В туманах Гулланктора

      Шли дни. Солдаты на тренировках сменяли друг друга, как и виды заданий. Нейда то давала советы, то оценивала результат боев. Учила душить, пережимая жилы на шее, целить жертве в глаза и в горло, бить рукой как лопаточкой, использовать локти и колени, бодать лбом, даже кусаться, если руки заняты, учила ломать шею, дергая голову жертвы двумя руками вверх, а потом резко вниз. Учила выворачиваться из захвата, учила драться стоя и на земле, кинжалом и голыми руками. Схватывали ее уроки они быстро, помогла природная скорость движений. Их главной ошибкой оставалась расслабленность в схватках друг с другом и нежелание выложиться в полную силу. Но Нейда знала, что стоит ей опять встать против одного из них, эта схватка будет всерьез.       Ниэльд почти всегда присутствовал на тренировках, не перепоручая это дело младшим офицерам, похоже, ему нравилось смотреть, и он делал про себя определенные выводы.       Ровно через десять дней, когда Риэн, который действительно теперь держался с Нейдой проще и дружелюбнее, привел ее на площадку, Ниэльд предложил Нейде выбрать себе соперника на сегодня. Нейда оглядела солдат. Взгляд ее остановился на Талиане.       «Сегодня я бы поработала в паре с ним».       Тот прикусил губу, но под взглядом Ниэльда протестовать не стал, вышел напротив Нейды, замер, напряженно ожидая ее малейшей ошибки. Нейда хорошо отдохнула за эти дни. Та разминка, которую она могла себе позволить делать в своих покоях, помогла быстро вернуть телу силу после нескольких дней вынужденной неподвижности.       Она подняла тренировочный кинжал и пристально посмотрела поверх него на своего противника. Тот ждал. Нейда не стала разочаровывать его и атаковала стремительно, подскочив сбоку, прицеливаясь в голову. В последний момент она изменила направление удара и послала нож ему в живот. Он извернулся с легкостью, обидной даже, но не смог использовать момент для контратаки, опять ушел в оборону.       Нейда наседала, атакуя с разных сторон, нож в ее руке мелькал, казалось, по всем направлениям. В рассчитанный момент она ударила его каблуком в колено сбоку. Он молча отпрянул, едва не споткнулся и на мгновение открылся. Ее нож тут же взметнулся вперед и уперся ему в основание шеи.       «Скажи ему, Ада, что он сделал неправильно», — послышался голос Ниэльда.       «Ты слишком ненавидишь меня, — не опуская ножа, пояснила Нейда. — Ненависть слепит тебе глаза и не дает подумать о схватке. Ты не хочешь проиграть, но не продумываешь, как выиграть. Убери ненависть, убери злость, оставь только расчет».       «Было б кого ненавидеть… Мне на тебя плевать!» — вспыхнул он.       «Было бы плевать — ты с твоей скоростью реакции мог бы меня победить. Ещё в тот раз, перед тем, как помогал нести меня в госпиталь», — спокойно ответила Нейда и опустила нож.       «Я победил бы, если бы та схватка не была прервана», — резко выдохнул он.       «Талиан, да йоннэм», — негромко произнес Ниэльд.       Больше за время тренировки никаких происшествий не случилось, и Нейда ушла с нее без ссадин и синяков. Даже неожиданно. То ли отдых пошел на пользу, то ли солдатам надоело ей кровь пускать… Это казалось маловажно. Но ощущение, что ничего не болит, было прекрасным. А после настало время расслабляющей ванны под болтовню Веты, а потом девушка, массируя Нейде плечи, перешла к описанию того, как она и еще трое слуг сегодня драили до блеска купальню на втором этаже.       «Все праздник, будь он неладен».       Надо будет все же спросить Риэна, что за праздник.       «Когда же он наступает?»       «Уже послезавтра. На господской кухне начали приготовления, хотя основные блюда будут готовиться прямо перед празднеством».       «Тогда завтра особо со мной не хлопочи, силы тебе в другом месте пригодятся. А помыться и причесаться я и сама вполне в состоянии. Да и сегодня можешь вечером не приходить».       «Ну как же не приходить? Я хочу. Я с тобой, можно сказать, отдыхаю!»       «Ну, только если просто посидеть. Я ведь сама и искупаться, и причесаться смогу».       «Ну, если я уже все равно сижу, отчего же мне тебя не причесать? Я от этого не перетружусь и руки не отвалятся», — рассмеялась Вета.       Она последнее время освоилась с Нейдой и наедине с ней уже не была такой робкой и застенчивой.       «А новости из-за стен Цитадели какие-нибудь слышала?» — спросила Нейда невзначай.       «Из-за стен? — Вета послушно задумалась. — Я же из дикарей, не из рудничных. Другие слуги, кто из Ро-Десс, ходят навестить семью, они больше знают. Только тоже все больше про знакомых. Кто женился, кто помер, кто заболел, у кого первенец родился или коза перестала доиться… А мне и ходить некуда».       «Ладно», — Нейда улыбнулась.       Спрашивать напрямую про Сэла она не решилась.       «Я б хотела, конечно, чтобы было, куда, — вздохнула Вета. — А то мне свободные дни дают, а что с ними делать?»       «А просто пойти прогуляться по Ро-Десс, послушать, что народ говорит?»       «Да я там чужая и как-то, наверное, буду странно выглядеть… К тому же я не могу пойти туда, с кем хотела бы. А одна не хочу, еще приставать начнут».       «Где он? — совсем тихо спросила Нейда. — Я никому не скажу, ты же знаешь».       «Тут, в Цитадели. Только, пожалуйста, не спрашивай больше. Не хочу врать тебе, но это… опасно. Никто не должен знать!»       «Разве они запрещают слугам заводить отношения?»       «Так-то нет, конечно. Если двое хотят пожениться, даже отдельную комнатку дадут. А позже можно и дом в Ро-Десс купить. Ты знаешь, Ада, что даже последняя кухонная девчонка в Цитадели имеет больше жалования, чем опытный шахтер? Но тут все сложнее… — вздохнула Вета. — Ты же сама была в горах. И даже там, с Сэлом Хохотуном… Значит, понимаешь, что есть вещи, о которых здесь лучше не болтать и вообще не знать».       «О, ты слышала про мой тернистый путь? — Нейда тихонько хмыкнула. — Я думала, этим интересовались только итарки, а оказывается, вся Цитадель в курсе».       «Слуги знают все!» — важно изрекла Вета.       Это немного противоречило ее предыдущим откровениям, но звучало все равно солидно.       «Может, знают, и чем закончился тот налёт на отряд Сэла?»       «Конечно, знают! Итарки напали со всех сторон на флаерах. Но повстанцы мужественно отбивались. Один Сэл своими руками сразил не менее троих, а то и пятерых прямо в воздухе. Но они все же убили множество на… дикарей, а потом спешились и принялись добивать или утаскивать в тюрьму. Но Сэлу с парой самых верных и мужественных все равно удалось ускользнуть в новое убежище, потому что он очень предусмотрительный и заранее знал, что Ниэльд придет по его душу. Сейчас Сэл Хохотун притих на время, но он еще наберет новых бойцов и тогда снова напомнит о себе», — закончила рассказ Вета, щеки ее раскраснелись от волнения.       Нейда улыбнулась. Хорошо бы, чтоб хоть половина этой сказочной истории была правдой... а вот насчет тайного Ветиного возлюбленного она задумалась. Может быть, если позже, когда план обретёт четкость, ей понадобится помощь, она будет знать, где ее можно поискать.       Колокол начал отбивать удары.       Пунктуально появился Риэн и отпустил Вету. На прощание девушка пообещала Нейде, что обязательно придет завтра, что бы ни случилось.       «А что за праздник у вас будет?» — спросила Нейда.       «Илни-ар-Иллернэ, день середины весны. Прежде чем ты меня спросишь, я понимаю, что за окнами зима. Но на Тарнилле-то уже середина весны».       «Расскажи про Тарнилл».       «Я даже не знаю, с чего начать… Там другое солнце и другое небо. Кажется, то же самое, но оно светит… мягче, и небо кажется выше и глубже. Раньше я думал — обман чувств, просто скучаю по дому, но мои приятели уверяют, что это действительно так. Миры похожи и отличаются, и в этом солнце почти такое же, как у нас, то желтое, то красное, то закрыто тучками, а все же здешнее немного теплее и ярче, острее… И воздух пахнет иначе.       Там все похоже и одновременно все по-другому, Ада, но это не значит, что там нет сложностей, несчастья и несправедливостей, просто они другие, и ты так привыкаешь к ним и ко всей тамошней жизни, что не замечаешь».       «Как вы попали в этот мир из своего?»       «По пещере, по такому подземному туннелю. Шли-шли и вышли».       «Вы знали, куда идёте? И зачем?»       «В сущности, нет, просто интересно было посмотреть».       «А потом оказалось, что тут есть игнизит?»       «Ну, это сильно потом. Первые лет сто мы в этом мире просто странствовали, исследовали равнинную часть, верхом катались, охотились. Потом начали воевать с местными и подчинили их себе. А около ста лет назад они восстали, и мы ушли с равнин навсегда».       «Как так получилось, что вы уступили им земли?»       «Их было очень много. У нас вся колониальная армия тогда была, кажется, около восемнадцати тысяч. А повстанцев к концу восстания не меньше девяноста».       «А горы стали рубежом, за который вы зацепились? Или однажды они пойдут дальше, и вам придется отступить через туннель?»       «Да, горы стали рубежом, а Цитадель его стражем. Не думаю, Ада, что они придут. Во-первых, мы заключили с ними мир, торгуем, ведем всякие дела, зачем кому-то его нарушать? Во-вторых, они никогда не любили горы, не интересовались ими и охотно предоставили их нам в пользование».       «А горцы это не тот же самый народ?»       «Насколько я знаю, равнинники их не любят. Вплоть до того, что встречают выходцев с гор ружейными выстрелами. А так-то один, конечно».       «Сколько лет ты уже здесь служишь?»       «Восемь, а что?»       «Просто задумалась, сколько тебе».       «Двадцать пять».       Нейда молча кивнула. Они уже подошли к столовой.       В этот раз, очевидно, в преддверии праздника, народу было больше. И Нейда впервые обратила внимание на присутствие детей. Девочки были одеты нарядно, словно дорогие игрушки, точь-в-точь как на картинках в ее книге, к тому же красиво и тщательно причесаны. Да сами были хорошенькими, как ожившие куклы.       Нейде пришло в голову, что в такой одежде не очень-то и побегаешь, не покарабкаешься на деревья и скалы… Вот мальчики, те были наряжены поудобнее. Впрочем, зачем бы этим девочкам лазать по скалам? О них явно заботились, их берегли и опекали. Вряд ли им придётся с оружием в руках бороться за свою жизнь…       Она решительно прогнала прочь ощущение внезапной горькой зависти и опустила взгляд в тарелку. Риэн задумчиво покосился на ее лицо и неожиданно вспомнил: «Ты в библиотеку хотела пойти. Пойдем после ужина?»       «Пойдём. А тренировки в праздничные дни продолжатся?»       «Завтра еще будет. А послезавтра уже нет», — ответил Риэн.       Покончив с едой, он провел Нейду по лестнице в библиотеку, где на этот раз вообще не оказалось ни единого тарни. Сам он после недолгих поисков вытащил себе какую-то книгу и углубился в нее, а Нейде широким жестом махнул на полки, мол, чувствуй себя, как дома.       Прежде чем пойти вдоль шкафов, Нейда обернулась к Риэну.       «До госпиталя я просила Ниэльда разрешить мне выходить на улицу и дополнительно тренироваться. Он сказал, что обсудит с Эннертом, и больше об этом не вспомнил. Не мог бы ты ему напомнить об этом разговоре?»       «Я лучше самому Эннерту напомню. Послезавтра, на празднике».       «Спасибо, — Нейда улыбнулась. — А то я от бездействия с ума схожу».       Он оторвался от своей книги и взглянул на нее с легким любопытством: «А на тренировках тебе недостаточно действия?»       «Тренировка заканчивается. И остается ещё слишком много времени, когда мне нечего делать. Только сидеть, смотреть в окно и ждать колоколов к ужину».       «Действительно скучновато. Ладно, потерпи еще пару дней. Не думаю, что Эннерт откажет, а если он согласится, то и Ниэльд, наверное, не станет спорить».       Нейда кивнула и вернулась к полкам. Она провела рукой вдоль разноцветных корешков, широких и узких, повыше и пониже. Вытащила наугад темно-синюю книгу и пролистнула. Бумага шуршала тихо и уютно, пахла тонко и приятно. Картинок в этой книге не нашлось, и Нейда, поставив ее на место, вытащила следующую. Вскоре она отыскала красиво иллюстрированную книгу про грибы и уселась рассматривать картинки. Это сколько же разных, оказывается, бывает…       Риэн, сидя напротив, тоже шуршал книжными страницами. Лампа, горящая на столе, создавала вокруг них круг теплого света.       Следующая тренировка снова прошла без травм, если не считать двух синяков на голени. Нейда заметила, что Талиан на этот раз не присутствовал. А после ванны она, как обычно, коротала время за болтовней с Ветой.       «Нам-то в честь праздника по серебрушке выдали. Думаю прибавить к моим накоплениям и справить себе новые туфли. Красивые, лучше всего красной кожи», — говорила Вета.       «Ты, помнится, мне собиралась туфли домашние добыть. А потом госпиталь — и забыла».       «Почему забыла? Я за всеми волнениями этих дней сказать тебе забыла, а туфли — вот они!» — Вета распахнула низкий шкаф в спальне, в который Нейда даже не заглядывала, и извлекла оттуда просто сшитые, но мягкие и удобные светло-серые тряпичные туфли.              Были они Нейде немного великоваты, но если затянуть ремешок сверху, то ничего.       Нейда застегнула ремешки и сделала несколько шагов. Невесомые, они вообще не чувствовались на ноге. Казалось, что она идет босиком. И совсем бесшумно.       Нейда посмотрела на Вету с благодарностью.       «Замечательно, спасибо!»       «Пожалуйста, Ада. Но… это же не я сшила, я просто принесла. Не за что меня благодарить. Эконом разрешил, а ему господин Эннерт разрешил».       «Ты все устроила. Так что спасибо именно тебе, — она помолчала. — Я, знаешь, о чем тут задумалась… если у вас уже есть история про налёт Ниэльда на лагерь Сэла… что вы говорите про меня? Я предательница, бросившая Сэла и спрятавшаяся в Цитадели? Кто я для вас теперь?»       «Ну вот еще, это кто так сказать бы мог? — возмутилась Вета. — Никакая ты не предательница. Тогда все были бы предателями, кто в Цитадели служит. Не ты же итар… не ты господина Ниэльда навела на лагерь Сэла. И господа тебе не доверяют, иначе бы здесь под замком не держали. Ты, вроде бы, господина Риэна спасла, но это же не плохо, это тоже никакое не предательство, а доброе дело».       Нейда кивнула своим мыслям и, наслаждаясь новым ощущением от мягкой подошвы под пальцами, подошла к окну. Вечерело. И горы в закатном солнце казались очень красивыми. Как там сказал Риэн, дома солнце теплее и мягче? Нейда задумалась. Нет, о своём доме она так сказать точно не могла.       Вета осторожно подошла и встала рядом с ней.       «Скорей бы весна! Цветочки всякие, свежая травка. До чего же надоел этот снег!»       «Да…» — протянула Нейда больше самой себе.       Весна. Она обещала Каю вернуться. Теперь неизвестно, жив ли он, есть ли к кому возвращаться… и главное, она до сих пор не придумала, как выполнить задуманное. Она знала, где стоят флаеры. Знала, где находится арсенал. Но проку от этих знаний, если за ней ходят по пятам, а она сама безоружна и так до сих пор и не выяснила, как пользоваться тарнийскими гранатами? Ждать, присматриваться, прислушиваться, стараться ни с кем не ссориться, дружить с Риэном, не злить Ниэльда… ждать и помнить, что даже если ей не к кому возвращаться, она обещала им помочь.       Нейда тяжело вздохнула.