Step By Step | Шаг за шагом

Иногда просто быть рядом в трудный момент — это уже маленький подвиг.

***

Сквозь кухонные занавески пробивался мягкий утренний свет, освещая стол, на котором уже стояли две чашки с кофе и сытный завтрак: привычная обитателям дома миска горячего риса, лёгкий суп с соевой пастой и пара тарелочек с закусками — кимчи и тонкие ломтики тофу, слегка подрумяненные на масле. Со второго этажа, краснея от смущения, спустился заспанный Ки Хун, потирая глаза. Следом за ним шёл Ин Хо — чуть робко, почти боязливо, словно даже его собственная тень могла внезапно испугать. В ночной тишине и уединении они могли позволить себе быть свободными, разумеется, не дойдя до секса. Но сейчас, в ярком утреннем свете дома родителей Ки Хуна, даже простое движение казалось слишком заметным, почти оглушающе громким. Ин Хо чувствовал себя чужим: ладони бессознательно разглаживали складки на новой рубашке, а мысли метались между желанием просто сесть и страхом показаться слишком наглым. Сердце забилось сильнее, когда он видел, как Ки Хун, слегка краснея, старается выглядеть спокойно. Кажется, раньше я никогда не был в такой ситуации. — Доброе утро, — тихо сказал Ки Хун, едва глядя на маму, и сел за стол, всё ещё смущённо прижимая к себе чашку с горячим напитком. Он видел, как Ин Хо лишь кивнул в ответ, вежливо поздоровавшись. Всё ещё стоя у края стола, он не решался присесть, пока женщина мягко не кивнула, словно говоря: "Не стесняйся". Танцор вздохнул с облегчением и занял стул напротив Ки Хуна, стараясь не создавать лишнего впечатления и не задавать вопросов. В груди было одновременно и сладко, и тревожно — будто он балансировал между "здесь и сейчас" и всем, что могло произойти, если кто-то заметит слишком много. Он очень боялся услышать резкие слова в свой адрес, но больше всего тревожило, что Ки Хуну достанется сильнее всех. Даже если тот просто обнимал его во сне, даже если никто не слышал, как они ночью томно шептались, чувственно целуясь за закрытой дверью комнаты, Ин Хо не мог забыть именно то, с какой страстью он целовал Ки Хуна в шею. Танцор уже давно догадался, что тот явно получает особое удовольствие от таких ласк, и это постепенно стало его маленькой слабостью, от которой теперь было невозможно отказаться. Он понимал, что постепенно теряет над собой контроль, словно это не он, а само желание ведёт его за собой. На душе было неспокойно, едко, словно их поймали с поличным на месте самого опасного преступления. И всë же он оставался рядом... просто ради Ки Хуна. Ради того, чтобы тот чувствовал себя спокойно, чтобы не было лишней неловкости, чтобы он мог спокойно держаться за чашку с кофе, не боясь, что кто-то узнает их настоящую тайну. Каждое мгновение, когда Ин Хо терпел собственные страхи, сдерживал дрожь в руках и замедлял дыхание, он делал это для Ки Хуна. И когда парень, наконец, поднял на него застенчивый взгляд, слегка улыбнулся, чуть кивнул — Ин Хо почувствовал, как тревога растворяется, уступая место тихой радости. — Ты не предупреждал, что у нас будут гости, — тишину прервал спокойный, мягкий женский голос. Ки Хун виновато усмехнулся, моментально уткнувшись взглядом куда-то в скатерть. — Мам... — начал говорить он, слегка запнувшись. — Это... Ин Хо. — Тётушка... — тихо ответил танцор, чуть кланяясь. — Извините, если я вас потревожил... Мать лишь мягко улыбнулась, покачав головой. — Всё хорошо, — спокойно сказала она. — Не переживайте. Она чуть задержала взгляд на парнях, словно решая для себя, что лучшим решением для неё будет сейчас не вмешиваться, и молча ушла, оставив их вдвоём на кухне. Даже оставшись наедине, Ин Хо не мог сразу расслабиться. Лишь когда они оказались в клубе, через несколько часов, среди ритмов музыки и интенсивной тренировки, он наконец смог выдохнуть. Во время короткого перерыва Ки Хун сидел на подоконнике тренировочной комнаты, прикрыв глаза. Лёгкий ветерок нежно обдувал его щёки, играя с прядями волос, а тело постепенно отпускало остатки утреннего напряжения. Ин Хо медленно подошёл ближе, не торопясь, словно боясь спугнуть момент. Его ладони едва коснулись подоконника рядом с Ки Хуном, а взгляд был полностью сосредоточен на нём. — Ты выглядишь слишком спокойно, — тихо сказал он, едва слышно, почти для себя. Ки Хун медленно приоткрыл глаза и, встретившись с ним взглядами, мягко улыбнулся. — Ведь всё хорошо, разве нет? — хмыкнул он. — Мама на нас не злится, завтрак был вкусный... Тëплая ладонь ласково коснулась щеки танцора. — Но знаешь, что самое приятное? — его голос стал совсем тихим, почти шёпотом. — Этой ночью я вновь был не один... Ки Хун медленно провёл ладонью по щеке Ин Хо, касаясь затылка и зарываясь пальцами в волосы. Тот лишь слегка вздрогнул, сглотнув. Его взгляд встретился с глазами Ки Хуна, и в них было что-то мягкое, доверчивое, одновременно тихое... и чуть вызывающее. Плавно наклоняясь ближе, парень невесомо коснулся губами щеки Ин Хо, горячо выдыхая. Устроившись поудобнее между кихуновских ног, танцор мягко прижал его к себе, обнимая за талию. Их лбы осторожно соприкоснулись. — Я тоже. Несмотря на то, что этот день был довольно жарким, они не испытывали дискомфорта, находясь настолько близко друг к другу. Их губы встретились, сначала в лёгком касании, как будто нежный шëпот, затем уже чуть дольше, увереннее. Ки Хун замер, наслаждаясь мгновением, позволив эмоциям медленно охватывать его с головой, мысленно унося куда-то далеко. Поцелуй постепенно стал глубже. Он был медленный, горячий, полный невысказанного желания в минувшую ночь... и слишком искренний для такого случайного момента. Ки Хун тихо выдохнул, почти неслышно, но Ин Хо уловил это сразу — и именно тогда прижался чуть ближе, позволив себе лишнее. Мир сузился до маленького пространства комнаты, до тепла под мягкими ладонями, до этих довольных, предательских вздохов, которые Ки Хун даже не пытался сдерживать, потому что не хотел. Глухой удар за дверью прозвучал так неуместно, что Ин Хо сначала решил: ему показалось. Но дверь внезапно распахнулась, в комнату вошёл бармен. Танцор резко отстранился, убирая руки, словно их поймали с поличным. — Что... — начал он, оборачиваясь. — Ой... Ки Хун не сразу понял, что поцелуй оборвался. Он сидел неподвижно, с чуть приоткрытыми губами, будто всё ещё ловил дыхание Ин Хо, которое секунду назад ощущал слишком близко. В груди разливалось приятное, чуть щекочущее тепло, заставляющее тело тянуться вперёд прежде, чем разум успевал одёрнуть. Он моргнул, словно возвращаясь из сна, и только тогда заметил, что ладони Ин Хо больше не держат его за талию. Тихий, довольный, несдержанный вздох вырвался сам, выдав его с головой. Бармен замер на секунду, переваривая происходящее, а потом — резко захлопнул за собой дверь, словно испугался, что кто-то ещё может случайно увидеть эту неловкую сцену. — Э-э... ребята! Срочно! — выдавил он. — Выручайте! Ин Хо дёрнул бровью, скрестив руки на груди. Он явно пребывал в лёгком раздражении от того, что их с Ки Хуном потревожили в самый уязвимый момент. — И что конкретно ты от нас хочешь? — сухо спросил он. Бармен вздохнул, словно уже предвидел отказ. — Я вас умоляю, — отчаянно пробормотал он. — Сегодня водный фестиваль, людей будет море! Меня одного там съедят с потрохами! Он сложил ладони в почти молитвенном жесте. — Я понимаю, что пришёл совсем не вовремя... простите, — виновато выдохнул паренёк. — Но мне очень нужны помощники за стойку! Вы вдвоём! — Я вообще-то танцор, — сухо заметил Ин Хо. — Не важно, танцор ты или космонавт! — тот почти прыгнул на месте. — Сейчас или никогда! — Ладно, — наконец выдохнул Ки Хун, слегка улыбаясь. — Похоже, нам придётся спасать бар от потопа. Ин Хо вновь бросил на бармена взгляд, полный тихого недовольства, но смягчённого любопытством: — И не забывай, что я — танцор, — напомнил он, словно это могло изменить ситуацию. В этом месте хоть кто-то вообще слышал о спокойствии и контроле?! •••Продолжение следует•••