В туманах Гулланктора

      На следующий день вышли на рассвете, но дорога заняла почти трое суток. Глаза Нейды устали от бесконечных карнизов, тропинок, подьемов и спусков, то пологих, то крутых. Дважды пробирались через лабиринт пещер.       «Давно я не был в Ро-Десс», — задумчиво говорил Кай, оглядывая окрестности.       Он каким-то чудом умудрялся находить дорогу в этом однообразном ландшафте. А Нейда раздраженно придерживала рукой юбку и мысленно проклинала маскировочный наряд. Идти было непривычно и неудобно. Но кинжал надежно пристроен на бедре, внушая уверенность. Дана с утра наплела что-то с волосами, помогла повязать правильно косынку, и Нейде оставалось смириться.       Она решила, что и сегодня никуда не доберутся, но с высокой кромки перед ними внезапно открылся вид на узкую вытянутую долину. По ее дну змеилась зеленоватая лента реки. Слева вдоль нее выстроились точки домиков. За ними на склоне громоздились незнакомые Нейде загадочные сооружения, блестящие металлом, сараи, каменные загородки.       А справа, втиснутая в расщелину, над долиной высилась… крепость. Выглядела она так, как будто несколько Крак-де-Шевалье поставили рядом друг с другом, чтобы полностью перегородить весь перевал.       Нейда остановилась, всматриваясь в тянущиеся к небу башни, стены, сливающиеся со скалами, бастионы, как будто продолжающие собой горы. Смотрела и не могла отвести зачарованный взгляд. В Палестине они бы сгинули под стенами такой твердыни без следа. Куда там тараны и осадные лестницы…       «Это Цитадель?» — с придыханием спросила она.       «Она и есть», — просто ответил Кай.       «Цитадель», — хрипло подтвердила Дана.       «Это очень… впечатляет! У меня дома тоже строят замки, раньше они мне казались огромными, но по сравнению с этим… и говорить не о чем».       Спуск занял не так мало времени, как ожидалось, но вот наконец Нейда со спутниками ступили на улицы рудничного городка. Вернее, на улицу, причем мощеную. Она тянулась вдоль реки, а от нее вверх отходили переулки, которые, конечно, уже никто не мостил. Домики произвели на Нейду впечатление. Не чета хижинам горцев. Каменные, с настоящими стеклами в окошках, с трубами, значит, топились они не по-черному, за каждым — ухоженный огород. Народу на улице было мало. Кое-где женщины возились в огородах или таскали воду из реки. Детей тоже на улице не было видно, только совсем малыши, лет до пяти или шести.       Нейда подавила порыв любопытства и шла, только изредко посматривая по сторонам, чтоб не привлекать внимания излишней заинтересованностью. Но мостовая под ногами… такое было только в столице, куда ей доводилось несколько раз приезжать в свите Филиппа. А здесь камнем выложили улицу в обычном поселении рудокопов… Она тихонько качала головой, удивляясь про себя.       «Тут у нас лавки, дальше дом старосты, школа и храм Ренизи, за ним таверна. В ней еще караванщики останавливаются. Ничего и не изменилось за годы, что я здесь не был», — бормотал Кай.       «Куда нам идти и где встретимся, если потеряем друг друга?» — шепотом спросила Нейда.       «Давайте возле таверны. Только нам с тобой, Нейда, нужно держаться вместе. Мне-то бояться нечего, Дане тоже, а ты сильно отличаешься от наших женщин лицом и всей манерой держаться».       «Я буду молчать и прикидываться дурочкой, — пообещала Нейда. — И не буду привлекать к себе внимания. А итарки тут только патрулями ходят?»       «Да они в нашем городке вообще редко бывают. Не едят, не покупают, свободное время не проводят».       «У них все в Цитадели?»       «Да, прямо под носом: они ленивы и удобства любят».       «Куда сейчас идём?»       «Для начала поднимемся к конторе, якобы я подумываю наняться в шахтеры, — сказал Кай. — А оттуда не назад в город спустимся, а пойдем пройтись и отклонимся к бараку».       «Хорошо. Я иду следом и молчу».       На руднике кипела работа. Что-то металлически гремело. На склоне возле водопада крутилось огромное колесо. Между наскоро сооруженными сараями высились отвалы породы. В них ковырялись рабочие с лопатами. В конторе, приземистом здании из камня с узкими окошечками-бойницами, их встретил пожилой дариец. Он слова не дал сказать об устройстве на работу, узнал Кая и принялся расспрашивать его, как жизнь, и как тот в горах перебивается, и как родные… Нейду Кай представил как жену, и старик только мазнул по ней взглядом и опять обратился к Каю.       «Так говоришь, отец-то умер? Эх, бедняга, исключительной силы и смелости был человек. Здесь еще долго про него вспоминали».       Нейда посматривала по сторонам, запоминала, как сюда дошли, и прикидывала, как лучше было бы здесь обороняться, если бы внезапно появились враги. Место выглядело удачным, с толстыми стенами и надежной дверью. Правда, хотелось надеяться, что драться все же не придется.       «Мы осмотримся тут? — спросил Кай старика. — Покажу моей жене, как рудники выглядят. Она у меня из дальних стран, ничего такого никогда не видела».       «Да осмотрись, конечно!»       По каменистой тропе Кай с Нейдой прошли мимо разбросанных зданий и механизмов высотой с два человеческих роста, похожих на водяные мельницы и все же других, мимо сновали шахтеры, у многих на шее висел капюшон из плотной ткани. Выглядели они усталыми, шагали тяжело.       По дороге Нейда обращала особое внимание на встреченных караульных. У каждого за плечом карабин, патронные ленты крест-накрест через грудь. Некоторые стояли. Другие сидели на ящиках или притащенных откуда-то бревнах. Общей была печать легкой скуки на лицах с очень правильными, в остальном невыразительными чертами.       День клонился к полудню. Наконец, впереди показался барак на высоком фундаменте. Больше и монументальнее, чем его представляла себе Нейда. Тропа вела прямо к нему и заканчивалась у дверей.       Нейда с Каем подошли к бараку и остановились, оглядываясь и как будто ища, куда идти дальше.       «Ты прости, что я представил тебя женой. Просто у нас в Ро-Десс порядки строгие, не то, что в горах, — смущенно заметил Кай. — Иначе старик бы подумал, что я совсем одичал».       Вокруг не было ни рабочих, ни охраны, но подходить к массивным дверям на виду у охранников, скучающих совсем рядом, было немного боязно. Задней стенкой барак сросся со скалой, одной стороной выходил в пропасть, а две другие как раз и смотрели на рудник.       «Я совсем не обиделась, не переживай, — Нейда незаметно взяла его за руку и тихонько пожала. — Тебе виднее, как лучше».       Двери были закрыты, но заперты или нет — понять невозможно.       «Подождем, посмотрим, может, они днем на обед сюда приходят, — предложила Нейда чуть погодя. — Надо бы только найти место, откуда барак видно, а итарки нас замечать не будут».       «Обеда никакого у шахтеров не бывает. Смена с утра до вечера, у каторжников тем более, — Кай нахмурился, припоминая местные порядки. — Слушай, у меня в заплечном мешке есть еще немного грибов и лука. Давай ближе к закату сядем чуть поодаль и пониже тропы, ну, как будто мы ужинаем».       «А у караульных обеда тоже нет? Они не сходят с поста с утра до вечера?»       «Никогда не замечал. Понимаешь, в Ро-Десс они почти не заходят. Кого там охранять? Давай понаблюдаем за ними, пока можно».       «Пройдемся, посмотрим, где лучше видно и незаметнее».       Она кивнула в сторону тропы.       «Иди вперёд. Я следом. У вас тут, наверное, женщины тоже на вторых ролях в семье?»       «А разве это не всюду так?»       «Не знаю про всюду. У нас так же. Правда, у меня семьи не было, так что опыта не имею. Но мало ли…»       «Кто-то же должен быть в семье главным?»       «Логично. Как в армии, должен же быть командир, который будет отвечать за то, чтоб поход состоялся, а лучше еще и с успехом».       «Хотя будь у нас с тобой семья, главной, наверное, была бы ты, — легко улыбнулся Кай. — Потому что не будь тебя, не состоялся бы никакой поход и не попал бы я в город своего детства, а сидел бы и дальше в Потаенной».       «А ты бы стал подчиняться? — так же легко улыбнулась Нейда. — Не в боевых вопросах, а в быту».       «Пока ты не научилась готовить рагу из кролика так же вкусно, как это делала моя мама, даже не знаю, — пошутил он. — А там куда бы я делся?»       «Готовить я вообще не умею. И жена из меня получилась бы так себе».       «Ну, это для кого как», — пробормотал Кай и заметно смутился.       Некоторое время они бродили по окрестностям, сидели, глядя на городок и на горы, Нейда то и дело посматривала на громаду Цитадели. Наконец, приметив, что солнце начинает снижаться, Кай предложил:       «Давай уже раскладывать наши припасы. Вот и первые идут домой. Скоро и каторжников поведут».       Теперь Кай и Нейда изображали из себя простачков, не нашедших лучшего места для вечерней трапезы, как возле общей тропы. Проходящие мимо шахтеры кидали на них удивленные взгляды, но им явно хотелось поскорее домой и было не до лишних разговоров. Наконец показались каторжники. Было их около сотни. Все в кандалах, вид еще более усталый, чем у обычных рудокопов. Нейда подумала, как неудобно, должно быть, работать с лишней тяжестью на руках, а кое у кого и на ногах.       Охранники шагали налегке, карабины все так же на плече, вечное скучающее выражение на физиономиях. Они не пытались поторапливать каторжников, а просто подстраивались под их темп, не из жалости — из безразличия.       Внезапно один из охранников повернулся к ним, на лице проступило некоторое оживление, рассеянный взгляд сделался сосредоточенным. Итарк остановился и требовательно спросил: «Вы кто вообще такие?»       Кай поспешно подскочил, чуть не перевернув еду, но Нейда видела, что он сделал эту неловкость нарочно, и затараторил с самым глупым видом: «Да мы с гор, господин, были уже в конторе насчет работы, а здесь мы ничего плохого не хотели, только пора же ужинать по нашему обычаю, и проголодались мы за целый день, а цены-то в таверне такие, что только и остается, как на холодных камнях...»       На лице конвойного отобразилась досада, как у человека, который прилюдно наступил в грязь. Его товарищи бросили ему пару замечаний, очевидно, насмешливых, по поводу чрезмерной бдительности, и он демонстративно отвел глаза от Нейды с Каем и ускорил шаг, догоняя каторжников, от которых успел приотстать.       Как отпирали двери, видно не было, но судя по паузе у дверей и по возне, Нейде и Каю показалось, что двери были заперты. Каторжники вошли в барак, и теперь яснее стало видно, как охранники запирают за ними тяжелые створки. Они остались тут же, у дверей — десять человек. Трое ушли и вернулись с котлами, из которых пахло едой. Ужин для каторжников, это было понятно.       Дольше сидеть у дороги не стоило, и Кай с Нейдой в сумерках спустились в Ро-Десс, где у таверны их уже ожидала Дана. Нейда шла задумчивая. Ни единой идеи, как подобраться к рудокопам, у неё не было. Десять часовых, видящих в темноте, не снять одновременно. А не одновременно — значит, успеют позвать помощь из Цитадели…       На улицах народу становилось всё меньше.       «Где ночевать будем? — спросила она Кая. — Уйдем назад в горы?»       «На таверну на троих все равно денег нет. Я бы попросился к одной из сестер на ночь, но они начнут расспрашивать о планах, о жизни, а я ни соврать, ни умолчать не смогу».       «Утром возвращаемся или к Сэлу?»       «Пожалуй, главное мы рассмотрели. Можно и назад, пока мы тут не примелькались охранникам. И так один нас чуть не заподозрил».       «А тот старик, с которым ты разговаривал, не заинтересуется, куда ты пропал, раз устроиться шахтёром хотел?»       «Решит, что моей жене условия не понравились. Или что мы в Цитадель устроились. Да что бы ни решил, итаркам жаловаться точно не побежит», — махнул рукой Кай.       «А кем в Цитадель устраиваются? — неожиданно заинтересовалась Нейда. — Можно же пристроиться туда, а потом пару-тройку офицеров прикончить, если успеется? Или флаеры им попортить».       «Да там все время нужны работники. На кухни, в кладовые, убираться и так далее…» — объяснил Кай. На словах об офицерах споткнулся.       «Прикончить? Офицеров? Ну можно, конечно, только это как-то… Ну, понимаешь, если они тебе как раз ничего не сделали, просто напасть и убить, это… трудно. Флаеры можно было бы, наверное, только никому это почему-то раньше и в голову не приходило».       «Если идет война, пусть и необъявленная, то нет варианта «они мне ничего не сделали», — нахмурилась Нейда. — Если они жгут ваши дома, а вы нападаете на их караваны, это война. А на войне хороши все средства. Можно, конечно, постучать в ворота и вызвать того же Ниэльда на дуэль… но он, скорее всего, поднимет смельчака на смех. И будет прав. На войне нет места благородству».       «Ну… вроде бы ты и права. И все же, когда мы нападаем на караваны, они пытаются убить нас, а мы их. Или когда они нас выслеживают, а мы их в ответ… Это понятно. А вот так встретить в коридоре, улыбнуться и ножом?! Да и потом убьешь ты одного, двух, а тебя поймают и тоже убьют?»       «Можно не улыбаться, — хмыкнула Нейда. — И уйти можно успеть, если изучить коридоры и режим смены часовых. А если не думать об отходе, так можно и не двоих успеть. Ладно, пока об этом совсем рано говорить».       «А как уйти-то? Ты придешь к воротам в залитой кровью одежде в поднятой по тревоге крепости и вежливо попросишь тебя выпустить?»       «Надо изучить, когда открывают ворота. Трупы спрятать. Одежду сменить. И уйти прежде, чем поднимут тревогу».       «Ну… если так», — протянул Кай.       За разговором дошли до таверны. Дана, едва увидев их, тут же принялась рассказывать обо всем, что успела узнать. От местных подростков она получила массу сведений о жизни рудника. Каторжников в Ро-Десс вообще не пускают, они, бедняги, или в бараке, или в шахте.       «На белый свет поглядеть удается только по дороге туда и оттуда… — тараторила Дана. — А еду им носят из самой Цитадели. А работают они в самых поганых участках. Другие шахтеры в других местах, а они в основном отдельно. Редко когда удается словом перекинуться. Они в основном из Свободных горцев. А главного итарка по руднику Тэнселл зовут. Про него говорят, что он вообще никогда ни на что не злится и ничему не радуется».       «Ты молодец, столько всего узнала, — похвалила Дану Нэйда. — А мы только убедились, что барак запирается, и что караулят его десять итарков. Наверное, у меня пока нет идей, что с этим делать».       «Не сказать, что так уж во все глаза караулят. Но вот только много их, и все у всех на глазах. Если только один за угол барака зайдет по нужде…» — добавил Кай.       «Но не по одному же их отлавливать», — покачала головой Нейда.       «А что, если мы одного поймаем и заставим позвать на помощь. Туда побегут пара других, мы их тоже схватим?» — предложила Дана.       Кай покачал головой.       «Ну почему нет-то? — не унималась девчонка. — И вообще с ножом к горлу заставим его приятелей отпереть барак?»       «Пока один будет барак открывать, другой за подмогой сбегает», — заметила Нейда.       «Ну нет, Нейда, ты расстояние вообще видела? Вниз по тропе почти до самого Ро-Десс, и потом еще вверх к Цитадели… За это время, если поторопиться, можно всех освободить и исчезнуть, — задумался Кай, прикидывая мысленно то, о чем говорил. — И потом, незаметно побежать не получится».       «Их десять. Мы не удержим угрозами всех. Кто-нибудь окажется в стороне и подстрелит нас, — ровным голосом проговорила Нейда. — Хотя, если сократить их число с десяти хоть на пару человек, тщательно их считать и взять в заложники тоже не меньше двух… а потом, уходя, оставить им на руках раненого, чтоб помощью ему занялись, а не за нами погнались… может быть, и получится».