В туманах Гулланктора

      На следующий день после завтрака Риэн проводил ее назад, передал с рук на руки Вете и немедленно воспользовался возможностью ускользнуть. Девушка тут же принялась со всей вежливостью, но очень дотошно выяснять, чего Нейде не хватает из предметов обихода, и нужна ли помощь в принятии ванны, и чем еще ей можно услужить…       Нейда посмотрела на неё недоуменно.       «Какая помощь может потребоваться в принятии ванны?»       «Налить воду, и удостовериться, чтоб была горячая или теплая, как тебе угодно, и трав душистых… а потом полотенце подать, да мало ли что?»       «Ну хорошо, раз сегодня никто обо мне не вспоминает, идём принимать ванну. А что, здешние дамы сами не могут полотенце взять?»       «Дамы и господа все разные. А ты и вовсе особенная, госп… Ада. Я просто хочу узнать, как тебе лучше услужить».       «Спасибо за заботу, Вета. Тогда приготовь теплую воду и заодно расскажи, какие тут дамы?»       «Конечно, Ада, — девушка как будто обрадовалась, получив, наконец, четкие указания. — Дам-то не так много. Жены господ офицеров и еще всяких ученых, не военных. Они все в Жилом крыле, на втором этаже».       «Расскажи про них, что помнишь, — Нейда улыбнулась и вслед за Ветой направилась в купальную комнату. — Кому ты прислуживала? Жене Тэнселла? Жене Ниэльда? Мне всё любопытно».       «В основном госпоже Дейленне. Это супруга господина Ниэльда. У нее волосы такие длинные и красивые, как… ну, как скорлупа конского каштана, знаешь? Блестящие и коричневые, но чуть-чуть с красным отливом. Она любит прохладную ванну. И волосы свои причесывает сама. А супруга господина Тэнселла, наоборот, любит теплую ванну и нежится в ней долго. Неудивительно, дети у нее такая банда сорванцов, где и скрыться от них, как не в ванне, — простодушно начала Вета. — Ой, даже не знаю, что про них еще рассказать».       Нейда стянула одежду и быстро, боком, не поворачиваясь к Вете спиной, опустилась в воду.       «А какие мелочи для жизни ты бы мне посоветовала?» — поинтересовалась она, пристраивая затылок на краю купели.       «Ну, вот у госпожи Дейленны очень много всяких расчесок и гребней для волос. И шпильки, и заколки всякие разные… Ну и платья, это понятно. И пледики, чтобы завернуться, тут хотя и тепло, в Цитадели, но все же она иногда мерзнет. И шкатулки разные красивые. И письменный прибор…» — было похоже, что Вета способна так перечислять долго-долго.       «Из всего такого мне, похоже, вообще ничего не нужно, — развела руками Нейда и снова улыбнулась. — Разве что ты мне подскажешь, чего бы захотеть».       «Может, туфли мягкие, чтобы не все время в сапогах ходить?»       «Хорошо, пусть будут туфли. Хотя сапоги мне привычнее. Тогда добудь мне туфли. А еще что-нибудь?»       «Но я же не знаю, что ты хотела бы», — расстроенно протянула Вета.       «Я не знаю, чего хотеть, Вета, милая, я всю жизнь проходила в мужской одежде, в сапогах, а из вещей у меня было оружие и… драгоценности — но их я быстро продала. Так как оружия ты мне здесь не достанешь, а драгоценности мне не нужны, то остаётся только положиться на твой опыт и чутьё».       «Я бы так не смогла», — вздохнула Вета то ли с сочувствием, то ли с завистью.       «А мне деваться было некуда. Так и привыкла. Ну что, посоветуешь или ограничимся туфлями?»       «А может, ты вышивать любишь? Или петь и играть на чем-нибудь?» — старательно гадала Вета.       «Не умею ничего из перечисленного, — вздохнула Нейда. — Ладно, видимо, ничего не придумается. Давай полотенце».       Девушка ловко подала ей полотенце. Действительно, так было гораздо удобнее. Насухо растеревшись, Нейда по привычке уже завернулась в полотно и вернулась в спальню.       «А ты в кого-нибудь влюблена, Вета?» — спросила задумчиво она, устраиваясь на кровати прямо в полотенце.       Если бы в руках у Веты что-то было, она, наверное, уронила бы это на пол. А так просто вздрогнула всем телом. Ее «нет» прозвучало слишком поспешно и отчаянно, чтобы быть правдой.       «Почему ты испугалась? — Нейда подалась вперед, пытливо всматриваясь в побледневшее и тут же порозовевшее лицо девушки. — Ты что, меня боишься? Или что я кому-то расскажу?»       «Я не испугалась. Просто. Прости, гос… Ада, я просто растерялась немного. Тебя я не боюсь, нет. А рассказать… а что тут рассказывать? Разве я кому-то интересна?»       «Мне интересна, раз спрашиваю. Садись, — Нейда хлопнула ладонью по покрывалу рядом с собой. — Расскажи, кто он»       «Пожалуйста, не надо. Я не хочу!» — впервые в голосе девушки прозвучала решимость и даже готовность сопротивляться.       Правда, она тут же испугалась собственной храбрости и уставилась на Нейду, как кролик на удава.       «Значит, все же боишься, — прищурилась Нейда. — Боишься, скорее всего, итарков. Потому что… либо он слуга здесь, либо он из вольных горцев».       Вета закрыла лицо руками. В это время в двери начал проворачиваться ключ. Нейда взяла ее за руку и крепко сжала.       «Я ничего не спрашивала и ни о чем не догадываюсь. Иди разберись с водой в купальне».       На пороге возник Риэн и окинул Нейду укоризненным взглядом, как будто не он опять вперся без предупреждения, а она специально раз за разом представала перед ним полуодетой.       «Я не готова к приему гостей, — Нейда скрестила руки на груди и вздернула подбородок. — Или к встрече с тюремщиком. Надо предупреждать о визите хотя бы с утра».       «А я с утра и не знал, что так скоро приду опять. Иначе непременно предупредил бы. В письменной форме, — мстительно парировал он, намекая на ее неграмотность. — Мне приказано проводить тебя во двор. Чтобы ты поучаствовала в новой тренировке».       «Письменную форму придется в следующий раз вслух зачитывать. Под дверью. А то вдруг у меня и полотенца под рукой не окажется? Вета, принеси мне, пожалуйста, одежду. А ты здесь останешься надзирать за процессом или снаружи покараулишь?»       «Надзирать — донельзя соблазнительное предложение, но я лучше снаружи», — фыркнул он и вышел в галерею.       Высунувшаяся из ванной Вета проводила его удивленным взглядом.       «Ты успокоилась? — тихо-тихо, почти одними губами прошептала Нейда и добавила погромче: — Всё принесла?»       «Да, конечно, — ответила Вета на оба вопроса. — Тебе помочь одеться?»       «Справлюсь, — Нейда натянула рубашку через голову и только после этого сдернула полотенце. — Чем он тебя удивил?»       «Злится чего-то. А обычно он спокойный такой, даже доброжелательный», — простодушно заметила Вета, подавая ей один предмет одежды за другим.       «Они все вроде кажутся спокойными, а на самом деле поди разбери, что у них в мыслях…» — вздохнула Нейда, выпрямилась и одернула куртку.       «Ты только про меня… никому из них, ладно?» — прошелестело ей вслед или только почудилось. Нейда, не оборачиваясь, утвердительно качнула головой.       Риэн повел ее знакомой уже дорогой во внутренний двор. Ниэльд сидел на ящиках между другими солдатами, не теми, что в прошлый раз, и при приближении Нейды поднялся на ноги.       «Ада».       «Ниэльд», — поприветствовала она его в ответ, не поднимая взгляда выше его идеально гладкого подбородка.       «Вчера ты показала очень впечатляющие приемы рукопашного боя. Сегодня мы продолжим. Сначала с ним, потом вот с ним».       Указанный Ниэльдом первым солдат вооружился деревянным кинжалом и, заранее зло щуря глаза, занял позицию напротив нее. Нейда взяла тренировочный клинок, взвесила на ладони, дважды поменяла хват, начиная обходить его по дуге. Он сделал выпад первым. Длинный, стремительный удар. Нейда отскочила в сторону, полоснув в ответ по руке, но солдат успел отдернуть ее. Нейда наскочила с широким замахом, метя по лицу. Не достала. Пнула сапогом в колено, но попала только по голени, так что удар прошел вскользь, хотя солдат и зашипел сквозь зубы.       Нейда, увернувшись от нового удара, прицеливалась ткнуть в солнечное сплетение. Солдат подскочил ближе, толкнул ее всем телом, сбивая с ног. Она, уже падая, ударила его куда-то между рёбер и зацепила другой рукой за локоть, увлекая следом. Солдат выругался сквозь зубы, рухнув всем весом. Нейда почти успела вывернуться из-под него, ударила ножом куда-то в спину. Он все равно оказался над ней и с силой впечатал кулак ей в солнечное сплетение. Перед глазами Нейды вспыхнула боль, она задохнулась от этой боли, скрутившей нутро, но сумела стиснуть зубы и отбросить эту боль из мыслей. Извернулась, обхватила его сзади коленями, оказываясь у него за спиной. Он вслепую боднул назад затылком и разбил ей губы. Но она уже ухватилась за его плечо, подтянула себя ближе и отточенным движением уперла кончик ножа ему под ключицу. Кровь с ее лица пятнала спину и плечо его мундира.       Он знал, что проиграл, но дернулся так, что будь кинжал настоящим, убил бы его, брезгливо стряхнул с себя Нейду и отпрянул подальше. Ниэльд подал Нейде очередной чистый белый платок. Она отерла лицо, несколько раз глубоко вздохнула, приводя себя в чувством, и снова выпрямилась с ножом в руке, глядя в глаза следующему противнику.       «Нет, не думаю, что следует продолжать прямо сейчас, — остановил ее Ниэльд. — Лучше сядь рядом со мной и посмотри, как сражаются другие пары, может быть, что посоветуешь».       «Я вполне в состоянии провести еще не один бой, но… как скажешь», — пожала плечами Нейда, подходя к ящикам.       «Не сомневаюсь, но моим солдатам ни пользы, ни чести драться с тобой иначе, чем когда ты в самой лучшей форме».       «Самый яростный бой — это бой на грани, — вздохнула Нейда. — Когда выжигаешь все резервы, когда победа или смерть. Только в таком бою и учишься побеждать».       «Тренировки и есть тренировки, они не должны быть на излом», — спокойно возразил Ниэльд, наблюдая за следующей схваткой.       Оба участника двигались быстро и легко, активно работали ногами, но, на взгляд Нейды, больше играли, чем дрались по-настоящему.       «Я думаю, им стоит реже драться друг с другом, — сказала она вскоре. — Они выучили стиль боя соперника, каждый знает, что сделает другой. Они слишком сработались. Нужны новые противники».       «Пожалуй. Именно потому я так ценю твое присутствие».       «Мне когда-нибудь вернут мой кинжал?» — спросила она после короткого сомнения.       «Пока что тебе нет в нем нужды. Здесь, в Цитадели, совершенно безопасно и не от кого защищать себя».       «Пока?»       «Пока я или комендант не решили по-другому».       В глазах Ниэльда, темно-серых, как грозовые тучи, ясно читалось, что не стоит настаивать дальше. Нейда мгновение помолчала, давая понять, что уловила намёк.       «Для большей эффективности тренировки одного из бойцов можно поставить в заведомо проигрышные условия. Завязать за спину вторую руку. Или поставить спиной к стене, чтоб ограничить маневр, — как ни в чем не бывало произнесла она затем, будто размышляя вслух. — Так он приучится находить новые резервы и не паниковать в случае непредвиденных неприятностей».       «Спиной к стене можно поставить», — согласился Ниэльд.       Со следующей парой так и поступили. Поставленный в непростые условия солдат метался, пытался броситься противнику в ноги, но был успешно «заколот».       Счастливый соперник тут же дотронулся до его плеча, дружелюбным жестом подтверждая несерьезность схватки и восстанавливая отношения. Нейде пришло в голову, что пинки, тычки, болевые приемы и разбивание лица — это все приберегалось только для нее… Впрочем, ожидаемо — чужачка, появилась из ниоткуда и стала им всем очень неудобным противником.       Следующая пара и следующая легкая жертва.       «А что бы ты сделала на его месте?» — поинтересовался Ниэльд.       «Я бы подловила на обманной ошибке. Раскрыла под удар голову, а в момент его атаки резанула по атакующей руке, по локтю. Потом можно блокировать нож ножом и пытаться отвоевать себе пространство, наступая».       Так прошло еще несколько боев. Ниэльд задавал Нейде вопросы и корректировал действия своих бойцов. Те ловили указания на лету. Нейда сидела прямо, следила за происходящим внимательно и нет-нет — да чувствовала на себе полные злобы мимолетные взгляды.       Вечером Риэн смерил Нейду взглядом, задержав его на разбитой губе, как будто сомневался, стоит ли вообще ее в таком виде вести в столовую, но вслух в этот раз ничего не сказал и шутить не стал, только кивнул следовать за собой. Когда слуга предложил жареного барашка, Риэн небрежно поинтересовался у сидящей напротив Нейды: «Может, для тебя бульона заказать?»       «Что тебя так беспокоит, Риэн? Опасаешься, что есть не смогу? Что с голоду умру у тебя на руках?»       «Меня вообще ничего такого не беспокоит, — скучным тоном отозвался он. — Так тебе бульон или баранину?»       «Вот и правильно, о чем беспокоиться. Я ведь давно уже тебе бесполезна. А если что и случится ненароком — так тебе легче только, хлопот меньше, — желчно ответила она и отвернулась. — Баранину».       «При чем тут полезна или бесполезна? Я выполнил свои обязательства по отношению к тебе сполна. Ты живая и здоровая, в Цитадели, как и хотела, причем не в тюрьме, а во вполне комфортных апартаментах. У тебя есть все, что нужно для жизни, даже девчонку к тебе приставили. Мы в расчете!»       Нейда несколько мгновений смотрела ему в глаза: «Да. Конечно».       Потом она опустила взгляд к своей тарелке и больше на Риэна до конца ужина не смотрела. Из губы выступило несколько капель крови, потекли по подбородку и упали одна за другой на стол.       «Может, тебя все же к врачу?» — засомневался Риэн, хмурясь и брезгливо разглядывая ее лицо.       «Не стоит, — не глядя на него, ровным тоном отозвалась Нейда. — Пройдёт само. Разве что — одолжи мне платок, будь любезен. Завтра я попрошу у Веты несколько штук».       «Платок… а у меня нет платка, — несколько обескураженно признался Риэн. — Салфетки подойдут?»       Нейда кивнула. Он поднял вверх ладонь, и рядом с ними тут же появился один из вышколенных, бесшумных и ловких слуг Цитадели. Выслушал, кивнул и вскоре вернулся, подавая Нейде три чистые салфетки. Они были не из такой качественной и, наверное, дорогой ткани, как платки Ниэльда, но тоже белые и мягкие. Нейда кивком поблагодарила и тщательно стерла кровь с подбородка, а затем со стола. Оставшуюся салфетку она убрала в рукав.       «Удивительно, что ты такая хрупкая и болезненная, но при этом все время лезешь туда, где можешь пораниться. И ранишься», — заметил Риэн по дороге назад, без осуждения, но как будто констатируя парадоксальный факт.       «Я не хрупкая. Возможно, у вас, тарни, тело устроено иначе, но у нас такое в порядке вещей. Если ударить — пойдёт кровь. Если ударить сильнее — кость сломается. А я не «лезу», — добавила она чуть резче. — Я отрабатываю свое право находиться здесь».       «Ну, у нас тоже идет кровь, если ударить. И кости ломаются. Просто проходит быстрее. И заживает быстрее, и вообще… А все-таки ты лезешь. Я же помню, как мы впервые встретились. Я должен был тебя убить, но ты прикрылась… я не понял тогда, что ты женщина, неправильно оценил пропорции. Но ты даже от раны в ноге умудрилась почти умереть».       «Я уже объясняла тебе, Риэн, я солдат. И я буду сражаться, пока не умру от ран либо пока меня не убьют. Это моя жизнь, и другой она не может быть, — проговорила Нейда, хмурясь. — А что, если бы ты разглядел, что я женщина, не стал бы стрелять?»       «Почему вдруг не стал? Взял бы поправку на твое телосложение, — спокойно и холодно объяснил Риэн. — Женщина, которая убивает, это, считай, и не женщина уже, а такой же противник».       «Ну так в чем ты меня упрекаешь? В том, что раны дольше заживают? По меркам моего мира я вообще везучая и живучая. И здесь как-нибудь выживу. От пары ударов в лицо ещё никто не умирал».       «Просто странно, что у тебя как тренировка, так лицо разбито в кровь… У меня вообще ни разу такого не случалось, — обронил он и ядовито добавил: — Только когда твой Сэл меня избивал, беспомощного».       «Наверное, дело просто в том, что тебя на тренировках в лицо не бьют», — скривилась Нейда.       «Не бьют, конечно. Это же тренировка, не избиение».       «Видимо, не все бойцы Ниэльда думают так же, как ты».       Риэн надулся, замолчал и молчал до тех пор, как они не достигли двери ее апартаментов.       «Прислать тебе Вету, или ты спать будешь?»       «Пришли. А завтра отведи меня еще раз в библиотеку».       «Хорошо», — кивнул он.       Без прежней нотки энтузиазма, но, по крайней мере, согласился.       Очутившись в своих покоях, Нейда зажгла лампу и некоторое время смотрела в окно, дожидаясь Вету. Через внутренний двор Главного крыла ходили в основном слуги, тарни его избегали. Днем, правда, слуги не ходили, а почти бегали с деловитым видом, но сейчас у многих начиналось свободное время. Парни неторопливо прохаживались с девушками, погруженные в беседу или флирт, в одном углу танцевали, может, и музыка у них была, но до Нейды через толстое стекло не доходили звуки снаружи.       Появилась Вета, всплеснула руками, увидев разбитую губу, организовала холодный компресс из одной добытой Нейдой салфетки, усадила в кресло, предложила помассировать плечи. Нейда улыбнулась ее заботе.       «Спасибо, думаю, это будет кстати. Я знаю, что мне нужно, кроме туфель. Носовые платки. Достанешь мне завтра?»       «Да, конечно, Ада. И те два красивых я выстирала от крови, высушила и выгладила, только вот забыла взять с собой, если можно, завтра принесу».       «Спасибо, Вета, ты чудо».       Девушка тихонько вздохнула и принялась массировать Нейде плечи. Мускулы сладко ныли и расслаблялись под ее ловкими пальцами.       «У тебя волшебные руки», — через несколько минут почти промурлыкала Нейда. Хотелось нежиться так бесконечно, но ей казалось, что она не должна так загружать Вету.       «Спасибо. Ты свободна».       «А… тебе спасибо, — немного растерянно отозвалась Вета. — Так я… пойду?»       «Да».       Риэн, к счастью, болтался неподалеку. Он выпустил Вету и запер за ней дверь.       Нейда легла спать и во сне видела Кая. Тот шагал по горной тропинке, оглядывался на неё и что-то говорил, а она пыталась его догнать, но словно вязла в каменистой почве и не слышала ни звука. Окликнуть его она тоже не могла — голоса не было. А он уходил все дальше.       Проснулась Нейда на мокрой от слез насквозь подушке.