Таблица Менделеева

      Через какое-то время ребята покинули комнату в общежитии и отправились в университет, чтобы уладить некоторые вещи в деканате факультета Эштона. Конечно, Эштон сомневался по этому поводу, но Люк убедил его в том, что это решение необходимо и что его омеге больше нужно находиться в гнезде для того, чтобы быть готовым к родам да и к жизни в целом.       Всю дорогу в университете до деканата Эштон поглаживал ладонями округлый живот под тканью одежды. Он еле подпевал за широкими и быстрыми шагами своего альфы, но он не говорил ни слова, чтобы тот замедлился. Он знал, что эту проблему стоит решить.       – Эм...здравствуйте, можно войти? – Люк чуть приоткрыл дверь деканата, просунув голову в образовавшуюся щель. Сидящая там женщина мило улыбнулась, а потом закивала, сняв очки с носа.       – Да, конечно, входите.       Люк вошёл в небольшой кабинет, потянув за собой Эштона, который выглядел и чувствовал себя неуверенно.       – Могу я узнать, кто вы? – милая женщина оказалась омегой. Люк понял это. Она была замужем. Люк и это почувствовал. Взгляда женщины скользнул на Эштона, и она, казалось, тут же узнала его. – О, Эштон, дорогой! Я рада тебя видеть!       – О, здравствуйте, миссис Стюарт! Я тоже рад! – кудрявый скромно улыбнулся, еле кивнув.       – А могу я узнать причину вашего появления?       – Нам бы...эм... Эштону нужно больше находиться дома и... – Люк обернулся на омегу, прикусив губу. – Он в положении, и я подумал, что лучше будет, если это будет заочка, потому что сейчас будет достаточно трудно совмещать учёбу и...жизнь...       – Оу, – женщина понимающе закивала. – Знаете, я была в таком же положении, как у вас сейчас...       – И что вы делали? – поспешно спросил блондин.       – Я, конечно, выбрала семью, – её мягкой улыбки было достаточно, чтобы успокоить сердца Люка и Эштона.       Так и решили. Эштона перевели на заочку, ведь так будет проще. Так же Люк добавил и вторую причину, по которой решил, что заочка лучший вариант, ведь одногруппники Эштона жестко смеялись над ним, выставляя все его положение, как что-то безобразное и грязное. Миссис Стюарт и тут поняла их, сказав, что такое часто бывает, выразила своё соболезнование по этому поводу.       И вот Эштон вновь оказался в комнате их общежития совсем один. Люк убежал на пары, а потом, вероятно, пойдет на работу.       Конечно, Эштон испытывал грусть, находясь в четырёх стенах квартирки, но понимал, что какое-то время ему нужно побыть в таком состоянии, ведь он омега и должен родить в их гнезде, а потом выходить их ребенка. Это единственное, о чем должен думать он все своё время. Готовиться к родам – единственная его задача. И Эштон был готов к этому. Поэтому, чтобы скоротать время с пользой, Эштон открыл ноутбук, а потом нашел пару видео в интернете о том, как правильно подготовиться и как быть спокойным в назначенный день.       В одном видео оба парня рассказывали о том, как проходили их роды. Это была пара: альфа и омега, которые решили поделиться своей историей, чтобы другие пары знали, как действовать в такой трудный момент.       Эштон откинулся на спинку кровати в их гнезде, укутался в одеяла и принялся с интересом слушать.       "– Первое, что вы должны делать – успокоиться, – говорил высокий красивый альфа. – Вам нужно быть максимально спокойными, чтобы не упустить из внимания ни одну малейшую деталь. Это может стоить вам времени и... В общем, ваши паника и затуманенное состояние могут сыграть с вами злую шутку."       Эштон кивнул, запоминая их слова. Они правы – спокойствие самое важное в такой момент.       – Так, успокоиться. Угу. Нужно быть спокойным, – сказал себе омега. – Нужно, чтобы и Люк был спокойным. Скажу ему, когда придет, – он возобновил видео, продолжив смотреть.       "– Второе и не менее важное – рядом с вами всегда должна быть вода. Это важно. И я говорю это всем альфам, – мужчина внимательно посмотрел в камеру. – Потому что единственное, чем вы сможете помочь своей омеге – это смоченными тряпками, которые будите менять так часто, отчего бегать туда сюда – из гнезда в ванную комнату – будет отнимать у вас много времени. А это вам не нужно, потому что вы должны находиться со своим омегой постоянно."       – Хорошо, вода – важна, поэтому нужно будет поставить тазик рядом или даже в гнездо, – опять себе.       "– Я знаю, что роды в гнезде могут для некоторых показаться дикой вещью и что это очень не стерильно и гадко... Но спешу вас заверить, это не так, – альфа улыбнулся, а его омега подтвердил его слова уверенным кивком. – Потому что в такой момент все ваши инстинкты возьмут над вами вверх, ведь в каждом из нас течет кровь наших предков. В момент родов вашей омеги вы – я вас уверяю – будете прекрасно знать, что делать дальше. А если вы паникуете или сомневаетесь, я могу немного рассказать вам, что стоит делать, – альфа улыбнулся, а сидящий рядом омега слегка смутился, опустив глаза. – Роды сами по себе сложный процесс, и, я уверен, вы потеряете сотню своих нервных клеток, но это того стоит, поверьте. Это очень трудно находиться рядом, когда омеге больно и вы никак не можете облегчить это и ничем не можете помочь, кроме запасов воды и тряпок на лбу. Единственное, о чем я жалею – так это о том, что не мог помочь, но я понимаю, что в любом случае не смог бы, поэтому... – он легко пожал плечами, а потом продолжил:       – Когда ребенок появится на свет, вам нужно будет избавиться от пуповины, и как раз таки в этот момент начинается не самый приятный момент, ведь вам нужно будет перегрызть её своими зубами. Это не очень просто, но, думаю, вы справитесь, ведь так делали наши предки, и все было хорошо. Вы сможете сделать это, ведь у нас, альф, есть клыки, и они есть у нас как раз для таких целей. Мы еще не утратили некоторое способности."       Эштон слегка смутился этим моментом, ведь, да, он действительно нашел это странным, но, если они собрались быть все роды в гнезде, то так им и придется поступить.       –"Последующие часы вы должны быть всегда в гнезде, отлучаясь только по нужде или на кухню, ведь в этот момент вашей омеге потребуется все ваши тепло, любовь, ласка и забота. Вы должны будите держать вашего омегу в своих руках все время, пока трудный период не минует вас. Скажу, что первые часы с малышом и с омегой – самые бесподобные и потрясающие. Знаете, я видел своего омегу совсем в другом свете: милым, нежным, расслабленным и счастливым. Я видел нашего ребенка, и был так счастлив, что мой омега подарил мне такой подарок," – пара на какое-то время смотрела друг на друга, а потом поцеловалась, что Эштон нашел милым. Наверное, его альфа будет такой же заботливый и терпеливый, и Эштон уже испытывает радость и счастье по этому поводу.       –"А сейчас пойдут самые распространённые вопросы, которые нам чаще всего задавали после рождения нашего ребенка. И первый из них – можно ли заниматься близостью в первые часы после появления ребенка и после окончания родов," – Эштон озабоченно нахмурился, но его щеки все же приобрели розовый оттенок. – "И наш ответ – твёрдое нет. Я "за" то, чтобы омега отдыхал после тяжёлого момент – это первое, а второе – физиология есть физиология, поэтому телу нужно освоиться с переменами, и ваше вторжение своим членом – не лучшее, что вы можете сделать. Не делайте этого. Не принуждайте вашего омегу к близости, потому что это можно уже считать актом насилия, и это плохо. Ваш омега в праве отказать вам и будет прав. Ему, должно быть, будет тяжело и совсем не приятно после родов, и единственное, что вы можете и будете делать – стараться не навредить больше. Ваши любовь и поддержка – то, что вы можете дать."       Эштон не стал задумываться над этим, так как был почти уверен, что Люк не поступит так. Он бы не стал добавлять новой боли к имеющейся старой.       –"Второй вопрос – действительно ли после родов омеги становятся очень чувствительными и ласковыми, – кажется, мужчина зачитывал эти вопросы с телефона. Наверное, некоторые пары лично писали им, чтобы они разобрали такие темы в своём видео. – Как показывает опыт – да. Омеги действительно становятся очень ласковыми после рождения ребенка. Главное – не переборщить со своим вниманием. Я думаю, в первые месяцы после появления малыша у вас просто не будет сил и времени заниматься близостью, но можете попробовать, конечно."       Ребята разбирали и другие вопросы, но Эштон уже не считал их такими важными, как первые. Конечно, он понимал, что нужно будет обзавестись всем необходимым, но, как говорили те милые альфа и омега, первые несколько недель малыш будет содержаться только в гнезде, рядом со сладким омежьим молоком, между тёплых тел и среди огромного количества одеял, подушек и игрушек.       Через какое-то время Эштон устал смотреть бесчисленное количество видео, в которых разные люди обсуждали и говорили почти похожие вещи. Поэтому омега отложил ноутбук в сторону, а сам завернулся в одеяла, прикрывая глаза. Одна из его ладоней скользнула под подушку, а вторая легла на живот.       Он подумал, что, возможно, на заочке ему будет проще, ведь в таких вечерних группах обычно и встречаются омеги, которые или имели детей или уже были в положении, поэтому ему не придется вновь встречаться с осуждением.       Вероятно, на днях его новая группа отправит ему прошлые занятия, чтобы он смог заниматься сам, а потом и готовится к сессиям, но сейчас нужно отдохнуть и дождаться прихода Люка.       Ему снился сон, в котором его альфа обнимал его, шепча на ушко что-то милое.       Ближе к вечеру вернулся Люк. И, видимо, именно его прикосновения чувствовал кудрявый сквозь сон.       – Малыш, это я, – прозвучал знакомый голос, и ребенок в животике Эштона дал о себе знать, начав пинаться. Видимо, он тоже был рад возвращению папы. – Я дома.       Омега перевернулся, тут же попадая в объятия альфы.       – Привет, Люк, – голос кудрявого звучал хрипло ото сна, а на губах появилась улыбка, глаза были чуть приоткрыты.       В гнезде по-прежнему был сумрак, поэтому не видно было маленьких деталий вроде ясности глаз или морщинок у рта.       – Ты долго, – заметил Эштон. Он совсем не собирался упрекать альфу в этом. – Я скучал.       – Прости, малыш, я устроился сегодня на работу, поэтому после пар сразу же пошел туда, – объяснился блондин, коснувшись губами губ омеги в поцелуе, таким образом принося извинения.       – Куда ты устроился?       – На склад в магазин, – Люк дёрнул плечами, начав водить пальцем по обнажённому плечу своего омеги. – Прости, что ты ждал меня так долго, – ещё один поцелуй пришёлся на кончик носа кудрявого.       – Ну, скучал не один я, – Эштон улыбнулся, опустив взгляд на свой животик.       – Точно, должно быть, мое чадо тоже скучало по папочке, да? – Люк склонился над животиком омеги, а потом оставил поцелуй поверх ткани, скрывающей нежную кожу. Малыш запинался в ответ, приветствуя отца. – Привет, малыш! Я тоже сильно скучал по тебе.       – Правда я не только скучал, но и проводил время с пользой, – добавил Эштон, на что тут же получил удивленный и заинтересованный взгляд альфы.       – Что ты делал?       – Я смотрел познавательные видео по тому, как вести себя во время родов, – с гордость заявил омега, улыбнувшись.       – И что же ты узнал? – блондин отлип от его живота и вновь лег рядом, заглядывая в ореховые лаза. Одна его ладонь по-прежнему осталась лежать на животе, вторую же он расположил за головой.       – Ну, во-первых, нам нужно сохранять спокойствие, – Люк был согласен, поэтому тут же закивал. – Нужна будет вода, поэтому поставим её рядом.       – Что я должен буду делать? – серьёзно спросил альфа. – Я хочу помогать тебе. Я не оставлю тебя одного справляться с этим в одиночку.       – К сожалению, кроме смены влажных полотенец, своих заботы, поддержки, любви и ласки ты не сможешь мне никак помочь, – кажется, эти слова действительно расстроили альфу, но он не стал оспаривать слова своего омеги, ведь, наверное, это правда так.       – Что еще? – вздохнул блондин. Его голос звучал упавше, но он по-прежнему интересовался.       Вдруг Эштон вспомнил о важной вещи – избавлении от пуповины клыками.       – Эм...– омега замялся, но сейчас Люк не спешил его с этим, понимая, что все это важно, и не стоит торопится с этим. – Единственное, чем ты действительно сможешь помочь – это...это...       – Что это?       – Тебе придется перегрызть мою...эм...мою пуповину...вот... – к концу предложения щеки, уши и шея омеги были покрыты пятнами смущения.       – Твою...что? – Люк выглядел действительно очень удивленным, отчего подскочил со своего места, приподнимаясь на руках.       – Я...ну... – Эштон на секунду засомневался в том, что его альфа действительно будет помогать ему в этом. – Если...если ты не собираешься делать это, то...то я думаю, что...наверное, стоит все же...наверное, больница не звучит, как плохой вариант, да? Наверное, это так, – Эштон действительно расстроился. Он совсем не собирался рожать в больнице, но раз все выходит так, то, наверное, придется.       – Что? Нет, – Люк приподнял пальцами подбородок Эштона, вынуждая его посмотреть в глаза. – Эштон, я говорю, что не против всего этого. Это просто удивило меня, но я сделаю это. Это же...это естественно. Я – альфа, и я могу сделать это. Наверное, в том видео говорилось, что это осталось от наших предков, а? – омега кивнул, по-прежнему испытывая смущение. – Эштон, послушай меня. Я буду рад помочь тебе, – блондин склонился над кудрявым, а потом втянул его в нежный поцелуй. – А теперь скажи, что ты узнал ещё.       – Ну...– омега опять замялся, но вскоре заговорил вновь: – Там говорилось, что...что после родов и появления ребенка лучше...лучше воздержаться от...от близости...это...это будет не очень хорошо...       – Эштон, подожди! Ты...ты подумал, что я буду заставлять тебя заняматься близостью? – ужаснулся альфа. – Я бы никогда! Я не сделаю это никогда! Я понимаю, что после родов нужно время, чтобы все зажило. Я не буду заставлять тебя! Я не насильник, Эштон!       – Я не... Люк, я не собирался говорить, что ты будешь делать это. Я знал, знаю и буду знать, что ты никогда не поступишь так, – Эштон аккуратно дотронулся ладонью до щеки своего альфы, остужая пыл и злость.       Люк тут же обнял Эштона, зарываясь носом в нежную шею.       – Запомни, Эштон, я не буду делать ничего из того, что будет не устраивать тебя. Я здесь, чтобы помочь, а не калечить, ладно? – альфа чувствовал, как его омега закивал, сжимая в пальчиках футболку на его спине.       На какое-то время они замолчали, прибывая в тишине и сумраке их гнезда. В головах каждого из них были свои мысли, но никто не цеплялся за них, чтобы развить эту нить или думать на определённые темы.       Темно становилось очень быстро, поэтому за пределами гнезда – в их небольшой комнатке – разные предметы теряли свои очертания, превращаясь в схожие однородные фигуры.       Неожиданно Эштон вновь заговорил, и его голос звучал почти сонно. Кажется, в его сознании всплыла ещё какая-то информация, которую он узнал сегодня.       – Я думаю, скоро нужно будет закупиться необходимыми вещами для малыша, – Люк в ответ угукнул, мысленно поставив в своей голове напоминалку. Он полагал, что его зарплаты должно хватить на какую-то часть этих товаров. – Это не должны быть сразу большие коляски трансформеры или прочие вещи, потому что первые несколько недель малыш будет всегда с нами в нашем гнезде.       – Угу, ладно. Уже представляю, каким милым и крошечным он будет... – Эштон мог чувствовать, как губы его альфы, находящиеся совсем рядом с его меткой на шее, растянулись в ленивой улыбке.       – Или она.       – Или она. Но ты прав, – блондин разорвал объятия, чтобы заглянуть в ореховые глаза. Альфа держался только на слегка согнутых руках. – Знаешь, мне без разницы, кем будет наш ребенок, я уже очень сильно люблю, – он широко зевнул, а потом потянулся. – Кстати, я был сегодня у доктора Льюиса, и он выписал тебе таблетки от стресса, а также записал нас на курсы для беременных.       – А у меня стресс? – шепотом поинтересовался омега, который выглядел явно неуверенно и удивленно от такого заявления.       – Я думаю, да, малыш, – альфа аккуратно кивнул, смахнув длинными пальцами кудрявую прядь со лба своего омеги. – Лёгкий стресс – это нормально, но я не хочу, чтобы ситуация усугубилась, поэтому давай проконтролируем это вместе, хорошо? – кудрявый неуверенно кивнул. – Ну, малыш, я хочу, чтобы наш киндер был здоров, а также я хочу, чтобы ты был спокоен и счастлив всегда, поэтому эти таблетки будут просто как профилактика, а? Давай я буду пить их вместе с тобой, хорошо? Это будет наш общий курс, и так я буду чувствовать свою принадлежность ко всему этому, ага?       Эштон вновь кивнул, а потом потянул руки в сторону Люка и, обивив их вокруг шеи, потянул на себя.       – Ладно, я согласен, если у меня действительно есть стресс, а насчет курсов – это здорово, – кажется, омега слегка оживился. – А ты...ты будешь ходить со мной? Я пойму, если у тебя не будет хватать времени и все такое... – промямлил он, однако его речь тут же была прервана словами альфы:       – Я собираюсь и буду ходить вместе с тобой на эти курсы, ведь этот ребенок тоже мой. Я тоже хочу внести вклад в развитие и воспитание нашего киндера, поэтому даже и не вздумай думать, что когда-нибудь я не сопровожу тебя в ту клинику. Все, что связано с нашим ребенком, автоматически касается и меня. Я тоже часть этого, поэтому запомни это, хорошо?       – Хорошо.              – Все, что вам нужно – это доверять вашему партнеру и расслабиться, – говорила слегка пожилая женщина – бета. Кажется, помимо того, что она вела курсы для беременных, она ещё была и акушеркой. Она сидела напротив нескольких пар альф и омег, позади неё находилось зеркало, а где-то слева катался фитбол.       Эштон и Люк пришли на курсы с самого утра, ведь пар у Люка не было, поэтому было время посетить пробное занятие. Эштон чувствовал огромную благодарность Люку за то, что тот этим утром встал очень рано, приготовил им завтрак, собрал вещи, а потом разбудил своего омегу.       Достаточно поспешно они собрались, а потом быстро добрались до клиники. Всю дорогу кудрявый зевал и почти засыпал, но стоило им войти в просторный зал для занятий, тут же оживился, ведь повсюду были разные новые вещи, которые были ему очень интересны. Конечно, он знал о них раньше, но не думал, что когда-нибудь будет иметь с ними дело. Но вот они здесь.       – Малыш, просто откинься на меня, все хорошо, я тебя держу, – шептал ему на ухо Люк, аккуратно и нежно поглаживая кожу живота через ткань лонгслива.       Поза у них была интересной и слегка смущающей, но такие были занятия, поэтому нужно было выполнять все в соответствии с тем, как им показала пожилая женщина.       Эштон видел их отражение в зеркале, и это, честно говоря, не облегчало ситуацию. Хотел бы он заниматься этим дома, а не здесь, среди большого количества других пар, которые, в целом, делали тоже самое. Вокруг слышались разные голоса, перешептывания как и у них с Люком, все двигались и шевелились, и это сбивало кудрявого, и он не мог четко сконцентрироваться на своих ощущениях, на прикосновениях ладоней своего альфы к своему животу.       – Эштон, расслабься, пожалуйста, – продолжал Люк. Видно, Эштон действительно сильно был скован, раз Люк чувствовал его напряжение в мышцах. – Что тебя тревожит?       – Я просто...я... – омега замялся, глядя на себя в отражении. Зеркало располагалось не так далеко от них, поэтому он мог видеть весь спектр эмоций на своём лице. Он видел, как Люк сидел позади него, раздвинув ноги так, чтобы между ними мог поместиться Эштон, а потом смог бы расслабленно опуститься на сильную и крепкую грудь позади. – Мне неловко и немного некомфортно, но я знаю, что это нужно и важно, но все здесь по-прежнему смущает меня.       – Если тебя смущают люди, то просто сконцентрируйся на на моем голосе и моих прикосновениях, а? – предложил блондин.       – Да...да, я знаю, но я подумал... – Эштон цеплялся за острое колено рядом с собой, став постепенно расслабляться и опускаться назад. – Может попробуем повторить что-то из этого дома, как думаешь? Может это поможет мне действительно расслабиться и почувствовать себя в безопасности?       – Ладно, хорошо, я согласен, – закивал альфа, оставив поцелуй на линии челюсти своего омеги. – А теперь прикрой глаза, а я постараюсь сделать так, чтобы ты почувствовал себя в безопасности рядом со мной, а? – Эштон кивнул, сделав так, как ему было велено.       – Дышите медленно и размеренно, – говорила женщина, медленно жестикулируя. Её ладони поднимались вверх на подобие глубоких вдохов и выходов. – Расслабьтесь так, чтобы ваше тело стало тяжёлым и ватным. Ваш партнер будет держать вас, просто расслабьтесь.       Эштон расслаблялся, чувствуя, как тяжелеет его тело.       – Ощутите прикосновения вашего партнера. Вы должны почувствовать себя в безопасности, – приятный голос женщины пробивался сквозь начавшуюся дремоту Эштона.       – Вот так, малыш, молодец! – шептал на ушко альфа, круговыми движениями поглаживая круглый животик своего омеги. – У тебя здорово получается. Уже хочу повторить все это у нас в гнезде. Это будет, наверное, в разы лучше, чем сейчас, но и сейчас не плохо, – кудрявый медленно кивнул, улыбнувшись.       – Через какое-то время мы с вами поменяем позу. А пока можете постепенно открывать глаза, но не делайте резких движений, – женщина села в позу лотоса.       Эштон приоткрыл глаза. Люк так крепко, но нежно удерживал его в своих руках, укачивая в объятиях. Омега слышал его теплое дыхание над своим ухом и не мог сдержать улыбку.       – Как ты, малыш? Все хорошо? Как ты себя чувствуешь?       – С тобой – замечательно, – промурлыкал кудрявый, вытягивая шею. Он потянулся навстречу губам Люка, который сразу же поспешил поцеловать его. Это выглядело абсолютно нормально, ведь на таких занятиях можно было быть милыми со своими партнерами.       – Я рад!       – А теперь аккуратно встаньте на четвереньки, опустив голову. Ваше тело опять же должно расслабиться, – продолжала женщина. – Ваш партнер должен встать позади вас и поместить свои ладони на низ вашего живота, чуть придерживая. Это позволит вам отдохнуть от веса, который вы носите каждый день. Позвольте себе немного отдохнуть, – Люк сделал так, как было сказанно: встал позади Эштона, положил свои широкие ладони под его живот, чуть придерживая.       – Все хорошо, малыш? – его голос вновь коснулся уха омеги, посылая по всему телу мурашки.       Эштона немного смущала эта поза, ведь она очень напоминала ему их первую ночь, проведённую вместе, но, возможно, все это было нацелено на снятие вечного напряжения, долгожданный отдых и работу некоторых мышц. Только возможно.       – Да...да... – закивал кудрявый, переступая с руки на руку.       Руки Люка здорово помогли ему расслабиться, дали ему какое-то время отдыха.       – А теперь перейдем к основной части этого упражнения, – основная часть? – Вы начнëте очень медленно двигаться вперед и назад одновременно с вашим партнёром.       Что? Двигаться? Куда?       Эштон не успел ничего сообразить, как Люк начал двигаться вперед, а потом назад. Так как они были прижаты друг к другу, то их тела двигались одновременно. Эштон мог и не двигаться, потому что весь напор шёл со стороны его альфы.       Кудрявый выглядел и чувствовал себя странно. Это смущало его. В один миг все вокруг перестали для него существовать, и этот момент сузился только до них двоих. Он чувствовал только сильные бедра своего альфы, которые были тесно прижаты к его собственным, чувствовал его широкие и теплые ладони на своём животе, а также ощущал знакомое дыхание над ухом. Всё это складывалось в одну общую картинку, по которой Эштон очень хотел оказаться дома, а не здесь – на коврике для гимнастики, среди других людей.       С губ омеги слетел тихий стон, и Эштон надеялся, что никто – даже Люк – не услышит его.       – Испытывать лёгкое возбуждение – нормально, – однако, кажется, именно эта женщина услышала это. Наверное. Эштон надеялся, что нет, правда в следующую секунду над его ухом раздался хриплый голос:       – Это возбуждает тебя, правда? – Люк, видно, издевался, не иначе, ведь от неспешных раскачиваний вперёд – назад он начал буквально потираться о его бедра.       Странно, что это еще никто не заметил или это делали все в этой группе, ведь эти задания грех было не переделать под свой вкус.       – Л-люк... – пискнул кудрявый, цепляясь пальцами за край коврика. В его глазах в миг все заплыло, расфокусировалось, а в ушах послышались удары сердца. – Пожалуйста...       – Пожалуйста, что?       – Пожалуйста, перестань... – омега низко опустил голову дабы скрыть пунцовое лицо за длинными лохматыми волосами. – Пожалуйста, не здесь...       Альфа все понял, хотя, наверное, сам испытывал жёсткий стояк. Блондин чуть отстранился, давая им обоим передышку.       Оставшаяся часть занятия прошла, будто в тумане: Эштон не запомнил последующие упражнения, ведь второе не выходило у него из головы, и, наверное, такое было не с ним одним, ведь до самого конца Люк выглядел странным, чуть дерганным, что ли. Было не ясно, что раздражает его больше: подобные упражнения, которые распаляли похуже чего угодно или невозможность взять то, что хотелось.       Выходя из клиники, ребята молчали. Скованно попрощались с тренером, с командой, а потом почти на ватных ногах покинули здание. Эштон отчётливо чувствовал раздражение, застывшее в мышцах своего альфы, поэтому аккуратно взял его за руку, вынуждая приостановиться.       – Люк... Люк, подожди, пожалуйста...       – Да? Что такое? – и даже его голос звучал натянуто и напряженно. Дело было в чем-то другом?       – Люк, что случилось? Ты какой-то напряженный и раздраженный. Тебе не понравилось? – омега выглядел взволнованным, а его светлые брови сложились забавным домиком.       – Дело не в этом! – фыркнул блондин, взмахнув рукой в воздухе.       – А в чем? – ореховые глаза вглядывались в голубые.       – Ты не понимаешь? – Люк быстро схватил омегу за предплечья, а потом резко притянул к себе, отчего последний удивленно вскрикнул. – Я, черт возьми, хочу тебя! – эти слова горячим шепотом пришлись на пухлые губы омежки. Голубые глаза метались вверх вниз. – И занятие мне понравилось, правда все, о чем я думал – это ты.       – Оу... – Эштон выглядел смущенным. – Я могу чем-нибудь помочь? – было странно спрашивать такое, но кудрявый почему-то испытывал свою вину по этому поводу.       – Нет! Сейчас ты пойдешь домой, а я – на пары, а потом на работу, ясно? – Эштон неуверенно кивнул.       – Но...       – Никаких "но", – отрезал альфа. – А вечером, когда я приду, я хочу получить... – на секунду он замолчал, вновь обращая свой взгляд на сладко выглядящие губы своего омеги. – Вечером я хочу, чтобы ты был дома, в нашем гнезде, ждал меня, ясно? – Эштон кивнул увереннее. – А теперь – марш домой.       Кудрявый улыбнулся, а потом, встав на носочки, коснулся губами губ напротив в коротком поцелуе, которого явно было мало для блондина, но к тому моменту, когда он пришёл в себя и хотел было потребовать ещё, его омега исчез.       – Черт, как же люблю...