В туманах Гулланктора

      Нейда проснулась совершенно счастливая и еще первые несколько мгновений после пробуждения, пока лучик утреннего солнца щекотал ей кончик носа, чувствовала абсолютное, беспримесное, вот такое же щекочущее счастье. А после вспомнила, где она и кто она. Вспомнила, что должна сделать.       Нельзя позволить этим мыслям завладеть ее рассудком! Риэн заметит! Он начнет расспрашивать… это недопустимо!       Она встряхнулась и привычно стала прибирать постель. Нацепила на шею флакончик с ядом, отброшенный вчера в порыве страсти вместе с рубашкой. Завязала шнурок у горла, заплела волосы в короткую косу. Долго всматривалась в свои глаза в зеркале. Как Риэн разгадывает ее мысли? Как он узнал про Сэла… она в чем-то была неосторожна тогда во время их долгих разговоров. Но в чем? Если она начнет сейчас расспрашивать его, на чем прокололась, он заподозрит, что она скрывает что-то еще… что победит в таком случае, увлечение ею или верность Цитадели? Нейда почему-то не сомневалась в последнем.              Убедившись, что ничто не выдаст ночные безумства, она подобрала с пола куртку, накинула на плечи и села ждать. С нетерпением. Ей в самом деле очень хотелось снова увидеть его, хотя расстались они всего несколько колоколов назад.       Риэн выглядел свежим, бодрым. Выспавшимся. Хотя кому, как не Нейде, было знать, что это не совсем так.       «Не смотри на мои поджаренные хлебцы так жадно, как будто хочешь стащить», — как ни в чем не бывало дразнил он Нейду за завтраком.       Но смотрела она вовсе не на хлебцы. Она смотрела на него. Потом сумела себя одернуть и перевела взгляд в тарелку.       «Не хочу я твои хлебцы. Я бы лучше стащила твой кинжал — но увы».       «Какая ты все же коварная, — Риэн сделал вид, что сердится. — Мало тебе моих хлебцев, еще и кинжал. Семейную реликвию. Ну вот зачем он тебе в комнате? Ноготки чистить?»       «Если ты других применений не знаешь, то зачем он тебе?»       «Я им винные бутылки открываю, карандаши точу… — с самым серьезным выражением лица перечислял он. — Вот волосы себе еще ни разу не обрезал!»       «Волосы я им тоже больше резать не буду, — фыркнула Нейда. — Я теперь познала блага комфорта!»       «Да, тебя замечательно подстригли».       «Так ты не слепой? Заметил? Ну надо же».       «Я вообще прекрасно вижу, — с достоинством отверг он ее предположение. — Разумеется, заметил».       Нейда покивала с выражением лица «так я тебе и поверила». Но взгляд ее посерьезнел, когда она вспомнила о своём вчерашнем обещании…       Ниэльд стоял на площадке, окруженный несколькими солдатами, и, похоже, поучал их своим обычным негромким голосом. Те внимательно слушали. Риэн, подойдя с Нейдой к площадке, нырнул в их скопище. Нейда осталась ждать на своём обычном месте около ящиков. В груди ворочалась неприятная тревога.       Колокол пробил, занятия пошли своим чередом. Нейда провела два поединка. Первый проиграла, второй свела к ничьей. Оба поединка дались непросто, потому что противниками оказались уже бывалые бойцы, хорошо усвоившие ее уроки. Потом, как обычно, присоединилась к сидящему неподвижно Ниэльду.       «Ниэльд, — начала она, собравшись с духом. — Ниэльд, я хочу кое-что тебе сказать».       Он покосился на нее.       «Я не была с тобой откровенна, — продолжала она, глядя куда-то на его гладкий, задранный вверх подбородок. Смотреть в глаза было бы слишком вызывающе… — Я не Ада. Моё настоящее имя Нейда. И Сэл действительно доверял мне больше, чем многим. Мне… было страшно признаться в этом раньше».       «Любопытно, — холодно протянул он. — И что же побудило тебя в конце концов к признанию, Неада-а-Нейда?»       «Нельзя скрываться до бесконечности. И бояться и ждать разоблачения в конце концов устаешь», — бесхитростно ответила она.       «Но ты все еще довольна своим тогдашним решением прийти в Цитадель и жить нашей жизнью? Или намерена оставить эти места? В последнем случае тебя не станут удерживать».       «Оставлять эти места я не намерена, если меня к этому не принудят, — твердо проговорила Нейда. — Я по-прежнему хочу остаться здесь и продолжать тренировать твоих солдат».       «Что до меня, не вижу к этому препятствий. Я в целом доволен тобой. И полагаю, пришла пора снять с тебя ограничения на передвижения по Цитадели».       «Благодарю за доверие, — ровным тоном ответила Нейда, хотя сердце в груди ускорило свой бег. — Что именно это будет означать?»       «Остаются, разумеется, помещения, которые находятся под охраной и не общедоступны. Но в остальном ты вольна идти, куда хочешь, по всем этажам всех трех частей».       «Куда именно мне запрещено ходить?»       «В тюрьму, например — тебя туда не пропустит охрана».       «Спасибо, — Нейда с трудом удержалась от того, чтобы передернуть плечами. — Туда я бы и сама спускаться не хотела».       «Ну, тогда тебе и жалеть не о чем».       Нейда кивнула и отвела взгляд. В самом деле не так страшно, как она думала? Или рано расслабляться и облегченно выдыхать… Впрочем, что это она — конечно, рано. С Ниэльдом расслабляться нельзя никогда!       «Кстати, о тюрьме», — начал он.       Она ведь так и знала, что любой разговор с ним обернется новым витком неприятностей…       «Ты ведь помнишь Верета. На руднике у вас с ним вышла неприятная встреча».       «Да, такое забыть непросто», — осторожно ответила она.       «Он сейчас в камере. И хотел бы, чтобы ты его навестила», — проинформировал ее Ниэльд и вернулся к наблюдению за тренировкой.       «А что прикажешь ты?»       «Я в данной ситуации воздержусь от приказаний. Это его просьба, не моя. Решай сама. Если надумаешь, Риэн тебя к нему отведет», — бесстрастно прозвучало в ответ.       Нейда кивнула и умолкла. Перед ней вновь стояла дилемма… трудная и печальная. Не пойти — предать друга, которого она и так уже погубила. Пойти — рискнуть подставиться под обвинения, привлечь лишнее внимание к его словам. Что же делать… Хорошо, хоть Верет не знал о настоящем уговоре с Сэлом.              «Как прошел разговор? Кинжальчиком хочешь помахать, повысить настроение?» — спросил ее Риэн, когда тренировка подошла к концу.       «Хочу», — сурово проговорила Нейда, погруженная в свои мысли.       Мелькнула мысль сразу рассказать ему все и спросить совета. Но Нейда одернула себя уже почти на полуслове.       Эйфория ослепила ее, заставив забыть о том, что Риэн, хотя и любовник, но вот друг ли? Если она станет рассказывать ему вообще всё, в конце концов проболтается и про то, о чем говорить нельзя. И этого испытания его симпатия точно не выдержит. Поэтому обдумать, взвесить и только потом сказать, если она решится-таки пойти вниз…       Знакомые движения и острая сталь как всегда вернули веру в себя. Настолько, насколько это было возможно в ее ситуации. Риэн не спал, не валялся, а сидел, погруженный в какие-то размышления. Наупражнявшись, Нейда подошла к ящикам и села на соседний от него. Положила между ними кинжал.       «Что случилось?»       «У меня сегодня дежурство. А потом…»       «Что потом?»       «Потом… необязательное мероприятие. И я мог бы улизнуть и провести время с тобой. Беда в том, что я слишком часто делаю это в последнее время, чтобы и дальше не привлекать внимания».       «А что за мероприятие?»       «Ужин с комендантом, Эннертом и еще парой гостей Цитадели».       «Иди. Один вечер без тебя я уж как-нибудь проживу, — тихо сказала Нейда, а потом добавила, чуть улыбнувшись: — А Ниэльд разрешил мне теперь ходить, где угодно. Ты дал хороший совет».       «Вот и отлично! Я давно хотел показать тебе вторую библиотеку».       «Значит, завтра и покажешь, — уверенно сказала Нейда. — А кто гостит в Цитадели?»       «Пара тарнийских семей из Таннелона. Часть из них поедут дальше, в Пандари, а часть собираются прогуляться по Гулланктору».       Нейда кивнула.       «Завтра будет хороший день».       Она потянулась на ящике, потом повернулась к Риэну и призналась тихо: «Знаешь, в тот вечер, когда ты прислал вместо себя записку, я до самого твоего прихода с утра думала, что ты не пришёл специально, чтоб поквитаться со мной за пещеру».       Он изумленно округлил глаза: «Но Нейда… как… как тебе пришла в голову такая странная мысль?!»       «Ты же говорил, что тебе тогда было мучительно ждать моего прихода и не знать, когда я явлюсь», — пожала плечами Нейда.       «Если бы я хотел поквитаться, я бы тебя убил. Причем давно, — наставительно сказал он. — А так я тебе записочку написал, все объяснил и даже извинился».       «Убить меня было бы равным ответом, если бы я тебя убила, — так же наставительно отвечала Нейда. — А так ты просто заставил меня пережить то же, что переживал сам, — тщетное ожидание».       «Все равно не равным, потому что в прекрасных апартаментах с бассейном сидится и страдается лучше, чем на камнях в холодной темной пещере. Но, Нейда, зачем… Зачем же мне заставлять тебя переживать? Чтобы тебе было плохо?»       «Откуда же мне знать. Я просто попробовала тебе объяснить правдиво свои чувства».       «Я хочу, чтобы тебе было хорошо. Ты мне веришь?»       Нейда внимательно посмотрела ему в глаза.       «Верю, — а потом спросила еще тише: — Почему ты хочешь, чтоб мне было хорошо? Почему ты вообще решился все это начать?»       «Что все?»       «То, что происходит между нами со вчерашнего дня».       «Не смог иначе. Уже когда ты свернулась у меня на коленях, я чувствовал, что все этим кончится».       «Ты ведь мог не позволить этому случиться. Мог уйти. Мог не показывать мне тот безумный танец, от которого у меня разум мутится».       «Танец-то тебе чем не угодил, Нейда?! Я, между прочим, сотни раз танцевал такие танцы с разными девушками до тебя, и ничего! А уйти? Я думал о том, что это было бы лучше, безопаснее. Но не смог».       «Танец мне всем угодил, — она рассмеялась. — Надеюсь, завтра мы его станцуем».       «Обязательно! Тогда библиотеке все же придется подождать другого случая».       После его ухода Нейда задумчиво уставилась перед собой. Подумать было о чем. О Верете. Об этом разговоре и о том, что она узнала… Но больше всего мыслей было о словах Риэна. Не смог… поддался обстоятельствам и не смог поступить правильно… вот и она не смогла отказаться от лучика счастья, пробившегося сквозь тучи страха перед будущим и мрак одиночества…       Она уступила. Он тоже уступил. Теперь они оба там, куда их привели уступки.       Верет… пойти или не пойти? Зачем он хочет ее видеть? Еще раз проклясть? Или упрекнуть? Или обвинить? Пытаться убить ее снова он не сможет, конечно, но вновь слышать его дрожащий от злобы возглас «предательница!» — это было бы больно. Но что, если этот ее визит ему нужен? Она переживёт его проклятие, ничего с ней не случится. А ему, возможно, станет чуть легче нести бремя заточения…       Она неторопливо вернулась к себе с намерением почитать, принять ванну, потренироваться писать знаки, которые уже получались вполне приличной формы… И все это проделала, и с Ветой поужинала, но к вечеру затосковала по Риэну. И тут же вспомнила про свою новую свободу ходить, куда вздумается.       Она одернула куртку, поправила косу и решительно вышла в коридор. Огляделась и медленно пошла влево, оставляя обычную свою лестницу за спиной. Она шла, привычно считая шаги, хотя в памяти у нее уже сложилась схема этажей с отмеренным много раз расстоянием. Она миновала вереницу дверей, похожих на ее собственную. Потом свернула и скоро дошла до владений Луэнса. Вспомнила, как Риэн тащил ее сюда на руках вместе с Талианом… ноздрей будто коснулся травяной запах, исходящий от его волос и шеи. А сразу за этим в памяти всплыл Ниэльд, ведущий ее в темницу — чтоб показать Верету и сломить его волю… не самое лучшее воспоминание.       Здесь было так же пустынно и тихо. Наверное, Луэнс уже ушёл домой.       И вот она ступила на лестницу, ведущую наверх. Туда, куда она так стремилась эти долгие месяцы. Путь наконец открыт. Этого она достигла. Теперь дело за малым — добыть взрывчатку.       Нейда медленно поднималась по широким каменным ступеням. Вот и третий этаж. Направо арсенал, там пост охраны. Налево знакомая библиотека. За спиной двойные двери неизвестно куда. Охраны там не было, но когда Нейда рискнула потянуть, они оказались крепко запертыми.       Она вошла в библиотеку и подавила непрошеное желание, чтобы рядом, как обычно, шагал Риэн. Это, конечно, было бы приятно. Это было бы чертовски приятно — даже просто идти рядом и слушать его голос… но с ним она не может так просто сделать то, что сделает сейчас.       Нейда прошла библиотеку насквозь, мимо пожилого, погруженного в чтение тарни, что даже головы не повернул ей вслед, и вышла в новый холл. А из него пошла по короткой галерее. Здесь расположились бюро Ниэльда и неизвестное помещение. Единообразные, плотно закрытые двери. Проверять, заперты ли они, Нейда не решилась. Бюро Ниэльда она тоже помнила по своему единственному визиту. Впечатления незабываемые. А дверь рядом — должно быть, та секретная комната, про которую упоминала Вета.       А дальше площадка с флаерами.       Туда можно выйти прямо из просторного холла. Нейда подошла к неохраняемым, но массивным — не хуже иных замковых ворот — дверям, ведущим туда, и осторожно потянула за ручку. Разумеется, те даже не шелохнулись.       Вполне ожидаемо. Странно еще, что часовых нет рядом. Вопрос, как их открывать, такие солидные, когда придет время. Был бы у нее пистолет, можно было бы в замок выстрелить. Но достать пистолет еще менее реалистично, чем взрывчатку. Хотя, если она добудет эти волшебные брусочки — в самом крайнем случае дверь можно будет взорвать. В последний момент, когда не будет смысла хранить тайну. Напихать в замочную скважину и поджечь кусочком фитиля… Получалось, что единственное, чего ей не хватает, это как раз брусочки и есть. Взрывчатка!       Погруженная в эти мысли, она вышла во второй длинный коридор, точно над своей комнатой. Тут в конце должно быть бюро коменданта… Тем же неторопливым шагом двинулась по коридору вперед. Она просто смотрит, гуляет, теперь ей это разрешено.       С одной стороны тянулся ряд запертых дверей, Нейда уже забыла, что говорил про них Риэн, проводя ей экскурсию по Цитадели, но в любом случае там не было ничего, что приближало бы ее к цели, иначе она бы помнила. С другой — высокие окна выходили во все тот же внутренний двор.       Риэна можно бы попросить еще раз все рассказать и показать. Но не сразу. Завтра ей нужно потанцевать… мысли сами собой перескочили с боевого планирования на теплые воспоминания об этих двух днях, перевернувших ее жизнь. А коридор между тем должен был уже заканчиваться, судя по количеству шагов. Возле бюро коменданта охраны не было, зато, свернув направо, Нейда наткнулась на еще один пост, преградивший ей путь. Это же… Это задняя стена арсенала. Второй вход в него. Сюда ее явно не пропустят, придется возвращаться назад.       Она и прежде понимала, что арсенал перегораживает весь кусок крыла, но не знала, что в него два входа. Теперь знает… опять — много новой информации и ничего, что реально могло бы помочь.       Оглядев такие же двери, как и выходящие к лестнице, Нейда так же не спеша двинулась обратно. Она. Имеет. Право. Ходить. Здесь… твердила она себе, чтоб не дать ногам подозрительно ускориться. И вот снова двери библиотеки. Внутри было очень тихо. Пожилой тарни сидел все в том же положении, шуршал страницами. Нейда прошлась вдоль шкафов, вдыхая приятный аромат книг.       Ей действительно необыкновенно нравилось это красивое величественное помещение. Она просто для удовольствия касалась кончиками пальцев резного дерева шкафов, ярких переплетов, смотрела в темные сейчас витражи.       Надо будет расспросить Риэна, где какие книги здесь расставлены, кроме книг по геологии.       Немного походив вдоль полок, она вышла и спустилась назад по лестнице…       Спустившись на второй этаж по лестнице около госпиталя, Нейда таким же медленным шагом вернулась к себе. Осознание новой свободы грело душу. Риэн в итоге оказался прав… уже не первый раз.