Смысл в твоих глазах

      Им по семь лет. Начальная школа была похожа на каторгу. Приходить ранним утром в место, где царил непрекращающийся шум, исходящий от множества детей, а учителя представляли себя надзирателями, пытаясь строить непослушных отпрысков, со стороны было очень сюрреалистично.       Чонгук не хотел бы приходить сюда, если бы не одно «но».       Это «но» сидело на первой парте, а Чонгук на последней. Именно поэтому каждый день ему открывался прекрасный вид на мальчика в первых рядах: он сидел, сосредоточенно слушая учителей и подпирая щеку кулаком, старательно писал каждое слово, каждую формулу, мотая головой от тетради к доске, из-за чего очки на его носу спадали, но мальчик терпеливо поправлял их, лишь иногда тихо фыркая под нос.       Эти очки навсегда запали в душу Чонгуку. Чимин выглядел в них так, словно вся милота этого мира сконцентрировалась в одном человеке.       По окончании очередного урока Чонгук сидел, рисуя цыплят на полях своей тетради, но шум приближающихся шагов, заставил его поднять глаза. Да, он мог отличить Чимина даже по звуку его ходьбы.       — Гуки, побежали, — сверкая улыбкой и вытаскивая его со своего места, приказал Чимин. — Надо успеть в столовую. Сейчас раскупят все твое банановое молоко.       И Чонгук не мог не просиять в ответ от ощущения теплой ладони в руке, нежного голоса и того, что этот человек знал о нем все: все, что он любит, все, что может поднять ему настроение.       Хотя, этот список был небольшой, потому что все, что привносило радость в жизнь Чонгука, – было это глупое банановое молоко.       И Чимин.       Это была их традиция: на каждом обеденном перерыве бежать в столовую, чтобы ухватить чего-нибудь вкусненького. Чонгук всегда покупал банановое молоко, а Чимин каждый раз не знал чего хочет.       — Цыпленок, может выберешь уже что-то? — с нежной улыбкой на лице спросил мальчишка.       — Я еще не пробовал этот сок, - внимательно разглядывая содержимое холодильника, сказал Чимин. — …или взять ту булочку? — надувая щеки, продолжал размышлять он.       Чонгук всегда умилялся этому простому действию, из-за чего каждый раз ему хотелось ткнуть пальцем в эти мягкие щеки.       Но его любование прервали. Их одноклассник, подбежавший сзади, влетел в Чимина, из-за чего тот, пошатнувшись, упал прямо на кафельный пол. К счастью, он вовремя выставил руки, что смягчило падение, но Чонгук явно слышал звук ударяющихся коленей и видел очки, которые, слетев с носа, упали следом за Чимином, разбившись.       — Ой, Чимин-и, — обеспокоенно разглядывая того, к кому обращался, сказал одноклассник. — Ты сильно ушибся? — спросил он, протягивая руки, чтобы помочь тому встать.       — Н-нет, Тэхён, все в порядке, — несмотря на эти слова, в глазах Чимина стали образовываться слезы.       Видя всю эту картину, единственное, что испытывал тогда Чонгук, — была злость. Он оттолкнул назойливого парня и протянул свои руки, помогая Чимину встать.       Аккуратными, медленными шагами, давая полностью опираться на свои плечи, он повел Чимина в медпункт, даже не оборачиваясь, крикнув:       — Ты придурок, Ким Тэхён.       Приведя раненого друга в медпункт, он объяснил всю ситуацию медсестре. И, когда она закатала штаны Чимина, открыв вид на разодранные колени, на которых уже виднелись алые синяки, Чонгук не мог не испытывать боль. Ведь боль Чимина перманентно касалась и его. А тот храбро сидел на кушетке, лишь иногда едва слышно всхлипывая от боли. В его глазах стояли слезы, но он стойко держал их, не проронив ни одной.       — Гуки, тебе надо на урок, я могу сам дождаться родителей, — сказал Чимин, лежа на кровати в медпункте. Ему дали время отдохнуть перед приездом родителей.       Но Чонгук сидел рядом с кроватью, не отходя от друга ни на шаг. Потому что не мог. Потому что…       — Мне нечего делать там, если тебя не будет со мной.       Чимин лишь радостно улыбнулся.       — Не притворяйся, ты просто хочешь прогулять урок, — смеясь, сказал он.

***

      Чонгук упал на кровать. По лбу медленно скатывалась капля пота, а голое разгоряченное тело обдувал морозный воздух, доносящийся из окна.       — Может закажем что-нибудь поесть? —переворачиваясь на живот, спросил Тэхён. — Я так голоден, — протягивая свои руки к Чонгуку и ухмыляясь, продолжил он. - Сегодня ты вымотал меня особенно сильно.       Чонгук увернулся от его объятий, вскакивая с кровати как ошпаренный.       — Делай что хочешь, — кинул он, направляясь в душ. — Карточка в кошельке на столе.       Холодные струи воды обволакивали тело, остужая кожу и смывая весь пот, всю грязь, от которой он так старательно пытался отмыться, проводя мочалкой по коже, надавливая так сильно, что оставались красные полосы, которые горели под натиском воды. Боль помогала.       Но мысли не вымоешь.       Когда он вышел из душа Тэхен уже сидел за столом в одних трусах. Похоже, он чувствовал себя как дома. Хотя, не удивительно, он бывал в этой квартире, принадлежащей Чонгуку, даже чаще чем он сам.       Чонгук молча уселся за стол, на котором была расставлена курица из доставки.       — Ты же любишь эту, в остром соусе? — пододвигая именно ее ближе к Чонгуку, сказал Тэхён.       Он любит. В студенческие годы они часто заказывали ее, так как у них не хватало времени на то, чтобы приготовить нормальную еду. Улыбка на лице появилась сама по себе от воспоминания о том, как и без того пухлые губы, становились больше от обжигающего соуса.       Вовремя опомнившись, он поднял взгляд на собеседника, приняв обычное выражение лица.       — Да, спасибо.       Повисло неловкое молчание. Тишина была привычным явлением в его доме, поэтому редкие чавкающие звуку бесили.       — Ты в последнее время стал еще более молчаливым, - не усидев спокойно на месте, сказал Тэхён. — У тебя все в порядке?       Чонгук посмотрел на него.       Его дни проходят как один, все повторяется из раза в раз: утро-работа-возвращение домой-сон. Стабильность – это считается порядком?       — Да. — односложно ответил он.       Но, похоже, Тэхена не удовлетворил этот ответ.       — Чонгук, сколько уже мы в таких отношениях? — повышая голос, спросил он. — Ты зовешь меня каждый раз, когда у вас с Чимином все плохо. Но хочу тебе напомнить — теперь он занят, и тебе пора строить свою жизнь.       Он встал со своего места, беспокойно расхаживая по кухне.       — Ты столько лет мучаешь меня, - смотря прямо в глаза, продолжил он. — Мы хорошо совместимы, по крайней мере, в постели. Может уже забудешь его и попытаешься построить нормальные отношения?       Те же самые слова. Лица меняются, а содержания их речей — нет.       — С кем? – спросил Чонгук.       — Со мной.       В глазах Тэхёна таилась надежда. Чонгук правда звал его каждый раз, когда в голове становилось непосильно много мыслей, но он с самого начала предупреждал, что дальше постели это не выйдет.       — Нет.       Нет. Он был завидным женихом. Он знал это. Красота и состояние, которыми он обладал, притягивали множество людей. Но с кем бы он не пытался заговорить, провести ночь или просто в чьи бы глаза не смотрел - никто. Никто не вызывал такую бурю чувств, даже одного процента от этих чувств, как это делал один единственный человек.       Тэхён ушел, оставив квартиру полностью пустой. Забрав свои вещи, которые накопились за то время, пока Чонгук звал его к себе. Он больше не вернется. Он крикнул это, захлопывая входную дверь.       Пусть.