«Пока течения не принесут тебя вновь»

План был прост и опасен. Каждое слово, каждый жест были продуманы и выверены в тесной пещере. Но теперь, когда момент истины приближался, Сынмин чувствовал, как холодная тяжесть страха сковывает его грузнее ледяных оков. Он поправил свой жилет из кожи бархатного ската — тёмный, неброский, не привлекающий лишнего внимания. Минхо молча наблюдал за ним, его взгляд был тяжёлым и пристальным. Феликс уже ждал у выхода из пещеры, готовый начать скрытное преследование. — Пора, — тихо сказал Сынмин, и его голос прозвучал неестественно громко в давящей тишине. Минхо кивнул, но не двигался с места. Его пальцы сжались в кулаки, будто он силой сдерживал порыв схватить Сынмина и не отпускать. *Он боится за тебя,* — донёсся до Сынмина тихий мысленный голос Лоренцо из раковины на его поясе. *И я тоже. Это самый дурацкий твой план за всё время. — Что ж, пожалуй посмотрю готов ли Феликс*. И морская звезда выползла на своих щупальцах из пещеры.  — Я вернусь, — сказал Сынмин, глядя ему прямо в глаза. — Ты обещал, — голос Минхо был низким и хриплым. — Ты обещал не делать ничего геройского. — Я и не буду. Просто позволю себя поймать. Это не геройство, а тактика. — Для меня разницы нет, — Минхо закрыл расстояние между ними. Его руки поднялись и легли на плечи Сынмина, пальцы впились в одежду с такой силой, что тот мог почувствовать давление даже через плотный материал. — Если с тобой что-то случится... — Со мной ничего не случится, потому что ты найдёшь меня, — перебил его Сынмин. Он поднял руку и прикоснулся к щеке Минхо, проводя пальцем по резкой линии скулы. Дыхание Минхо перехватило. В его тёмных глазах бушевала буря — страх, ярость, любовь и отчаянная, всепоглощающая нежность. Он больше не мог сдерживаться. Его рука скользнула на шею Сынмина и притянула его. Их губы встретились. Этот поцелуй не был похож на те, что они делили в безопасной тишине своего убежища. В нём не было нежности или медленного разжигания страсти. Это было столкновение. Отчаянное, жадное, солёное от морской воды и горькое от страха. В нём было всё, что они не осмеливались сказать вслух. «Мне страшно». «Я не переживу твоей потери». «Ты — моя жизнь». Сынмин ответил с той же яростью, его пальцы впились в белые волосы Минхо, прижимая его ближе, пытаясь вобрать в себя всё его тепло, всю его силу, чтобы хранить это в себе там, в ледяной тьме, куда он направлялся. Он чувствовал, как дрожат руки Минхо, и понимал, что его собственные дрожат тоже. Они разомкнули объятия, лишь когда лёгкие закричали о воздухе. Их лбы остались прижатыми друг к другу, дыхание смешалось, короткое и прерывистое. — Я найду тебя, — прошептал Минхо, и это прозвучало как клятва, высеченная в камне. — Что бы ни случилось. Я всегда найду тебя. — Я знаю, — выдохнул Сынмин. Он с трудом оторвался, чувствуя, как часть его души остаётся с Минхо в этой пещере. — Жди моего сигнала. Не говоря больше ни слова, он развернулся и мощным взмахом хвоста выплыл из пещеры в холодную, враждебную мглу северных вод. Один. Без оружия. Лишь подхватив рукой Лоренцо и посадив его за пояс. Минхо стоял неподвижно, пока последние колебания воды от движения хвоста Сынмина не утихли. Его кулаки были сжаты так, что ногти впивались в ладони, но он не чувствовал боль, а лишь смотрел на исчезающий след своего возлюбленного.