Взаимность

Осенний дождь, холодный, мелкий, не прекращающийся уже пару дней, не мог побеспокоить четырёх заклинателей, расположившихся на бамбуковых ковриках вокруг двух низких столиков, сдвинутых вместе. Тарелки с кусочками холодной курицы и мелко нарезанной свинины располагались рядом с пиалами крепкого вина, от которого по комнате распространялся терпкий приятный аромат, заставляющий вспомнить о хороших временах, когда ещё можно было собраться всей семьёй в одной зале и вместе выпить подогретое на огне старое вино. Воспоминания о тех чудных днях уже не беспокоили, не причиняли боли и не приносили ощущение потери. В этот день это были просто хорошие воспоминания, подобные приятному дополнению к без того прекрасному осеннему дню, когда после всех тревог и волнений, разобрав наконец клубок давних ненависти и обиды, эти четверо наконец смогли встретиться, в кои то веки связанные только теплой дружбой, горячей любовью и семейным теплом. Вэй Усянь и Лань Ванцзи сидели вместе, по одну сторону стола, по другую же, на почтительном расстоянии друг от друга расположились Лань Сичэнь и Цзян Чэн. Идею совместной ночной охоты предложил Вэй Усянь, и его муж без раздумий поддержал его. После того, как все недоразумения между Вэй Ином и Цзян Чэном были разрешены, им нужно было немного времени, чтобы восстановить прежние теплые отношения. И теперь это неплохо получалось благодаря совместному времяпрепровождению. Эта охота, казалось, окончательно восстановила прежнюю теплую привязанность между двумя братьями. Они наконец перестали чувствовать неловкость в обществе друг друга и теперь спорили о какой-то глупости в привычной манере общения. Братья Лань молча наблюдали за этим представлением. Один - с неизменным каменным выражением лица, другой - с неизменной мягкой улыбкой. - Это вино должно стоить как минимум вдвое больше его настоящей цены! Ты, Вэй Ин, ничего не смыслишь в ценах на продукты и алкоголь. - Нет-нет, ты не понимаешь! Если бы оно стоило дороже, кто бы взял его? - Если оно дешево, то богатые люди не возьмут его, потому что посчитают не качественным, а бедные все равно не смогут купить даже за такую цену. - Но ведь мы же купили его! - Только потому, что ты его выбрал, сам бы я ни за что не стал покупать! - Забудь, ты совершенно не разбираешься в этом! - Вэй Ин махнул рукой, прекращая бессмысленный спор, а Цзян Чэн фыркнул, признавая, что они не смогут прийти к согласию и в то же время намекая, что аргументы Вэй Усяня ничуть его не убедили. Вэй Усянь тем временем повернулся к Лань Чжаню: - Почему ты не пьешь? Лань Чжань, сегодня я хочу, чтобы ты выпил! - глаза Вэй Усяня сверкнули. Его голос звучал чуть развратно и бесстыдно, но это вряд ли относилось к выпитому вину. Любой бы понял, что он не просто так хочет напоить своего мужа и явно рассчитывает на чудную ночь. Уши Лань Ванцзи слегка заалели и он взял пиалу с вином в руки, а затем отпил немного. Он не хотел сразу заснуть и надеялся пробыть трезвым немного дольше. Вэй Усянь понял его намерения и не стал его переубеждать. Тем временем Цзян Чэн задумчиво глядел в свою пиалу, указательным пальцем проводя по кромке. Он не был пьян, но глубоко задумался о чем-то. Моргнув он выбрался из водоворота мыслей и взяв в руки кувшин повернулся к Лань Сичэню. - Глава Лань, вы тоже ничего не пили. Не любите вино? - Глава Цзян, если честно, я плохо переношу алкоголь... - Лань Сичэнь хотел продолжить и вежливо отказаться, однако тут он увидел, что Цзян Чэн, уже плеснувший в его пиалу напиток, смутился. - Прошу прощения, я не знал, что вы не любите пить... Ничего страшного, не заставляйте себя. - Нет, я выпью. - Лань Сичэнь неожиданно схватил пиалу и, на секунду поджав губы, тут же залпом выпил всё. Цзян Чэн, Вэй Усянь и Лань Ванцзи остолбенели. Впрочем, только в глазах последнего промелькнул некоторый испуг, остальные двое скорее были заинтересованы. - Брат, ты... Вэй Усянь уже долгое время жил со своим мужем, а потому смог распознать в его голосе беспокойные нотки. Впрочем, больше Ванцзи ничем себя не выдал. - Что такое? Цзэу-Цзюнь тоже плохо переносит алкоголь? - Вэй Усянь шепнул это Ванцзи на ухо. - Мгм. Очень. - коротко ответил он и тихо добавил. - И ещё... - О? Что такое, в чем дело? Есть что-то ещё? - Вэй Усянь в мгновение ока загорелся любопытством. - Мгм. Не стоит тебе говорить... - Расскажи! Лань Чжань, гэгэ, расскажи мне! - Вэй Ин придвинулся ближе, бессовестно пользуясь безграничной любовью Ванцзи к нему. Лань Чжань сглотнул. Его уши ещё немного покраснели и он приблизился к уху Вэй Усяня. - Мой брат. Он очень... очень давно любит... главу Цзяна. Вэй Усянь застыл. Он конечно предполагал, что Ванцзи скажет что-то занимательное, но не ожидал, что это будет нечто настолько шокирующее. После изумления на его лице появилось безудержное веселье и он закрыл рот обеими руками, чтобы не расхохотаться. - Что смешного? - поднял брови Ванцзи. - Нет-нет! Это не смешно, это просто чудесно! - О чем это ты говоришь? - Цзян Чэн, сидящий напротив прищурился. - Что чудесно? Что Ханьгуан-цзюнь сказал тебе? - Ничего такого! Цзян Чэн, кажется глава Лань заснул, поможешь ему? Цзян Чэн удивленно обернулся и увидел сидящего рядом Лань Сичэня. Заклинатель действительно спал, прикрыв глаза. Его щеки чуть покраснели от алкоголя и лицо стало расслабленным. Привычная улыбка казалась менее выразительной и более спокойной. - Я думаю тебе стоит уложить его спать. - сказал Вэй Усянь и Цзян Чэн приготовился поспорить, сказать, например, что Лань Ванцзи гораздо лучше справится с этой задачей, ведь он его брат в конце концов, но внезапно остановился и просто кивнул. - Хорошо, я позабочусь об этом... Вэй Усянь уже собирался подняться и потащить за собой Лань Чжаня, чтобы оставить глав орденов наедине, когда внезапно Лань Хуань открыл глаза и схватил Ханьгуан-цзюня за руку. - Ванцзи, вы уже уходите? Нет-нет, не стоит! Оставайся. И ты и твоя жена... - Сичэнь счастливо улыбнулся, кивая на Вэй Усяня. - Мой Ванцзи, ты так вырос, теперь ты даже женат. - Брат, ты пьян. - Лань Чжань кинул один взгляд на Вэй Усяня и снова посмотрел на захмелевшего Сичэня. Вэй Усянь был несколько шокирован, но уже через пару секунд не смог сдержать озорной улыбки. - Так вот как глава Лань выглядит, когда пьян. Лань Чжань, Лань Чжань! Он же полная твоя противоположность! Лань Ванцзи только чуть нахмурился, с беспокойством глядя на старшего брата. Цзян Чэн с удивлением наблюдал за Лань Сичэнем. Он впервые видел того в таком состоянии. Обычно Цзэу-цзюнь был исключительно вежлив со всеми и не позволял себе говорить столь откровенно даже с близкими знакомыми. Теперь же он выглядел так, словно мог сказать любую из своих скрытых мыслей. - Ох, Ванцзи, ты должен заботиться о господине Вэе... А я позабочусь об А-Чэне. Все трое застыли, глядя на довольное лицо Лань Сичэня. Тот смотрел на них в ответ сияющими глазами, в которых отражалось абсолютное счастье. Внезапно он взял в руки чистую пиалу и начал протирать её рукавом своего ханьфу. Цзян Чэн усилием воли заставил себя успокоиться и мыслить рационально. Он повернулся к Лань Чжаню с вопросом: - А-Чэн... это? Может это какое-то домашнее животное? Цзян Чэн уже приготовился услышать неизменное "мгм" и приподнял брови в удивлении, когда со стороны Лань Ванцзи не раздалось ни звука. - Тогда кто это? О ком хочет позаботиться ваш брат?! Лань Ванцзи беспомощно посмотрел на Вэй Ина. Тот явно наслаждался всей этой ситуацией и на обеспокоенный взгляд мужа только подмигнул ему, после чего обратился к Цзян Чэну: - А ты как думаешь, кто это? "А-Чэн". Из нас троих только тебя можно так называть! - Что... что за бред! С чего главе так называть меня?! - Цзян Чэн вспыхнул, кончики его ушей стали красными. - Не горячись! Глава Лань сейчас пьян, он наверняка не думает о том, как правильно называть тебя. - Но тебя он назвал "господин Вэй", а меня... - Цзян Чэн возмущённо уставился на Вэй Усяня. Тот только усмехнулся. Лань Сичэнь между тем до блеска натер пиалу и поставив ее на стол взял в руки кувшин с вином. Не переставая мягко улыбаться он налил алкоголь в пиалу. Затем, взяв в руки стакан с водой, он прочитал короткое заклинание. Капли воды поднялись в воздух и застыли так. Наблюдавшие за ним заклинатели увидели, как они быстро твердеют, превращаясь в лёд. Один взмах руки и замороженные капли упали в пиалу с вином. Лань Сичэнь повернулся к Цзян Чэну. Взгляд серых глаз был таким же мягким, как и его улыбка, в нем явно читалась нежность, граничащая с безумным обожанием. Цзян Чэн поперхнулся, наткнувшись на этот взгляд. Прикрыв нижнюю часть лица рукой он отвел глаза. - Глава Лань... что такое? Почему вы смотрите на меня? - А-Чэн, я хотел позаботиться о тебе. Вот, ты же любишь вино со льдом. - с этими словами он протянул напиток. Цзян Чэн пораженно замер, а затем медленно взял в руки пиалу. - Откуда вы узнали... - пробормотал он, глядя, как капли льда медленно плавятся и трескаются в вине, которое раньше было подогретым, а сейчас с каждой секундой становилось прохладнее. - А-Лин сказал. - Лань Хуань улыбнулся. - Этот паршивец... - проворчал Цзян Чэн и отпил глоток вина. Холодная и в то же время обжигающая жидкость опалила горло и лицо заклинателя расслабилось от удовольствия. Многие говорили, что вино со льдом это извращение самой культуры распития алкоголя, но Цзян Чэну было плевать на их мнение. Однако, чтобы не провоцировать бессмысленные споры за столом, он редко решался заказывать вино со льдом в компании. Сейчас же глава Лань сам предложил ему этот чудесный напиток. Цзян Чэн не смог сдержать довольной и благодарной улыбки, заметив которую все остальные застыли в изумлении. Шанс увидеть такое выражение лица у вечно хмурого Цзян Чэна был крайне мал... Ваньинь заметил их реакцию и тут же снова нахмурился. - Я... распоряжусь, чтобы сюда принесли ещё закусок. - Цзян Чэн поспешно встал и вышел из комнаты, не глядя больше на Лань Хуаня, который тем временем выпил ещё одну пиалу вина и, кажется снова задремал. Лань Чжань и Вэй Ин переглянулись. - Глава Цзян... что он?.. - Ванцзи, кажется, был обеспокоен и Вэй Усянь положил руку ему на голову, успокаивая. Они говорили шёпотом, чтобы не разбудить Сичэня. - Может я ошибаюсь, но раньше я уже не раз замечал, что Цзян Чэн заглядывается на твоего брата. Если у него и нет пока никаких чувств, думаю в будущем... Лань Чжань, только представь, как чудесно всё сложится, если они будут вместе! Скажи, как долго Цзэу-цзюнь влюблён в Цзян Чэна? - Год. - Ого, не дурно! - Вэй Ин захихикал. - Почему он до сих пор не признался? Ответом ему стал лишь выразительный взгляд Лань Ванцзи. - Да-да, понимаю. Кажется, любой, кто влюбится в Цзян Чэна обречен на вечные страдания. По крайней мере, так многие думают. Но на самом деле Цзян Чэн тоже способен на любовь, кхм, я надеюсь... - Старший брат всегда поддерживал мою любовь к тебе. Поэтому я хочу, чтобы он тоже был счастлив. - проговорил Ванцзи серьезно, чуть опустив ресницы. Вэй Усянь задумчиво посмотрел на него. Редко можно было увидеть Лань Ванцзи таким. Хотя Вэй Ин и так знал, что тот очень любит своего старшего брата, всё равно такие откровения были очень ценны. - Надеюсь, Цзян Чэн не станет противиться своим чувствам из-за предрассудков... - он покивал, раздумывая. Лань Ванцзи выразил согласие с его словами одним коротким кивком. - Когда брат протрезвеет, он побоится даже взглянуть в глаза главе Цзян. - сказал Ванцзи и Вэй Ин с любопытством посмотрел на него. - А он вспомнит, что делал, пока был пьян? Разве не забудет всё, как ты? - Нет, старший брат помнит всё до мельчайших деталей. В этот момент Лань Сичэнь открыл глаза. Он медленно огляделся и чуть нахмурился. - А-Чэн... Внезапно он хлопнул по столу и требовательно обратился к сидящим напротив Вэй Усяню и Лань Ванцзи: - Где моя жена?! В этот момент в комнату как раз зашёл Цзян Чэн. Кажется, он не услышал последних сказанных Лань Хуанем слов. Вэй Ин хохоча указал на Цзян Чэна: - Вот! Сичэнь в ту же секунду повернулся к ничего не понимающему Цзян Чэну. На лице пьяного заклинателя расцвела улыбка. - А-Чэн, где ты был? Я думал, что потерял мою жену... Цзян Чэн оцепенел. Медленно перевел взгляд на хихикающего Вэй Усяня, затем на Лань Ванцзи, старательно отводящего взгляд. - Чёрт возьми, да что всё это значит? - Кхэ-кхэ, Лань Чжань, я думаю нам пора идти. - Вэй Ин вскочил и рывком поднял Ванцзи с пола. Они вихрем пронеслись мимо Цзян Чэна и лишь перед тем как закрыть дверь Вэй Усянь сказал, обращаясь к все ещё ошарашенному Цзян Чэну. - Цзэу-цзюнь влюблён в тебя, что поделать! Только тебе решать, как поступить с этой информацией! И, пожалуйста, не забудь уложить его спать. После этих слов дверь захлопнулась и Цзян Чэн остался наедине с Лань Хуанем и невероятным потрясением от услышанного. Сначала Ваньинь просто неподвижно стоял, глядя в одну точку. Затем он медленно моргнул и после этого его лицо залил лихорадочный румянец, никак не связанный с выпитым вином. - Бред... это какой-то бред... - пробормотал он себе под нос, слыша как сердце бешено колотиться от одной мысли: возможно, Вэй Усянь не соврал. Цзян Чэн не решался не то что повернуться и посмотреть в сторону Лань Сичэня, он боялся пошевелиться и потому неподвижно стоял уже пару минут. "Цзэу-цзюнь влюблён в тебя, что поделать!" Слова, сказанные Вэй Усянем раскаленным железом жгли сознание. - Нет-нет, это всё бред! И то, что Лань Сичэнь назвал его "своей женой" тоже какая-то ошибка! Бред, абсолютный бред. Цзян Чэн осознал, что влюблён в Лань Сичэня целый месяц назад. Он долго отрицал эту мысль, но что поделать, красивый заклинатель с мягкой улыбкой и теплым светом темных глаз окончательно вскружил ему голову. Цзян Ваньинь осознавал, что Сичэнь добр с ним, как и со всеми остальными людьми, однако ничего не мог поделать с иллюзией каких-то особых отношений между ними, создавшейся из-за теплого расположения к нему Лань Хуаня. И всё же он пытался напоминать себе, что всё это лишь фантазии, которые совершенно не соответствуют реальности. От осознания было горько, но Цзян Чэн давно привык к разочарованию и почти не питал особых надежд на возможность какой бы то ни было близкой связи с Лань Хуанем. Сейчас же его будто окатило ледяной водой. Неужели Лань Сичэнь правда...? Цзян Чэн прикусил губу, пытаясь справиться с охватившей его паникой и в то же время безумной надеждой и желанием. В этот момент сзади послышалось шуршание и Цзян Чэн понял, что Сичэнь поднялся с пола. Ваньинь услышал, как он сделал несколько шагов в его сторону. - Глава Лань, вы пьяны, поэтому- Он не успел договорить, когда пара рук обхватила его сзади и у самого уха раздался мягкий голос Сичэня: - А-Чэн, наконец-то мы остались одни. Чёрт возьми... Цзян Чэн сжал зубы. Никогда прежде он не влюблялся так сильно и никогда прежде он не находился в такой близости от объекта своей любви. Тонкие пальцы Сичэня лежали на его груди, губы касались уха, обжигая жарким дыханием. По телу Цзян Чэна прошла волна дрожи. Что он должен был теперь сделать? Отпихнуть Сичэня и просто уйти, надеясь что никто из них больше никогда не упомянет о произошедшем? Цзян Чэн даже думать не хотел о таком исходе. Как ни стыдно признавать, он всё же хотел прямо сейчас остаться с человеком, в которого был влюблен и узнать, что тот захочет сделать с ним... Тогда стоит ли ему остаться и сделать то, что Вэй Усянь и Лань Ванцзи по слухам делают "каждый день"? Цзян Чэн почувствовал, как покраснели уши и щёки, стоило только подумать об этом. Нет, конечно он не собирается делать что-то подобное! - Глава Лань, отпустите... - тихо попросил он. Слова едва вырвались из внезапно пересохшего горла. - Нет. - Что? - Цзян Чэн так и остолбенел. Он был уверен, что стоит ему только попросить и всегда лояльный глава ордена Лань отступит. Однако тот и не думал исполнять просьбу. - Сегодня... я хочу побыть с вами, глава. - П-погодите! Почему? Почему вы так себя ведёте? - Потому. - Что?! Почему вы уходите от ответа?! - А-Чэн не должен спрашивать. - Что? Внезапно Цзян Чэн ощутил, будто уже когда-то раньше встречал похожую манеру поведения у пьяных людей. Он бы хотел вспомнить, но сознание полностью поглощала близость тела Сичэня, который положил голову на его плечо и теперь медленно поглаживал грудь и живот Ваньиня обеими руками. Цзян Чэн тихо выдохнул. Он не знал, как следует вести себя в подобной ситуации. Он хотел сбежать и в то же время испытывал невообразимое желание как можно дольше оставаться в такой близости с этим человеком. Внезапно руки Сичэня обхватили его за талию и резко повернули к себе, так, что теперь Цзян Чэн стоял к нему лицом. - Г-глава... подождите, я... Их глаза встретились и Цзян Чэн вздрогнул, увидев, как в мягких глазах будто разгорается пламя желания, которое Сичэнь и не думал сдерживать. Ваньинь вдруг пожалел, что сегодня не выпил достаточно, чтобы опьянеть. Насколько бы всё было проще, будь он сейчас пьян так же, как Лань Сичэнь. Он не успел додумать эту мысль, когда его губ вдруг коснулись теплые, чуть влажные губы Лань Хуаня. - Глава! Г... гла... гэгэ! Цзян Чэн и не заметил, как вслух назвал Сичэня так, как привык называть в своей голове в последнее время. Но раздумывать о том, как это было нелепо он не смог бы, даже если захотел. Прикосновение губ стало настойчивее. Теперь Лань Сичэнь обхватил его обеими руками за талию, прижимая к себе и, шагнув вперед прижал Цзян Чэна к двери. Их губы плотно прижались друг к другу и Цзян Чэн наконец махнул рукой на все приличия, правила, на то, что он будет делать завтра и дал выход сжигающей его страсти. Он обхватил Сичэня за шею и крепко зажмурившись попытался ответить на поцелуй. Неумело, краснея от каждого движения. Он не был уверен в своих силах. В какой-то момент он испугался, что Сичэню не понравится и тогда он никогда не захочет повторить это... Но Лань Хуань не выказывал и малейшего неудовольствия. Напротив, от каждого робкого движения Цзян Чэна он, кажется, заводился только сильнее. Поцелуй стал развязным, страстным и до ужаса развратным. Цзян Чэн никогда не был настолько же бесстыдным, как Вэй Усянь. Это был его первый поцелуй и он был очень смущён тем, как от простого прикосновения губами они перешли к влажному глубокому поцелую, в котором переплетались языки и губы немели. С тихим стоном Лань Сичэнь разорвал поцелуй. Цзян Чэн вздрогнул, чуть приоткрыл глаза, боясь увидеть на лице своего возлюбленного разочарование. - А-Чэн... В тихом голосе прозвучало столько страсти, и нежности, что Цзян Чэн вспыхнул не меньше, чем от недавнего поцелуя. Он отвел взгляд, не осмеливаясь смотреть в темные глаза. Они всё ещё стояли очень близко друг к другу и Цзян Чэн внезапно почувствовал, как что-то твердое упирается ему в бедро. Его мозг был затуманен после поцелуя, он даже не смог сразу понять, что это за предмет и потому только автоматически протянул руку, чтобы отодвинуть его. Лань Сичэнь вздрогнул. С его губ сорвался легкий вздох. Цзян Чэн непонимающе посмотрел на его лицо и... понял. Осознание обожгло и он отпрянул, однако тут же упёрся спиной в дверь. - Прости... я возбудился от простого поцелуя. - Лань Сичэнь виновато улыбнулся. - Замолчи! Не нужно говорить это вслух! - Цзян Чэн закусил губу. - Чёрт возьми, почему ты... такой? - Ты злишься? Прости, я не хотел... - Лань Хуань с беспокойством вгляделся в глаза Цзян Чэна, а потом вдруг взял в руки его лицо, большими пальцами поглаживая щеки. Его взгляд стал очень внимательным. - А-Чэн, не злись. Что ты хочешь, чтобы я сделал? Я сделаю... - Ты... - Цзян Чэн широко раскрыв глаза глядел на Сичэня. Разве кто-то мог быть настолько одержим им, чтобы сначала возбудиться из-за него, а потом извиняться за это? Разве мог кто-то так сильно хотеть его и в то же время заботиться о нем, уговаривая не злиться? - Я помогу тебе... - тихо проговорил Цзян Чэн, стараясь не встречаться взглядом с Сичэнем и надеясь, что тот не слышит его бешеного сердцебиения. Ваньинь протянул руки и начал быстро развязывать завязки на штанах Сичэня. - Что?.. Н-не заставляй себя, я просто... ох! - Сичэнь вздрогнул, когда рука Цзян Чэна опустилась на его возбужденный орган. Ваньинь внутренне сгорал от стыда. Он не знал, как можно удовлетворить кого-то и попробовал просто провести рукой по всей длине члена Лань Хуаня. Прикусив губу он несмело поднял взгляд, надеясь увидеть на лице своего возлюбленного хотя бы малую толику удовлетворения. Вид, открывшийся ему, поразил Цзян Чэна. Лицо Лань Сичэня покраснело, а глаза расфокусировались и затуманились. Встретив взгляд Ваньиня заклинатель чуть улыбнулся, как будто слегка вымученно и, схватив того за плечо уткнулся ему лицом в грудь. - Ещё... пожалуйста... - Почему ты не хочешь смотреть на меня? - Цзян Чэн осторожно обхватил пальцами твердую плоть и снова провёл вверх и вниз, на этот раз смелее и ощутимее. - Ах... я не могу... ты слишком красив... Мне кажется я кончу только глядя на тебя. Цзян Чэн вспыхнул. - Что за глупости?! - Правда... А-Чэн, пожалуйста, сильнее... Цзян Чэн выдохнул и, собрав всю смелость в кулак начал интенсивно тереть и гладить возбужденный орган. Слыша, как подавляет стоны Сичэнь, уткнувшийся ему в плечо, он ощущал, что его собственный член стремительно твердеет, наливаясь кровью. - Быстрее... - Сичэнь уже почти полностью повис на Цзян Чэне, обнимая его, чтобы не упасть. Ещё несколько особенно сильных движений руки Ваньиня сделали свое дело и Лань Хуань задержал дыхание, чувствуя долгожданную разрядку. Удовольствие разлилось по всему телу и он не смог сдержать стона. - Тебе понравилось? Понравилось? - Цзян Чэн чуть хмурясь вгляделся в наконец поднявшего лицо Лань Сичэня. - Отлично... просто замечательно... - Сичэнь потянулся вперед, оставляя на губах Цзян Чэна поцелуй. - Гэгэ... кхэ-кхэ, то есть, Сичэнь... - Цзян Чэн отстранился, держась за плечи заклинателя. - Я... мне... Лань Хуань внимательно посмотрел на него и медленно кивнул, как будто понял, в чем дело. - Я помогу тебе. - с этими словами он потянулся к штанам Цзян Чэна и развязав их, взял в руку твердый и горячий член. Воздух, казалось, застрял в горле Ваньиня и он поперхнулся. - Н-нет, я не это... ах... На самом деле Цзян Чэн хотел наконец сказать Сичэню о своих чувствах и признаться, что сегодня он сделал всё это потому, что любит его, а не под влиянием алкоголя или так называемой атмосферы. Но Лань Хуань понял его слова как намёк, что ему тоже нужна разрядка. Впрочем, это тоже было недалеко от правды. Теперь уже Цзян Чэн вцепился в Сичэня и повис на нём. Только тогда он понял, почему Сичэнь не смотрел ему в глаза. Ощущение ласкающих чужих пальцев на самой чувствительной части тела было до невозможности приятным и в то же время хотелось умереть от стыда. Цзян Чэн всхлипнул, сжимая белоснежное одеяние Сичэня в своих руках. "Быстрее, пожалуйста..." - вертелось у него в голове, но он лучше бы умер, чем сказал это вслух. Сичэнь, кажется, и без того понимал, что нужно делать и ускорился. Несколько минут прошли как в тумане. Цзян Чэн чувствовал, как с каждым движением руки Сичэня хочется громко застонать или просто глубоко вздохнуть, но он боялся даже пошевелиться и потому просто чуть сжимал ноги и прикусывал губы, не желая выдавать слишком яркого желания. Кажется, пытаясь окончательно свести его с ума, Сичэнь, продолжая одной рукой усердно удовлетворять Цзян Чэна, другой взял руку Цзян Чэна и стал медленно целовать каждый палец, костяшки, ладони, оставляя горячие влажные следы. Ещё минута и Цзян Чэн почувствовал, как всё тело охватила дрожь удовольствия. Он резко вдохнул и медленно выдохнул. Он наконец кончил. Ноги подогнулись и Цзян Чэн без сил упал на Сичэня, тут же подхватившего его на руки. - Тебе хорошо? А-Чэн, как ты себя чувствуешь? - Не спрашивай! - Цзян Чэн уткнулся Сичэню в плечо. Ему было хорошо. Слишком хорошо и в то же время он был слишком смущён, чтобы говорить об этом. Подняв Цзян Чэна на руки Сичэнь отнес его на кровать. Он снял верхнее одеяние с него и с себя и лег рядом, накрыв обоих одеялом. Цзян Чэн чувствовал себя очень непривычно. Он хотел бы просто радоваться тому, что его чувства оказались взаимны, но мысль, что всё произошедшее случилось только потому, что Лань Сичэнь был пьян и на самом деле тот вовсе не хотел бы делать это в трезвом виде, пугала и напрягала его. Что если завтра он скажет, что всё было ошибкой и им не стоит вспоминать об этом? Цзян Чэн прикрыл рукой глаза. Всё равно это будет завтра, а сегодня он всё ещё мог прижаться к Сичэню и осторожно сжать его руку под одеялом, наслаждаясь теплом любимого человека.