Удовольствие, доставляемое ненавистью

Дом в горах был большим и имел всё необходимое для нормальной жизни в течение недели, поэтому Эндрю, несмотря на то, что никогда не испытывал восхищение из-за богатых интерьеров, остался доволен. После второго ужина «Лисы», чтобы поболтать и выпить, не сговариваясь перебрались в гостиную, где парень, покосившись на старательно напивающегося Дэя, за которым из принципа не собирался присматривать, после второго круга отобрал у Нила стакан, чтобы не перебрал из-за неопытности; в какой-то момент после стычки они стали общаться так, будто ничего не произошло, и обоих это устраивало. Сидя в кресле на отдалении от старшекурсников, Миньярд медленно потягивал виски с колой, наблюдая за тем, как его сокомандники с пьяным смехом бурно обсуждали что-то между собой, и односложно отвечал лишь тогда, когда к нему обращались, уже минут десять выбирая между тем, чтобы пойти спать и остаться, но, стоило наматывающей локон на палец Элисон перевести разговор в более откровенное русло, решил, что всё же пойдёт. Напиток как раз кончился, и, оставив пустой стакан на ручке, парень поднялся с кресла, коротко кивнув тут же обратившему на него внимание Нилу, чтобы продолжал веселиться, после чего решил перекурить перед сном.       Поднимаясь на второй этаж, где точно не будет даже намёка на пьяный шум, Эндрю вытянул из заднего кармана джинс пачку, в которую уже была запихана зажигалка, из-за чего несколько сигарет помялись, и, добравшись до неприметного выхода в ещё одной гостиной, толкнул дверь. На улице ещё было недостаточно тепло для начала марта, и ночью это чувствовалось особенно остро, но, втянув пропитанный хвоей воздух, парень привалился к перилам, закуривая. Он сжал сигарету в двух пальцах, чтобы выдохнуть дым, и ленивым взглядом окинул расположившийся на склонах гор всегда зелёный лес, который во время снегопада наверняка выглядел ужасно кинематографичным. Несмотря на то, что последние сутки прошли в сумасшествии, в голове не было мыслей, потому что их заменила поволока алкоголя, из-за которой тело казалось ватным, а синяки и ноющий глаз ушли на второй план. Поёжившись от холода, но не захотев ничего с этим сделать, парень пришёл к выводу, что с удовольствием мог бы провести так всю ночь, но, как назло, в ту же минуту услышал едва различимый скрип двери, сразу за которым на балкон упал прямоугольник жёлтого света, а потом разобрал знакомые твёрдые шаги. Он ничего не сказал, даже не удосужив вошедшего коротким взглядом, вместо этого скользя по мелким точкам ёлок на заснеженной шапке одной из далёких гор, но Аарон прошёл к нему и опёрся на перила, опустив наполовину пустой стакан водки на них же. Парень надеялся, что он не станет нарушать повисшую мирную тишину и просто даст спокойно докурить, но у близнеца были совсем другие планы, потому что, помолчав с пару минут, он негромко начал: — Знаешь, я много думал, — когда он замолчал, Эндрю подождал, что за этим последует, и, когда ничего не услышал, замычал, показывая, что слушал, после чего Миньярд всё же продолжил. — В нашей сделке был чётко указан запрет на привязанность, и это работает в обе стороны. Они и без того слишком много разговаривали по душам — в том числе о сделке — на каждом совместном сеансе, после которого, будучи слишком злыми, не общались до следующего, но он видимо подумал, что выпившим Эндрю будет немного добрее, чем обычно, а может сам решился только после того, как накидался для храбрости. — К чему это? — Твои отношения с Нилом нарушают наш договор. Сегодня близнец весь день пилил его взглядом не меньше Кевина, что уже порядком начинало раздражать, потому что, увидев, как после похищения Нила маска апатии треснула, мгновенно сложил дважды два и решил, что сможет его шантажировать. Парень фыркнул от мысли, что Аарону могло хватить наглости сыграть на его слабостях, и равнодушно произнёс: — Мы с ним не встречаемся. Сделав новую затяжку, он опустил руку с сигаретой и выдохнул дым в сторону брата, который с напряжёнными плечами смотрел так внимательно, будто пытался прочитать ответы на свои вопросы на его лице. — Из-за него ты пытался задушить Кевина. Эндрю в курсе. Он прокручивал этот момент в голове каждый раз, когда смотрел на Дэя, держащегося от него на холодном отдалении и переставшего ходить по пятам; парень не ожидал, что его отсутствие будет ощущаться настолько болезненно, и хотел, чтобы Балтимора никогда не случалось, не знал, что теперь делать, потому что за такие вещи невозможно извиниться или попытаться исправить ту пробившую прочное доверие трещину, которая была заметна во взгляде Кевина. Чувствуя, что начал раздражаться, Миньярд уже немного жёстче спросил: — Что тебе нужно? Аарон замолчал на минуту, раздумывая, как лучше приподнести информацию, а затем глотком осушил стакан и, утерев рот, на одном дыхании выпалил: — Мы с Кейтлин встречаемся. Парень качнул головой: — Нет. — Да, уже какое-то время. Прекрасно, ещё и он солгал. Сил злиться не осталось, а может так действовал притупляющий эмоции избыток алкоголя в крови, хотя это совсем не означало, что Эндрю не столкнёт её с лестницы позже. Дело даже было не в том, что он наказывал близнеца тем, что не отпускал от себя, или боялся, что он, как и все приёмные семьи, оставит его, когда найдёт кого-то получше, сколько в том, что он всегда выбирал существ совершенно глупых и слабых, которые вызывали злость одним лишь звуком своего писклявого голоса. Разумеется, Миньярд не мог не видеть, как его брат по ней сох, но не думал, что тот когда-нибудь решится сделать первый шаг, а даже если и так — не осмелится пойти отвоёвывать её. — И зачем? Эти отношения обречены так же, как и со всеми твоими прошлыми идиотками. Если хотел потрахаться, не обязательно было окучивать каждую из них всей этой розовой мишурой. Аарон привалился к перилам и глянул на далёкие горы, чтобы не встречаться с его пытливым взглядом. — Хочу наконец отрастить позвоночник, — несмотря на угрожающий вид, его голос едва различимо дрогнул. — Я ставлю условие. Если я расстаюсь с Кейтлин — ты бросаешь Нила и Кевина. Рука с сигаретой замерла у губ. Миньярд наконец развернулся к нему всем корпусом, чтобы чётко видеть только близнеца, отчего тот поёжился, но не сдвинулся с места. — Ты, блять, серьёзно? Как вообще можно ставить в ряд два совершенно разных случая? — Мы оба понимаем, почему я говорю про них. Это видно невооружённым взглядом, — он со сталью в голосе подчеркнул. — Никаких близких контактов. Эндрю хотелось спросить, что такого он там увидел, но пришлось сдержать себя, и вместо этого он, стараясь сохранить ровный тон, поинтересовался: — Или что? — Или я разрываю сделку, — парень пытался скрыть нервозность за внешним спокойствием, но это совершенно никого не обмануло, и тем не менее Миньярд не сомневался, что он сдержит слово. — Либо мы не лезем друг к другу и считаем всё это исключением из правил. Чувствуя, что начал раздражаться, Эндрю понял, что в какой-то момент мог не совладать с собой, поэтому, не зная, чего он больше хотел — остаться в одиночестве или не совершить ошибку, — бросил ему: — Иди отсюда. Аарон, помолчав с минуту, всё же подхватил стакан с перил и быстрым шагом направился к выходу, где потянул тяжёлую дверь за ручку, но, прежде чем уйти, остановился. — Подумай об этом. После чего скрылся в доме прежде, чем Миньярд успел что-то сделать; опустив взгляд на свои руки, парень сломал сигарету пополам и, не туша, бросил в пепельницу, а затем стиснул крашеные перила так сильно, что побелели костяшки. Кевина и Нила нельзя было сравнивать с Кейтлин, потому что это были совершенно разные случаи; Аарон просто развлекался, думая, что ему это не наскучит, и был уверен, что эту девушку можно любить, но между ним и обоими парнями было гораздо больше, чем все эти розовые сопли. Миньярд их ненавидел за то, что вампиры пробуждали давно похороненное, за то, что он тянулся, зная, как они опасны. Если бы такие условия ему выставил кто-то другой, Эндрю сломал бы этому умнику нос, но это был Аарон, которого он поклялся защищать, и парень бы не поступил так — только не дважды, — поэтому теперь не знал, что делать.

***

Почувствовав движение рядом, Эндрю с силой двинул вперёд коленом и резко распахнул глаза, перекатываясь с бока на спину, чтобы в поле зрения оказалась вся комната; сонный мозг, работающий ещё хуже из-за похмелья, пока не включился, но рефлекс защищаться всегда срабатывал даже в глубокой фазе сна, потому что выработавшаяся привычка кричала, что, если не успеет дать отпор, им снова воспользуются. Развернув голову вбок, он прищурился из-за пробивающегося сквозь щель в шторах луча света, слишком яркого для хотя бы десяти утра, и сразу же столкнулся с извиняющимися глазами напротив. Для того, чтобы хоть немного ускорить процесс регенерации, Нилу нужно было спать, и, если бы Миньярд мог испытывать хоть немного больше, чем ничего, он бы нервничал, что им приходилось делить постель, чего парень ещё не делал ни с кем, если не считать одной из ночей, когда Кевин отрубился рядом с ним после поездки в «Сумерки», но сейчас не хотел отпускать вампира от себя и, раз был предлог в виде единственной кровати, было бы глупо этим не воспользоваться. Джостен почти не ворочался, что было последствием ночёвок в не самых подходящих для этого местах, поэтому спать рядом с ним оказалось вполне удобно, несмотря на то, что Эндрю в полусне отмечал каждое движение. Из-за того, что было слишком рано, парень совсем не чувствовал себя отдохнувшим, а в горле ужасно першило после выпитого накануне алкоголя. Растрёпанный Нил потёр ногу, по которой ему прилетело, и немного отполз в сторону, чтобы создать между их слишком прижатыми телами небольшое пространство, и тихо, то ли из-за нежелания нарушать сложившееся спокойствие, то ли из-за такого же сушняка, произнёс: — Спи дальше, — стянув с себя, он комком пододвинул к нему одеяло, чтобы Миньярд при желании смог укрыться полностью. — Я просто хотел сходить в душ. Поразглядывав его лицо пару секунд, Эндрю молча откинул одеяло и сполз с кровати, встал на ноги, по которым сразу пополз утренний холод непрогретого дома и, кое-как натянув на них берцы, которые не стал шнуровать, вышел из комнаты. Остальные ещё не проснулись, и парень, зевая, по привычке задумался, чем всю ночь занимался Кевин, но тут же одёрнул себя тем, что ему наплевать. Он видел мусорные пакеты в одном из нижних ящиков, поэтому, прихватив рулон, нашёл скотч и кухонные ножницы, с которыми вернулся в комнату к попытавшемуся встать Джостену, которого он легко толкнул обратно, чтобы, выбравшись из ботинок, залезть на кровать следом. Ещё раз зевнув, парень оторвал мешок и, уже не повторяя ошибок, которые с непривычки допустил в прошлый раз, начал разматывать бинты, чтобы заменить их на обрывки пакета и скотч, параллельно рассматривая раны. Порезы вместе с ожогами на лице и руках всё ещё выглядели слишком открытыми и свежими, потому что они, судя по всему, будут заживать так же долго, как рука Дэя, но остальные травмы, по которым он осторожно водил самыми кончиками пальцев, уже начали постепенно затягиваться. Не акцентируя особенного внимания на дыре в груди, Эндрю старательно залепил её, задумываясь о том, как вампир обычно принимал душ, чтобы не попадала вода, а затем перешёл к голове, где разбитый висок, пострадавший меньше всего, уже полностью затянулся; когда он снял одну из повязок, Нил зажмурил травмированный глаз, но из-за того, что Эбби не было рядом, Миньярд решил, что должен сам проконтролировать процесс заживления, поэтому вместо того, чтобы оставить всё как было, большим пальцем настойчиво надавил на нижнее веко. Вампир зажмурился плотнее, стараясь уйти от прикосновения и, когда он не поддался во второй раз, парень безразличным тоном, в котором всё равно ощущалась угроза, произнёс: — Не заставляй меня применять силу. На что тот упрямо скривил губы, но, чуть подумав, нехотя открыл глаз, а Эндрю, за щёки осторожно наклонив его лицо к себе, осмотрел внутреннюю часть, где вместо красного месива теперь была цельная впадина с начавшим медленно формироваться белым глазным яблоком, из-за чего его даже почти не затошнило. Отпустив голову, парень быстро расправился с остальными порезами на лице и проверил, не осталось ли незакрытых ран на руках, где большие пальцы всё ещё были посиневшими и двигались с трудом, но хотя бы стояли на своих местах. Когда с остальными ранами было покончено, Нил стянул штаны, откинув куда-то на пол, и вытянул ногу, по которой Миньярд тут же пробежался лёгкими прикосновениями; вовремя вправленный перелом стал закрытым, но кость всё ещё выпирала лёгким бугром, хотя оба вампира сказали Эбби, что гипс в этой ситуации не нужен, потому что любые внутренности заползали на свои места сами, как кишки у людей, поднял взгляд с негромким: — Болит? — Если не трогать — нет. Парень тут же убрал руку и отложил ножницы в сторону, в последний раз пробежавшись внимательным взглядом по чужому телу, чтобы понять, точно ли не нужно заклеить что-то ещё, после чего подобрал одеяло, которое накинул Джостену на плечи и завязал так, чтобы из-под него не было видно голой кожи. Собственный глаз уже перестал слезиться и начал полноценно открываться, но всё равно ещё был красным и припухшим, благо без синяка. Нил перебрался ближе к краю и спустил ноги, после чего, опираясь на тумбочку, постарался встать, хотя от парня не укрылось то, как он поморщился из-за боли в сломанных рёбрах, как бы тщательно он ни попытался этого скрыть. — Нил, — обойдя парня, Эндрю остановился перед ним и твёрдым движением потянул на себя, помогая встать, после чего сразу же обхватил за торс и закинул его руку себе на плечи, чтобы дойти быстрее, чем если бы тот делал это сам. Нахмурившись, Джостен медленно захромал на ноге со сломанными пальцами, на которую продолжал наступать, несмотря на запрет медсестры, и, уловив чужое неодобрение по суровому взгляду, отмахнулся: — Регенерация справится в любом случае, и ты никак её не ускоришь, даже если обмотаешь меня бинтами с ног до головы. Весь дом ещё спал, поэтому пересечь короткий коридор на первом этаже незамеченными оказалось просто; ванная, несмотря на скромные размеры, была отделана стильной чёрной плиткой, прекрасно сочетающейся с прозрачной душевой кабинкой, куда он завёл парня, после чего, стянув с него, кинул одеяло куда-то к запертой на защёлку двери. Наклонившись к раковине, он выпил несколько глотков воды из-под крана, чтобы хоть немного утолить жажду, которая в комплекте с ноющей головной болью начинала раздражать, а Нил, повернувшись к нему спиной, дёрнул ручку крана, зашипев от слишком большого напора ударившей по травмированным плечам воды. Невозможно было не заметить ждущий взгляд вампира, брошенный через плечо, потому что он не решился предложить что-то вслух, но очень хотел, поэтому Миньярд, никак это не комментируя, скинул с себя берцы и повязки, и, как только Джостен посторонился, прижимаясь спиной к стеклу, чтобы было легче стоять, шагнул к нему. На этот раз он настроил воду гораздо лучше, но по взмокшей коже всё равно поползли мурашки из-за утренней прохлады дома, поэтому парень захлопнул дверцу, чтобы не пускать холодный воздух внутрь, несмотря на то, что это обещало, что стёкла очень скоро запотеют. Выдавивший шампунь из какого-то розового бутылька Нил, который усиленно делал вид, будто не замечал, как сильно их тела прижались друг к другу в тесноте, уже начал втирать его в волосы, стараясь делать это одними только пальцами, чтобы мыльный раствор не попал на обожжёные костяшки, где пакеты из-за постоянного движения держались хуже всего. — Снова поговорим по душам, пользуясь тем, что я в заведомо уязвимом положении, или просто поцелуемся? Эндрю, выдавив на ладони уже нормальный гель для душа, вечером забытый кем-то из девушек, обеими руками провёл по его шее, отчего парень едва заметно вздрогнул и прикрыл глаза, после чего незаинтересованно спросил: — И что ты предпочтёшь? Джостен зачесал волосы назад, чтобы не лезли в глаза, после чего принялся помогать ему растирать мыло по телу; как только он оказался достаточно близко, вампир наклонил голову, чтобы столкнуться с ним губами, а Миньярд ответил, тут же забирая инициативу, и тогда намыливания перетекли в неторопливые поцелуи, что, впрочем, когда они отстранились, совсем не помешало ему продолжить болтать: — Вообще, я бы хотел обсудить то, что творится между вами с Кевином, но отложу это на потом и лучше спрошу, ставил ли на меня ты. — Ставил. Сразу после того, как увидел папку. Буквально вчера вечером, пока он нарезал лимон для безалкогольного коктейля Рене, Ники имел неосторожность брякнуть «Нельзя ставить на чью-то ориентацию, а потом идти его трахать», за что едва не лишился пальцев. Нил, ещё раз быстро коснувшись губ, за что получил лёгкий, но не запрещающий укус, поднял голову, чтобы посмотреть ему в глаза, и вскинул брови: — Это действительно так выглядит? — Ни один нормальный человек не будет собирать целую папку с чужими фотографиями, даже для прикрытия. Особенно, если он по девушкам. Размазывая гель для душа по бёдрам, пока он занимался грудью, вампир фыркнул: — Более чем уверен, что я не первый, — после чего, немного подумав, неизвестно к чему добавил. — Он красивый. У Миньярда были глаза, так что он в курсе; отстранившись после нового неторопливого поцелуя, он неожиданно зажал рот вампира рукой, которую тот наверняка попытался бы укусить, если бы она не была в мыле, и двумя пальцами надавил чуть ниже ключиц, чтобы парень полностью вжался в стену, после чего бросил: — Заткнись, — а затем резко опустился на колени, после чего поднял глаза, чтобы столкнуться за наблюдающим за ним взглядом. — Да или нет? Нил кивнул и откинул голову, затылком ударившись о стекло позади, скосил глаза, чтобы проследить за ним, и безумно соблазнительно их закатил, стоило Миньярду, оставив смазанный поцелуй на ноге, взять его в рот. Он спустил руки на бёдра, чтобы придержать, если парень, чья кожа приятно нагрелась под тёплыми струями, начнёт толкаться, и прикрыл глаза, полностью отдавшись ощущениям от грубых движений; шум воды заглушал любые звуки, а вампир, приоткрывший губы в немом стоне, точно бы заскулил, если бы мог дышать. Эндрю стоял на коленях, чувствуя, как его волосы судорожно тянули чужие пальцы, но это не было актом его унижения или доминации Джостена, — лишь неотёсанным желанием доставить удовольствие. Снизу вверх, с вниманием наблюдая за реакцией, пока внизу живота медленно закручивался тугой узел, парень довёл его до пика и отпустил, позволив Нилу, которому ужасно не хватало точек опоры, сползти на пол, после чего, как только они оказались на одном уровне, втянул в жадный поцелуй. Вампир отвечал с напором и страстью, выбивая этим весь воздух из лёгких, и с каждой секундой Миньярду всё сильнее казалось, что он вот-вот взорвётся из-за переизбытка ощущений. На принятие решения потребовалась всего пара мгновений, и он, чтобы проконтролировать, что вампир точно не посмотрит, грубо засунул язык ему в рот в тот момент, когда запустил руку под резинку пижамных штанов. Дыхание сбилось, а кровь загремела в ушах, смешиваясь с шумом воды; парень не был нежен с Джостеном, с собой — тем более, так что уже спустя десяток размашистых движений наступила быстрая разрядка, от которой поджались пальцы на ногах и мелко задрожали внутренности.       Вампир слышал, как поверхностно и быстро он дышал, и наверняка ощущал, как его потряхивало, но продолжал старательно целовать, будто не замечал всего этого. Отстранившись, Эндрю вытянул руку под поток воды, чтобы вымыть, а затем поднялся на ноги и помог сделать то же самое парню, в чьих глазах читалось так много всего того, что он не хотел видеть. Дождавшись, пока Нил смоет с себя пену, он стянул с крючка одно из махровых полотенец, которое кинул в парня, чтобы тот замотал его вокруг бёдер, после чего, снова накинув одеяло, помог ему добраться до комнаты и вернулся, ёжась от холода, который вызывал на влажной коже мурашки. Скинув на пол мокрую одежду непривлекательной кучей, он неторопливо помылся сам и выключил воду как раз в тот момент, когда услышал негромкий стук; замотавшись во второе полотенце, Миньярд приоткрыл дверь ровно настолько, чтобы вытянуть руку, в которую неаккуратной стопкой легла чистая одежда, которую он точно видел на Ниле; вчерашний разговор с Аароном выбил из колеи настолько, что ему было совсем не до того, чтобы забрать собственные вещи из сумки Ники. Из-за разницы в физической форме рукава выцветшей футболки облегали вместо того, чтобы висеть вдоль бицепсов, а клетчатые штаны были немного длинными, но выглядело в целом нормально. Выйдя из ванной, Миньярд неторопливо добрался до комнаты, где на приоткрытой двери сушилось полотенце и, ожидаемо не обнаружив вампира в спальне, повесил своё на спинку стула, после чего пошёл его искать. Где-то на втором этаже слышался шум, означавший, что как минимум один из «Лисов» уже не спал, но в доме всё ещё было по-утреннему тихо, и хотелось, чтобы так оставалось.       Джостен обнаружился на кухне сидящим на высоком стуле с противоположной стороны короткой барной стойки, за которой с найденной где-то в доме книгой устроился Кевин, искоса бросивший на него взгляд, прежде чем снова попросить парня не отвлекать его от чтения. Полностью его проигнорировав, Эндрю развернулся к вампирам спиной, чтобы приготовить кофе в кофеварке, в которой он разобрался не с первого раза, после чего, подхватив почти обжигающую пальцы чашку, ушёл на второй этаж. Похмелье всё ещё напоминало о себе лёгкой головной болью и ломотой во всём теле, но было недостаточно сильным, чтобы пить таблетки, поэтому парень, привалившись к перилам на балконе, бездумно уставился на ещё туманный лес, вслушиваясь в постепенно появляющиеся за дверью голоса. Когда кружка опустела, он задержался на какое-то время, не желая уходить, но при звуке шагов вдалеке, оглянувшись на Дэн, которая, потягиваясь, вышла из своей спальни, чтобы, как и он, с самого утра посмотреть на горы, всё же развернулся и направился внутрь.       «Лисы», не сговариваясь, собрались на кухне, где, судя по запаху, уже готовился завтрак, и это даже выглядело по-домашнему, но, как только Миньярд вошёл в комнату, немногочисленные разговоры разом стихли; его бесило то, что всем было интересно влезть в личную жизнь, и ещё сильнее то, что они придавали слишком много значения такой херне, как одежда Нила на нём, будто это значило что-то особенное, но злость была не настолько сильной, чтобы что-то с этим сделать, по крайней мере до того, как кто-то откроет рот. Скользнув незаинтересованным взглядом по Аарону, который, не донеся вилку с яичницей до рта, остановился с таким лицом, будто это не он вчера так нагло надавил на то, что между ним и парнями что-то происходило, Эндрю оставил чашку в раковине, чтобы вымыл кто-то другой, после чего развернулся на выход, зная, что никто не решится отвесить неуместный комментарий, пока он в комнате. Поскольку Ники, который при виде него подавился апельсиновым соком, уже не спал, парень в последний раз поднялся наверх, где без труда нашёл комнату близнеца и кузена, которая оказалась незапертой. Хэммик запихнул сумку в нижний ящик своей тумбочки, сильно помяв, чтобы она поместилась, и парень, который нашёл её с третьей попытки, просто вывалил всё содержимое большого отделения на кровать, после чего начал откладывать на край свою одежду. Он совсем не удивился, когда через пару минут услышал громкие шаги и, кинув косой взгляд из-за плеча, обнаружил облокотившегося на дверной косяк Ники, который, немного понаблюдав за тем, как он рылся в карманах, сообщил: — Кев сейчас сказал, чтобы мы не лезли не в своё дело, что на него совсем не похоже. Он тоже как-то связан со всем... — не нужно было смотреть, чтобы понять, что парень указал на футболку на нём, — этим? Миньярд стиснул зубы и, чуть сильнее, чем следовало, кинул зубную щётку поверх чёрной водолазки, вывернул следующий внутренний карман, грубо буркнув: — Ники, отвали. Тот сморщил нос, а затем возмущённо ответил: — Может это и не заметно, но я, вообще-то, переживаю за вас с... Да за всех троих. Аарон всё рассказал, и, если честно, я до сих пор в ахере. Ты реально попытался его задуш..? Он знал, что поступил как последняя мразь, и напоминание об этом, которое он мог стерпеть разве что от Джостена, который в отличие от других всё всегда понимал, явно было лишним. — Заткнись, пока я не вырвал тебе язык. Эндрю сжал руку в кулак так сильно, что побелели костяшки и, скомкав одежду кучей, закинул поверх неё мелочи, резко подхватил на руки, после чего развернулся на пятках и, не говоря больше ни слова, двинулся к выходу, не забыв больно задеть прикусившего язык кузена плечом.

***

— Можно стрельнуть у тебя сигарету? Миньярд, вытянув пачку из заднего кармана джинс, достал две, которые, закрывая огонёк зажигалки от сильного ветра, прикурил по очереди, после чего протянул одну Нилу. Несмотря на своё состояние, он настоял на том, чтобы, лишь бы не портить остальным каникулы, вместе с «Лисами» сходить на небольшую прогулку в горы, откуда в рамках экскурсии они вернулись на лошадях; Эндрю никак не комментировал то, что он снова занимался альтруизмом, но терпения хватило лишь до момента, когда Джостен, наступив на травмированную ногу, скривился от боли так сильно, что не смог этого скрыть. Парень притащил Рене, которая хорошо знала основы первой помощи, и та осмотрела его, после чего, сказав, что ранам нужно подышать, настояла на том, чтобы на какое-то время снять бинты, после чего Нил, который, думая, что незаметно, пытался оттянуть момент возвращения к остальным, позвал его на террасу. Забрав сигарету, он поморщился, когда ожоги на костяшках пальцев натянулись, поэтому поспешил сунуть её в зубы; парень невольно обратил внимание на ничем не прикрытые раны на лице, которые выглядели просто отвратительно, потому что требовали гораздо больше времени на регенерацию. Миньярд по руке Кевина знал, как проходил процесс заживления ожогов, но с порезами от серебряного ножа сталкивался впервые, поэтому не знал, стоило ли давить, чтобы вампир всё же согласился на швы. Никакие разговоры не требовались, потому что парни и так провели практически весь день рядом, Нил — потому что тусовался с командой, а Эндрю — из-за нежелания думать о том, как сильно в такие короткие сроки ему стало не хватать постоянного присутствия Дэя. Миньярд уже тушил сигарету о дно пепельницы, чтобы оставить там же, когда из дверного проёма показалась голова Мэтта, который поинтересовался: — Будете в бильярд? Победитель получает двенадцать баксов от проигравших. Джостен, в последний раз выдохнув дым перед собой, выбросил бычок и, обернувшись к нему, пожал плечами: — Можно попробовать. Парень заметил, как изменилось выражение его лица при виде ран на коже вампира, но Бойд, уже предупреждённый Рене, прикусил язык, никак их не прокомментировав, после чего скрылся где-то в глубине комнаты. Нил взглянул на него и подбородком указал в сторону дома в молчаливом предложении составить им компанию, и Эндрю, решивший, что всё равно не найдёт занятия получше, действительно пошёл, перед этим заглянув на кухню, чтобы забрать с собой стакан и бутылку виски. В обшитой светлым деревом гостиной, где горели все источники освещения, а на фоне бубнил переключенный на спортивный канал телевизор, было шумно; Дэн тем же лаком, что у неё, красила ногти Рене, которая отказалась играть из-за шины на руке, а Аарон, не отлипая от телефона, в котором что-то быстро печатал, допивал остатки водки со дна прозрачной бутылки. Стоило им оказаться в комнате, как взгляды тут же прикипели к Джостену, а Ники, который, в отличие от остальных, не видел его ран той ночью, громко охнул, тут же зажав себе рот рукой. Кевин, замеревший с треугольником для шаров в руках, взглянул на него с толикой вины — то ли за то, что вовремя не настоял, чтобы парень сбежал, то ли за то, что вообще его сюда притащил, из-за чего тот жестоко поплатился; его глаза соскользнули на Эндрю, но парень практически сразу отвернулся, не став на нём задерживаться. Сейчас их взаимоотношения находились в подвешенном состоянии, потому что каждый не знал, как теперь относиться к другому, поскольку Миньярд безумно хотел провести пальцами по синякам на шее, от которых уже не осталось и следа, а потом сделать что угодно, чтобы доказать, что будет защищать его так же, как раньше, потому что не умел произносить «извини» по-другому, а вампир был заслуженно зол на предательство, и парень это понимал, как никто другой, потому что именно из-за этого когда-то решил исполнять свои обещания до конца.       Эндрю никогда не верил в то, что невозможно себя перекроить, когда всю жизнь провёл в определённой среде, но оказалось, что так и было; он рос среди насилия, поэтому в момент злости и паники оно стало единственным выходом, который он видел, даже если не принесло ничего, кроме всепоглощающего чувства вины и ненависти к себе, что, впрочем, не могло его оправдать. Проигнорировав всех остальных, Миньярд остановился рядом с бильярдным столом, на который опустил бутылку, после чего, открутив крышку, наполнил свой стакан практически до краёв — что было издевательством над напитком, но ему насрать — и сделал несколько слишком больших глотков, сморщившись от горечи. Ужасно хотелось напиться, чтобы перестать думать хотя бы на время, но, если он так сделает, станет хуже; идея провести несколько часов за одним столом с Дэем, делая вид, будто они незнакомы, была отвратительной, но он уже не собирался идти на попятную, чтобы не показывать слабость. Нилу быстро объяснили правила, и Элисон на первое время объединилась с ним в команду, чтобы показать некоторые нюансы на практике, а также не дать парню совсем уж позорно проиграть. Эндрю научился бильярду из-за Ники, который во времена работы в баре считал своим долгом на выходных куда-нибудь вытаскивать их с Аароном, но больше пил, чем участвовал. В какой-то момент мыслей в голове стало существенно меньше — то ли из-за виски, то ли из-за того, что игра начала затягивать, а вампир в поле зрения перестал привлекать всё внимание одним своим видом, и следующая партия прошла на удивление нормально. Когда Кевин выиграл во второй раз, Рейнольдс, откинув крашенные волосы через плечо, провокационно заявила, хотя не видела ни одного доказательства этому: — Ты жульничаешь. Дэй, опрокинувший в себя очередную стопку водки, на пару секунд зажмурился, а затем опустил её на борт стола и, подобрав мел, стал натирать кончик кия, пьяно фыркнув: — Это называется «опыт». Я играю лет с двадцати. От скуки роющийся в ближайшей лузе Ники, который ждал своей очереди, проворчал: — Всё время забываю, что ты старый. После своего удара, который не смог снести ни один шар, Мэтт поближе подкатил пуф на колёсах, чтобы грузно опуститься на него, а затем, положив кий на колени, быстро подсчитал, с удивлением развернувшись к вампиру всем корпусом: — Погоди, так получается ты старше всей команды вместе взятой, — взглянув на Нила, который уже приноровился и даже стал иногда забивать, он добавил, — а ты старше команды плюс Ваймака и Эбби. Эндрю сделал ещё несколько глотков виски из быстро пустеющего стакана, а затем прошёл к столу, где, быстро найдя самое выгодное место, наклонился, чтобы врезать по шару, который толкнул следующий, из-за чего зелёный с цифрой «шесть» попал в лузу, едва не придавив пальцы Ники. — Вам, наверно, ужасно скучно с нами, — Рене, забравшись на ручку одного из диванов так, чтобы следить за ходом игры, но при этом не мешать под ногами, мягко улыбнулась. Отойдя к нему, Джостен отобрал стакан, чтобы отпить совсем немного, после чего оставил у себя, в ответ девушке пожав плечами с коротким: — Нормально. Присоединившаяся к ним Дэн забрала запасной кий со стойки и встала около стола, дожидаясь очереди, и напомнила Кевину: — Кстати, ты так и не рассказал, почему вампиры всё-таки отражаются в зеркалах. Эндрю взял практически пустую бутылку, чтобы выпить прямо из горлышка, на что Нил, хотя ничего не сказал, покосился на него с неодобрением и ответил вместо парня: — Потому что это выдумка для кино, чтобы было интереснее смотреть. Мэтт поинтересовался: — А почему вы не спите в гробах? Дэй фыркнул: — Потому что я вампир, а не помешанный на теме смерти гот. А затем попытался налить себе ещё, но его бутылка мгновенно оказалась перехвачена; Джостен, с упрямством посмотрев ему в глаза, вытянул горлышко из пальцев, а затем, миновав половину гостиной, опустил водку в мусорную корзину, после чего, как ни в чём не бывало, вернулся за стол под враждебный взгляд. Дэн, которой Бойд уступил место перед ним, сделала удар, после чего поинтересовалась: — И что, даже чеснок не работает? А солнце? Ники, уже измазавший пальцы мелом, чтобы оставить следы на спине кого-нибудь из «Лисов», ответил: — Не знаю, как у остальных, но Кевин на солнце точно обгорает, а потом ходит злой и срывается на окружающих. Кевин, всё ещё недовольный выходкой вампира, в отместку намеренно задел его локтем, из-за чего выигрышный удар вышел кривым, буркнул: — В кучку пепла не превращусь. Подняв глаза на Джостена, Мэтт неуверенно начал: — Может, это прозвучит очень нескромно, но, Нил, а ты... Пропадал по ночам потому, что охотился, или что-то типа того? Тот, уже собирающийся сделать что-то в ответ, мгновенно остановился и посерьёзнел, после чего, всем корпусом развернувшись к Бойду, чтобы посмотреть в глаза, медленно кивнул. — Мне нужна кровь, чтобы тело могло функционировать нормально, поэтому иногда приходится идти на крайние меры, — покосившись на Миньярда, не будучи уверенным в том, что тот будет не против, если он расскажет, парень расплывчато добавил, не зная, успокаивал себя или команду. — Сейчас я так не делаю. Мэтт провёл рукой по волосам, отчего несколько шипов растрепались: — Чёрт, я думал, ты бегал на свидания и просто не доверял настолько, чтобы рассказать о том, что подцепил кого-то. Как только он украдкой глянул на Эндрю, тот двинул по шару с такой силой, что он ударился в борт и едва не выскочил за пределы стола. Дэн, слегка нахмурившись из-за своих мыслей, начала крутить кий в руках: — Прости за такой вопрос и можешь не отвечать, если не хочешь, но как ты оказался в Эверморе? Дэй, который до этого вытягивал шар из лузы, чтобы увидеть его номер, резко замер, что не укрылось ни от кого за столом, но уже через пару секунд, стараясь справиться с собой, продолжил, когда Нил перетянул внимание на себя ответом: — Для разнообразия попробовал набирающий популярность спорт, и мне понравилось. Потом получил приглашение, продал свой бизнес и уехал. Значит, вот откуда деньги в папке. Разумеется, такой, как он, не мог бросить всё и не спрятать круглую сумму на всякий случай. Второй парень посчитал нужным добавить: — Эвермор всегда был мечтой для большинства вампиров из-за того, что он принадлежит Рико, который последние лет пятьдесят считается одним из самых могущественных и... Ну, грубо говоря, "крутых" вампиров, во многом потому, что очень ограниченный круг лиц общался с ним лично. На пару мгновений повисло молчание, потому что про Морияму все знали больше, чем хотели, поэтому негласно решили не развивать тему, вместо чего Ники поинтересовался: — Как ты выбрался? Эндрю уловил, как Дэй поёжился, и подождал, пока тот что-нибудь произнесёт, но он молча вперил взгляд в Джостена, который изменился в лице, а затем натянул обратно маску спокойствия, стоило Миньярду самыми кончиками пальцев пройтись по его спине. — Сбежал, примерно так же, как Кевин. Все другие темы, касающиеся Гнезда, были слишком тяжёлыми, чтобы обсуждать их сейчас, но на помощь пришла Рене, которая со стороны мягко поинтересовалась: — Как вы двое познакомились? Плечи Дэя расслабились, будто он выдохнул и, зачесав волосы назад, парень ответил: — Я долго жил под другими именами, но в Гнезде было разрешено называться только своим, данным при рождении. Он услышал мою фамилию, срастил два и два, после чего в раздевалке подошёл спросить, знаком ли я с Кейли Дэй.