За вуалью ложных истин

Бай Юэ очнулась через пару часов. Глаза её медленно открылись, она моргнула, глядя в небо. Потом повернула голову, увидела Юаня, сидящего рядом. — Лисик? — прошептала она хрипло. — Что... что случилось? Юань выдохнул с облегчением. — Ты упала в обморок, — сказал он, помогая ей сесть. — Помнишь что-нибудь? Бай Юэ нахмурилась, потёрла виски. — Я... я помню, что ... хотела подойти к Тану попрощаться. А потом... темнота. Перед глазами всё потемнело. И всё. Я никого не убила? — добавила она напуганным голосом. Юань молчал несколько секунд, подбирая слова. — Ты подошла к Тану, — медленно произнёс он. — Говорила с ним. Шептала что-то. Он кивал. А потом... потом ты вернулась ко мне. Он замолчал, глядя ей в глаза. — Но это была не ты. Бай Юэ вздрогнула. — Что? — Ты говорила, — продолжал Юань, — но голос был не твой. Мужской скорее всего. Грубый. И говорил он от мужского лица. Сказал... сказал, что хотел бы такого друга как я. И ему жаль, что не судьба. Бай Юэ побледнела, прижала руки к груди. — Я... я этого не помню. Совсем. Я не говорила с Таном. Я... я даже не дошла до него. Только темнота. Голос её дрожал. — Что это значит? Юань кивнул. — Кто-то есть внутри тебя. Душа. Чужая. Прилипла к тебе. Или... или всегда была там. Такое бывает иногда. Кто-то умирает, но душа остается в этом мире почему-то и находит себе донора. То есть, я хотел сказать того, кто будет поддерживать ее. — Это сын старосты? —Возможно. Бай Юэ обхватила себя руками, дрожа. — Что... что мне делать? Юань сжал её плечо, стараясь успокоить. — Ничего. Пока ничего. Мы дойдём до секты. Там мастер Ди Ю Цзей поможет. Он сильный. Опытный. Он разберётся, что за душа к тебе прилипла. Удалит её. Отделит в отдельное пространство. Поможет этой душе — скорее всего, умершего не своей смертью — упокоиться. Предварительно расспросив, конечно. Он говорил уверенно, стараясь вселить в неё спокойствие, которого и сам не испытывал. «Перед сектой надо остановиться. Усыпить ее. Принести спящей в секту. И там уже разобраться. Вместе с Мастером». Решив так, Юань успокоился. — Всё будет хорошо, — твёрдо сказал он. — Обещаю. Бай Юэ кивнула, вытирая слёзы. — Хорошо. Я... я верю тебе. Юань развел костер, приготовил еды, чтоб и перед дорогой перекусить и с собой взять. Рисовые шарики с грибами могут храниться несколько дней, а под чарами даже оставаться горячими. К вечеру юные путешественники были готовы продолжить свой путь. Они вышли из расщелины и двинулись по тёмному лесу. Деревья стояли плотной стеной, стволы сливались в сплошную тень. Ветви нависали низко, цеплялись за одежду, хлестали по лицу. Под ногами хрустела прошлогодняя листва, сырая и скользкая. Луна пробивалась сквозь кроны редкими пятнами света, выхватывая из мрака отдельные фрагменты: искривлённый ствол, острый камень, мох на коре. Воздух был тяжёлым, влажным, пах гнилью и чем-то затхлым. Совы ухали вдали, волки изредка завывали — протяжно, тоскливо. Юань шёл впереди, выбирая путь, обходя кусты и поваленные стволы. Бай Юэ шла следом, крепко держась за его руку, не отставая ни на шаг. Они не говорили — только шли, быстро, бесшумно, прислушиваясь к каждому шороху. Время тянулось медленно, но они не останавливались. Наконец лес начал редеть. Деревья отступили, кроны разомкнулись, и впереди показалось открытое пространство. Они остановились на краю леса. Впереди расстилалось поле. Огромное, бескрайнее, покрытое высокой травой, что колыхалась на ветру. Трава доходила до пояса, местами выше. Серебристая в лунном и купола над горой свете, она шелестела, будто живая. А вдали — Гора. Гора Духов. Величественная, огромная, поднимающаяся к небу. Склоны её терялись в темноте, вершина скрывалась в облаках. Но главное — купол. Золотистый, переливающийся, искрящийся мягким светом. Он окутывал Гору, защищал, отделял от остального мира. Барьер. Непроницаемый. Непреодолимый. Тишина. Полная, абсолютная. Не было ни голосов, ни шагов, ни звона оружия. Будто не было патрулей и засад. Будто мир застыл. «Слишком тихо, — подумал Юань, напрягаясь. — Подозрительно тихо». Он огляделся — ни одной фигуры. Ни одного силуэта. Только трава, колышущаяся на ветру. — Идём, — прошептал он Бай Юэ. — Пригнись. Тихо. Они шагнули в траву. Юань шёл первым, пригибаясь, раздвигая стебли руками. Бай Юэ следовала за ним, повторяя каждое его движение. Трава шелестела, скрывая их, окутывая. Они прошли четверть пути. Потом половину. Гора была уже наполовину позади, они огибали её по дуге, направляясь к следующей лесной зоне. «Ещё немного. Ещё чуть-чуть — и мы на время будем в безопасности». Юань обернулся, чтобы проверить, как Бай Юэ. И замер. Её не было рядом. Сердце ухнуло вниз. — Бай Юэ? — прошипел он, оглядываясь. И увидел. Она стояла у купола. Совсем рядом с ним. В полный рост. Протянула руку. Коснулась пальцем золотистой поверхности. — НЕТ! — заорал Юань, бросаясь к ней. Но было поздно. Бай Юэ вспыхнула. Тело её засветилось изнутри — ярко, ослепительно. Купол втянул её. Она растворилась. Исчезла. Юань добежал до того места, где она стояла. Ничего. Только трава. Только купол, мерцающий спокойно, будто ничего не случилось. — Бай Юэ! — закричал он, ударяя кулаком по барьеру. Купол не поддавался. Даже не дрогнул. Он ощущался как что-то твердое. Пластик? Юань смотрел на него в ужасе, не в силах поверить. «Она... она исчезла. Прямо на моих глазах. Что мне делать? Как её вернуть?» И тут — голос. — Лисик, ты чего испугался? Юань резко обернулся. Бай Юэ стояла справа от него. В нескольких метрах. Живая. Целая. Смотрела на него с недоумением. Юань уставился на неё, не в силах вымолвить ни слова. — Что... — выдавил он хрипло. — Как... Бай Юэ подошла ближе, нахмурившись. — Что с тобой? Ты весь бледный. Что случилось? Юань схватил её за плечи, тряхнул. — Ты... ты подошла к куполу! Коснулась его! И растворилась! Исчезла! Я видел! Бай Юэ моргнула. — Что? Нет. Я только подошла. Меня будто потянуло. Я коснулась... и всё. Ничего не случилось. Я здесь. Юань смотрел на неё долго, дыша прерывисто. — Ты не помнишь, — прошептал он. — Ты не помнишь, что исчезла? — Я не исчезала! — возразила Бай Юэ. — Я всё время была здесь! «Она не помнит. Точно так же, как не помнила разговор с Таном. Что-то происходит. Что-то не так». И тут — свист. Юань дёрнулся, толкнул Бай Юэ в сторону. Сеть. Огромная, светящаяся, магическая. Она обрушилась на них сверху, опутала, потянула вниз. Юань вырвался, разорвал нити когтями. Схватил Бай Юэ за руку, рванул вперёд. — Бежим! Они побежали. Сзади раздались крики. — Держите их! — Не дать уйти! — Девчонка коснулась купола! Ее надо допросить! Взять живой! — Бейте по ногам! Не убивать! Целая свора заклинателей вырвалась из травы. Десятка два. Мечи блестели в лунном свете. Талисманы светились. Юань и Бай Юэ бежали по ночному лесу. Мимо пролетали стрелы, впивались в стволы деревьев. — Быстрее! — кричал Юань, не отпуская её руку. Они петляли меж деревьев, прыгали через корни, пригибались под ветвями. Впереди — край леса. Ещё немного — и они вырвутся. Они выскочили из чащи. И замерли. С другой стороны — тоже люди. Заклинатели. Окружили. — Сдавайтесь! — крикнул один из них. — Вам некуда бежать! Юань оглянулся. Сзади — преследователи. Спереди — новые враги. Слева и справа — только купол. «Нет выхода. Совсем нет». Он схватил Бай Юэ за руку, рванул назад — к куполу. "Если купол мог ее забрать один раз, может и второй. Хотя бы она спасется. а может и я с ней!" — Что ты делаешь?! — закричала она. — Прыгаем! — рявкнул Юань. Они прыгнули прямо на купол. И провалились. Купол не оттолкнул. Не остановил. Просто... впустил. Мир вспыхнул золотистым светом. Тело стало невесомым. Время замедлилось. И вот они уже на земле. Другой земле. Юань поднялся на колени, огляделся. Поле. Огромное. Бескрайнее. Но не такое, как то, что они только что покинули. Это было красное поле. Цветы. Тысячи, миллионы цветов. Красные, яркие, распускающиеся прямо на глазах. Восход как раз начинался, первые лучи солнца касались лепестков, и те раскрывались, будто просыпались. Аромат — сладкий, пьянящий, обволакивающий. Юань достал карту, развернул, сверился. — Это... это поле с другой стороны Горы, — выдохнул он. — Здесь. Видишь? Красное поле. Чтобы его достичь с той стороны, надо было бы пройти несколько дней. Обойти Гору. А мы... мы здесь. Сразу. Бай Юэ смотрела на него широко распахнутыми глазами. — Как? Юань покачал головой. — Не знаю. Гора... Гора перекинула нас за себя. Сквозь купол. Мгновенно. Не знаю как. Он поднялся, протянул ей руку. — Но сейчас это не важно. Нам надо идти. Быстро. Пока нас не нашли снова. Бай Юэ взяла его руку, поднялась. Они огляделись. Поле расстилалось во все стороны. Цветы колыхались на ветру. Впереди, вдали, виднелась линия леса. — Час ходьбы, — прикинул Юань, глядя на карту. — Может, чуть больше. Потом лес. А там — секта. Совсем близко. Он убрал карту, взял Бай Юэ за руку. — Пошли. И больше ни к каким куполам не прикасайся. Бай Юэ кивнула, и они двинулись вперёд. Сквозь красное поле, под восходящим солнцем, к последнему отрезку пути. Они двинулись по красному полю, и с каждым шагом Юань всё больше понимал, что это место — особенное. Цветы. Их было невероятно много. Тысячи. Миллионы. Они покрывали землю сплошным ковром, колыхались на лёгком ветру, переливались в лучах восходящего солнца. На первый взгляд они напоминали розы — форма бутонов была похожей, лепестки складывались в плотные спирали. Но это были не розы. Что-то другое. Что-то... странное. Цветы были размером с кулак. Не маленькие, но и не огромные. Лепестки — насыщенно-красные, почти кроваво-алые, но с переливами. Если присмотреться, можно было разглядеть тончайшие прожилки — золотистые, будто вены, пронизывающие каждый лепесток. Они пульсировали. Едва заметно, но пульсировали. Будто в цветах текла кровь. Будто они были живыми. По-настоящему живыми. В центре каждого бутона — тычинки. Но не обычные. Они были длинными, тонкими, извивающимися, как щупальца. Чёрные, блестящие, с капельками нектара на кончиках. Нектар тоже был красным. Тёмно-красным, густым, как сироп. И стебли. Толстые, мясистые, покрытые мелкими ворсинками. Они уходили глубоко в землю, переплетались друг с другом, образуя подобие сети над поверхностью. Но самое жуткое — цветы двигались. Медленно, почти незаметно. Но двигались. Когда Юань и Бай Юэ проходили мимо, бутоны поворачивались. Следили. Будто у них были глаза. Будто они наблюдали, оценивали, решали — опасны ли эти двое или нет. Юань почувствовал мурашки на коже. — Бай Юэ, — тихо позвал он, не оборачиваясь. — Иди ближе ко мне. Не отставай. Она послушно подошла, прижалась к его боку. Голос её был испуганным: — Лисик, они... они на нас смотрят. — Знаю. Не обращай внимания. Просто идём дальше. Они продолжили путь, стараясь не задевать цветы. Но с каждым шагом становилось труднее. Запах. Сначала он был слабым — едва уловимым, сладковатым, приятным. Но постепенно усиливался. Становился ярче. Насыщеннее. Пьянящим. Юань вдохнул глубже — непроизвольно, не в силах удержаться. Запах был... невероятным. Сладким, но не приторным. Цветочным, но с чем-то ещё. С чем-то тёплым, манящим, обволакивающим. Как мёд. Как вино. Как что-то запретное, что хочется попробовать снова и снова. Голова закружилась. Слегка. Едва заметно. Но закружилась. Юань остановился, потряс головой, пытаясь прояснить мысли. «Что это? Почему так... странно?» Он посмотрел на Бай Юэ. Она тоже остановилась, прикрыла глаза, дышала глубоко, медленно. Щёки её порозовели. Губы приоткрылись. — Так хорошо пахнет, — прошептала она, улыбаясь. — Так... так красиво здесь. — Бай Юэ, — позвал Юань, но голос его прозвучал как-то далеко. Будто не его. Она открыла глаза, посмотрела на него. И в глазах её плескалось что-то... мягкое. Тёплое. Доверчивое. — Лисик, — прошептала она, — как тут красиво... И побежала. Вперёд, сквозь цветы, смеясь, кружась, раскинув руки. — Бай Юэ! — крикнул Юань, бросаясь за ней. — Стой! Куда ты?! Но она не слушала. Просто бежала, и цветы вокруг неё колыхались, будто радовались, будто приветствовали. Юань догнал её, схватил за руку, развернул к себе. — Ты что тво... Она поцеловала его. Резко, неожиданно, жадно. Губы её прижались к его губам, руки обвились вокруг шеи, тело прижалось к его телу. Юань застыл. На мгновение. На вечность. А потом... ответил. Он не думал. Не мог думать. Просто целовал. Неистово, отчаянно, будто это был последний поцелуй в его жизни. Руки сами обхватили её талию, притянули ближе. Пальцы зарылись в волосы. Губы раскрылись, языки переплелись, дыхание смешалось. Они целовались долго. Страстно. Забыв обо всём. И покатились. По траве, по цветам, вниз, вниз по склону холма, что они даже не заметили. Юань перекатился на спину, Бай Юэ оказалась сверху, но не отпускала его, не переставала целовать. Потом снова перевернулись, он прижал её к земле, она обвила его ногами, притянула ближе, и они снова покатились. Цветы хрустели под ними, пыльца взлетала в воздух, аромат становился ещё сильнее, ещё ярче, и мир кружился, растворялся, превращался в красное пятно. Они скатились к самому низу холма, где журчал ручей. И упали прямо в воду. Холодная вода ударила по разгорячённым телам, отрезвила. Юань вздрогнул, распахнул глаза. Оторвался от губ Бай Юэ, дышал тяжело, прерывисто. Бай Юэ лежала под ним — мокрая, растрёпанная, губы припухшие от поцелуев, глаза затуманенные. Она медленно моргнула, будто просыпаясь. — Что... — прошептала она. Юань замер, глядя на неё. «Что я делаю? Что случилось?» Он резко отстранился, перекатился в сторону, сел в воде, провёл руками по лицу. Затем медленно поднялась, огляделась. Вода ручья доходила до колен, течение было слабым, дно — каменистым. — Мы... мы в воде, — произнесла она, озадаченно глядя вокруг. — Как мы сюда попали? Юань молчал, пытаясь собрать мысли. «Мы целовались. Долго. Страстно. Как... как безумные. Почему? Почему я не остановился? Почему она...» Бай Юэ повернулась к нему, и тут до неё дошло. Она посмотрела на свои руки, на его разорванный ворот рубахи, на красные лепестки, прилипшие к их одежде. И покраснела. До корней волос. — Мы... мы... — заикалась она, прикрывая рот ладонью. — Мы целовались?! Юань кивнул, не глядя на неё. — Да. Бай Юэ замерла, дрожа. — Я... я не хотела... я не знаю, что на меня нашло... — бормотала она, и голос её дрожал. Юань сидел, глядя в воду, и мысли в его голове выстраивались в цепочку. «Цветы. Аромат. Он усиливался. Голова кружилась. И мы... мы потеряли контроль». Он поднял взгляд на холм, откуда они скатились. Красные цветы колыхались на ветру, безобидные, красивые. «Но они не безобидные». — Цветы, — произнёс он вслух, и голос его был жёстким. — Это всё из-за цветов. Бай Юэ подняла голову, посмотрела на него непонимающе. — Что? Юань повернулся к ней, объясняя: — Аромат. Он влияет на нас. Одурманивает. Заставляет... заставляет терять контроль. Действовать импульсивно. Он нахмурился, размышляя вслух: — Я читал о таких растениях. Они питаются ци. Если кто-то из самосовершенствующихся занимается здесь... любовью... бывают огромные выбросы ци. Особенно если оба культиваторы. Особенно если они на пике страсти. Голос его стал мрачнее: — Эти цветы приманивают. Одурманивают ароматом. Заставляют пары... делать то, что приведёт к выбросу ци. А потом питаются этой энергией. Он стиснул кулаки. — А возможно... возможно, они вытягивают всю ци. До последней капли. И тела поглощают после. Как хищники. Как... как те демоны, что забирают души. Страх сжал его горло. «Мы могли умереть. Если бы не скатились вниз. Если бы не упали в воду. Если бы не очнулись вовремя». Бай Юэ слушала, и глаза её становились всё шире. — Значит... значит это не я... не ты... это аромат? — прошептала она. Юань кивнул, не глядя на неё. — Да. Это всё аромат. Ты не виновата. Совсем. Это... это цветы. Они заставили нас. Бай Юэ молчала несколько мгновений, переваривая информацию. Потом тихо, очень тихо спросила: — Значит... ты только из-за аромата? Юань почувствовал, как что-то болезненно сжалось в груди. «Она спрашивает, хотел ли я этого по-настоящему. Хотел ли я целовать её. Хотел ли я... большего». Он мог сказать правду. Мог признаться, что ему понравилось. Что дурман схлынул, но он хотел бы продолжать. Что он хочет её. По-настоящему. Не из-за аромата. Но он не мог. «Если скажу правду — она испугается. Подумает, что я воспользовался ситуацией. Что я чудовище. Что я хотел её, когда она была одурманена». Юань сглотнул, заставил себя кивнуть. — Конечно, — произнёс он холодно, равнодушно. — Только аромат. Ничего больше. Он встал, отряхнул мокрую одежду, не глядя на неё. — Пошли. Нам надо выбираться отсюда. Он шагнул вперёд, пересекая ручей, направляясь к лесу на противоположном берегу. Юань не видел, как лицо Бай Юэ исказилось. Не видел, как слёзы навернулись на её глаза. Не видел, как она прикусила губу, стараясь сдержать всхлип. «Только аромат. Ничего больше». Слова эхом отдавались в её голове, ранили, резали изнутри. Она думала... она надеялась... Но нет. Он не хотел. По-настоящему. Это был только дурман. Бай Юэ вытерла слёзы тыльной стороной ладони, поднялась и пошла за ним, молча, сжав кулаки и стараясь не всхлипывать. Юань шёл, не оборачиваясь. Он был зол. На себя. На нее. На цветы. На всё. «Она не выбирала меня. Это была природа. Метка. Аромат. Всё что угодно, только не она сама по своей воле». Боль пронзила грудь, острая, жгучая. «И если я признаюсь — она будет чувствовать себя обязанной. Будет со мной из жалости. Из долга. А я... я этого не хочу». Они вышли на противоположный берег, мокрые и несчастные. Юань двинулся дальше, к кромке леса, что виднелась впереди. Бай Юэ шла за ним, и слёзы всё текли. Она не вытирала их. Просто шла, глядя себе под ноги, стараясь не споткнуться. «Значит, я ничего для него не значу. Только обуза. Овца недоделанная. Которую надо доставить в секту. И всё». Мысль была горькой, невыносимо горькой. Они дошли до леса и остановились у самой кромки. Деревья стояли плотной стеной — высокие, тёмные, с густыми кронами. Тени между стволами были непроглядными, воздух — прохладным, пахнущим хвоей и сыростью. Юань обернулся наконец. Посмотрел на Бай Юэ. И застыл. Лицо её было мокрым от слёз. Глаза красными, опухшими. Губы дрожали. Она смотрела на него — полная боли, непонимания, обиды. «Я ранил её. Сильно. Больнее, чем думал. Все это из-за поцелуев. Ей досадно, что целовалась со мной». Что-то внутри него треснуло. — Бай Юэ... — начал он, но голос сел. Она отвернулась, вытерла слёзы, стараясь взять себя в руки. — Идём дальше, — прошептала она хрипло. — Ты же сказал — секта близко. Юань молчал, не зная, что ответить. Потом медленно кивнул. — Да. Близко. Ещё немного — и мы будем в безопасности. Давай посмотрим карту. Я расскажу тебе, что нас ждет. Высохнем, передохнем и двинемся в путь. Бай Юэ села рядом, обхватив колени, глядя в сторону. Глаза всё ещё красные, но слёзы высохли. Она молчала, не глядя на него. Юань достал рисовые шарики, протянул один ей. Достал и развернул карту. — Смотри, — произнёс он, стараясь говорить ровно, деловито. — Сейчас начнётся самый опасный кусок нашего путешествия, самый опасный из оставшихся. Он провёл пальцем по зелёному пятну на карте, обозначающему лес. — Этот лес под патрулированием Школы Тысячи Лотосовых Озёр. Сама школа и ее территория остались позади, но здеь тоже их зона. У них здесь три заставы. — Он указал на три точки, отмеченные красными кружками. — Здесь, здесь и здесь. Бай Юэ молча кивнула, не поднимая взгляда. Юань продолжал: — Они чувствуют, что Школа Неправильных близко. Клан Серебряной Луны — он тут, за лесом. — Палец остановился на обозначении школы. — Поэтому Лотосовые получили от Императора мандат на эту землю. Официальное право патрулировать, ловить, допрашивать всех, кто проходит через лес. Много наших было поймано в этом лесу. Он замолчал, сжав кулак. — Именно из-за этого Мастер Ди Ю Цзей наложил на меня печати. Чтобы мою ци нельзя было почувствовать на расстоянии. Чтобы меня не обнаружили. Но сейчас... — он вздохнул тяжело, — сейчас у меня пять хвостов. Я вернул свои силы, да еще стал вдвое сильнее. Если пройдём напрямик — нас схватят на первой же заставе. — Что будем делать? — тихо спросила она. Юань провёл пальцем по краю зелёного пятна, обводя лес по периметру. — Пойдём в обход. По самой кромке леса. Видишь? Здесь заставы не достают. Они сосредоточены в центре, на основных тропах. А по краю — только редкие патрули. Если будем осторожны — проскочим незамеченными. — Почему мы не можем пройти здесь? — Здесь территория деревни. Люди здесь давно поняли, что пойманные ими заклинатели могут быть проданы за деньги. Нас увидят и схватят. Мы будто между двух огней. Он посмотрел на неё. — Путь длиннее. Вдвое длиннее. Но зато безопаснее. Бай Юэ кивнула. — Сколько идти? — День. Может, больше. Зависит от того, как быстро пойдём. И сколько раз придётся прятаться от патрулей. Юань свернул карту, убрал в цзянькунь. Поднялся, сотворил высушивающие печати на себя и девушку. — И ещё одно, — добавил он, глядя на неё серьёзно. — Спать нам не придётся. Здесь нас могут найти патрули ночью. А на поле возвращаться нельзя — там цветы. Остановиться можно только у этих камней. Там есть, где спрятаться и передохнуть немного. Бай Юэ встала, кивая. — Хорошо. Я справлюсь. — Голос её был тихим, но твёрдым. Юань посмотрел на неё долго, затем отвернулся. — Пошли, — тихо выдохнул он "Может усыпить ее там, в камнях. А потом дождаться ночи и донести на руках? Идти буду медленнее? Это опасно! Все таки лучше уже добраться до переходной зоны и там усыпить!" Они углубились в лес. Деревья сомкнулись над головой, свет потускнел, воздух стал прохладнее. Под ногами хрустела листва, где-то вдали ухала сова, шуршали кусты. Юань шёл впереди, выбирая путь, огибая заросли, перепрыгивая через корни. Бай Юэ следовала за ним, молча, стараясь не отставать. Они шли час. Два. Три. Шли и шли. Тихо. Акуратно. Озираясь по сторонам и замирая через каждые пару десятков шагов. Солнце клонилось к закату, тени вытягивались, становились длиннее, гуще. Бай Юэ дышала тяжело, устало. Ноги начинали подкашиваться, но она не жаловалась. Просто шла. Упрямо. Молча. Ночь опустилась быстро. Лес погрузился в темноту, звёзды едва пробивались сквозь кроны. Луна взошла — тонкий серп, дающий мало света. Юань замедлил шаг, двигаясь осторожнее. Каждый шорох заставлял его напрягаться, прислушиваться. Наконец, впереди показались валуны поросшие мхом. Они торчали из земли, словно зубы древнего великана, образуя подобие круга. Между ними были щели, достаточно широкие, чтобы пролезть. Юань остановился, огляделся. Никого. — Здесь передохнём, — тихо сказал он, оборачиваясь к Бай Юэ. — Недолго. Минут двадцать. Потом пойдём дальше. Бай Юэ кивнула, и он увидел, как сильно она устала. Лицо бледное, под глазами тени, дыхание прерывистое. Она еле держалась на ногах. — Залезай между камнями, — указал он на одну из щелей. — Там укрытие. Если кто-то пройдёт мимо — не заметят. Они протиснулись между валунами. Внутри было темно, тесно, но относительно сухо. Пол покрыт старой листвой, стены — холодным камнем. Бай Юэ опустилась на землю, прислонилась спиной к камню, закрыла глаза. Дыхание её выровнялось, стало глубже. Юань присел напротив, прислушиваясь к звукам леса. Тишина. Только ветер шумел в ветвях, где-то каркнула ворона. Он начал было расслабляться, но вдруг замер. Его лисий тонкий слух уловил шаги. Лёгкие, почти бесшумные. Два человека шли прямо к валунам с двух сторон. Юань мгновенно напрягся, выпустил тонкую струйку ци, коснулся Бай Юэ, мысленно приказав ей тише дышать и не двигаться. Она открыла глаза, посмотрела на него испуганно. Он приложил палец к губам. Она кивнула, замерла. Шаги приблизились. Остановились у валунов. Сначала один человек справа, потом другой слева от сидящих в центре подростков. Раздался условный сигнал как звук совы, прозвучавший слева. Тот человек, что справа, направился на звук. — Ну наконец-то,— произнёс тихо мужской голос. Ровный, уверенный, властный. — Ты не выходил на связь последние несколько дней. А наши беглецы преодалели тем временем Гору Духов. Они прячутся где-то здесь в лесу. Я чувствую. Второй голос — тоже мужской, чем-то знакомый, с нотками нетерпения ответил: — Вы уверены, уважаемый Глава Павильона Расследований? Они могли уйти в другую сторону. — Нет, — отрезал первый. — Лис и девчонка добрались до леса. Они где-то здесь. Я предпочту поймать их до того, как они окажутся в Клане Серебряной Луны. Доверяй, но проверяй. Голос его стал холоднее, жёстче: — Будет честнее спрятать их в темницу здесь на одной из застав. Каждому своя доля добычи. Юань почувствовал, как кровь стынет в жилах. «Глава Павильона Расследований дел мирских и Магических Школы Лотосовых Озёр знает, что мы здесь! Ужас. Когда-то он чуть не поймал меня. Если бы не мастер Ди Ю Цзей, он убил бы меня тогда!» Голос продолжал, и в нём слышалась жадность: — Мне — золотое ядро Чёрного Лиса пятого уровня. Так же, разумеется, и хвосты. Зима скоро. Мех Черной лисицы, наполненный ци, будет прекрасен на моих зимних накидках. Остальное — на ингредиенты. А тебе — девчонка. Мы ведь так договаривались. Второй голос усмехнулся: — Договаривались так. Если мы их поймаем, конечно. — Напоминаю, что договор был магический. Тебе придется отдать мне Лиса. - Ноги Юаня онемели, ужас накрыл с головой. — Конечно. Лиса пятого уровня. — Примирительно раздалось в ответ. — Да. И мы его поймаем. Мой главный шпион рядом с ним. — Мы будем сидеть здесь тихо- тихо, пока они не уйдут. — Прошептал Юань. — Сожалею, но нет. — Раздался грубоватый шёпот почти не похожий на голос девушки. Юань почувствовал у своего горла нож. — Ничего личного, правда. — А затем проговорил громко: — Поднимайся и без глупостей. — Ну вот, я же говорил, что мы их поймаем. А теперь передай мне свой меч.