«Пока течения не принесут тебя вновь»

Дверь с грохотом отворилась, впуская в сокровищницу поток света и свежей воды. На пороге, ослепительно улыбаясь, замер Феликс — еще один золотой русал с чешуей цвета расплавленного солнца и струящимися белыми волосами, собранными в небрежный хвост. Его низкий голос гулко разнесся по помещению: — Ну что, стоило того, чтобы... — Его взгляд упал на Сынмина, и улыбка мгновенно исчезла, сменившись яростью. — ТЫ! Из чужого клана! Ты запер Минхо! Не дав никому опомниться, Феликс, стремительный как торпеда, ринулся на Сынмина. — Нет, Феликс, стой! — крикнул Минхо, но было поздно. Феликс врезался в Сынмина, отбрасывая его к сундуку с монетами. Золотые дублоны рассыпались вокруг, словно дождь. Сынмин, застигнутый врасплох, попытался отбиться, но золотой русал был сильнее и яростнее. — Держи его, Минхо! Этот шпион дорого заплатит за то, что сделал с тобой! В хаосе борьбы рука Феликса резко дернулась, и тонкое коралловое ожерелье Сынмина, его талисман и защита, с хрустом порвалось. Розовые кораллы и белые ракушки-каури медленно упали на дно, рассыпавшись по груде золота. Все замерли. Сынмин замер, глядя на обломки своего ожерелья. Его пальцы сжали несколько коралловых фрагментов так сильно, что края впились в кожу. Этот оберег скрывал истину, которую никто не должен был узнать. Взгляд, который он бросил Минхо, был полон не просто обиды, а настоящего ужаса — будто рухнула последняя защита. Не говоря ни слова, он резко развернулся и исчез в темном проходе, оставив за собой лишь взволнованную воду. — Сынмин, подожди! — попытался остановить его Минхо, но тот уже исчез в темноте коридора. Два золотых русала остались стоять среди разбросанных сокровищ — один с лицом, искаженным яростью, другой — с выражением глубочайшего отчаяния. — Зачем ты это сделал? — голос Минхо дрожал от сдержанных эмоций. — Я что, должен был просто стоять и смотреть, как этот персиковый шпион держит тебя в заложниках? — Феликс развел руками, все еще не понимая. Его золотистая чешуя нервно подрагивала. — Я тебя спас! — Я не был в заложниках! — рявкнул Минхо, впервые повысив на друга голос. — Это я его сюда затащил! Я уговорил его помочь мне со сокровищами! Это я во всем виноват! Феликс замер, его ярость сменилась полным недоумением, а затем нарастающим ужасом. — Ты... ТЫ СОВСЕМ С УМА СОШЕЛ, МИНХО? — его бас прорезал воду, полный неверия. — Парня из враждебного клана? Ты втянул его в свои авантюры? Ты понимаешь, что натворил? — Я понимаю, — прошептал Минхо, сжимая кулаки. Его взгляд был прикован к темному проему, в котором исчез Сынмин. — Нет, ты не понимаешь! — Феликс подплыл ближе, его лицо выражало настоящую тревогу. — Если Чан узнает... — он понизил голос, будто боясь, что их услышат даже здесь, на дне океана. — Если вождь клана узнает, что ты не просто нарушаешь границы, а водишься с «персиковыми»... Мало того, что ты связался с кем-то из враждебного клана, так ты еще и втянул его в незаконное проникновение на затонувший объект! Это уже не просто шалость, Минхо! Это предательство в глазах наших сородичей! Тебя могут изгнать! Или того хуже! Минхо молча смотрел в пол, на осколки кораллов, блестевшие среди золотых монет. Они казались ему сейчас гораздо ценнее любого сокровища. Он понимал правоту Феликса. Он все понимал. Но в его сердце, разорванном между долгом и внезапно вспыхнувшим чувством, была лишь одна мысль: он должен вернуть Сынмину его ожерелье. Он должен все исправить. — Он просто ушел, — тихо сказал Минхо, больше самому себе. — Он даже не посмотрел на меня. Феликс тяжело вздохнул, глядя на сломленного друга. Гнев его утих, сменившись беспокойством. — Это к лучшему, Минхо. Поверь. Забудь о нем. Это слишком опасно. Для тебя. И для него. Но Минхо уже не слушал. Он медленно подплыл к рассыпанным кораллам и бережно, как величайшую драгоценность, начал собирать их в свою ладонь.