В туманах Гулланктора

      Праздничный день прошел для Нейды скучно. Риэн даже не ходил с ней на завтрак, тем более на ужин, ненадолго заскочил, один раз в одиночку, один с Ветой, но та тоже должна была уйти по делам… Так что следующая тренировка показалась Нейде долгожданным глотком свежего воздуха. Тем более, что Талиана все еще не было, а остальные не выражали свою неприязнь так откровенно. И Риэн за завтраком сообщил, что Нейде отныне разрешено тренироваться одной.       «Отличная новость. Когда и где? Под чьим присмотром?»       «После общей утренней тренировки. Под бдительным моим».       «Когда можно начинать?»       «Вот тебе не терпится, — иронически улыбнулся он. — Да хоть сегодня».       И действительно, к концу тренировки с солдатами Ниэльда Риэн ленивой походкой подошел к площадке. Нейда как раз проводила очередной учебный бой. Против нее стоял молодой солдат, азартный и быстрый. Очень быстрый. Он не стал отдавать ей право первого удара и бросился в стремительную атаку, от которой Нейде стоило огромного труда отбиться несколькими блоками. Соперник не смутился первой неудачей и напал снова. Еще быстрее. Нейда уклонялась, маневрировала, отскакивая, принимала удары на свой нож, стараясь не дать ему дотянуться до себя, что с его длинными руками было непросто.       В конце концов она улучила момент и бросилась ему под ноги кувырком, ударив его обеими ногами и уронив рядом с собой. На земле она извернулась быстрее, чем он, и, прижав его вооруженную руку, нацелила свой нож ему под мышку.       Соперник замер, не сдаваясь, а выжидая, когда Ниэльд остановит схватку. Нейда отметила себе еще один день без травм, только предыдущий бой стоил ей слегка потянутого запястья, но на такие мелочи она давно не обращала внимания.       Вскоре все разошлись, даже Ниэльд, и они остались на площадке одни с Риэном. Нейда подняла глаза к небу, с наслаждением расправила плечи и прошлась по площадке туда-сюда, доразминаясь.       «Могу попросить тебя быть моим противником в рукопашной?» — спросила она, останавливаясь около Риэна.       «Меня?! За что? — преувеличенно испугался Риэн. — Я думал, ты как-то сама с собой».       «Но с тобой-то интереснее, — она улыбнулась. — Мне надо привыкать к вашей скорости с более спокойным противником, который не мечтает меня убить. Или мечтаешь?»       Он молча вернул ей улыбку, становясь напротив. Но противником оказался действительно неважным. В отличие от того же Талиана, он дрался совершенно беззлобно, притом осторожно, все время сдерживая сам себя.       «Зачем ты удар останавливаешь? Ты же можешь бить резче и сильнее».       «Ну, если так уж нужно, я попробую», — согласился он, но Нейда все равно не чувствовала в нем желания победить.       Впрочем, она понимала, что не в каждом бойце одинаково жарко горит жажда победы. Кто-то сражается, потому что не может жить иначе, а кто-то — просто потому, что так сложились обстоятельства.       Они провели два поединка. Риэн был быстр, как все тарни. Нейда, не опасаясь сейчас за свою сохранность, старалась подстроиться под эту скорость, найти для себя темп, в котором ей удавалось бы реагировать. Она тоже себя сдерживала и ни разу не ударила его со всей силы.       «Ты теперь довольна? Можно мне посидеть?» — с надеждой спросил он.       «Сиди, — она махнула рукой и стала делать отжимания. — Почему ты пошёл в солдаты, Риэн?»       «Я же тебе говорил. Потому что ничего особенного не умею делать. Потому что родич мой служил здесь, в Цитадели, и я тогда подумал, почему бы и нет?»       «Но ты не любишь это дело».       «Не особенно, Ада. Если бы я мог, я бы просто сидел в библиотеке и читал целыми днями».       «А разве у вас нет каких-нибудь ученых, которые могли бы вот так читать и все?»       «Ученые же не просто так читают и все. Они тоже что-то полезное делают. И потом, если бы у моих родителей были деньги на университет — это такое место, где становятся ученым, — я бы, наверное, не пошел в солдаты».       «А инженером или геологом? Тоже без денег никак?»       «Тоже только через университет. Да и потом, мне это все сложно и не особенно интересно».       «Ты получаешь за службу какие-то деньги?»       «Разумеется. И немалые».       «Так ты можешь теперь выучиться».       «А я уже не хочу учиться, — Риэн сдвинул два ящика и улегся на спину, а ноги закинул одну на другую. — Я хочу спокойно прослужить еще лет десять и выйти в отставку».       «А в отставке что делают?»       «Кто что. Лично я хотел бы построить или купить дом и завести семью».       «У нас отставок не бывает».       «А что у вас бывает? Так и сражаетесь до старости? Лет до сорока или даже до пятидесяти?»       «Да. Кто выживет. Хотя до пятидесяти доживает, наверное, только знать — ну и церковники. Войско часто распускают после похода, и дальше каждый ищет себе пропитание как умеет. А жалование хоть и обещают, но платят редко. Кто-то грабит в походе. Кто-то начинает грабить, вернувшись домой. И тогда в конце концов его вздернут на площади».       «Так это не солдаты уже, а разбойники какие-то. И не войско, а банда, — осудил Риэн. - Если жалование не платят, то это не удивительно. И если у вооруженной, привычной к насилию орды грабежи — единственный или главный способ заработать».       «Жалование платят… иногда. Богачи вроде Филиппа хорошо платили своим солдатам. Но король или церковь — нет. У короля вечно не было денег, а церковь обещала посмертное блаженство и новую жизнь в новых землях».       «Я предпочитаю блаженство при жизни», — хмыкнул Риэн, поудобнее устраиваясь на своих ящиках.       «У вас тут оно, безусловно, есть. Одна ванна чего стоит…» — Нейда с некоторой настороженностью качнулась из стороны в сторону и кувыркнулась вперёд, вставая на руки. Замерла, ловя равновесие, но быстро вернулась в исходное положение.       «Мда… раньше я держалась дольше».       «Эх, ты», — лукаво протянул Риэн.       Изволил соскользнуть с ящиков и вроде бы без особого труда прошелся на руках, а в довершение оттолкнулся от земли, извернулся в воздухе и приземлился на ноги. И довольно рассмеялся, увидев ее лицо.       «Учи, — решительно заявила она, отойдя от шока. — Покажи, как этот кувырок нарабатывать».       «Я не знаю. Мне кажется, я всегда умел. Еще с детства. И не я один, а все дети. Мы еще прыгать любим. И карабкаться на всякие штуки. На деревья, на скалы».       «Ну, значит, придется самой разбираться», — она вздохнула и вернулась к упражнениям, а Риэн — на облюбованные ящики.       Он некоторое время лениво наблюдал, как Нейда размахивает изображающей кинжал деревяшкой.       «Тебе вообще удобно?»       «Нет. Я всегда тренировалась с боевым оружием. Но что поделать… приходится привыкать».       «Возьми пока мой, позанимаешься и отдашь».       Он, не вставая, вытянул из ножен и небрежным жестом протянул Нейде рукояткой вперед кинжал. Рукоять из отполированного до блеска дерева надежно легла в руку. Кинжал был идеально сбалансирован, обоюдоострое лезвие ловило и отражало свет, ближе к рукояти виднелось небольшое, но очень четкое клеймо из трех наложенных друг на друга цветных ромбов.       «Красивый… — проговорила Нейда тихо, любуясь прекрасным оружием. — Это всем вашим солдатам такие выдают?»       «Нет, это мой личный. Можно сказать, семейный. Хорошо, что его не было со мной в той миссии по охране конвоя, а то пропал бы».       «От отца к сыну?»       «От матери», — рассмеялся Риэн.       «Женщины не воюют, но имеют оружие?»       «Женщины наследуют и могут передавать, кому захотят».       «А клеймо что значит?»       «Что его сделал один из наших самых хороших мастеров. Вернее даже, мастерских, которые существуют давным-давно. Этот кинжал только выглядит таким новым, ему очень много лет».       Нейда перекинула его из руки в руку. Подкинула над головой и поймала за рукоять. Забытое ощущение теплом разлилось в груди. Пусть ненадолго, но она снова ощутила себя сильной. Свободной. И поверила, что в конце концов справится.       С этим клинком каждое движение давалось легче, увереннее, быстрее. Нейда закружилась, всей душой отдавшись воображаемому бою. Тем обиднее было отдавать его назад по завершении тренировки.       «Ты сегодня та-ак долго, — протянула Вета, которая, очевидно, давно ждала Нейду в коридоре, и тут же смутилась. — То есть я ничего такого не имела в виду, прости, не сердись…».       Очевидно, служанку никто и не подумал предупредить, что Нейда не вернется назад в обычное время.       «Надеюсь, теперь всегда буду возвращаться позже», — отозвалась Нейда.       Волосы совсем растрепались, щеки зарумянились. По телу ползла приятная усталость после хорошо выполненной работы.       «Ты вроде бы устала больше обычного, но выглядишь довольной», — заметила Вета, как всегда, помогая принять ванну.       «Я смогла наконец по-нормальному потренироваться. Не для Ниэльда, а для себя. Здесь, в комнате, среди мебели ведь разве что размяться, и то аккуратно, — Нейда с удовольствием растирала тело травяной мочалкой. — А у тебя есть новости?»       «Двое парней сегодня подрались прямо перед пекарней. Один не виноват, но боюсь, выгонят обоих. Одна из моих соседок по комнате выходит замуж за парня из Ро-Десс. Но жить будет все равно пока здесь, хотят еще подкопить денег на будущее. Среди шахтеров последние дни недовольство».       «Чем недовольны? — Нейда сосредоточенно завела руку за голову, намывая шею и спину. — Оплату задерживают?»       «Нет, хуже. Говорят, что в девятой шахте не все в порядке. И не просто обычное, там, вода на полу или стены ненадежные, — Вета понизила голос. — Что там потусторонние силы, понимаешь?»       «Не понимаю, — так же перешла на шёпот Нейда. — Расскажи!»       «Ну, злые духи гор. Они могут заколдовать так, например, что твоя кирка взбесится, обернется против тебя и пробьет тебе ногу. Или что фонарь погаснет и ты останешься в полной темноте. Или вот еще сунешься на ощупь назад из забоя, а пути, по которому ты пришел, нет, на его месте глухая стена. Короче, шахтеры отказываются там работать. Господин Тэнселл недоволен и угрожает расправиться с теми, кто распространяет эти слухи. А пока в девятую поставили самых безответных из вольных шахтеров. И новых каторжников, конечно».       «Бррр, — Нейда поежилась, представив подземные ходы и полный мрак. Верет описывал шахты, и выглядело это очень неуютно. — А новые каторжники это кто? Те, кого захватили в налёте?»       «Это схваченные в паре деревень парни с трофейными карабинами и кое-кто из людей Сэла».       «За карабины на каторгу…» — пробормотала Нейда.       «Бывает и за меньшее».       «Может, твоя соседка, выйдя замуж за местного, будет рассказывать, что там слышно? Ты не выходишь, я тем более, а дела творятся вон какие жуткие и интересные», — Нейда взяла полотенце и вылезла из воды. Волшебное ощущение…       «Так она и сама местная. Жених — это ее сосед. Они друг друга с детства знали. Но теперь она ходила навещать родителей, и как-то вспомнили старую дружбу. Слово за слово, и завертелось… А папаша ее как раз и есть один из шахтеров, что на девятую ни ногой».       «И он прямо сам, своими глазами видел шалости этих духов?» — ее отчаянно подмывало расспросить про людей Сэла, взятых в плен.       Но она запретила себе об этом думать. Никто никому не поможет, а подобный интерес, если станет известен итаркам, обернется для нее, скорее всего, проблемами.       «Он сам не видел, но, может, потому до сих пор и жив».       «Не хотела бы я работать в шахте…» — протянула Нейда, одеваясь.       «А кто хотел бы?» — вопрос Веты повис в воздухе.       Вскоре пришел Риэн, забрать Нейду на ужин, и стало не до разговоров о шахте.       «Почему у вас арсенал и библиотека на одном этаже? — задумчиво спросила Нейда, пока они шли в сторону столовой. — Разве книгам не опасно такое соседство?»       «Почему им должно быть это опасно?»       «А если эти… гранаты взорвутся, которые стену обрушить могут?»       «А чего это они вдруг взорвутся? А если взорвутся, тут проблема будет побольше, чем гибель библиотеки».       «Ты покажешь мне когда-нибудь гранату?»       «Нет, Ада, никаких гранат, — решительно отказался он. — Ничего в них интересного нет, и тебе этого не надо».       Нейда пожала плечами с равнодушным видом. Нет так нет.       Они сели за стол, Нейда привычно скосила взгляд, осматриваясь… и вздрогнула. Ей показалось, что у одного из сидящих за другим столом солдат вдоль уха темнеет шрам. Он сидел к ней спиной и не видел ее, погруженный в беседу. А она теперь не могла перестать думать о том, действительно ли увидела то, что увидела, или ей это померещилось от игры света и тени.       «Ты наелась?» — спросил Риэн, заметивший, что она больше не притрагивается к еде.       «Да, пожалуй», — она через силу заставила себя недрогнувшей рукой взять стакан воды и сделать пару глотков.       «Тогда пошли, — он помедлил. — На третий этаж».       Нейда молча встала и, не позволив себе ещё раз оглянуться, последовала за Риэном. Пальцы были ледяными, и она сжала их в кулаки, стараясь согреть. Они поднялись по знакомой лестнице к библиотеке. Нейда вопросительно глянула на Риэна.       «Снова идём к книгам?»       «Нет», — ответил он непривычно напряженным тоном.       «Что случилось?» — Нейда внутренне напряглась.       «Ниэльд хотел с тобой поговорить после ужина».       Они прошли библиотеку насквозь и свернули к бюро Ниэльда, которое находилось, Нейда хорошо это запомнила, в коридоре, на полпути к башне флаеров. Она шла так же быстро, не сбиваясь с шага, но в голове несся вихрь тревожных мыслей, и далеко не сразу ей удалось их унять и разогнать прочь.       Я здесь учу солдат, я хочу делать то, что умею — сражаться… я одинока и ни с кем здесь не связана… Но в душе угнездился страх, зародившийся в темных тоннелях темницы. Риэн остался в коридоре, не проявляя никакого желания войти, и Нейда одна шагнула внутрь. А войдя, остановилась, не обращая внимания на обстановку, вся сосредоточившись на предстоящем разговоре. Ниэльд сидел за рабочим столом и что-то писал, но при виде нее тут же отложил перо в сторону.       «Садись, Ада».       Он выпрямился в своем кресле, откинулся на спинку, внимательно изучая Нейду, но ей не указал, куда именно сесть, на стоящий у одной из стен диван, на схожее с его собственным кресло или на приставленный к столу со стороны двери массивный стул. Поразмыслив мгновение, Нейда выбрала стул и села, не придвигая его обратно к столу.