Моя беглянка

Проснулась Одри довольно рано. Она готовилась к не простому разговору с начальником. Одри сходила в душ, привела себя в порядок. Оделась она как и подобает — легкая блузка, черная обтягивающая юбка в пол с разрезом до бедра, черный укороченный пиджак, черные шпильки. Стояла у зеркала, любуясь своим внешним видом, сделала последний акцент на макияже — темно-красная помада. Когда она открыла дверь, чтоб выйти из комнаты, на пороге лежал огромный букет темно-красных роз. Розы были перемотаны только темно-красной ленточкой. Она не любила, когда цветы прятали за кучей бумаги и упаковки, она любила, чтоб не прятали красоту и величие цветов. Цвет роз и ленты очень странно совпали с цветом её помады. Забрав букет, она поставила в вазу на комод возле кровати. Прогладила пальцем лепестки роз, они пахли бесподобно. В букете она нашла черный конверт. В конверте лежала её уже новая лицензия и письмо. Одри развернула письмо, и её пальцы слегка дрогнули, когда она увидела знакомый, чёткий почерк Малека — будто выведенный скальпелем.

«Дорогая Одри!

Как видишь, я сдержал слово. Твоя лицензия возвращена — чиста, как первый снег. Надеюсь, ты оценила мой выбор цветов… Они напомнили мне твои губы в тот вечер, когда ты впервые позволила мне раздвинуть их языком.» Она почувствовала, как между её бёдер стало тепло, будто кто-то провёл раскалённым лезвием. «Начальник уже извещён о закрытии дела. Тебе не придётся лгать ему. Но помни: это не подарок. Это аванс.» Последняя фраза была написана с особой тщательностью, будто вырезана ножом: «Ты уже знаешь, где меня найти. И знаешь, чего я жду. До скорой встречи, моя испорченная девочка.» Под письмом лежала визитка — чёрный матовый картон с вытесненными золотом инициалами «М.С.» и адресом отеля в самом центре города. Одри резко сжала конверт, но запах его духов — древесный, с горьковатой ноткой табака — всё ещё витал в воздухе, обволакивая её, как невидимые руки. Она сжала его с такой силой — представляя его шею. Как она сжимает её, душит его. «С какой стати он решил, что я поеду к нему!»— резко бросила слова Одри. Выбросив жатую бумагу на пол, она наступила шпилькой на неё, раздавив еще раз со злостью. Немного стало легче. Бросив краткий взгляд на розы она громко выдохнула и вышла из комнаты. В кабинете начальника Одри ждала Микаэля довольно долго, мучая её как будто. «Одри, Вы прекрасно справились с работой, как Вам удалось?»— войдя в кабинет радостно спросил Микаэль. «Доброе утро, Микаэль. Да, я сама очень удивлена. Еще вчера мне сказали, что не будут заниматься этим вопросом, а сегодня уже дело закрыто.»— в замешательстве сказала Одри. Она не разделяла восторга начальника. «Это не важно, главное результат есть и я Вам очень благодарен за выполненную работу. Вы заслужили на отпуск»— сказав Микаэль, сев за свой рабочий стол. «Нет, не стоит, мне нравится работа психолога и оценщицы у Вас. Не нужен отпуск, спасибо большое»— с недоумением и благодарностью ответила Одри. «Нет, это не обсуждается. У Вас с завтрашнего дня начинается отпуск на неделю. Съездите куда-то. Могу помочь с билетами и перелетом, если нужно?!»— сказал начальник. Он был не прочь на самом деле помочь своей подопечной, тем более за такую прекрасную выполненную работу. «Хорошо, спасибо, я подумаю и сообщу Вам»— сказала с благодарностью Одри и вышла с кабинета. Сначала Одри стояла возле закрытой двери, которая вела в кабинет начальника. В голове Одри прозвучали мысли — «Малек же не просто так поторопился закрыть дело. Он так просто не отступит.» Она знала его очень хорошо, по этому и боялась его и боялась того, на что он способен. Одри направилась в сторону кухни, сделала себе кофе и села за обеденный стол — обдумывая, что она будет делать целую неделю. Начала листать путевки и места, куда она хотела бы полететь. За Малека она старалась не думать, надеялась, что неделю она сможет спокойно отдохнуть. *** Малек сидел в своём номере отеля, облицованном тёмным деревом, рассеянно перебирая пальцами по клавишам ноутбука. На экране мелькали кадры с камер наблюдения агентства — он видел, как Одри выходит из кабинета начальника, как её пальцы нервно сжимают кружку с кофе. «Ну что, моя дорогая, — пробормотал он, — отпуск, говоришь? Как удобно…» Его пальцы быстро пробежали по клавиатуре, и через секунду телефон Одри завибрировал — уведомление о бронировании номера в том самом отеле, адрес которого был на визитке. «Suite 707. Завтра. 20:00.» Ни подписи, ни объяснений. Только холодная уверенность в том, что она придёт. Малек откинулся на спинку кресла, его взгляд скользнул по огромной кровати с чёрным шёлковым бельём. Он уже представлял, как будет срывать с неё эту чёртову юбку, как его пальцы вцепятся в её бёдра, оставляя синяки, как она будет кусать его за плечо, пытаясь скрыть свои стоны. «Беги куда угодно, Одри, — прошептал он, проводя языком по губам. — Но ты знаешь, где закончится твой побег.» Он закрыл ноутбук и потянулся к бокалу с виски, его глаза сверкали в полумраке, как у хищника, выслеживающего добычу. *** Одри увидела уведомление на своем телефоне, поняла, что от кого оно. Долго всматривалась в него и …. удалила. Сегодня был её последний рабочий день перед отпуском, допив кофе она пошла искать Давида. «Одри, прекрасно выглядишь»— сказал радостно Давид, внезапно сзади подошел к ней вплотную, поцеловал в щеку, обошел глазами её образ и задержался на разрезе юбки. Давид был обходителен с ней, приносил наряды, цветы, кофе часто по утрам. Одри нравились его ухаживания за ней. «И тебе привет Давид»— улыбаясь сказала Одри. «Микаэль сказал у тебя с завтрашнего дня отпуск. Хочешь я попрошу себе тоже отпуск и поеду с тобой. Можем поехать куда захочешь»— обнимая её за талию сказал Давид. «Я еще не решила куда поеду, выбираю между Францией и Италией. Решила воспользоваться моментом уехать с этого дождливого и тяжелого Лондона.»— ответила Одри с такой тяжестью, как будто не сам Лондон на неё давил, а человек, который стоит за её неспокойствием. «Хорошо, но я бы выбрал Францию. Париж например — город всех влюбленных.»— сказал Давид ближе притягивая Одри. «Спасибо за совет, но Париж был не в моих приоритетах. Больше возможно склоняюсь к Италии, к Венеции» — ответила она. Одри улыбалась, но немного отстранилась от хватки Давида. «Хорошо, как скажешь, но только я бы поехал с тобой, вдруг с тобой что-то случится»- сказал Давид. «Поехали работать, мне еще бронировать путевку»— улыбнулась Одри и пошла в сторону выхода, где уже их с Давидом ждала машина. *** После работы Одри пошла в кабинет Микаэля, попросила забронировать ей путёвку в Венеции. И всё, путевка в её руках, завтра в 10:30 вылет с Лондонского аэропорта. Одри с радостью пошла собирать вещи. *** Малек стоял у огромного панорамного окна своего номера, наблюдая, как первые капли дождя стекают по стеклу. В руке он держал телефон, на экране которого горело уведомление об удалённом сообщении. «Ах, Одри, Одри…» — его губы растянулись в опасной улыбке. Он уже знал о её разговоре с Давидом. Знал о бронировании билетов. Знал, как она отстранилась от его объятий. «Ты думаешь, что можешь убежать?» — прошептал он, медленно проводя пальцем по холодному стеклу, оставляя мокрый след. Его пальцы быстро набрали номер. «Измените бронь. Suite 707 в отеле Danieli. Сегодня. 23:00.» Положив трубку, Малек подошёл к мини-бару, налил себе виски. Его взгляд упал на кровать, где уже лежали наручники — тонкие, изящные, но крепкие. «Венеция, говоришь?» — он хрипло рассмеялся, допивая напиток. — «Как романтично… Жаль только, что твой отпуск начнётся не там, где ты планировала, моя дорогая.» Он достал из кармана маленькую коробочку — внутри лежал кулон в виде змеи, обвивающей рубин. «Скоро ты узнаешь, что побег — это всего лишь иллюзия… особенно когда тебя ждут.» Малек потушил свет, оставив только мерцание города за окном, и начал готовиться к встрече. *** Собрав вещи, Одри села на кровать. Приходит на телефон уведомление «Suite 707 в отеле Danieli. Сегодня. 23:00.» Одри долго всматривалась и не могла сдержать злость. «Да как ты смеешь» — удалив сообщение, отбросила телефон на кровать, — «Никуда же я конечно не поеду. За кого он меня принимает» — сказала Одри, стоя возле окна, закусив губу смотрела в дождливый сад. На часах 21:20. «Нет, я не поеду»— повторила себе в голове Одри. *** Малек лежал на кровати в своём номере, закинув руки за голову. На его губах играла самодовольная ухмылка — он знал, что Одри уже прочитала сообщение. «Ты сейчас стоишь у окна, — шептал он в темноту, — кусаешь губу, пытаешься убедить себя, что не придёшь…» Его пальцы медленно скользнули вниз по собственному торсу, останавливаясь на пряжке ремня. «Но мы оба знаем правду, моя испорченная девочка. Ты уже дрожишь. Уже представляешь, как я разорву эту твою чёртову юбку, как вцеплюсь в твои волосы, когда заставлю тебя опуститься передо мной на колени…» Он резко встал, подошёл к телефону и набрал номер службы доставки отеля. «Пришлите бутылку Amarone della Valpolicella. Да, 2009 года. И два бокала.» Положив трубку, Малек подошёл к зеркалу, поправил галстук. Его тёмные глаза горели хищным блеском. «23:00, Одри. Ты можешь лгать себе сколько угодно… но твоё тело уже выбрало за тебя.» Он провёл языком по губам, представляя, как будет пить вино с её губ, как заставит её проглотить каждый каплю — вместе с его пальцами, глубоко в её горле. *** На часах 22:30. Одри сидела на кровати, руки прижала к коленям, мяли юбку. Она встала к окну и в этот момент подъехала машина — Черный Bentley Bentaygа. «Нет, я не поеду»— вскрикнула Одри. В эту минуту в её дверь постучали. Одри открыла дверь и увидела Микаэля. «Доброй ночи, Одри. Извините за поздний визит, но я хотел отдать Вам билет на самолет. И мне сказали, на улице Вас ждёт машина. Водитель был очень настойчив, чтоб Вы поехали»— сказал Микаэль, отдавая ей билет. «Да, спасибо, Микаэль.»— сказала Одри, забрав билет. Еще пару минут Одри стояла на пороге своей комнаты, но решила всё-таки выйти. Одри вышла на улицу, подошла к машине. Водитель вышел с машины, чтоб открыть Одри дверь, но она отмахнулась. «Нет, я не поеду. Если Ваш босс хочет меня видеть, пускай приезжает лично»— сказала Одри, гордо развернулась на каблуках и пошла во внутрь агентства. *** Малек сидел в кресле у камина, медленно вращая бокал с вином в пальцах, когда ему позвонил водитель. «Она отказалась, сэр. Сказала, что если вы хотите её видеть — приезжайте сами.» Его губы растянулись в медленной, хищной улыбке. «Как предсказуемо…» Он допил вино одним глотком, поставил бокал и подошёл к окну. Город под дождём сверкал, как мокрая кожа. «Ну что ж, Одри… Ты сама выбрала правила этой игры.» Малек взял со стола чёрные кожаные перчатки, медленно натягивая их на длинные пальцы. Его глаза в полумраке горели холодным огнём. «Если гора не идёт к Магомету…» Он вышел из номера, его шаги по коридору отеля звучали как отсчёт времени до неизбежного. «Ты хотела личной встречи, моя дорогая? Ты её получишь. Только вот вопрос — готова ли ты к тому, что будет после?» Чёрный лимузин уже ждал у подъезда. Малек сел в салон, откинулся на кожаном сиденье и закрыл глаза, представляя, как будет срывать с неё эту чёртову юбку прямо в холле агентства, как заставит её стонать так громко, что даже стены задрожат. «Скоро, Одри… Очень скоро.» *** Одри смотрела в окно с кухни агентства, окна выходили во двор, где было б видно подъезжающую машину. Она не хотела его видеть, но глубоко внутри ждала его. И вот минут через 20 подъезжает черный лимузин. «Одри, что-то к тебе гости зачастили за какой-то час только» — на пороге стоял Давид. Одри встала с кухонного стола и пошла к выходу. «Да, что-то зачастили»— она улыбнулась Давиду и вышла с комнаты. Одри направилась к лимузину. Она знала, что он там. Как только Одри вышла с агентства, она увидела Малека, прислонившись к лимузину. Одри шла медленно, не спеша. При ходьбе разрез юбки немного задирался выше, но она её поправляла. Как только она оказалась в пары метров от Малека, остановилась. «Ты хотел меня видеть, судя с бронировании отеля. Что ж я слушаю. О чем хотел поговорить?» — спросила у него Одри, скрестив руки перед собой. Малек медленно выпрямился, оттолкнувшись от машины. Его взгляд скользнул по её ногам, задержался на разрезе юбки, потом медленно поднялся вверх — к её скрещённым на груди рукам, к её губам, к глазам, полным вызова. «О, Одри…» — его голос звучал как шёлк, обёрнутый вокруг лезвия. — «Ты действительно думаешь, что мы будем разговаривать?» Он сделал шаг вперёд, сокращая расстояние между ними. Его пальцы потянулись к её подбородку, но не коснулись — лишь провели в воздухе в сантиметре от её кожи. «Я вижу, как дрожит твоя нижняя губа. Вижу, как учащённо бьётся эта предательская жилка на шее…» Ещё шаг. Теперь он стоял так близко, что она могла почувствовать запах его дорогого парфюма — тёмный, как его намерения. «Ты снова пришла. Сама. Значит, уже проиграла.» Его рука внезапно вцепилась в её талию, прижимая к себе так резко, что Одри ахнула. «А теперь, моя непослушная девочка, — прошептал он, наклоняясь к её уху, — ты сядешь в эту машину. Или я возьму тебя прямо здесь, на капоте, на глазах у твоего милого Давида…» Его зубы слегка сжали мочку её уха, посылая по её телу электрический разряд. «Я никуда с тобой не поеду»— сказала Одри, пытаясь вырваться с хватки Малека. Малек рассмеялся — низко, глубоко, словно землетрясение под её кожей. Его пальцы впились в её талию ещё сильнее, не оставляя шансов на побег. «Ты переживаешь за свою путёвку?» — он приподнял бровь, насмешливо оглядывая её с ног до головы. — «Милая, твой билет уже аннулирован. Я позаботился об этом… лично.» Он резко развернул её, прижав спиной к холодному металлу лимузина. Его бёдра врезались в её, заставляя почувствовать твёрдый намёк под дорогим костюмом. «Откуда ты.» — начала говорить Одри, но Малек сразу её перебил. «Ты правда думала, что у тебя есть выбор?» — его губы скользнули по её шее, оставляя влажный след. — «Ты уже моя. С того самого момента, как позволила мне заглянуть в эту твою… грешную душонку.» Одной рукой он распахнул дверцу машины, другой — шлёпнул её по заднице, заставляя вздрогнуть. «Садись. Или я разорву эту жалкую юбку прямо сейчас и проверю, насколько ты мокрая под ней… Держу пари, ты уже течёшь, как расплавленный шоколад.» Его пальцы вцепились в её волосы, откидывая голову назад. Глаза Малека горели обещанием боли и наслаждения. «Последний шанс, Одри. Добровольно… или с боем. Но ты всё равно окажешься у меня в постели. Разница лишь в том, цела ли будет твоя одежда.» «Ты невыносим», — Одри вырвалась с хватки Малека, и выругалась, — «Хорошо, я поеду, но мы только поговорим и точка, ясно?»— сказала Одри, отталкивая Малека и садится в машину. Она понимала, что это будет не только разговор, она была готова к этому, сколько бы не пыталась себя обманывать. Её тянуло к нему, что сейчас, что и семь лет назад. Малек позволил ей вырваться — но лишь затем, чтобы насладиться тем, как она пытается сохранить остатки гордости. Его губы искривились в саркастической улыбке, когда она толкнула его, словно это могло что-то изменить. «О, конечно, только поговорим…» — он провёл языком по зубам, медленно заходя за ней в салон. Дверь захлопнулась с глухим стуком, звучавшим как приговор. Лимузин тронулся, и Малек тут же опустил перегородку между ними и водителем. Его пальцы моментально нашли её колено, начали медленно скользить вверх по внутренней стороне бедра, подбираясь к запретной зоне. «Но вот беда, Одри…» — он наклонился к её уху, вдыхая дрожь её тела. — «Я уже забыл, как… просто разговаривать. Особенно когда передо мной…» Его рука резко впилась ей между ног через тонкую ткань юбки, заставляя её вскрикнуть. »…такая лживая маленькая шлюха. Ты ведь уже мокрая, да? И это всего лишь от одного моего прикосновения.» Он откинулся на сиденье, расстегнул пряжку ремня с неприличной медлительностью, не сводя с неё горящего взгляда. «Так что давай-ка переформулируем: ты поедешь со мной. Я трахну тебя так, что ты забудешь собственное имя. А уж потом… может быть, мы поговорим. Если у тебя останутся силы на слова.» Его ладонь хлопнула по её бедру, оставляя красный отпечаток. «Ну что, договорились, крошка?» Одри сначала не спешила, но потом резко откинула его руки с себя. «Ты меня не тронешь больше, не посмеешь»— сказала Одри со злостью, — «И как ты вообще мог отменить полёт мой? Его бронировал не ты». Малек замер на мгновение, его пальцы сжались в кулаки на собственном бедре. Затем он медленно рассмеялся — низко, опасно, словно грозовой раскат перед бурей. «Не посмею?» — он наклонился вперед, его дыхание обожгло её губы. — «Одри, дорогая, я уже трогал тебя. И буду делать это снова. И снова. Пока не выбью из тебя эту глупую иллюзию контроля.» Он резко схватил её за запястье, прижал ладонь к своей груди, заставив почувствовать бешеный ритм сердца под дорогой тканью рубашки. «Видишь это? Это не возбуждение. Это ярость. Ты думаешь, правила существуют для таких, как я?» Его свободная рука вдруг вцепилась в подлокотник рядом с её головой, сжимая кожаную обивку до скрипа. «А насчёт твоего полёта — я могу стереть с лица земли весь аэропорт, если захочу. Я могу купить эту чёртову авиакомпанию, просто чтобы сжечь её на твоих глазах.» Глаза Малека вспыхнули чем-то нечеловеческим, когда он придвинулся вплотную, почти касаясь её губ своими. «Но знаешь, что я хочу уничтожить больше всего? Твою наивную веру в то, что у тебя есть хоть капля власти в этой игре.» Он резко дернул шнур на её блузке, заставив пуговицы рассыпаться по салону. «Смотри внимательно, Одри. Вот что происходит, когда ты говоришь мне 'нет'.» Его зубы впились в её плечо, оставляя кровавый след, а пальцы уже рвали кружевной бюстгальтер, обнажая грудь. «Ты хотела поговорить? Отлично. Пусть твоё тело кричит мне правду вместо твоей лживой челюсти.» Одри пыталась вырваться, но не получалось. Слишком мало пространства вокруг. Она оттолкнула его от себя, поправляя блузку и пиджак. «Я сказала нет» — выругалась Одри, но она всей силой держалась, чтоб не сдаться. Это было тяжело. «Я найду способ уехать снова, ты меня не остановишь»— сказала Одри, отодвигаясь подальше от Малека. Малек откинулся на сиденье, его пальцы неторопливо застегнули расстегнутый ремень. В глазах плескалась смесь раздражения и восхищения — черт возьми, как же она умела разжигать его ярость и желание одновременно. «Найдёшь способ?» — он провёл языком по губам, словно пробуя на вкус её дерзость. — «Милая, ты даже не можешь выбраться из этой машины. Что уж говорить о побеге от меня.» Его рука внезапно впилась в её колени, резко раздвигая их, несмотря на её сопротивление. Пальцы впились в нежную кожу внутренней поверхности бёдер, оставляя красные следы. «Ты дрожишь. Вся. И не от страха.» Он наклонился, его губы почти коснулись её шепчущих губ. «Я остановлю тебя. Каждым твоим вздохом буду владеть. Каждой каплей пота на твоей коже. Ты будешь кричать моё имя, даже когда возненавидишь меня.» Его зубы сжали её нижнюю губу, не давая вырваться, пока он не почувствовал вкус крови. «Сопротивляйся. Это только сделает момент, когда ты сломаешься, ещё слаще.» Малек откинулся назад, его глаза пылали обещанием мести. «Водитель, — голос звучал ледяным, — вези нас в пентхаус. И приготовь наручники. Наша гостья… нуждается в особом подходе.» Его пальцы сжали подлокотник так, что кожаный чехол затрещал по швам. «Ты хотела борьбы, Одри? Поздравляю. Ты её получила.» «Нет»— вскрикнула Одри, потянулась к ручке двери, чтоб открыть её. Малек двинулся молниеносно — его ладонь хлопнула по дверной ручке раньше, чем её пальцы успели до неё дотянуться. Всё его тело навалилось на Одри, прижимая её к сиденью так, что рёбра врезались в холодное стекло. «Нет?» — он прошипел прямо в её губы, чувствуя, как её дыхание сбивается. — «Ты забыла, с кем говоришь, девочка.» Его свободная рука вцепилась в её волосы, резко откинув голову назад. В салоне запахло страхом, возбуждением и дорогим одеколоном, смешавшимися в дурманящий коктейль. «Двери заблокированы. Окна — тонированы. Даже если бы ты вырвалась…» — его зубы скользнули по её шее, оставляя влажный след, — »…куда ты побежишь в рваной блузке? Надеялась на быстрый побег?» Он рывком развернул её лицом к стеклу, прижав животом к холодной поверхности. Его бёдра врезались в её ягодицы, а пальцы впились в тонкую ткань юбки. «Скажи 'нет' ещё раз. Я разорву эту тряпку и трахну тебя прямо здесь, на глазах у всего города. И тогда ты поймёшь, что твоё 'нет' для меня — просто ещё один способ сказать 'да'.» Его голос звучал как обет, как проклятие, как обещание неземного наслаждения, смешанного с болью. «Выбирай, Одри. Либо ты заткнёшься и поедешь со мной как хорошая девочка… либо я сделаю из тебя шлюху на заднем сиденье. Решай быстро — мое терпение не бесконечно.» Одри громко выдохнула. Она чувствовала его возбуждение, она сама была не менее возбуждена. «Хорошо, я поеду спокойно, только отпусти меня»— сказала Одри, пытаясь вырваться с его хватки. Малек рассмеялся — низко, хрипло, с ноткой триумфа в голосе. Его пальцы медленно разжали хватку в её волосах, но не отпустили полностью, продолжая играть с прядями, словно с поводком. «Вот видишь, как просто…» — он прижал губы к её уху, вдыхая дрожь её тела. — «Когда ты не врёшь самой себе.» Его ладонь скользнула вниз по её спине, ощупывая каждый позвонок через тонкую ткань, пока не оказалась на пояснице. Там пальцы впились в плоть, заставляя её выгнуться. «Но 'спокойно' — это не про нас, крошка. Ты поедешь со мной мокрая, дрожащая и злящаяся на себя за то, как сильно хочешь этого.» Он резко развернул её лицом к себе, его глаза пылали голодом. «Я почувствовал твой запах. Ты скучала по мне. Ты уже готова принять меня снова, да? Всё твоё тело кричит об этом, даже если твой глупый язычок пытается лгать.» Малек откинулся на сиденье, расстегнул верхние пуговицы рубашки, обнажая шрамы. Его пальцы медленно провели по собственному торсу, затем резко схватили её руку и прижали к своему возбуждению. «Чувствуешь? Это то, что тебя ждёт. И ты не сможешь убежать — потому что в глубине души… ты не хочешь этого.» Он отпустил её запястье, но не прежде чем оставил на нём синяк в форме отпечатков своих пальцев. «Так что сиди смирно. Или, если хочешь… можешь начать заглаживать вину. На колени, Одри. Покажи, насколько хорошо ты умеешь слушаться.» Одри чувствовала рукой его возбуждение, сильное, пульсирующее. Резко убрав руку, она села напротив него, сложила ногу на ногу. Разрез на юбке прекрасно раскрыл её ноги — еле прикрывая бедра. «Мы поедем спокойно»— сказала Одри и развернула голову в сторону окна, из которого открывался вид на ночной город. Они уже выехали из города, направляясь в его пентхаус. Малек прикусил губу, наблюдая, как она пытается сохранить видимость контроля. Его взгляд медленно скользнул по её ногам, задерживаясь на каждом сантиметре обнажённой кожи, которую так кокетливо прикрывал разрез юбки. «Спокойно?» — он провёл языком по зубам, словно пробуя на вкус её дерзость. — «Одри, ты сидишь передо мной, вся дрожишь от возбуждения, и говоришь о спокойствии?» Его рука внезапно упала на её колено, пальцы впились в нежную кожу, медленно, но неумолимо раздвигая её ноги. «Я чувствую твой пульс здесь…» — его большой палец провёл по внутренней стороне бедра, заставив её вздрогнуть. — «И знаешь что? Он бьётся в том же ритме, что и мой.» Малек наклонился вперёд, его дыхание обжигало её шею. «Ты хочешь, чтобы я взял тебя прямо сейчас. Хочешь, чтобы я разорвал эту жалкую юбку и вогнал в тебя так глубоко, что ты забудешь собственное имя.» Его пальцы впились в подлокотники по обе стороны от её бёдер, словно клетка. «Но я буду мучить тебя. Заставлю ждать. Пока каждый твой нерв не будет кричать от напряжения.» Он резко откинулся назад, его глаза пылали обещанием боли и наслаждения. «Водитель,» — голос звучал как скрежет стали по стеклу, — «увеличь скорость. Наша гостья… торопится.» Его рука сжала её бедро, оставляя синяки, которые завтра будут напоминать ей об этой ночи. «Приготовься, Одри. Всё только начинается.»