В туманах Гулланктора

      Оказавшись в холле, Нейда задумалась. Что теперь? Подняться к себе и попробовать почитать? Сегодняшний день выдался непростым. Или пойти и посидеть во дворе, погреться на свету после холода шахты? В конце концов она выбрала второе и направилась в сторону тренировочной площадки. По идее, там уже никого не должно быть.       Площадка в самом деле оказалась покинутой. И здесь было тепло. Стена конюшни с одной стороны и стена Цитадели с другой надежно защищали ее от ветра. Нейда устроилась на ящиках, подобрав ноги, и раскрыла книгу. Но сосредоточиться на символах удалось не сразу. Она снова и снова слышала злой шёпот в ушах. И видела мерцание игнизитов в стене. Совершенная красота и мертвящий ужас…       В конце концов она усилием воли заставила себя сосредоточиться на чтении. Дело шло не быстро, но у нее получалось, и это само по себе восхищало. Книга рассказывала о пришедших с гор завоевателях, которые жаждали власти, приключений и богатой добычи. Обычное, в общем-то, дело, и Нейда не сразу догадалась, что речь идет об итарках и о том, как дарийцы сражались с ними много столетий назад. Потом она сопоставила прочитанное с краткими рассказами Риэна о приходе тарни на Пандари, и все встало на свои места.       На страницах книги разворачивались битвы между дарийцами, защищающими свой дом, и тарни, более могущественными, более хитрыми. Война шла трудно, с переменным успехом, и Нейда сопереживала храбрым дарийцам. Сопереживала всей душой.       «Добрый вечер, уважаемая! — неожиданно поприветствовал ее кто-то вежливо и неторопливо, совсем не в тарнийской манере. — Прости за беспокойство, но мы наслышаны о женщине-воительнице, что без труда побеждает рослых мужчин, и счастливы были бы, если бы ты уделила нам немного времени для разговора».       Нейда вскинула голову, кляня свою беспечность. За чтением она и не услышала, как к ней кто-то подошёл. Позор… Перед ней стояли мужчина лет за тридцать и женщина помоложе. Одеты они были практично, как для путешествия, и в то же время красиво. На женщине тоже были штаны, как на Нейде, густые длинные волосы забраны в хвост. Мужчина слегка щурился на весеннее солнце.       «Я путешественник и торговец, а по происхождению, как говорят здесь, в Гулланкторе, наши дарийские сородичи, равнинник. Зовут меня Дорес. А это моя супруга Ваэль».       Вот, значит, они, равнинники, к которым поначалу отнёс ее Ульсар… торгуют с Цитаделью, ходят через горы караванами. Нейда отложила книгу и вежливо встала.       «Приветствую. Зовите меня Ада».       «Ох, Ада, весьма польщен таким знакомством, будет что рассказать после возвращения. На самом деле, у меня столько вопросов про тебя и твой мир, что я даже не знаю, с чего начать… Я вижу, ты не только воительница, но и ученая. Позволь узнать, что же ты читаешь».       «Ученая это громко сказано, — покачала головой Нейда. — Я только учусь. А читаю про древнее противостояние между тарни и дарийцами».       «О, это весьма интересная тема. Наверное, в твоем мире случались совсем иные конфликты или войны… Но ты решила оставить его ради изучения нашего».       «А знаешь, что я думаю, Дорес…» — красивым низким голосом вступила в беседу Ваэль.       «Знаю! — с улыбкой отвечал тот и повернулся к Нейде. — Не окажешь ли ты нам честь сегодня вечером разделить с нами трапезу? Нам выделили комнату в Главном здании».       «С удовольствием», — Нейда ответила почти без улыбки, прикидывая про себя, насколько визит к торговцам вписывается в статус гостьи Цитадели. В конце концов решила рискнуть. Живут они, скорее всего, на ее этаже. Так что указаний Ниэльда она не нарушит…       Ваэль улыбнулась: «Замечательно! Давай встретимся в холле у лестницы на втором этаже. Ты знаешь, где это, Ада?»       «У которой из? Там ведь две лестницы».       «Ну, та, которая ведет до самого двора. Мы с Доресом по ней только что спустились. Спустились, увидели тебя и не могли не подойти».       «Хорошо. И во сколько же?»       «Когда здешний колокол пробьет четырнадцать раз!»       «Если смогу — я подойду. Но обещать не буду — жизнь непредсказуема, думаю, вы и сами это понимаете».       «Мы будем очень ждать!»       С этими словами супруги распрощались и направились к воротам. Нейда проводила их задумчивым взглядом. Открытые и дружелюбные, они производили приятное впечатление. Да и перспектива нового знакомства не могла не радовать. И все же…       Она не была уверена в том, что первое впечатление верно. Ваэль казалась слишком напористой, слишком воодушевленнной, слишком… просто слишком. Да еще эта лестница… та, про которую Ниэльд напрямую ей не говорил, но явно подразумевал, что ей в том углу крыла делать нечего. Вспомнить его вчерашние слова, что она не в заключении? Или подумать о том, что береженого бог бережёт?       Погруженная в размышления, Нейда неторопливо двинулась в сторону здания, решив спокойно все обдумать у себя в покоях. Заодно умыть лицо и напиться после непростой прогулки в шахту. И если она ужинает не у себя, неплохо было бы заранее предупредить Вету. А как это сделать?       Она шла по коридору первого этажа, мимо кухонь и дальше, к лестнице, высматривая кого-нибудь из слуг, чтоб спросить про Вету. Ее обогнал парень с большим деревянным ящиком в руках, он шел торопливо, и Нейда не стала его задерживать. С другой стороны показались идущие навстречу три девушки с ведрами, тряпками и метлами. Сколько же слуг поддерживают чистоту и порядок в цитадели! Впрочем, в замке Филиппа слуг тоже было много, просто у неё не всегда находилось время их замечать…       Нейда шагнула к девушкам.       «Доброго дня, — сказала она, заступая им дорогу. — Не знаете случайно, где сейчас Вета?»       «Она, должно быть, в Жилом крыле, госпожа».       «Сколько сейчас колоколов было?»       «Двенадцать недавно било, госпожа. Она скоро, наверное, спустится. Что ей передать?»       «Передай ей, пожалуйста, чтоб сразу зашла к Аде, до ужина».       «Да, госпожа, конечно!»       Нейда развернулась, чтобы пойти к себе, и едва не налетела на маленькую кукольно-красивую девочку. На ней было нарядное голубое платье, темные волосы заплетены лентой того же материала. Она не была бледной и бесцветной, как многие взрослые тарни, наоборот: на щеках играл румянец, а губы алели. Нейда невольно залюбовалась ею. Вот, значит, какие дети здесь живут, читают красивые книги и по праздникам обедают в зале. Перед днем середины весны за ужином детей в столовой было много. Но она к ним не присматривалась. Теперь сумела рассмотреть одно из прелестных созданий получше.       Девочка в свою очередь окинула ее любопытным взглядом, слегка улыбнулась и прошла мимо. Служанки расступились, уступая ей дорогу. А Нейда поглядела ей вслед и направилась к себе. Не стоило задумываться о том, как живется здесь этой куколке. О том, какое у нее детство. Об этом вообще не стоило думать.       Очутившись в своей комнате, она положила книгу около кровати и пошла в купальню. Холодная вода освежила лицо и смочила горло. Нейда остановилась перед зеркалом и посмотрела на отражение. Для начала надо дождаться Вету. Потом она решит.       Вета выглядела немного запыхавшейся.       «Все в порядке, Ада? Я вернулась из Жилого крыла, на кухне мне сказали, что нужно поторопиться к тебе».       «Спасибо, что поторопилась, — Нейда улыбнулась. — Среди слуг что-нибудь говорят про торговца Дореса и его жену? Они, кажется, тут ночуют».       «Они, должно быть, приехали с первым весенним караваном, что пришел в Цитадель вчера. Но я ничего про них не знаю».       «И никто из слуг ничего про них не знает? Не слышал? Не прислуживал в их комнате?»       «Мне пойти, расспросить их?»       «Расспроси, пожалуйста. И придёшь расскажешь мне, если что узнаешь, после тринадцати колоколов»       «Конечно, Ада! Я еще раньше узнаю, не сомневайся!»       «Я в тебе не сомневаюсь!»       Вета тут же отправилась выполнять Нейдино задание. Вид у нее при этом был самый боевой. Нейда усмехнулась и села в кресло. Ждать. Читать настроения не было.       «Значит, Дорес и Ваэль, они путешественники, и не просто с равнин, а откуда-то совсем издалека. Ваэль рассказывала Эйке, которая у них убиралась, что из ее родного города Гулланктора даже не видать, — докладывала Вета, и последнее явно казалось девушке особенно удивительным. — Они люди хорошие, добрые и справедливые, не как некоторые другие равнинники, которые ведут себя как наполовину ит… в общем, обращаются с нами, горцами, как с людьми второго сорта. А между собой у них такая любовь и дружба, что любо-дорого посмотреть. Жаль, только детей пока нет, но, может, еще смилостивится Ренизи… А Эйку они расспрашивали про нашу жизнь и прямо все-все хотели знать. И когда мы встаем, и где завтракаем, и сколько убираемся, и где. Спрашивали, как устроена Цитадель, где тут что. Расспрашивали, конечно, и про Сэла Хохотуна. И про то, какие у наших слуг настроения. И про рудник, и про то, кто из нас часто бывает в Ро-Десс. А Ваэль угостила Эйку таким фруктом, зеленым, с фиолетовой серединкой, какой она никогда не ела. Сладкий, как мед!»       Нейда кивнула и задумалась. На проверку Ниэльда это, пожалуй, не походило. Но выглядело еще хуже. Ишь какие, про порядок в Цитадели расспрашивали, про настроения слуг, про Сэла… Складывалось явное ощущение, что мысли у этих двоих были совсем иные, чем слова. Если они что-то замышляют…       Нейда вспомнила, что Вета еще здесь, и повернулась к ней.       «После четырнадцати колоколов можешь пройти до второй лестницы, которая к столовой, и просто посмотреть, что там происходит? А потом иди занимайся своими делами. Загляни ко мне потом, когда освободишься. А есть я что-то совсем не хочу».       «А что там должно происходить?» — не поняла Вета.       «Вот ты мне и расскажешь».       Глаза Веты расширились, но она кивнула и исчезла. Вскоре после того, как пробило четырнадцать, она вернулась.       «Там как раз они и стоят, Ваэль и ее супруг. Ждут кого-то. Тебя, наверное?»       «Почему же ты решила, что меня?»       «А откуда бы ты иначе узнала, что они ждут?» — рассмеялась Вета, в чем-то наивная, она была вовсе не глупа.       «Ты умница, Вета, — Нейда улыбнулась. — Спасибо тебе, ты свободна. Завтра буду рада видеть тебя снова».       «И тебе совсем-совсем ничего не надо? Может, стакан молока и булочку?»       «Спасибо, милая моя заботливая Веточка, правда, ничего».       «Хорошо, Ада, тогда спокойной ночи».       «И тебе. До завтра!»       Когда за Ветой закрылась дверь, Нейда села в кресло и откинула голову на спинку. Теперь дело было уже даже не столько в выходе к запрещенной лестнице. Если эти подозрительно любезные со слугами гости что-то замышляют, готова ли она ради общения и какой-либо непонятной пока информации рисковать быть втянутой в заговор внутри Цитадели? А если наоборот, попробовать с ними договориться и поискать у них помощи?.. Нет, эту мысль Нейда отмела решительно. Она здесь уже долго, и то у нее нет окончательного плана действий. А они только пришли и сразу задают много вопросов, то есть подробностей никаких не знают… Если даже и допустить, что у них есть свой собственный замысел, он, скорее всего, обречен, а если она окажется замешана — она тоже. Ей не нужны возможные союзники, несущие с собой настолько весомый риск… Она не имеет права скомпрометировать себя в глазах Ниэльда. Он до конца не должен в ней сомневаться…       С этой мыслью Нейда подошла к окну и стала смотреть на далекие горы, чтобы успокоиться. Потом легла — и буквально провалилась в сон. Но спала беспокойно, металась по постели и дважды просыпалась с колотящимся сердцем… Не выспалась и едва умудрилась вовремя подняться и одеться к приходу Риэна. Она не могла вспомнить, что именно ее будило. Наверное, спуск в шахту не прошел бесследно — но она все равно думала, пока завязывала волосы, что если Дарселл еще раз согласится взять ее на рудник, то она обязательно пойдет.