В туманах Гулланктора

      Утром Нейду разбудил еще до колоколов солнечный луч из окна, щекотнувший нос и заставивший невольно улыбнуться… Времени было полно, можно было собраться, не торопясь, и причесаться поаккуратнее. Но закончив причесываться, она бессильно отложила расческу на полочку. Со всем этим нужно было что-то сделать. Ее слишком отвлекали неправильные мысли. Мысли, которым не должно было быть места в ее миссии. Но как положить им конец? Разве что… хотя это решение казалось очень суровым.       Вошедший в обычное время Риэн с подозрением покосился на замотанную кисть. Неудивительно, он-то точно знал, что вчера после тренировки рука была цела. Нейда проигнорировала его взгляд. Утром, умывшись, она намотала чистый платок — правда, предыдущий присох к ссадинам, так что, пока она его отодрала, кровь пошла снова. Но вроде бы не настолько сильно, чтобы промочить новый платок насквозь.       «Пошли завтракать?» — бодро предложил Риэн.       Нейда как в омут кинулась: «Может быть, ты завтракать тоже предпочитаешь без меня, так же, как и ужинать? Если так — скажи».       Он перевел взгляд от ее руки на лицо. Взгляд вопросительный, изучающий, даже исследовательский.       «Может быть», — протянул так, что непонятно было — повторяет ее слова, обдумывает или уже соглашается.       «Ты много хорошего мне делаешь. Я хочу как-то отблагодарить тебя за все это — за участие, за время, за помощь».       «Я тебя совсем не понимаю», — невпопад ответил он.       «В каком смысле? Что именно?» — подняла брови Нейда.       «Вообще ничего. То есть, когда ты периодически хочешь меня придушить, это еще как-то понятно. Но когда сообщаешь, что благодарна за мое время, и поэтому я не должен его с тобой проводить, это выходит за пределы моего понимания…»       «Душить ты себя запретил. Рука мне моя дорога — перелом срастаться будет долго, и Ниэльд за это время решит от меня избавиться, — ехидно ответила Нейда, и добавила, сменив тон на более серьезный: — Ты проводишь со мной время, которое раньше проводил иначе. Я очень ценю это, но не хочу усложнять тебе жизнь. Мне иногда очень трудно с тобой, Риэн. В тебе словно два разных человека уживаются».       «Ну, тогда в тебе не меньше полдюжины, — хмыкнул он. — И все разного мнения и пребывают в разном настроении. Может быть, они временно договорятся между собой, и ты скажешь мне, что с сегодняшним завтраком? Остальные вопросы можно обсудить за едой, а есть уже очень хочется».       Нейда несколько мгновений смотрела на Риэна. Она сказала ему правду, она была искренне благодарна за все, что получила от него. Но при этом, с одной стороны, действительно хотела, чтоб он ушел. Чтоб его стало в ее жизни меньше. Тогда, может быть, исчезнет из мыслей воспоминание о тяжести его тела, прижимающего ее к земле, и о пристальном взгляде светлых глаз сверху вниз. Только вот, с другой, частица ее души безмерно обрадовалась, что он не сказал «хорошо, тогда я пошёл», а дал… дал еще немного времени, чтоб… успеть передумать?       «Ладно, идем завтракать», — сказала она наконец.       «А по дороге попробуй мне ответить честно всего на один вопрос».       «Задавай».       «С кем это ты умудрилась подраться после того, как мы с тобой расстались вчера?»       «С ящиком, на котором сидела».       Он вздохнул.       «Мне уже заранее жалко… ящик».       «Кто бы сомневался. Но никто больше ведь не захотел составить мне компанию».       «Ты точно сможешь сегодня участвовать в тренировке?»       «Конечно».       Риэн скептически покачал головой, но больше ничего не сказал до момента, когда сели за стол.       «Вот теперь можно спокойно поговорить, — начал он, принимаясь за еду. — В сущности, благодарность и признание моих заслуг, такие непривычные в твоих устах, звучали как вежливое «я уже обжилась в этих стенах, все оказалось не так страшно, как я ожидала, поэтому я в тебе больше не нуждаюсь». Это хорошо, потому что я тоже недавно думал о том, что выполнил все, что тебе обещал. Ты получила приличную позицию в Цитадели, умеешь читать и танцевать достаточно, чтобы дальше практиковаться в этих умениях самостоятельно или с друзьями».       «Скажешь тоже, с друзьями, — нервно дернула губами Нейда. — Нет у меня здесь друзей».       Она осеклась, долго смотрела на него, борясь с собой, потом опустила глаза.       «Кроме тебя».       «Так может, я мешаю тебе завести более подходящих? Тебе изначально была навязана моя компания, но теперь ты свободна выбирать окружение сама».       «Мне негде заводить здесь друзей, ты сам это прекрасно знаешь. Твои товарищи по службе стали меня терпеть и иногда здороваться, Дарселл порой проводит со мной время. Но танцевать со мной они вряд ли будут», — Нейда опустила голову.       Она хотела все закончить здесь и сейчас. Оборвать свои дурные мысли. Оградить себя от этой странной слабости. Но сейчас, сидя с ним за одним столом, понимала, что ей никогда не хватит духу сказать то, что нужно: «да, ты прав, я больше в тебе не нуждаюсь, не приходи ко мне больше никогда».       Вместо этого она сглотнула и очень тихо, не поднимая глаз, проговорила: «Верно, ты выполнил все свои обещания, я не могу просить большего. И если ты хочешь освободиться от моего общества — это твое право. Если же нет… — она стиснула столовый нож левой рукой так сильно, что услышала, как с хрустом отлепляется от покрытых кровью и сукровицей костяшек платок. — Если у тебя нет такого желания — то я буду рада твоей компании».       Кулак сжался сильнее. Платок намок — и вдоль костяшек проступило четыре красных пятна. Она проиграла самой себе…       «Пошли, свожу тебя к Луэнсу. Он перебинтует твою руку по-нормальному. В следующий раз будешь знать, как нападать на невинные ящики… — строго сказал Риэн. — На самом деле, все просто. Если бы я не хотел с тобой завтракать, я бы не завтракал. Если бы не хотел с тобой танцевать или проводить время в твоем обществе, не проводил бы».       «К врачу идти долго! — запротестовала Нейда. — К началу тренировки опоздаем!»       «Какая тебе тренировка, вся рука в кровище?! Ты собираешься познакомить Ниэльда с эпосом о твоей неравной битве с ящиком? Ты понимаешь, как это будет звучать? Для начала пойдем к врачу и попросим сделать новую перевязку».       «Какая Ниэльду разница?» — процедила Нейда сквозь зубы, но послушно поднялась от стола.       «Думаю, ему лучше не знать подробностей… Я ему сам все объясню потом».       «И что же ты собираешься объяснить ему, чего не могу сказать я? Ударилась об ящик, бывает, это не преступление».       «Так ударилась, что рука разбита в нескольких местах?! Несколько раз подряд ударилась?! Нет, ну это, конечно, не мое дело…»       Нейда тяжело вздохнула, но больше не спорила. Двери во владения Луэнса она узнала сразу. У старого врача уже был пациент. На кушетке сидел темноволосый мальчик лет шести. Луэнс только что закончил перевязку ручки. Ребенок не жаловался и не плакал, бодро вертел головой и болтал ногами.       «О, еще один такой же, как ты!» — шепнул Риэн Нейде на ухо.       «В каком смысле?»       «Да почти во всех», — ответил Риэн, но прежде, чем Нейда успела возмутиться, она попала в цепкие руки Луэнса.       Прежде всего он размочил прилипший платок какой-то остро пахнущей жидкостью, так что ткань отклеилась без боли.       «Как же это произошло?»       «Мы вчера были на тренировке. Потом боролись с Адой вдвоем…» — бойко начал Риэн.       «Ох уж мне эти тренировки!» — Луэнс тут же уселся на своего любимого конька, рассуждая об опасности и травматичности этого занятия.       Нейда покосилась на Риэна. Зачем ему поворачивать все так? И ведь не солгал, хитрец!       Вскоре перевязка была готова, плотная, но не перетягивающая пальцы, и врач отпустил их.       «Теперь можно и на тренировку. Но не думаю, что Ниэльд заставит тебя драться. Посидишь, поругаешь нас издали».       «Он меня не заставляет драться, — нахмурилась Нейда. — Я дерусь по собственному желанию. И если ты начнешь намекать Ниэльду, чтоб он меня не допустил до боев, первым на поединок вызову тебя».       «Зачем же сразу переходить к таким жутким угрозам? Если ты так ставишь вопрос, то, конечно, не буду».       «Можно подумать, ты меня боишься», — проворчала под нос Нейда.       «От тебя всего можно ожидать».       «Чего же, например?»       «Ну, если ты, потанцевав со мной, бросаешься обрезать себе волосы, а поборовшись, разбивать руку в кровь…»       «Волосы просто слишком отросли, пора было укоротить, а кроме как твоим кинжалом, мне нечем это сделать. Раньше я своим обходилась».       «Ну ничего себе! А я-то подумал, это какой-то твой странный религиозный обычай», — воскликнул он, а потом начал смеяться каким-то собственным мыслям.       «Что смешного?» — недоуменно спросила Нейда       «Да так просто… Просто представил себе, что ты после каждого танца обрезаешь себе волосы все короче и короче, пока не станешь совсем лысая», — совсем уж неприлично развеселился он.       «Ну ты… — угрожающе прошипела Нейда, но потом рассмеялась вслед за ним. — У тебя слишком богатое воображение».       «Пожалуй, — согласился он. — Странно, кстати, что ты обрезала их сама. На твоем же этаже есть мастер, который может постричь волосы, если уж тебе их надо подстригать».       «Мастер? — переспросила Нейда. — Мастер, который специально занимается тем, что стрижет волосы?»       «Конечно. Чтобы красиво было, ровно, прядка к прядке».       «Хм… никогда не задумывалась, что стричь можно красиво. В моем мире специальные служанки только богатым дамам прически делали. А воины резали себе волосы сами, чтоб не мешали».       «У тебя красивые волосы», — небрежно сообщил он.       Нейде показалось, что она ослышалась. Но следующей мыслью стало… попросить Вету в самом деле проводить ее к этому загадочному мастеру. За эту мысль Нейда сама себя тут же и обругала.       Появившись на площадке, Риэн повторил примерно то же, что рассказывал врачу. Даже если Ниэльд и был недоволен, он никак этого не показал. Как и предсказывал Риэн, Нейда участвовала в тренировке только советами. Все шло спокойно до самого ее окончания, когда Ниэльд внезапно объявил: «Надеюсь, у тебя нет никаких планов на остаток дня. Если есть, придется их отменить».       Нейда собиралась на примерку куртки, но не говорить же ему это.       «От меня что-то требуется?» — спросила она настороженно.       «Да, пришло время небольшой прогулки по Гулланктору».       «В таком случае придётся прогуляться», — в душе снова заворочались мрачные предчувствия.       Каждый раз, когда Ниэльд обращался к ней не по теме тренировок, все оказывалось хуже некуда… ну… почти каждый. Тот разговор под ночным небом не в счет. Словно она говорила и вовсе не с Ниэльдом.       «Переоденься в ту одежду, в которой была, когда появилась в Гулланкторе. Чем больше предметов из твоего прежнего мира, тем лучше. Риэн заберет тебя через один колокол и проводит до флаера».       Нейда тяжело вздохнула. Кажется, он-таки решил отправить ее назад… Бог знает, зачем. Но иначе к чему было так подробно выяснять, где именно она появилась и как это произошло?       Если… если Ласса ошиблась, и ее действительно выкинет прочь из этого мира просто потому, что она окажется на том же месте, что будет? Она очнется на той замковой лестнице, где споткнулась, и ничего не вспомнит? Или будет помнить, будет думать о тех, кто тут остался… О том, что она не успела сделать… Сердце сжалось.       Потом она посмотрела на Ниэльда и хмуро проговорила: «Я появилась здесь не только в одежде, но и с кинжалом».       «Где он теперь?»       «Его забрали еще до прилёта в Цитадель».       Ниэльд вопросительно изогнул бровь, ожидая подробностей.       «Риэн разоружил меня прежде, чем посадил во флаер, на котором нас обоих привезли сюда».       Ниэльд перевел взгляд на сидящего неподалеку Риэна.       «Да, я помню, о каком речь, — отозвался тот. — Я захвачу».       Нейда поднялась с ящика и, не оглядываясь, пошла в сторону здания. Надо было найти старую рубашку и штаны. Сапоги у нее так и остались свои, а куртку она отдала Риэну еще в пещере. Пока она переодевалась, лихорадочно думала, что же можно сделать, чтобы предотвратить возвращение. Но в голову ничего не приходило. Оставалась очень смутная надежда, что Ласса все же была права и ее не перенесёт назад в неправильный день. Но если нет… Она на мгновение закрыла лицо руками — благо, была в комнате одна.       Риэн появился серьезный, собранный, губы сомкнуты в одну линию. В руках — ее старая куртка.       «Кинжал отдашь, полагаю, только на месте», — не глядя на него, прошептала Нейда.       «Да, на случай, если ты начнешь бузить».       «А ты думаешь, начну?»       «Я вообще ничего не думаю, я выполняю приказы начальства».       «Понятно».       Она отвернулась и села в кресло, низко опустив голову. Оставалось ждать момента, когда нужно будет идти.       «Пошли?» — немного виновато не то предложил, не то спросил он.       «Уже пора?» — спросила Нейда убитым тоном.       «Да».       Внезапно она всхлипнула: «Я не хочу».       «Ты… что… — он вздрогнул и сбился. — В смысле, чего ты так боишься?»       «Я не хочу назад, — она подняла на него глаза, в которых стояли слезы. — Я не боюсь. Я просто не хочу! А Ниэльд везет меня туда. Он хочет вышвырнуть меня обратно в мой мир», — она торопливо провела ладонью по глазам, размазывая соленые капли.       Он достал и подал ей платок, хотя раньше уверял, что платков не носит. Нейда рассеянно взяла, не осознавая, что с ним делать.       «Да зачем ему это? Он что, сумасшедший?! Если бы он хотел от тебя избавиться, тебя и везти никуда не надо было бы, — «утешил» Риэн. — Он должен кое-что проверить. С твоим участием».       «Что проверить?» — тихо спросила она, проведя платком по лицу и кладя его на подлокотник.       «Переход между мирами».       «Ну да. И если он сработает, меня зашвырнет туда».       «А что мешает потом назад? Ты же… не должна там оставаться, если так не хочешь!»       «Не хочу. Но кто знает, как это работает… я много чего хочу и много чего не хочу. Но это слишком мало значит».       «Наш переход работает в обе стороны».       «У вас тоннель. А тут все по-другому… — она глубоко вздохнула. — Если я исчезну из этого мира… — и тихо шепнула: — Обними меня».       Вместо того, чтобы выполнить ее просьбу, Риэн присел перед ней на корточки, взял платок и тщательно, очень аккуратными, невесомыми движениями промокнул ей глаза. Нейда бесшумно вздохнула. Это было… приятно, но не совсем то, чего хотелось. Душа отчаянно жаждала тепла, опоры, поддержки, может быть, даже…       Она не успела додумать до конца, потому что Риэн все же привлек ее к себе.       Прижал не так, как обнимал раньше, вежливо, а крепко, почти до ломоты в ребрах. Дыхание перехватило от этих тесных объятий, мысли совершенно спутались… Она уткнулась лицом в жесткое плечо, втянула носом едва ощутимые запахи сухой травы и глаженого горячим утюгом сукна и замерла, положив ладони поверх его рук. Тепло потихоньку разливалось внутри, успокаивая мысли.       Она не должна себе этого позволять, ей не должно быть так спокойно в кольце рук недруга, но… если что-то пойдёт по-другому и она вернётся в свой мир, у нее останется хотя бы воспоминание об этих объятиях… Он не торопил ее, не ослаблял объятий, хотя знал, что пора идти. И Нейда знала.       Наконец она колоссальным усилием воли заставила себя отстраниться и убрать руки.       «Ты… тёплый», — шепнула она с грустной улыбкой.       Потом резко встала и встряхнула головой.       «Пора».