В туманах Гулланктора

      Еще не рассвело, когда Нейда проснулась от того, что кто-то трясет и дергает ее за плечо, и увидела тревожное, как никогда прежде, лицо Кая. Он молча тащил ее за руку. Нейда отреагировала мгновенно, выползая за ним из-под одеяла и стискивая кинжал, ее единственное оружие, дававшее хоть каплю уверенности.       На выровненном выступе в горном склоне, давшем деревне название, собрались, наверное, все жители Крутого Склона. Небо над вершинками самых далеких гор только начало светлеть. По краю площадки стояли солдаты с ружьями, направленными на собравшихся. На них были одинаковые мундиры, верхняя часть сине-зеленая, а брюки и ремни коричневые. На головах — шлемы. У каждого грудь крест-накрест пересекали светлые ленты с закрепленными на них через равные промежутки тускло поблескивающими узкими и длинными цилиндрами, в которых Нейда, присмотревшись, узнала патроны. В руках — карабины, о которых говорил Кай. Они отдаленно напоминали ружья горцев, но были короче, ухватистее. Вороненые стволы не выдавали себя лишним блеском, но с первого взгляда понятно было, что оружие новое и дорогое.       Впрочем, Нейда не успела рассмотреть в тусклом предутреннем свете и половину подробностей. Кай поспешно затолкал ее в задние ряды деревенских.       «Что происходит?» — одними губами прошептала Нейда.       «Итарки», — так же шепнул Кай.       «И никто не будет сопротивляться?»       «Как, Нейда?» — прошипел Кай.       Ружья при нем не было. Нейда только сейчас заметила, что люди вокруг не только не вооружены, но и полуодеты. Матери успокаивали испуганных детей.       В центр площади неторопливо вышел один из солдат. У него была идеально прямая осанка, безупречная причёска, из которой ни один волосок не выбился, не шевелился под ветром. И также будто не подверженный внешнему воздействию, безупречно сидящий мундир с золотыми нашивками на рукавах. Лент на нем не было, голова ничем не покрыта. Лицо, совершенно лишённое выражения, казалось высеченным из камня.       Он был единственным среди пришельцев, кто не держал в руках оружия, да и не был, кажется, не вооружен ничем, кроме кинжала в ножнах у пояса, но от него явственно исходила главная угроза. Негромкий, четко выговаривающий каждое слово голос его каким-то странным образом разнёсся над собравшимися, заглушая шёпот и детский плач.       «Недавно небезызвестный Сэл Хохотун напал на один из идущих в Цитадель караванов, — веско произнёс он. — Слышали ли вы об этом?»       Народ замер. Никто не осмелился ответить сразу. Старейшина Корел сделал шаг вперёд.       «Мы живем в глуши, господин, — начал он. — Далеко от караванных троп. До нас не всегда доходят все слухи…»       Глаза его собеседника блеснули холодным белым светом, как стеклышко, за которым держат свечу:       «Где ни появишься, всюду одно и то же. То, что ты говоришь, не интересно само по себе и не отвечает на мой вопрос».       Нейда внимательно пересчитывала стоящих вокруг солдат. Она видела их кинжалы на поясах, видела руки на цевье, пальцы около курков. Но, судя по всему, никто не был намерен открыть огонь немедленно.       «Мы — простые люди, господин, — между тем бормотал Корел, чьи руки были прижаты к груди, а голова опущена. — Сами ни на кого не нападаем, живём собственным трудом…»       «Тогда давай сбережем время, твое и мое. Сэл был в вашей деревне? Хвастался награбленным? Да или нет?»       В толпе слышалось несколько покашливаний — признак нервозности, но никто не выдал себя ни словом, ни движением.       Нейда огляделась. Их было много, итаркских солдат. Слишком много. Но это был враг. И он был в пределах досягаемости.       «А где их флаер?» — шепнула она Каю, лихорадочно обдумывая варианты.       «Наверное, оставили где-то… Чтобы подкрасться и окружить деревню», — одними губами ответил тот Нейде.       «Господин, — пролепетал Корел, не решаясь лгать. — Мы — всего лишь крестьяне. Если Сэл Хохотун приходит в нашу деревню, мы не можем ему отказать. Он силён, у него много бойцов. Он взял то, что ему было нужно, и оставил нам то, что посчитал ненужным. Мы не приглашали его».       Итарк чуть склонил голову, словно прислушиваясь к каждому слову, к каждой интонации.       «Воспоминания начинают понемногу пробуждаться? Прекрасно, — произнес он, и в его голосе прозвучали едва уловимые нотки сарказма. — Так открой же мне, что было нужно Сэлу, и что он оставил здесь из ненужного».       «Он оставил нам… мешки с зерном, господин. Ящики с апельсинами и виноградом. А забрал он у нас… наши лучшие шкуры, господин. Те, которые мы готовили для торговли. Он сказал, что его людям нужна новая одежда».       «Давай выведем флаер из строя, — шепнула Нейда. — Отвлечем их. Кто-то пойдёт проверить, что случилось. Здесь их останется меньше. Они не будут ждать нападения. Вы же много лет сидели тихо!»       «А как же мы узнаем, где он?» — беззвучно ответил ей Кай.       «Так-так. Он оставил, а вы взяли. И почему бы нам не спалить все эти халупы, как напоминание? — озадачился между тем итарк, его глаза скользнули по окружающим хижинам. — Чтобы другим деревням в округе неповадно было связываться с Сэлом и принимать его дары».       Вопрос этот не был вопросом или шуткой, это была угроза.       «Господин, — начал Корел, его голос дрожал. — Вы… вы этого не сделаете. Здесь нет бойцов Сэла. Здесь только женщины, дети и старики. Они ни в чем не виноваты!»       «Пошли поищем, — шепнула Нейда. — Сейчас я упаду в обморок, ты будешь мне помогать, мы отойдем из их поля зрения и побежим искать. Скажешь им, если спросят, что я болею или одержима или ещё что-нибудь».       Холодный взгляд итарка скользнул по толпе, изучая. И… внезапно уперся в Кая. Как будто враг чутьем ощутил исходящий из этой части толпы если не вызов, то по крайней мере скрытый протест.       «Женщины? — итарк слегка нахмурился и медленно покачал головой. — Дети? — снова отрицательное качание. — Старики?» — и он скептически поморщился, как будто и впрямь серьезно примерял одну за другой эти роли на Кая.       Нейда резко шагнула вперед, загораживая Кая от взгляда врага, и картинно побледнела, зашатавшись.       «Воды! — прохрипела она. — Пожалуйста!»       Главный итарк не подал никакого знака, его солдаты среагировали сами, притом с пугающей быстротой. Над головой Нейды грохнул выстрел.       «Ты… ребенок, — процедил итарк. — Угомони эту… женщину, пока мы не сделали это сами и окончательно».       Кай обхватил Нейду за плечи в защитном жесте, и враг вроде бы на время потерял к ним интерес. Сделал паузу, медленно обводя собравшимся взглядом, и спросил, как будто отбивая слова молотком: «Где. Сэл. Хохотун. Теперь?»       «Он не докладывает нам, куда он направляется, господин, — пролепетал Корел, разводя руками. — Но… мы видели, что его бойцы ушли в сторону Северных Ущелий. Он всегда пользуется этой дорогой, когда возвращается в своё логово. Больше нам ничего не известно».       Когда на них перестали смотреть, Нейда толкнула Кая.       «Ну же, давай отсюда выберемся! Тихо и незаметно. Уходим за хижины и ищем флаер!»       «Нейда, они нас не выпустят. Они никого не выпустят из окружения. Застрелят, и все. Как ты думаешь, зачем они пришли так рано, когда все спят, и выгнали всех из домов?» — испуганно прошипел Кай, делая вид, что продолжает ее поддерживать за плечи.       «Тогда подойдём ближе к оцеплению, — шепнула Нейда. — Я сниму одного или двух, они не будут стрелять по головам стоящих здесь. Мы успеем забрать два карабина. И в суматохе постреляем. Они не успеют опомниться от этой наглости».       «Чем снимешь?»       «Кинжалом. Это будет тихо».       «Нейда, ну что ты несешь, они же солдаты, не овцы на скотобойне. Они смотрят на нас, у них пальцы на спусковом крючке. Тебе жить надоело? Они тебя и близко не подпустят».       «Я тоже солдат. Я успею. Они не ждут удара от женщины».       «Пуля быстрее любого кинжала», — печально шепнул Кай.       «Нам надо просто подобраться поближе. Дальше я успею».       «Не успеешь. Итарки быстрые, как ядовитые змеи. И они не станут медлить, они станут стрелять. Ты видела, как быстро выстрелили в тот раз? И они тебя уже заметили, Нейда. Оставайся в толпе и будь благоразумна, не провоцируй их больше», — умоляюще проговорил Кай.       «Они не будут стрелять, если есть риск попасть в своего! Ну же, Кай! Я сейчас буду падать, ты подхватишь меня и оттащишь в сторону, к самому часовому. Скажи, что у меня припадок, что мне надо просто полежать спокойно».       «Нейда, ты вообще ничего не понимаешь! Им плевать, припадок, не припадок. Они просто не станут слушать, они никогда не слушают. Мы для них и не люди. Они не подпустят меня ближе. С тобой ли, без тебя ли… А я все же еще хочу немного пожить».       «Мне нужно просто оказаться рядом с часовым. Вон, другие люди стоят в паре ярдов от них. Подойдем чуть ближе. Совсем немного».       «Пара ярдов это как? — озадачился Кай. — А, вижу. Близко стоят. Но не так близко, чтобы имело смысл рисковать. Чем ближе ты к солдатам, тем больше внимания на тебя…»       «Я все еще не услышал ничего, что убедило бы меня не предавать эти совершенно не нужные и незаконно возведенные сооружения огню», — брезгливо напомнил итарк Корелу.       Тот вздрогнул и с отчаянием в голосе проговорил: «Через шесть дней, господин. Он обещал, что появится здесь на исходе восьмого дня, а прошло два».       На лице его собеседника впервые отразилось что-то похожее на удовлетворение.       «Хорошо, — сказал он. — В самом деле, убедительно. Если Сэл еще появится, не стоит, конечно, портить здешний вид раньше времени. Можете расходиться по домам. И, кстати, сдайте все награбленное. Вот сюда и принесите», — он кивнул себе под ноги, махнул рукой, и оцепление, не позволявшее людям вернуться в дома, немного расступилось.       «Им сейчас не до нас! — зашипела Нейда. — Они отвлеклись! Давай, пошли!»       Она сделала шаг в сторону ближайшего часового, пошатнулась, взмахнула рукой, хватаясь за плечо Кая. Взмах тут же привлек внимание ближайших солдат. На них с Каем направили сразу несколько стволов. Оказавшиеся на линии огня люди, пригнувшись, порскнули в стороны.       Кай опять приобнял Нейду за плечи и несчастным голосом забормотал: «Ну вот… Начинается. Припадочная она у меня, господа, пропустите уж нас ради Ренизи, отведу ее поскорее в дом!» — и ей на ухо: «Не надо глупостей, Нейда, умоляю!»       «Просто веди меня дальше! — прошипела она в ответ. — Или тебе совсем неважно, что они себя ведут как хозяева?»       Кай поволок Нейду к дому Корела, все так же обнимая и крепко удерживая за плечи. «Да пусть хоть как себя ведут, я не дам тебе просто так, ни за что, ни про что нарваться на пулю. Ты слишком нужна мне. Будет еще у тебя возможность сразиться. Но тогда, когда будет хоть малейший шанс на победу».       Нейда, скрипя зубами, смотрела на часового, мимо которого ее тащил Кай. Часовой провожал их полным презрения взглядом. Она бы точно успела, ножом под ребро, прикрыться еще живым телом, вырвать из рук карабин… но руки Кая весомо лежали на плечах, не давая сорваться в атаку.       «Почему, почему ты меня не пустил…» — выдохнула она бессильно, когда они миновали часовых.       «Да что бы ты сделала? — огрызнулся Кай, все так же почти до боли сжимая ее плечи. — Убила бы себя и меня заодно, сумасшедшая!»       «Я бы убила его и его соседа справа, мы бы забрали их ружья, началась бы суматоха, в ней люди бы тоже взялись за оружие. И это нападение дорого бы стоило итаркам. А у меня появилось бы ваше оружие, так что я бы впредь могла за себя постоять», — отозвалась Нейда, не пытаясь вырваться.       Кай негромко, но горько рассмеялся.       «Нейда, ты меня как будто совсем не слышишь. Они быстрее обычного человека. Но даже и обычные люди на их месте не стали бы стоять, пока ты их убивала бы и забирала карабины. Ты бы и до первого не дотянулась своим кинжалом. А если бы и дотянулась, что бы, по-твоему, было?»       «Я тебя слышу, Кай, — отозвалась Нейда, когда они вошли под крышу дома старосты. — Если бы я дотянулась — он получил бы лезвие между ребрами, в легкое. Человек или не человек, а с такой раной не живут».       «Нейда, я насчет итарков ничему бы не удивился. Они не люди, понимаешь, просто так выглядят. Может, они и с лезвием между ребрами живут, — устало сказал Кай. — Этого я не знаю. А вот что точно знаю, что они носят под мундирами пуленепробиваемую защиту. И предприми ты такую попытку, где бы ты теперь была?!       Запомни, единственное место, куда их можно и нужно бить кинжалом, это горло или глаз.       А за какое оружие должны, по-твоему, взяться люди? Ты не заметила, что они безоружны! К тому же полная площадь детей и женщин. Ну за что бы они взялись, случись атаке на солдат? Были бы в ужасе и метались бы повсюду или жались к земле. Пока солдаты, взбешенные нападением, палили бы по ним почем зря».       «Ладно… — Нейда резко стряхнула его руки с плеч. — Во всяком случае, я рискну прийти сюда еще раз. Через шесть дней. Если итарки устроят здесь засаду на Сэла, может, и мне удастся его подкараулить и поговорить».