Удовольствие, доставляемое ненавистью

— «Красные панды» — достойные противники, это было настолько же тяжело, насколько круто. Балтиморский стадион был одним из самых больших, где им довелось побывать, но явно получал не слишком много финансирования, если судить по ремонту; журналисты с операторами уже заполонили всё фойе, где сейчас, чтобы команда смогла спокойно уйти, Дэн разговаривала с кем-то из репортёров, держа в поле зрения Нила. Прежде чем направиться в раздевалку, Эндрю кивнул ему, демонстрируя, что не будет стоять над душой после того, как они разорвали сделку, потому что теперь Джостен сам разбирается с последствиями своих поступков, и тот медленно моргнул, показывая, что понял. Матч выдался отвратительно-трудным, но, к счастью, был последним перед неделей каникул, и Миньярд, кое-как раздевшись, сразу направился в душ, где, поскольку не было дверей на перегородках, занял место у самой дальней стены, не обращая внимание на отвесившего Мэтту очередной похабный комплимент Ники. Горячая вода, вместе с пеной стекающая по усталому телу, не намного приводила в чувства, но хотя бы расслабляла скованные мышцы, которые, казалось, горели вообще везде, и он обязательно ещё отыграется на Ниле, который вынудил серьёзно постараться. Из-за своей одержимости экси Джостен поступил крайне опрометчиво, пообещав ему взамен что угодно, потому что Эндрю уже знал, что попросит, и, хотя со стороны это могло прозвучать плохо, вампир с вероятностью девяносто девяти процентов сам этого хотел, но не мог решиться из-за страха последствий, а Кевин уже чётко обозначил свою позицию. Конечно, когда он мог потребовать от Нила всё что угодно, глупо было тратить желание на такую мелочь, но парень не хотел ждать, пока всё случится само собой, и слишком устал от того, что творилось последнее время, поэтому был готов рискнуть и взять всё в свои руки, раз эти двое ходили кругами.       Выбравшись из душа, он кое-как натянул повседневную одежду и, затолкав грязную форму в спортивную сумку, чтобы не ждать остальных поплёлся в выделенную им комнату отдыха, где устало опустился в самое дальнее из кресел. Мышцы ломило, поэтому и так обычно небольшого желания участвовать в общей радости не было вовсе, так что, не обращая внимание на медленно подтягивающихся сокомандников, он взглядом заскользил по комнате, всего на пару секунд задержавшись на уже ставшей привычной после выездных матчей охране у выхода. Сегодня Нил, закончивший с интервью, которое наверняка потом проверит на опасные высказывания Дэй, собирался даже дольше Аарона, но, когда он наконец-то появился в коридоре, Эндрю с облегчением выдохнул из-за того, что они наконец смогут поехать, и, опираясь на ручки кресла, поднялся, сразу сделав пару шагов мимо Эбби, закончившей обрабатывать мелкие раны Дэн. Несмотря на то, что парень выглядел как обычно — в огромной кофте на молнии, с больше не скрываемой пластырем татуировкой на скуле, зажатым в руке ремнём сумки и кое-как высушенными, местами немного пушащимися волосами, — что-то во всём виде отзывалось привкусом неправильности, и, просканировав вампира внимательным взглядом с носков потрёпанных конверсов до макушки, Эндрю осознал, что именно его смутило. Тревожные глаза, на мгновение оглянувшиеся на охранника, бегали по комнате и всего на пару секунд задерживались на каждом из «Лисов», но затем продолжали так, будто пытались обнаружить дверь или аварийный выход, который всё никак не находили. Ему это не нравилось. Немного нахмурившись, Миньярд закинул свою сумку на плечо и сложил руки на груди, после чего кивнул в немом требовании объяснений, которое Нил тут же уловил, но вместо ответа выдавил из себя улыбку, на пару мгновений даже показавшуюся нормальной, и произнёс: — Спасибо, ты был великолепен. Вы оба, — парень нашёл за его спиной Дэя, — были великолепны. Кевин на последних минутах забил не давший сравнять счёт гол, а он напрочь закрыл ворота, но Джостен не должен был говорить об этих вещах с таким лицом. Что-то было не так, и Эндрю уже собирался спросить, когда громогласный голос Ваймака, приказавший выдвигаться, разрезал весёлый гул, поэтому, чтобы дольше не задерживаться на стадионе, решил расспросить уже в автобусе, когда рядом не будет лишних ушей. Кевин, до этого говоривший с Рене о прошедшем матче, двинувшись к выходу похлопал Нила по плечу в редком жесте одобрения за хорошую игру, а Миньярд, как обычно собирающийся пойти последним, подождал, пока остальная компания скучкуется и направится в коридор. Произошедшее дальше закружилось стремительной яркой каруселью: стычки бывших на эмоциях из-за игры пьяных фанатов не являлись чем-то необычным, но очень редко в них оказывались затянуты сами «Лисы», теперь зажатые в самом центре толпы, которая агрессивным потоком желала накрыть их, как цунами.       Чей-то локоть со всей дури заехал ему в глаз, а вслед за этим от боли согнувшийся пополам Эндрю ударил какого-то щуплого паренька чётко в солнечное сплетение и зажатой в левой руке клюшкой сделал выпад назад, чтобы торцом врезать грузно навалившейся на спину туше. Сердце билось как сумасшедшее, а адреналин пульсировал в венах, заставляя соображать в два раза быстрее. Выпрямившись, он судорожно отыскал Аарона, которого попытались ударить бутылкой по голове, а затем старающегося держаться ближе к нему Кевина, которого, окажись он в самой гуще толпы, четвертовали, а затем разорвали на ещё более мелкие куски. Вытянув нож рукой, которой он стиснул рукоять так, чтобы можно было врезать кулаком, не задевая лезвием, парень двумя пальцами сжал запястье Дэя и поволок его в сторону близнеца. На теле наверняка останутся синяки из-за пропущенных ударов, но сейчас это не имело значения; сломав кому-то нос, он дёрнул брата за куртку и, услышав окрик Ваймака, нашёл вскинутую над головами руку, которая послужила ориентиром. Выбраться из толпы оказалось не просто, но, практически вывалившись на дорогу, Эндрю толкнул вперёд Кевина с Аароном и, выпустив клюшку с сумкой из рук, согнулся, чтобы отдышаться, прежде чем снова рвануть в громкое агрессивное месиво. — Живой? Тренер, мгновенно подойдя к нему, потянул за плечи, чтобы парень встал ровно, и, когда это произошло, Миньярд обнаружил неподалёку Ники, чью яркую куртку выискивал в толпе. Встретившись взглядом с мужчиной, который поднял его голову за щёки, чтобы осмотреть лицо, за что получил слабый удар по руке, он отодвинулся и развернулся. Как только Эндрю собирался двинуться вперёд, Ваймак перехватил его поперёк живота с испуганным: — С ума сошёл?! Ты туда не пойдёшь. Понимая, что времени объясняться не было, парень попытался его отпихнуть, а затем и пнуть, потому что Джостен всё ещё был там, но тренер насильно оттащил его подальше от ближайших дерущихся. Получив удар в колено, он разжал хватку, сматерившись под нос, но тогда в поле зрения оказался Кевин, который, заслонив обзор на толпу собой, но не решившись к нему прикоснуться, вкрадчиво, будто пытался успокоить взбешённого зверя, произнёс: — Нил справится. Лезть обратно — настоящее самоубийство. Эндрю убийственно посмотрел на него уцелевшим глазом, из-за чего сразу заболел второй, на который он неосознанно надавил пальцами, будто это могло помочь, и попытался открыть, но вместо того, чтобы увидеть чёткую картинку, почувствовал резь. — Предлагаешь бросить его там? Как только парень попытался его обойти, вампир двинулся в ту же сторону, чтобы перекрыть проход, отчеканил: — Он. Справится. Миньярд, одним движением со злостью вогнав нож в ножны, до боли стиснул челюсти и посмотрел мимо его плеча на дерущихся, где Ваймак снова крикнул и вскинул татуированную руку, привлекая внимание оставшихся «Лисов», а затем сделал шаг назад и наконец смог оглядеть "Монстров". В пару мгновений оказавшись рядом с Ники, прикладывающим рукав к разбитому виску, из которого струилась кровь, он посмотрел в мутные глаза и, дождавшись, пока парень поддержит зрительный контакт, за ворот медленно наклонил его к себе, чтобы, раздвинув волосы, осмотреть голову, где раны оказались не глубокими, но, судя по всему, требующими швы. Хэммик ладонью тяжело опёрся на его плечо и, дыша через рот, снова приложил рукав, который практически пропитался кровью, тихо произнёс: — Если не отпустишь, я блевану, — и, как только Эндрю разжал судорожную хватку, медленно выпрямился и сразу за этим зажмурился, стараясь восстановить дыхание. Разобрав неподалёку голос Эбби, которую из рук полицейских забрал тренер, он убедился, что женщина в состоянии выполнять свои обязанности, поэтому произнёс: — Ему нужно в больницу. — Медики прибудут минуты через три. Отдав Ники на попечение мгновенно переместившейся к нему медсестры, Миньярд сразу двинулся к Аарону, который, заметив его, выставил ладонь и тут же отчитался: — Пара синяков и подвернул ногу. Из-за чего парень, внимательно оглядев его, обернулся к стоящему поодаль Кевину, который, не снимая сумку, тревожно растирал плечи, в сгущающихся сумерках вглядываясь в толпу, которую копы уже начали разгонять. — Ты? — В норме. Из видимых травм у него была разбитая губа, которая скоро регенерирует, поэтому волноваться было не о чем. Вой машин скорой помощи и полиции бил по натянутым нервам и отдавался внизу живота тревожным ожиданием чего-то неизбежного; тренер, глядя на толпу, сплюнул на асфальт с коротким: — Суки, — а затем развернулся к уже стоящему рядом с Дэн, которая с запрокинутой головой пыталась остановить кровь из разбитого носа, Мэтту и нашарил в кармане джинс ключи, которые сразу передал ему. — Так, слушаем сюда. Все, кому не нужна срочная медицинская помощь, сейчас идут в автобус и ждут дальнейших указаний, моих или Эбби. Ни с кем не разговариваем, к толпе не лезем, поодиночке не выходим. Запритесь изнутри и ждите остальных, если что-то произойдет — звоните. Ещё раз оглянувшись на Хэммика, которого медсестра повела в сторону, откуда доносился звук мигалок, Эндрю посмотрел на толпу, где всё ещё находился Нил, и, подобрав вещи, стиснул зубы, чтобы через силу двинуться за «Лисами», хотя всё внутри так и рвалось назад. Он никогда не доверял копам, но они уже начали разгонять пьяных болельщиков, что означало скорый конец потасовки; Джостен быстро ориентировался в опасных ситуациях, и его было слишком сложно травмировать, поэтому даже в самом сердце разгорячённой толпы он бы не смог пострадать серьёзно, и это немного успокаивало, хоть и не унимало горящую внутри ярость. Придержав на ступеньках хромающего Аарона, он последним задержался на улице, чтобы сделать глубокий вдох, а затем вытащил телефон; нажав пару кнопок, парень быстро нашёл нужный контакт. Когда пошли долгие гудки, а спустя какое-то время перебросило на голосовую почту, он попробовал ещё раз и, когда Нил не взял трубку, с остервенением захлопнул крышку и сжал корпус так, что тот едва не затрещал. Он был зол на всё, что происходило, начиная странным поведением Джостена и заканчивая потасовкой, но ещё больше ощущал бессилие, потому что не мог ни на что повлиять. Поднявшись в автобус, он грузно опустился на самое первое сидение около окна, с которого открывался вид на весь стадион, и Дэн, оставшаяся со своим парнем в кабине, не с первого раза нашла кнопку блокировки двери. Потасовка постепенно затихала из-за того, что многие фанаты разбегались, а самых буйных вели в наручниках, чтобы разобраться с ними уже в отделении; пара скорых уехала с мигалками. Время казалось замершим на месте и ощущалось вечностью, хотя Эндрю знал, что прошло не больше пятнадцати минут, прежде чем Эбби постучала по стеклу и, как только дверь отъехала в сторону, поднялась в салон, где сразу полезла на верхнюю полку за большим медицинским чемоданом, который она всегда брала с собой на выездные игры на случай, если не хватит аптечки. До этого сидящий где-то на заднем ряду Кевин в пару шагов пересёк расстояние до неё и уже хотел что-то сказать, когда Эндрю, перебив его, твёрдо спросил: — Что с Нилом? Эбби, опустив оранжевый чемоданчик на второе сидение, убрала взмокшую чёлку с глаз и неудачно постаралась успокаивающе улыбнуться, чем вывела из себя ещё больше: — Не переживай, охрана его уже ищет. Всё хорошо. — То есть после потасовки его никто не видел? Ни черта не хорошо, — Дэй нервно зачесал волосы назад. — По каким больницам развозили раненных? Медсестра, вздохнув, откинула крышку и стала рыться среди медикаментов, постаравшись придать усталому голосу мягкости: — Я не знаю. Дэвид уже разбирается, поэтому оставь всё ему, — выудив несколько ватных дисков, она развернулась к Миньярду. — Эндрю, дай мне осмотреть глаз. Стараясь унять раздражение, чтобы не сделать того, о чём бы он смог потом пожалеть, Миньярд не ответил, но, как только женщина протянула руки к лицу, несильно ударил по запястью и, протиснувшись мимо неё, выскочил из автобуса. Он разобрал, как Кевин, не обращая внимание на короткий окрик, вышел следом, и, оказавшись на достаточном расстоянии, чтобы другие «Лисы» их не услышали, огляделся по сторонам, после чего, не оборачиваясь к парню, спросил: — Какова вероятность, что вампир отключится от удара? На улице пахло алкоголем, кровью и потом, а громкий мат, раздающийся и от копов, и от задержанных, совсем не прибавлял приятных эмоций. До этого был шанс, что Джостена вытащил Ваймак, но теперь оставалось не так много вариантов, что с ним могло случиться, и это добавляло нервов, потому что, если парня вырубили, нельзя было допустить, чтобы раньше них до него добрались врачи, которые могли заметить отсутствие пульса и дыхания или трупные пятна под футболкой. — Очень низкая, но есть. Иди за мной. Две белые с толстыми красными полосами на боках скорые расположились друг рядом с другом около главного выхода со стадиона; в них находились болельщики — кто-то замотался в плед, кто-то лежал на каталке, а рядом с ними суетились врачи и несколько опрашивающих пострадавших копов, но, судя по тому, что людей было мало, несколько машин уже уехало. Эндрю быстрым взглядом пробежался по всем, кто находился здесь, но знакомого лица не обнаружил, поэтому, сунув руки в карманы, чтобы не было видно, как сильно он сжимал их в кулаки в попытке успокоиться, направился вслед за Кевином, который, остановив одну из парамедиков, постарался придать всему своему виду спокойствия, когда спросил: — Извините, вы можете подсказать, в какие больницы отвозили пострадавших? Молодая женщина, торопливо глянув на него, стянула стетоскоп с шеи и закинула его в медицинский чемодан, быстро ответив: — Я спешу, спросите у кого-нибудь другого. Когда она зачесала растрёпанные волосы назад и защёлкнула крышку, уже собираясь уйти, Дэй осторожно встал перед парамедиком так, чтобы поймать взгляд, и Эндрю мгновенно понял, что он делал, даже если видел гипноз в действии всего пару раз. Сложив руки на груди, он замер, только через пару секунд осознав, что затаил дыхание, и с вниманием проследил за тем, как женщина непонимающе нахмурилась с явным вопросом в глазах; немного подождав, Дэй с выдохом отвёл взгляд в сторону всего на мгновение, после чего попробовал ещё раз. Несмотря на обилие людей, они находились в узком проходе между боком скорой и припаркованной легковушкой, поэтому увидеть происходящее посторонним было не так просто. Как только парамедик замерла и выпрямилась, разжав хватку, из-за чего чемодан в руке грузно полетел на землю, Миньярду показалось, что всё получилось, когда откуда-то сбоку раздался пьяный крик одного из болельщиков, который сопротивлялся, пока его пытались посадить в полицейскую машину. Женщина медленно моргнула и качнула головой, приходя в себя, с непониманием уставилась на руки, но, решив, что на это не было времени, подобрала с земли чемодан, который, распахнув дверь, поставила на сидение в салон, где сейчас по неизвестной причине не было водителя, и уже хотела залезть следом, когда Дэй, незаметно сжав в кулак подрагивающую из-за нервозности руку, ещё раз позвал: — Погодите, у меня есть небольшая просьба, — и, как только женщина обернулась, с усилием попытался загипнотизировать её ещё раз. Как только у него получилось, вампир продолжил вкрадчивым, намеренно спокойным голосом. — Напиши список с названиями и номерами больниц, куда отвезли пострадавших. Парамедик, вытянув из нагрудного кармана блокнот, щёлкнула ручкой, после чего быстро написала несколько строк не самым разборчивым почерком и, когда закончила, механически протянула Дэю оторванный листок, который Эндрю тут же вырвал из его рук, после чего резко развернулся на пятках и двинулся в противоположную сторону, ближе к дереву, рядом с которым никого не было, на ходу вытягивая телефон, чтобы набрать первый из трёх номеров. Он старался игнорировать мелкую дрожь, исходящую из самого нутра и, когда в третий раз услышал, что человек с таким именем к ним не поступал, почувствовал облегчение, а также злость из-за того, что они тратили драгоценное время. Они точно искали не там, но Миньярд не знал, в какую именно сторону тогда должны были двигаться поиски, хотя, перебрав варианты, остановился на двух. Всё это было слишком странным, поэтому в голову лезли не самые приятные идеи: Нил мог сбежать, воспользовавшись потасовкой, поэтому специально отказался от обещания, чтобы Миньярд не пытался его искать и не винил себя, но тогда возникал вопрос почему, ведь в последнее время всё было нормально, либо ему так казалось. Он был зол, ужасно зол на Джостена, но ещё сильнее злился на самого себя за то, что не уследил и не увидел опасность, а может был виноват сам, но на этот вопрос мог ответить только парень, которого он найдёт любыми способами, вытащит из-под земли, отряхнёт от песка, а затем врежет по лицу, потому что процент ненависти уже перевалил за двести, что заставляло нервничать и ещё больше злиться на то, что он переживал из-за него. Кевин нагнал его через пару минут, и Эндрю, получив вопросительный взгляд с плохо скрываемой в самой глубине тревогой, ответил: — Ничего. Нужно обойти стадион. Ты с начала, я с конца. После чего, получив кивок, развернулся в нужную сторону. Оставалась другая версия, пусть и недостаточно вероятная: возможно, до Нила наконец добрался его дядя, но, прокрутив в голове последние пару дней, парень не обнаружил никаких предпосылок; он вряд ли мог просто забрать Джостена во время потасовки, потому что не знал, что она случится, либо же специально подстроил, но для этого нужны были деньги или люди, что получить было сложно из-за того, что он был на плохом счету у клана Морияма после побега парня. Было слишком много причин, по которым это не мог сделать Рико, начиная с того, что тот не даст им не дойти до финала и заканчивая тем, что Итиро точно узнает и такого с рук не спустит, но исключать его наверняка тоже было нельзя. Внутренняя территория стадиона, чей газон истоптали до состояния грязи, была завалена мусором в виде осколков бутылок, объедков от прерванных пикников и каких-то бумажек, которые в сгущающихся сумерках было не разобрать, но зато из людей здесь были только уборщики, начавшие медленно расчищать пространство. Эндрю не успел далеко пройти, прежде чем услышал, как его телефон пиликнул, а, как только вытащил его с недолгой скупой надеждой, обнаружил сообщение от Кевина с коротким «Четвёртые ворота», которое заставило сердце пропустить удар, а ноги развернуться в обратную сторону, чтобы побежать. Дэй оказался сидящим на бордюре около самого входа спиной к нему, и Эндрю сбавил темп, когда не обнаружил поблизости знакомого парня, но затем, подойдя ближе, увидел, что рядом с его ногами лежала потрёпанная, с несколькими отпечатками от грязных ботинок и порванным карманом рыжая сумка, а около неё — клюшка. Вампир, подняв взгляд при звуке чужих шагов, протянул открытый телефон-раскладушку, в котором парень мгновенно узнал тот, который купил Джостену несколько месяцев назад; на экране был открыт список недавних вызовов, где самым последним светился принятый за семь минут до того, как они вышли со стадиона, звонок с незаписанного в контакты балтиморского номера. — Он не мог просто бросить вещи и уйти, — Кевин, положив чужую клюшку к себе на колени, судорожно сжал рукоять, чтобы не было видно, как подрагивали его пальцы. Эндрю, не говоря ни слова, нажал кнопку вызова, после чего поднёс трубку к уху и стиснул зубы, с раздражением выдохнув через нос, когда механический голос сообщил, что этого номера не существует; одноразовый телефон и дешёвая симка для одного звонка. В глазах резко потемнело, а окружающий мир покачнулся, хотя, может, это сделал он сам. Тугой ком в горле перекрыл доступ к кислороду, не давая втянуть воздух полной грудью, а кровь в жилах похолодела из-за осознания случившегося. На то, чтобы заново научиться дышать, потребовалось больше трёх минут, а чтобы взять себя в руки — ещё две. — Идём. Кевин, до этого смотрящий прямо перед собой со сжатой в руках клюшкой, вздрогнул, будто забыл, что находился не один, и нервно зачесал назад волосы. — Мы должны что-то сделать. Миньярд вдохнул, считая до четырёх, затем задержал дыхание до семи и медленно выдохнул на счёт восемь, как учила его Би, чтобы в голове хоть немного прояснилось, после чего дёрнул его за плечо, поднимая с земли. — Нужно сказать Ваймаку, — парень подобрал сумку и убедился в том, что Дэй пошёл рядом, когда он двинулся к автобусу, после чего, ещё раз с нуля пробежавшись по всем вариантам в попытке думать рационально, спросил, чтобы точно исключить один из них. — У него были причины для того, чтобы захотеть сбежать? Дэй, сильно сгорбившийся так, что видел только носки своих кроссовок, качнул головой: — Нет, наверное нет. Эндрю кивнул, хотя знал, что он это скажет, после чего стал судорожно соображать, что мог сделать дальше. Искать где-то в округе было бесполезно, потому что никто бы не стал устраивать кровавую расправу у всех на виду, но было слишком много вариантов, куда Нила могли увезти. Мотели, склады, выставленные на продажу дома, пустыри, леса, в конце концов салон машины, которая не останавливаясь бы нарезала круги по городу. Он собирался выломать с ноги каждую дверь, которая была в Балтиморе, вскрыть все замки и, может, несколько глоток, чтобы вытащить Нила и кинуть зажигалку в огромный костёр, где в самом центре будет связан его дядя. Дверь автобуса, в котором горел свет, была открыта, и Миньярд, втолкнув Кевина первым, поднялся по ступенькам, сразу же нос к носу столкнувшись с выходящим из кабины тренером, который, и так будучи на нервах, при виде него начал закипать: — Блять, я же сказал... — Я думаю, Нила похитили. Мужчина резко осёкся и, опустив взгляд на сжатую в его руке сумку, которую парень бросил на первое сидение, проигнорировал, как где-то рядом громко охнула Дэн, после чего посмотрел прямо в глаза. — Что-то помимо сумки есть? — Телефон и клюшка. Тренер сжал челюсти так, что на лице заиграли желваки, и перевёл взгляд на Дэя, который, стоя в проходе, тихо сказал: — Он бы не оставил вещи по своей воле. — Рико мог бы пойти на такое? — когда вампир кивнул, мужчине, чтобы собраться с мыслями, потребовалось время, за которое он разгладил сжатые в руках документы, которые до этого непроизвольно смял, после чего, стараясь остаться спокойным, скомандовал. — Значит так. Если Нил не появится в течение получаса, мы заявим в полицию о его пропаже. Не выходить из автобуса, без указания копов ничего не предпринимать и во всём слушать Эбби. Мэтт подскочил с сидения так резко, что едва не ударился головой о потолок: — Мы не можем столько ждать! Мужчина крепко нахмурился и твёрдым, не терпящим возражений тоном, повторил: — Сидеть и ничего не предпринимать, — после чего развернулся к Эбби. — Позвони, когда пройдёт полчаса. Если не вернётся — я сообщу в полицию. И, как только Миньярд через силу посторонился, вышел на улицу, а медсестра, поймав непонимающий взгляд Кевина, пояснила: — Ники, Рене и Элисон увезли в больницу, у Рене подозревают перелом. Не в состоянии находиться дальше в душном помещении, которое, казалось, давило на него четырьмя стенами, Эндрю выскочил на холодную улицу и, под опасливый взгляд в спину кого-то из сокомандников отойдя на несколько шагов так, чтобы не попадать в длинные лучи света от фар, закурил, чувствуя, что вот-вот сорвётся, если не заполнит никотином лёгкие до упора, настолько, чтобы они почернели, а затем взорвались. Хотелось что-то сломать, разбить, растоптать или сжечь, кричать, пока голос не сядет, а потом сбить об кого-то костяшки так сильно, что пальцы не смогут разжаться, но вместо всего этого пришлось сжать мерцающую в сгущающейся темноте сигарету. Миньярд никогда не был оптимистом, скорее, изломанным жизнью реалистом, который видел кровь и боль, но всё не могло закончиться так, настолько быстро, скомканно и глупо. «Ты был великолепен. Вы оба были великолепны» — прощание человека, который знал, что за ним пришли, знал, что не вернётся, но даже тогда не попросил о помощи. Суицид, но не в том смысле, чтобы лишить себя жизни, — нет, Нил бы никогда так не поступил, — а чтобы позволить убить себя. Если бы Эндрю знал, что сегодня ночью вскроет вены, то сделал бы то же самое, чтобы его не успели отговорить, не выбили дверь в ванную раньше, чем последняя капля крови успеет скатиться в ледяную воду, и этим Нил был отвратительно похож на него — хоть что-то, не делающее его мелкой копией Дэя.       Джостен всегда хотел жить до отвращения сильно и цеплялся за любой шанс, даже если заведомо знал, что это его не спасёт; Эндрю понял, что не собирается здесь задерживаться в десять, но был готов отдать лишние годы, если остались, в обмен на жизнь парня, который перевернул всё с ног на голову и заставил почувствовать больше, чем казалось, у него вообще было. При таком раскладе он бы в самый последний раз зарылся пальцами в его волосы и притянул к себе, а потом долго целовал, пока не онемели губы и закончился воздух в лёгких, а затем сердце дрогнуло в последний раз и остановилось. Кевин бы не обиделся из-за этого, потому что понимал, что парень бы сделал для него то же самое, поэтому удержал Нила от совершения глупостей, и Миньярд знал, что мог на него положиться, вот только реальная жизнь была слишком жестока, и никто такой сделки не предлагал. Сейчас вампир был неизвестно где, неизвестно с кем, и вряд ли оставался невредимым, если не мёртвым, о чём Эндрю старался не думать, чтобы не потерять холодный рассудок, сейчас необходимый как никогда. Кинув дотлевшую сигарету на асфальт, он затоптал её подошвой и быстрым шагом вернулся в автобус, где разом стихли все разговоры; взгляд сразу затормозил на Дэе, который, в звенящем одиночестве сидя на самом дальнем месте, обычно принадлежащем ему, пытался почистить и заново натянуть сетку чужой клюшки, которую нервными движениями путал ещё больше. Грубо отмахнувшись от Эбби, снова попытавшейся уговорить его обработать глаз, который заплыл и едва открывался, наверняка залитый кровью, Миньярд сжал губы из-за резко накатившей ярости понимания, насколько все, сидящие здесь, были бесполезны, так же как он сам, и резко остановился перед Кевином. — Что ты знаешь о его дяде? Несмотря на то, что он говорил негромко — настолько, чтобы не уловили остальные, — вампир явно услышал, но вместо того, чтобы ответить или хотя бы взглянуть на Эндрю, молча упёр взгляд в свои руки на белой сетке. Пара секунд, потребовавшихся на осознание, показалась вечностью; парень, чертыхнувшись себе под нос, поднял вампира на ноги, после чего силой выволок на улицу, где, толкнув к задней части автобуса, чтобы их не услышали со стороны двери, со сталью в голосе прорычал: — Говори. Ну конечно Нил соврал, причём один раз уже будучи под защитой; либо не доверял, либо в своей глупой манере пытался уберечь, будто Миньярд не мог постоять за себя или сломать ему нос за очередную ложь. Проигнорировав внимательно обращённые на них взгляды из окон, он сунул новую сигарету в зубы и, в попытке поджечь, несколько раз щёлкнул колёсиком зажигалки, из-за чего парень вздрогнул, будто услышал выстрел. — Я... Эндрю мотнул головой, зная, что получит отговорку, после чего, чтобы увидеть циферблат, вскинул руку с часами, которые брал только на матчи. — У тебя есть ровно минута, и если ты, блять, сейчас не начнёшь говорить, клянусь Богом, Дэй, я закончу то, что начал Рико два года назад. Время пошло. С каждым движением тонкой красной стрелки терпения становилось всё меньше; Кевин, закусив щёку со внутренней стороны, смотрел себе под ноги, как блядский школьник, и это выводило ещё больше. Выдохнув дым, Миньярд попытался успокоиться, чтобы не совершить того, о чём пожалеет, но, когда осталось пятнадцать секунд, а парень не заговорил, и без того небольшое терпение кончилось. Опасно щёлкнуло колёсико зажигалки, мелкий огонёк взвился в воздух, практически царапнув кончик носа Кевина, который, отшатнувшись, лопатками врезался в стенку автобуса с громким: — Тэцудзи! Его мог забрать Тэцудзи. Эндрю сделал несколько шагов следом, остановившись только тогда, когда между ними практически не осталось свободного пространства, и посмотрел в широко распахнутые глаза. Тормоза сорвало окончательно, и теперь они оба неслись с горки не то что к подножию, а прямиком в Ад. — Зачем ему Нил? — Для восстановления равновесия, — парень откинул голову, затылком врезавшись в грязную стену. — Мы с Нилом познакомились, когда он попал в команду вампиров в Эверморе. В тот день, когда Рико выбрал меня для «Свиты», он убил остальных и думал, что Нил в их числе, но он смог выбраться, о чём знал Тэцудзи, поэтому начал за ним охоту. Клан обратил нового вампира взамен него, из-за чего их теперь стало на одного больше, и по всем правилам Нила должны убить. Медленно растущий весь вечер коктейль из паники и злости переполнил чашу терпения и полился через край; Миньярду захотелось придушить Кевина, и он, блять, это сделает. Выплюнув сигарету, парень дёрнулся вперёд и стальной хваткой сжал чужое горло, из-за чего не ожидавший этого вампир захрипел. Ярость застелила глаза и пробралась в мозг, запульсировала в висках вместе с шумом крови, а весь мир сузился до лица напротив. Эндрю осознал, что происходит, только когда увидел в его глазах страх, такой же, с каким Дэй смотрел на команду «Воронов», и резко разжал пальцы, что стало единственным, почему чужие руки смогли оттащить его назад. Парень инстинктивно начал сопротивляться, пытаться высвободиться, и, кажется, что-то закричал, после чего локтем въехал в живот Аарона, не слыша никого из окружающих из-за того, что видел перед собой лишь Кевина, который согнулся пополам, держась за шею.