Код титана.

​Одна секунда. ​Время, застывшее вязкой смолой, внезапно треснуло и понеслось вперед. Зеро стоял в десяти метрах от "Капилана", его фигура была одинокой и уязвимой под холодным светом луны. Он ждал. Весь "Орден Черных Рыцарей" ждал. ​Таймер на визоре Михаила обнулился. ​Небо не взорвалось. Не было грохота или ослепительной вспышки. Произошло нечто куда более странное и пугающее. Воздух над центром пустыря замерцал, словно раскаленный летний марево, а затем разошелся, как занавес, открывая на долю секунды вид на черноту, усыпанную чужими звездами. Раздался не взрыв, а высокий, пронзительный визг, который сверлил зубы и заставлял вибрировать металл корпусов Найтмеров. ​Для британских радаров, сканировавших сектор, это был лишь короткий, бессмысленный всплеск помех. Они списали его на неисправность оборудования. Для тех, кто был на пустыре, это был разрыв самой ткани реальности. ​Первым из разлома вырвался огромный, темно-серый грузовой контейнер. Он рухнул на землю с оглушительным ГРОХОТОМ, который эхом прокатился по всему гетто, заставив землю содрогнуться. ​Но никто не смотрел на него. Все смотрели вверх. ​Из разлома, который уже начал схлопываться, вырвалась первая фигура. Окутанный мерцающим синим полем, похожим на кокон чистой энергии, на землю падал гигант. Он был крупнее и шире "Капилана", его плечи были массивными, как у тяжеловеса. С оглушительным ударом, от которого под ногами Зеро треснул асфальт, он приземлился на одно колено. Земля под ним вздыбилась. В его руках был монструозный многоствольный пулемет — "Хищник" (Predator Cannon). Титан был окрашен в агрессивный красный цвет с яркими желтыми полосами. "Легион". ​Не успел он даже начать подниматься, как справа от него, в таком же энергетическом коконе, приземлился второй. Он был синего цвета с белыми полосами, его формы были более сбалансированными. Он так же опустился на одно колено, и в его манипуляторах была зажата 40-мм полуавтоматическая пушка "Следопыт" (40mm Tracker Cannon). "Тон". ​И слева, почти одновременно, рухнул третий. Самый изящный и самый зловещий из всех. Он был ниже ростом, его корпус — стройным и хищным, окрашенным в черно-белые полосы, словно у тигра-альбиноса. За его спиной виднелся такой же огромный меч, как и у "Капилана". В руке он сжимал массивный шестизарядный дробовик "Свинцовая Стена" (Leadwall). "Ронин". ​На несколько секунд они замерли в этой позе — три коленопреклоненных стальных бога, окруженные сиянием своих защитных полей. ​А затем, в идеальной, леденящей душу синхронности, они начали подниматься. ​"Легион" встал, и раздался низкий, голодный вой раскручивающихся стволов его "Хищника". "Тон" с тяжелым кер-чанк дослал снаряд в свою пушку. "Ронин" с резким щелчком перезарядил свой дробовик. Синие поля, окружавшие их, исчезли, растворившись в воздухе. ​Теперь за спиной "Капилана" стояли три новые боевые машины. Три Титана. Три машины смерти, чье оружие было взведено и нацелено прямо на ряды Черных Рыцарей. ​В эфире Ордена взорвался хаос. — Что это?! Боже мой, что это такое?! — Их четверо! Зеро, это ловушка! — Мы окружены! Мы в западне! ​Каллен в кабине своего "Гурена" не могла дышать. Она видела перед собой не просто четыре машины. Она видела четырех палачей. Если один "Тартар" смог сокрушить Ланселота, то что сделают четверо? Она инстинктивно понимала — если сейчас начнется бой, они не просто проиграют. Они будут стерты в порошок. Их не останется даже на обломки. Она не знала, что у них нет пилотов. Она видела лишь четырех альфа-хищников, готовых к бойне. ​Даже Зеро, стоявший на земле, почувствовал то, чего не чувствовал никогда в жизни. Чистый, первобытный страх. Его идеальный план, его хитроумная ловушка превратилась в его собственный эшафот. Он был абсолютно беспомощен. — Пилот, жизненные показатели объекта "Зеро" указывают на экстремальный стресс, — бесстрастно доложил Ки. — Частота сердечных сокращений — 165 ударов в минуту. Зафиксирован мощный выброс адреналина. ​И в этот момент абсолютной тишины и ужаса, из динамиков "Капилана" снова раздался спокойный голос Михаила. — Вот поэтому, Зеро, я и говорил им не шевелиться. Начнут стрелять — и все закончится очень быстро и очень плохо. Для вас. ​Он сделал паузу, давая Лелушу осознать всю безнадежность его положения. — Я все еще жду твоего рассказа. И я гарантирую: если то, что ты сказал мне по закрытому каналу — правда, эти трое позади меня тебя не тронут. Как и я. ​Он говорил так, будто ничего не произошло. Будто появление трех гигантских боевых роботов с неба было самым обычным делом. — Скажи своим людям, чтобы они закрыли глаза. Отвернулись. Выключили свои сенсоры. Раз уж ты так боишься раскрыть им свое лицо. И повтори все то, что ты только что говорил мне. И сними свой шлем. Сейчас. ​Это был уже не ультиматум. Это был приговор, который Зеро мог либо принять, либо оспорить ценой жизни всех, кто пришел за ним этой ночью. Он стоял один, на холодном, разбитом асфальте, между четырьмя стальными гигантами, и весь его мир сузился до одного простого, невозможного выбора.