Новая эра.

Маленькая квартира в волшебном квартале Парижа стала их первым настоящим домом. Две комнаты, тесная кухня, скрипучий пол и окна, выходящие на узкую мощёную улицу — совсем не то, к чему привык наследник Малфоев. Но странным образом именно эта простота дарила Драко ощущение свободы, которого он никогда не испытывал в роскошных залах Малфой-мэнора. — Чёртова плита опять не работает, — ворчала Кайла, тыча палочкой в старую кухонную технику. — Эти французские заклинания совершенно не похожи на наши. Драко наблюдал за ней, прислонившись к дверному косяку. Её волосы были собраны в небрежный пучок, открывая изящную линию шеи, а простая домашняя одежда — футболка и шорты — подчёркивала стройную фигуру. За прошедшие месяцы они оба изменились — его волосы отрасли и теперь почти достигали плеч, её кожа приобрела лёгкий загар от прогулок по солнечному Парижу. — Может, попробуем поесть в том кафе на углу? — предложил он, подходя и обнимая её сзади. — Хозяин уже знает нас по именам. — И мы опять потратим деньги, которые могли бы сэкономить, — она откинулась назад, прижимаясь к его груди. — Не забывай, что наши ресурсы не бесконечны. Драко зарылся лицом в её волосы, вдыхая уже ставший родным запах: — Деньги — это последнее, о чём нам стоит беспокоиться, — прошептал он. — Отец позаботился об этом. Счета в гоблинских банках Швейцарии, инвестиции в маггловский бизнес… Нам хватит на несколько жизней. Кайла повернулась в его объятиях, обвивая руками шею: — И всё равно я должна починить эту чёртову плиту, — упрямо сказала она. — Это вопрос принципа. Драко рассмеялся и поцеловал её — сначала нежно, потом всё более настойчиво. Её губы раскрылись навстречу его, и он почувствовал знакомый жар, разливающийся по телу. — К дьяволу плиту, — пробормотала Кайла между поцелуями. — К дьяволу ужин. Её руки скользнули под его рубашку, ногти слегка царапнули кожу, вызывая дрожь предвкушения. Драко подхватил её на руки, усаживая на кухонный стол, с удовольствием отмечая, как расширились её зрачки, почти полностью скрывая ледяную синеву. — Здесь? — выдохнула она с улыбкой. — Серьёзно, Малфой? — Почему нет? — он уже стягивал с неё футболку, обнажая грудь. — Эта квартира слишком маленькая, чтобы быть привередливыми в выборе места. Её смех перешёл в тихий стон, когда его губы нашли чувствительную точку на шее. Драко никогда не уставал удивляться тому, как легко они читали желания друг друга. Как будто их тела говорили на одном языке, понятном без слов. Кайла была совсем не похожа на Асторию, чей холодный расчёт проявлялся даже в постели. Кайла была страстной, необузданной, иногда почти жестокой в своём желании. Зверь, живущий в ней, выходил на поверхность в моменты страсти, и Драко обожал эту её сторону — дикую, неконтролируемую, настоящую. Он грубо развёл её ноги, чувствуя, как она дрожит от нетерпения. Её шорты и бельё полетели на пол. Драко не заставил себя ждать. Одним движением он вошёл в неё, наслаждаясь её громким стоном. Кухонный стол скрипел под их весом, посуда опасно дребезжала, но им было наплевать. В этот момент существовали только они — их тела, их дыхание, их общий ритм. Кайла вцепилась в его плечи, оставляя красные следы от ногтей, её голова запрокинулась, открывая горло. Драко чувствовал, как напрягаются мышцы её бёдер, как сжимается она вокруг него, приближаясь к краю. — Посмотри на меня, — приказал он, замедляя движения. Она открыла глаза, и в их глубине Драко увидел то же неукротимое пламя, что горело внутри него самого. Их взгляды сплелись так же тесно, как тела, и когда она, наконец, вскрикнула, содрогаясь от оргазма, он последовал за ней, теряя себя в её объятиях. Потом они долго лежали на кровати, куда каким-то образом переместились, переплетясь конечностями, пытаясь восстановить дыхание. Кайла лениво водила пальцем по татуировке Тёмной метки на его предплечье — она уже не была чёрной, как раньше, но всё ещё отчётливо виднелась на бледной коже. — Скучаешь? — тихо спросила она, прослеживая контуры черепа и змеи. Драко задумался. Скучал ли он по прошлой жизни? По власти, которую давала эта метка? По страху в глазах людей, когда они видели его с отцом рядом с Тёмным Лордом? — Иногда, — честно ответил он. — Не по страху, не по служению. Но по чувству… принадлежности. У нас была цель, было место в мире. — А сейчас? — её палец остановился на месте, где змея выходила из черепа. — У тебя есть место в мире? Драко повернул голову, глядя на неё: — Моё место рядом с тобой, — просто сказал он. — Всё остальное вторично. Она улыбнулась — той редкой, открытой улыбкой, которая преображала её лицо, делая его почти уязвимым: — Я никогда не думала, что услышу такие слова от Драко Малфоя. — Я и сам не думал, что когда-нибудь их произнесу, — он поднял руку, заправляя прядь волос за её ухо. — Но это правда. Ты… изменила меня. — Мы изменили друг друга, — ответила она, прижимаясь ближе. Но даже в этот момент близости оба знали, что их мысли часто возвращаются к прошлому. К Британии. К незавершённым делам, к неотомщённым обидам. К книге, которую они спрятали в заколдованном тайнике под половицей, к тайне, которую всё ещё предстояло раскрыть. Они прожили так почти полгода — в относительном покое, под вымышленными именами, стараясь не привлекать внимания. Но постепенно их начали находить — старые соратники, бывшие пожиратели смерти, влиятельные чиновники, успевшие бежать из Британии до массовых арестов. Первыми, как ни странно, появились Теодор Нотт, Блейз Забини и Панси Паркинсон. Они возникли на пороге их квартиры солнечным сентябрьским днём, словно призраки прошлого. — Какого хера вы так долго скрывались? — был первый вопрос Блейза, когда они сидели за столом в маленькой гостиной. — Мы искали вас по всей Европе. — В этом и был смысл, — сухо ответил Драко. — Скрываться. Выживать. — Выживать? — Панси презрительно фыркнула, оглядывая скромное жильё. — Это ты называешь жизнью, Драко? Малфой в дешёвой квартирке, работающий в лавке зельевара за гроши? Кайла напряглась, и Драко положил руку ей на колено под столом, успокаивая: — Что вам нужно? — прямо спросил он. — Зачем вы нас искали? Теодор, до сих пор молчавший, подался вперёд: — Потому что ситуация меняется, Драко. В Британии. И не только там. — Что ты имеешь в виду? — спросила Кайла, инстинктивно чувствуя важность его слов. — Режим Поттера и его прихвостней уже не такой популярный, как они надеялись, — ответил Блейз с ухмылкой. — Реформы буксуют, экономика падает, волшебники недовольны. Особенно чистокровные семьи. — Многие вспоминают времена Тёмного Лорда с… ностальгией, — добавила Панси. — Тогда был порядок. Была структура. Была сила. Драко обменялся взглядом с Кайлой. Они оба чувствовали, к чему идёт этот разговор. — И? — холодно спросил он. — Чего вы хотите от нас? — Лидера, — просто ответил Теодор. — Знамя, вокруг которого можно собраться. Символ возрождения идей Тёмного Лорда. — И вы думаете, что я подхожу на эту роль? — Драко не смог скрыть удивления. — Я? Тот, кто бежал при первой возможности? — Не просто бежал, — мягко возразил Теодор. — Ты спас самую ценную вещь Тёмного Лорда. Книгу ритуалов. Драко застыл, чувствуя, как напряглась Кайла рядом с ним: — Откуда ты… — У меня свои источники, — туманно ответил Теодор. — Не важно. Важно то, что эта книга может быть ключом к возрождению всего, что мы потеряли. Включая самого Тёмного Лорда. — Ты бредишь, Нотт, — Драко покачал головой. — Волдеморт мёртв. Окончательно. — Ты уверен? — Теодор улыбнулся своей странной, отсутствующей улыбкой. — Он уже возвращался однажды. Почему не снова? В комнате повисла тяжёлая тишина. Драко чувствовал, как внутри него борются противоречивые эмоции. Часть его хотела отмахнуться от этих идей, продолжить жить тихой, незаметной жизнью с Кайлой. Но другая часть… другая часть жаждала мести. Жаждала вернуть то, что было отнято у него — статус, власть, уважение. — Даже если это возможно, — медленно сказал он, — почему я? Почему не Беллатрикс? Или кто-то из старых верных последователей? — Беллатрикс в Азкабане, — ответил Блейз. — Как и большинство выживших из ближнего круга. А новому движению нужно новое лицо. Молодое. Харизматичное. С правильной фамилией и правильной кровью. — И с правильной спутницей, — добавила Панси, глядя на Кайлу. — Боевой легендой, которая внушает страх одним своим именем. Кайла впервые подала голос: — Мы провели месяцы, пытаясь остаться незамеченными. А теперь вы предлагаете нам выйти на свет и стать мишенью для Поттера и всего Аврората? — Не сразу, — покачал головой Теодор. — Сначала мы создаём структуру. Сеть. Находим союзников, накапливаем ресурсы. Затем начинаем действовать — сначала тихо, потом всё громче. — И какова конечная цель? — спросил Драко. — Восстановление режима чистой крови, — ответил Блейз. — Возвращение власти тем, кому она принадлежит по праву. И, если возможно… возвращение самого Тёмного Лорда. Драко посмотрел на Кайлу, пытаясь прочесть её мысли. Её лицо было непроницаемым, но в глазах мелькнуло что-то — интерес? Жажда? Надежда? — Нам нужно подумать, — наконец сказал он, поворачиваясь к гостям. — Это не решение, которое принимают за пять минут. — Конечно, — кивнул Теодор, поднимаясь. — У вас есть время. Но не слишком много. Мир не стоит на месте. Когда они ушли, Драко и Кайла долго сидели в тишине, каждый погружённый в свои мысли. — О чём ты думаешь? — наконец спросил Драко. Кайла подняла взгляд, и он был поражён интенсивностью эмоций в её обычно холодных глазах: — Я думаю о том, что мы потеряли, — тихо сказала она. — О том, как нас унизили. Заставили бежать, прятаться, притворяться. Она встала и подошла к окну, глядя на закатное небо Парижа: — Я думаю о Поттере, о его самодовольной улыбке, когда он стоял там, в подвале, с нашей книгой в руках. О Грейнджер, о её высокомерии. О том, как они забрали всё, что мы построили. Драко подошёл к ней, обнимая за плечи: — И что ты хочешь делать? Она повернулась, и в её глазах он увидел решимость, граничащую с яростью: — Я хочу заставить их заплатить, — просто сказала она. — Всех до единого.