Код титана.

Приказ Корнелии был выполнен. Британские силы, словно испуганный зверь, отступили из восточных секторов гетто, оставляя за собой дымящиеся остовы Найтмеров и разорванные тела своих товарищей. Они заняли оборонительный периметр, создав буферную зону, невидимую, но ощутимую линию фронта внутри города. ​Но Лавцы не преследовали их. Они не собирались штурмовать британский сектор. Их приказ был другим. Они стали стражами своей новой территории. Хаос бойни сменился зловещей, давящей тишиной. Механические демоны просто заняли позиции. Их силуэты появлялись в разбитых окнах многоэтажек, на крышах складов, в темных проемах переулков. Они не двигались. Они просто стояли и смотрели. Их единственные красные оптические сенсоры горели в наступающих сумерках, как сотня глаз дьявола, взирающего на свою добычу. ​Для британских солдат, стоявших на оцеплении, эта ночь превратилась в персональный ад. Они были закаленными воинами, ветеранами многих кампаний. Но ничто не готовило их к этому. Они не боялись смерти в бою. Они боялись этого. Этого молчаливого, всевидящего присутствия. Этой тишины, нарушаемой лишь воем ветра, и этих красных огней, которые никогда не гасли. ​— Они смотрят, — прошептал молодой капрал, вцепившись в свою винтовку так, что побелели костяшки. — Просто смотрят. ​Нервы были на пределе. Некоторые начали видеть движение там, где его не было. Тени казались длиннее, звуки — громче. Они прозвали их "Демонами Синдзюку". И когда в ночи, в полной тишине, вдруг вспыхивал очередной красный глаз в новом окне, даже у самых закаленных ветеранов по спине пробегал ледяной холод. Молодые солдаты, едва окончившие академию, не выдерживали. Некоторые тихо плакали на своих постах. Другие просто мочились в штаны от первобытного ужаса, который вызывал один лишь вид этих бездушных красных огней. ​Корнелия в своем командном центре тоже чувствовала это. Бессилие. Ярость, смешанную с беспомощностью. Она не могла просто сидеть и смотреть. — Отряд "Рыцари Чести", — ее голос был резок, как треснувшее стекло. — Пять "Глостеров". Провести разведку боем. Прощупать их оборону. Я хочу знать, с чем мы имеем дело! ​Пять элитных Найтмеров осторожно вошли на территорию Демонов. Тишина. Ничего. Они продвинулись на сто метров. Тишина. На двести. — Похоже, они не реагируют, если мы не стре... — голос командира отряда оборвался. ​Засада была не впереди. Она была повсюду. Из окон, с крыш, из-под земли ударили плазменные разряды. Это не был бой. Это было истребление. Один "Глостер" был мгновенно обезглавлен точным выстрелом. Второй был парализован "Громобоем" и тут же разорван на части шквальным огнем. ​Третий пилот увидел, как на него из тени выпрыгивает один из Демонов. Он успел выстрелить, повредив роботу руку. Но это его не остановило. Лавец запрыгнул на кабину, и его оставшийся манипулятор, словно гигантский консервный нож, начал рвать бронестекло. Пилот в ужасе кричал в эфир, стреляя из табельного пистолета в пробиваемую кабину. Последнее, что он увидел, — это как три металлических когтя прорываются внутрь, хватают его за шлем и с нечеловеческой силой начинают тащить наружу через узкую прореху. Он слышал, как трещат его собственные кости, чувствовал, как рвется его плоть. А потом его просто разорвали на две части прямо на корпусе его собственной машины. ​Но самое страшное было не это. Самым страшным был звук. Низкий, царапающий, скрежещущий звук, который, казалось, исходил от самой земли. И те, кто его слышал, видели их. Маленькие, четырехногие, паукообразные роботы, которые с невероятной скоростью неслись к ним, перепрыгивая через обломки. Клещи. Солдаты видели, как один из них запрыгнул на ногу "Глостера". Мгновение — и оглушительный взрыв оторвал конечность Найтмера. Второй Клещ добежал до упавшего пилота, выбравшегося из подбитой машины. Солдат успел лишь вскрикнуть, прежде чем взрыв превратил его в кровавое облако. ​Через две минуты от элитного отряда "Рыцари Чести" не осталось ничего. Корнелия смотрела на помехи на экране, слушая предсмертные крики своих лучших людей. Она отдала приказ. Больше никаких вылазок. Просто держать оборону. Она проиграла. Этой ночью она проиграла. ​Но ужас для одних был триумфом для других. Запись Дихарда распространилась по подпольным сетям японского сопротивления со скоростью лесного пожара. Люди смотрели на это. Они видели не Демонов. Они видели возмездие. ​В темных переулках гетто, в переполненных убежищах, люди собирались у тусклых экранов и ликовали. — Это он! Это знак Призрака! — шептали они, указывая на эмблему черепа на плечах Лавцов. — Они пришли покарать Британию! ​Они не называли их Демонами. Они дали им другое имя. "Тэн-но Буси" — Воины Небес. Воины, посланные самим Хатиманом, древним богом войны и покровителем самураев. Легенда рождалась на их глазах. Призрак был не просто солдатом. Он был аватаром, слугой разгневанного бога, пришедшего освободить свою землю. ​В рядах Черных Рыцарей тоже распространились эти слухи. Молодые рекруты, которые уже начали отделять Мародёрский Корпус от Ордена, теперь смотрели на Зеро с сомнением, а на Призрака — с благоговением. Этой ночью популярность Михаила Романова, человека, которого никто не видел в лицо, затмила славу самого Зеро. ​А сам Зеро, наблюдая за всем этим со своей базы, чувствовал, как мир уходит у него из-под ног. Он видел ту же запись. Он слышал те же слухи. И он понимал, что проигрывает не только войну с Британией. Он проигрывает войну за сердца и умы людей, которых он поклялся освободить. ​Ночь тянулась бесконечно. Ночь, наполненная ужасом для британцев, ликованием для японцев и мрачными предчувствиями для Черных Рыцарей. Ночь Красных Глаз. И никто не знал, что принесет рассвет. Никто, кроме одного человека, который в это самое время на четырех гигантских машинах несся сквозь тьму, чтобы вершить свою собственную справедливость.