Новая эра.

Особняк Малфоев встретил их гнетущей тишиной. Как только они вошли в главный зал, домовой эльф сообщил, что Тёмный Лорд ожидает их в восточном крыле — там, где обычно проводились самые важные и секретные совещания. Это не предвещало ничего хорошего. — Он знает, — тихо сказал Блейз. — О твоей неудаче с Шеклболтом. Кайла не ответила, лишь чуть приподняла подбородок. Её лицо снова стало бесстрастной маской, но Драко заметил, как напряглись её плечи и сжались кулаки. Она готовилась к наказанию. Они прошли по длинным коридорам поместья, каждый погружённый в собственные мысли. Теодор тихо напевал какую-то странную мелодию, Панси сохраняла ледяное спокойствие, Блейз казался почти расслабленным, но его пальцы постоянно поглаживали рукоять палочки. А Драко… Драко чувствовал, как что-то тяжёлое давит на грудь. Беспокойство? Страх? Не за себя — за неё. Он инстинктивно коснулся кармана, где лежало снятое обручальное кольцо, словно талисман, который мог как-то защитить их всех от гнева Тёмного Лорда. Когда они вошли в просторный зал восточного крыла, Волдеморт уже ждал их. Он сидел в высоком кресле у камина, его бледное лицо с красными глазами казалось особенно зловещим в танцующих тенях от пламени. Рядом с ним стояла Беллатрикс, её глаза лихорадочно блестели. — Мой Лорд, — Драко опустился на колено, остальные последовали его примеру. — Мы вернулись с миссии в Эдинбурге. — Встаньте, — приказал Волдеморт. Его голос был тих, но в нём чувствовалась такая власть, что все мгновенно подчинились. — Я слышал… интересные новости о вашей операции. — Его взгляд остановился на Кайле. — Роумнс. Подойди. Кайла сделала шаг вперёд, её лицо оставалось бесстрастным, но Драко заметил, как она едва заметно стиснула зубы. — Я разочарован, — произнёс Волдеморт, и воздух в комнате словно стал холоднее. — Шеклболт жив. Твоя легенда раскрыта. Ты не выполнила важную часть своего задания. — Да, мой Лорд, — ровно ответила Кайла. — Я не сумела устранить Шеклболта, как было приказано. — И почему же? — Волдеморт наклонился вперёд, его красные глаза казались двумя раскалёнными углями. — Он не был один, мой Лорд. С ним были МакГонагалл и Джордж Уизли. Они уже знали о моей легенде и объявили тревогу. Я оценила ситуацию и решила, что приоритетом должно быть сохранение добытой информации, а не выполнение второстепенной задачи ценой полного провала миссии. Волдеморт молчал, и это молчание было страшнее любого крика. Драко инстинктивно сделал полшага вперёд, словно готовясь встать между Кайлой и Тёмным Лордом, но заставил себя остановиться. — И что же это за информация, которую ты считаешь столь ценной, что она оправдывает твою неудачу? — наконец спросил Волдеморт. Кайла начала говорить — чётко, лаконично, профессионально. Она рассказала о плане атаки на поместье Риддла, о трёх группах, о конкретных целях и методах. Особенно подробно она остановилась на части про артефакт в подземелье, связанный с бессмертием Тёмного Лорда. По мере того как она говорила, выражение лица Волдеморта менялось. Сначала это была холодная ярость, затем интерес, и наконец нечто, похожее на задумчивость. Когда Кайла закончила, в зале повисла тяжёлая тишина. — Они знают о ритуале, — наконец произнёс Волдеморт, словно разговаривая сам с собой. — Они каким-то образом узнали о ритуале бессмертия. Он резко поднялся, и все невольно отступили на шаг. Но вместо того чтобы обрушить свой гнев на присутствующих, Волдеморт начал расхаживать по комнате, погружённый в размышления. — Это меняет многое, — произнёс он наконец. — Информация, которую ты принесла, Роумнс… она действительно бесценна. — Он остановился перед ней. — Ты правильно определила приоритеты. Шеклболт — это просто человек. Его можно убить в любое время. Но знание о моих… личных ритуалах — это совсем другое дело. Беллатрикс бросила на Кайлу ненавистный взгляд, явно недовольная тем, что та избежала наказания. — Что ж, — продолжил Волдеморт, возвращаясь к своему креслу. — План повстанцев обречён на провал. Мы будем ждать их в поместье Риддла. Но не просто чтобы уничтожить — нет, мы захватим их лидеров, чтобы узнать, как именно они получили информацию о ритуале. — Его глаза сверкнули. — Кто-то из моего ближайшего окружения предал меня. И этот человек заплатит цену, которая заставит содрогнуться даже самых стойких. Драко почувствовал, как по спине пробежал холодок. Паранойя Тёмного Лорда была хорошо известна. Если он начнёт искать предателя, никто не будет в безопасности. — А что касается вас пятерых… — Волдеморт обвёл взглядом команду Драко. — Вы останетесь в Малфой-Мэноре до нападения повстанцев. Я хочу, чтобы вы были готовы действовать немедленно после того, как мы разберёмся с Шеклболтом и его людьми. Есть другие ячейки сопротивления, которые нужно уничтожить. В Ливерпуле, Глазго, Кардиффе. Вы отправитесь туда, как только закончим с этим делом. — Да, мой Лорд, — ответил Драко за всех. Волдеморт внезапно поднял руку, указывая на него: — Подойди, Драко. Драко напрягся, но подчинился, подходя ближе к креслу Тёмного Лорда. — Ты снял кольцо, — заметил Волдеморт, указывая на его левую руку. Это не было вопросом, скорее констатацией факта. Драко почувствовал, как все взгляды обратились к его руке. Он не успел надеть кольцо обратно после возвращения, да и не собирался этого делать. — Да, мой Лорд, — ответил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. К его удивлению, на лице Волдеморта появилось нечто, отдалённо напоминающее улыбку — холодную, расчётливую, но всё же улыбку. — Интересно, — произнёс Тёмный Лорд. — Очень интересно. Его взгляд переместился с Драко на Кайлу и обратно, словно он видел нечто, невидимое для остальных. — Семейные узы могут быть как силой, так и слабостью, — продолжил Волдеморт задумчиво. — Я всегда считал их скорее помехой для настоящей власти. Но иногда… иногда правильные союзы могут создать нечто большее, чем сумма их частей. Драко молчал, не зная, как реагировать на эти странные размышления Тёмного Лорда. — Что ж, — внезапно завершил Волдеморт. — Вы свободны. Отдыхайте, восстанавливайте силы. Через два дня нас ждёт большая охота. — Благодарим, мой Лорд, — Драко поклонился и начал отступать. — И, Драко, — добавил Волдеморт, когда они уже подошли к выходу. — Избавься от кольца… окончательно. То, что больше не служит своей цели, должно быть отброшено. Это относится ко всему — к вещам, людям, чувствам. — Да, мой Лорд, — ответил Драко, чувствуя странное облегчение от этих слов — словно он получил разрешение на то, что уже решил сделать сам. Они вышли из зала, и лишь когда тяжёлые двери закрылись за ними, все смогли наконец выдохнуть. — Что это, чёрт возьми, было? — прошептал Блейз, когда они отошли достаточно далеко. — Я ожидал как минимум пары Круцио, а он почти… похвалил Роумнс? — И заметил твоё кольцо, — добавила Панси, глядя на руку Драко. — Это странно даже для него — обращать внимание на такие детали. — Тёмный Лорд видит больше, чем мы думаем, — тихо сказал Теодор. — Он видит связи, потоки силы, возможности. Он всегда планирует на несколько шагов вперёд. — О чём ты говоришь, Нотт? — нахмурился Драко. Теодор лишь улыбнулся своей странной, отсутствующей улыбкой. Драко покачал головой, привыкший к загадочным комментариям Теодора, и повернулся к Кайле: — Ты в порядке? — тихо спросил он. — Да, — коротко ответила она, но в её глазах мелькнуло что-то похожее на благодарность. — Спасибо. — За что? — Драко удивлённо поднял брови. — За то, что был готов вмешаться, — так же тихо ответила она. — Я видела, как ты сделал шаг вперёд, когда он начал говорить о моей неудаче. Это было… глупо. И очень смело. Драко почувствовал, как тепло разливается по его груди от этих слов. Он не думал, что она заметила этот момент слабости — или силы, в зависимости от того, как на это посмотреть. — Я просто… — он начал, но не закончил фразу, не зная, что сказать. — Давайте продолжим этот трогательный разговор где-нибудь, где нет портретов, которые могут доложить о нём Тёмному Лорду, — вмешалась Панси, кивая на картины в коридоре. Они быстро разошлись по своим комнатам, договорившись встретиться позже для обсуждения дальнейших планов. Драко направился в своё крыло особняка, чувствуя странную лёгкость после встречи, которая могла закончиться гораздо хуже. Войдя в свои покои, он первым делом достал из кармана обручальное кольцо. Золотой ободок тускло блестел в свете камина, символ связи, которая никогда не была настоящей. Союза, основанного на долге и традициях, а не на чувствах. “То, что больше не служит своей цели, должно быть отброшено,” — прозвучали в его голове слова Тёмного Лорда. Драко подошёл к камину и, не колеблясь больше, бросил кольцо в огонь. Оно упало между поленьями, на мгновение вспыхнуло ярким светом, прежде чем начать плавиться. Странно, но он не чувствовал ни сожаления, ни вины. Только освобождение. Словно сбросил с себя невидимый груз, который носил так долго, что перестал его замечать. Стук в дверь прервал его размышления. — Войдите, — сказал он, не отрывая взгляда от огня. Дверь открылась, и вошла Кайла. Она успела переодеться в простую чёрную рубашку и брюки, её влажные волосы указывали на то, что она только что вышла из душа. Без маскировки и грима она выглядела моложе, но и опаснее — как хищник, сбросивший ненужную маску. — Извини за вторжение, — сказала она. — Я хотела поблагодарить тебя. По-настоящему. — За что? — Драко повернулся к ней. — Я ничего не сделал. — Ты был единственным, кто предупредил меня сразу же, как только я сообщила о проблемах, — ответила она. — Единственным, кто сказал бежать, а не пытаться выполнить самоубийственный приказ Беллатрикс. Драко пожал плечами: — Это был логичный совет. Продолжение миссии было бы неоправданным риском. — И всё же, — Кайла сделала шаг ближе. — Ты беспокоился. Обо мне. Не о миссии, не о информации. Обо мне. Драко хотел отрицать, сказать что-то холодное и рациональное, но не смог. Не ей, не сейчас. — Да, — признал он наконец. — Я беспокоился о тебе. Что-то мелькнуло в её глазах — удивление? благодарность? — прежде чем она снова надела маску бесстрастности. — Ты избавился от него, — заметила она, кивая на камин, где кольцо уже почти полностью расплавилось. — Да, — кивнул Драко. — Тёмный Лорд прав. То, что не служит своей цели… — Должно быть отброшено, — закончила она за него. — И какова была цель? — Создать идеальную чистокровную семью, — ответил он без эмоций. — Произвести наследника. Сохранить линию Малфоев. — И ты выполнил эту цель, — констатировала Кайла. — У тебя есть сын. — Да, — Драко кивнул. — Скорпиус. Ему скоро два года. — Ты любишь его? — неожиданно спросила она. Драко замер, пораженный вопросом. Не тем, что он был задан, а тем, что он никогда не задавал его себе сам. — Я… не знаю, — честно ответил он. — Я почти не вижу его. Он с матерью и няньками. Это… так принято в семьях вроде моей. Кайла кивнула, словно его ответ был именно тем, что она ожидала услышать: — А её? Ты любил её когда-нибудь? — Асторию? — Драко покачал головой. — Нет. Я уважал её. Ценил как подходящую жену. Но любви не было. — А она любила тебя? — Нет, — уверенно ответил Драко. — Она любила то, что я ей дал — статус, безопасность, положение в обществе. Но не меня. Я сомневаюсь, что она вообще знает, кто я на самом деле. Кайла долго смотрела на него, и в её ледяных глазах Драко видел странное понимание. — Похоже, мы с тобой не так уж различны, — наконец сказала она. — Оба играем роли. Оба носим маски. Оба… одиноки. — Ты тоже? — спросил Драко, делая шаг к ней. — Одинока? — Всегда, — просто ответила Кайла. — С тех пор, как помню себя. С тех пор, как зверь внутри меня пробудился. Даже среди людей… всегда одна. Драко сделал ещё один шаг, сокращая расстояние между ними: — А сейчас? Ты одинока сейчас? Кайла посмотрела на него, и в её глазах впервые не было холода — только тепло и что-то, похожее на уязвимость: — Нет, — прошептала она. — Сейчас — нет. Драко не помнил, кто из них сделал последний шаг. Он только знал, что внезапно она оказалась в его руках, и её губы встретились с его в поцелуе, который начался почти робко, а затем стал более страстным, требовательным, отчаянным. Её руки запутались в его волосах, его обвили её талию, притягивая ближе. Он чувствовал её тепло, её силу, её желание, равное его собственному. Впервые за долгое время — возможно, впервые в жизни — он чувствовал себя по-настоящему живым. Когда они наконец оторвались друг от друга, тяжело дыша, Драко увидел в её глазах то же изумление, что чувствовал сам. — Что мы делаем? — прошептала Кайла, не отпуская его. — Не знаю, — честно ответил Драко. — Но я не хочу останавливаться. Она улыбнулась — не той редкой, призрачной улыбкой, которую он видел раньше, а настоящей, тёплой, преображающей её лицо: — Я тоже, — прошептала она, прежде чем снова поцеловать его. За окном начинался дождь, барабаня по стеклу и усиливаясь с каждой минутой. Но здесь, в этой комнате, окружённые теплом камина и друг друга, они наконец нашли убежище от холода, который так долго жил внутри каждого из них. Впереди была неопределённость — опасная миссия, гнев Тёмного Лорда, тайны, которые ещё предстояло раскрыть. Но сейчас, в этот момент, ничто из этого не имело значения. Только они двое, две родственные души, нашедшие друг друга в темноте. И где-то в глубине камина последние остатки золотого обручального кольца окончательно расплавились, исчезая среди пепла и углей, как и прошлая жизнь Драко Малфоя.