Код титана.

В убежище ​Михаил шел по улицам британского сектора, но больше их не видел. Его взгляд был устремлен внутрь. Мысли роились, выстраиваясь в сложную тактическую схему. Академия Эшфорд. Логово зверя. Он прячет ее там. У всех на виду. Это было настолько дерзко, что граничило с гениальностью. И с глупостью. ​Он больше не был расслаблен. Отпуск закончился. Теперь каждая минута, проведенная в этом городе, была частью новой миссии. Он зашел в несколько магазинов, двигаясь уже на автомате. Купил свежий хлеб, несколько стейков, упаковку настоящего, не сублимированного, кофе. Маленькие радости, которые помогут ему пережить долгие часы планирования и тренировок. Он хотел жить, а не просто выживать. ​Возвращение прошло гладко. Патруль на границе с гетто лениво махнул ему рукой, даже не проверив документы. В их глазах он был просто еще одним британцем, возвращающимся домой после покупок. Он свернул в лабиринт узких, грязных улочек. Лишь убедившись, что за ним нет "хвоста", он скрылся в тени, где его не могли видеть даже любопытные глаза обитателей гетто, и уже оттуда, окольными путями, вернулся в свое убежище. ​Тяжелые ворота цеха закрылись за ним, отрезая шум и грязь внешнего мира. Его встретила привычная тишина, нарушаемая лишь мерным гудением "Капилана". ​— Добро пожаловать, Пилот, — раздался голос Ки. — Ваши биометрические показатели зафиксировали резкий скачок адреналина и кортизола час и двенадцать минут назад. Частота сердечных сокращений достигла 142 ударов в минуту. Зафиксировано кратковременное нарушение дыхания. Вы были в опасности? ​Михаил усмехнулся, выкладывая покупки на импровизированный стол. ​— Можно и так сказать, приятель. Я чуть не погиб от куска пиццы. А потом встретил призрака. ​Он вкратце пересказал Титану о встрече с С.С. и о своем ошеломляющем открытии. ​— Он держит ее в академии, Ки. Прямо под носом у Корнелии и всего британского командования. ​— Это тактически безрассудный, но стратегически гениальный ход, — проанализировал ИИ. — Никто не будет искать главный секрет революции в элитном учебном заведении для детей аристократов. Это идеальное прикрытие. ​— Идеальное, пока никто не знает, что искать, — возразил Михаил. — А я теперь знаю. Мне нужно туда попасть. Не как студент — это слишком сложно и долго. Я должен изучить своего врага в его естественной среде обитания. Узнать его привычки, круг общения, слабости. Как говорил один старый генерал на Фронтире: "Чтобы убить дракона, нужно знать, где он спит и что ест". ​— Проникновение на территорию Академии Эшфорд в дневное время сопряжено с высоким риском обнаружения. ​— Я знаю. Но ночью я найду лишь пустые коридоры. А мне нужны люди. Мне нужен он. Дай мне все, что у тебя есть по академии. Планы всех этажей, вентиляционные шахты, системы безопасности. И самое главное — точное расписание занятий Лелуша Ламперужа. Я хочу знать, где он будет в каждую минуту своего дня. ​На стене цеха вспыхнула подробная голографическая схема академии. Михаил смотрел на нее, и в его глазах уже загорался холодный огонь стратега. План начал формироваться. ​— Идеальных пилотов не бывает, Ки, — сказал он, словно самому себе. — Я это знаю. На Фронтире были парни и получше меня. Единственное, что удерживает тебя на вершине — это постоянные тренировки. Нужно повышать навыки. ​Он повернулся к кабине "Капилана". ​— Запускай боевую симуляцию. Уровень сложности — максимальный. Противник — звено Титанов класса "Ронин". ​Он забирался в кресло, чтобы снова и снова оттачивать свои рефлексы, сражаясь с виртуальными врагами. Потому что он знал, что скоро ему предстоит сразиться с вполне реальными. ​Тем временем на Камелоте ​В стерильно-белых залах "Камелота" Граф Ллойд Асплунд не находил себе места. Он был похож на тигра в клетке. Сон стал для него роскошью, еда — досадной необходимостью. Вся его огромная интеллектуальная энергия была сфокусирована на одной цели. "Голиаф". Или, как он теперь его называл про себя, "Титан". ​— Он снова залег на дно! — жаловался он Сесиль, которая принесла ему очередной поднос с едой, к которой он, скорее всего, не притронется. — Никаких атак. Никаких следов. Словно его и не было! Это сводит с ума! ​Он снова и снова просматривал записи боев. Бой на стадионе. Тактическая операция по отступлению. Каждый кадр был разобран на атомы, проанализирован десятками программ. ​— Посмотри, Сесиль, посмотри! — он ткнул пальцем в экран, где "Капилан" спасал своего пилота. — Автономность! Не просто следование программе, а принятие тактических решений в реальном времени! Его главная задача — защита Пилота. Это не просто протокол. Это... почти что инстинкт. Наши инженеры десятилетиями бьются над созданием стабильного ИИ, а эта машина... она живая! ​Его взгляд переместился на другой монитор, где в замедленном повторе показывали, как снаряды Ланселота бьют в "Капилан". ​— А это! Ты видишь? Эта легкая рябь перед контактом с броней. Это не основной силовой щит, как у Ланселота. Это что-то другое. Пассивное энергетическое поле, рассеивающее часть урона еще до попадания. А основной щит, Вихревой... — он мечтательно вздохнул. — Ловить кинетические снаряды и швырять их обратно! Это нарушает законы сохранения энергии в том виде, в котором мы их знаем! Из чего он сделан? На какой энергии работает? ​Он понимал, что у Ланселота было одно преимущество — полет. Титан не летал. Но он также понимал, что это преимущество было почти бесполезно. Зенитное вооружение "Голиафа" было настолько плотным и эффективным, что любое нахождение в воздухе над ним было равносильно самоубийству. ​— Технологии не местные, — бормотал он себе под нос, расхаживая по лаборатории. — Это очевидно. Он не относится к Черным Рыцарям. Они такие же пещерные люди на его фоне, как и мы. Он — нечто иное. Пришелец. ​Эта мысль не пугала его. Она его восхищала. Он подошел к интеркому, связывающему его с ангаром, где Сузаку доводил до совершенства свои навыки на симуляторе. ​— Сузаку-кун, — его голос был необычайно серьезным. — В следующий раз... когда ты встретишься с ним... мне нужна машина. Целой. Постарайся вывести из строя манипуляторы, ноги, но сохрани реактор и кокпит. И Пилота. Его тоже взять живым. Его снаряжение... оно не менее ценно, чем сам Титан. ​Он отключил связь и снова повернулся к экранам. ​— Остается только ждать, — прошептал он. — Ждать, когда хищник снова выйдет на охоту. И надеяться, что наш собственный хищник окажется достаточно силен, чтобы загнать его в клетку.