почувствовала, как что-то начало двигаться под водой, похожее на змею. Верёвка обвязывала их. Лис делал это с помощью ци. Затем из жижи вырвался край толстой витой верёвки, весь в грязи, с узлом на конце и устремился в сторону демона.