Umkehr

***

      Нет-нет-нет, Эндрю запрещал себе анализировать произошедшее. Больше ничего подобного они у Аарона не нашли, и поэтому когда Нил ушёл (уже светало, и он забеспокоился, что Аарон может вернуться), он лёг спать. Сон, конечно же, не шёл.       Он просто лежал и мысленно читал все молитвы, которые знал. Пару раз Эндрю касался креста на шее, но тяжесть и давление становились физическими, и он убирал руку.       Когда-то пришёл Аарон. Эндрю услышал звук ключа в замке и шаги брата, но притворился спящим. Аарон постоял около минуты в метре от его дивана, очевидно, проверяя издалека состояние Эндрю, и ушёл к себе.       Примерно через час Эндрю поднялся с дивана и начал собираться в Ватикан. Смысла пробовать заснуть дальше не было, находиться в квартире не хотелось. Атмосфера в церкви должна была привести мысли и чувства в порядок. Он представил, как раньше начнёт работать, а значит больше времени посвятит Богу и помощи людям, улучшит их моральное состояние. И своё, если повезёт.       Но день выдался трудным, и Эндрю едва дотерпел до конца. Усталость и тревога не давали сосредоточиться, голова гудела, во всём теле чувствовалась ломота, а извилины в мозгу будто превратились в трупных червей.       И что бы Эндрю не делал, он не мог избавиться от этого отвратительного ощущения гнили, поражающей изнутри.       На отчёте Рико был привычно холоден. Нил ждал Эндрю у дверей. Уже поговорил с Рико, и разговор был явно не из приятных. О том свидетельствовал общий понурый вид Нила, его настороженный взгляд (Эндрю встретился с Нилом глазами на пару секунд, когда входил, а во время своей короткой речи чувствовал его спиной) и разбитая губа. На неё Эндрю смотрел чуть дольше, чем в глаза. И думал о ней тоже дольше.       Это Рико, Эндрю не сомневался. И, докладывая ему о сегодняшних исповедях, он пытался не дать ненависти выйти наружу и выразиться в голосе и интонации. Страх, что проскользнёт не то слово, заставлял его говорить быстрее. Но перед глазами вновь и вновь появлялась губа Нила с засохшей кровью и проявляющимся синяком.       В коридоре Эндрю не смотрел на Нила, снова погрузившись в свои мысли. Он знал, что они идут к нему домой, чтобы взять студенческие мантии Аарона, что после этого они отправятся в университет и попробуют там найти ответы на многочисленные вопросы. Они договорились об этом перед уходом Нила.       А о том, при каких обстоятельствах, на сколько сильно и куда ещё Рико ударил Нила – не знал. Ясно, что из-за недовольства. А где? В кабинете? Дал ли Нил сдачи? Как ответил? Как себя ощущал сейчас? Были ли на его теле ещё синяки или раны, которые нанёс Рико? Сегодня или в любой другой день до. Что…       — Ты сегодня снова рассеянный, — Нил отвлёк его, заговорив, когда они уже шли по площади Святого Петра. — Неужели после первого употребления появилась зависимость, и ты не смог самостоятельно заснуть?       Нил подкалывал его, и почему-то сейчас Эндрю видел в этом неумелую попытку приободрить их обоих.       Рико неплохо его ударил.       — Думаю о том, как Рико тебе врезал.       На это Нил фыркнул.       — От сектантов и то больше доставалось.       Тот фингал.       Эндрю бросил на Нила взгляд и тут же снова уставился на конец улицы. Неосознанно захотелось посмотреть на Нила, уже зная эти факты. Почему и зачем – непонятно.       Они сделали всего пару шагов, когда Нил снова вернулся к своему вопросу:       — Так, а с тобой что? Плохая ночь? Аарон не вернулся?       — Вернулся. Просто не спалось.       Давно Эндрю не делился такими незначительными подробностями о своей жизни.       Нил хмыкнул. Потом сказал:       — Сегодня должно быть лучше.       Да, вылазка наверняка утомит. Эндрю кивнул, и до дома они дошли молча. В квартире Аарона не оказалось, он снова ушёл (Эндрю и не сомневался). Написал почти то же, что и вчера. Только в этот раз он не готовил ужин. Почему же?       Его комната была не заперта. Нил отыскал две мантии с эмблемой университета на груди и одну передал Эндрю. Свою он надел прямо поверх сутаны, и Эндрю, подумав пару секунд, сделал то же самое.       Можно было бы и переодеться, но вдруг Аарон вернётся раньше? И увидит Эндрю в своей мантии. А брать с собой лишние вещи не хотелось.       Больше в квартире делать было нечего, и Эндрю с Нилом вышли на улицу. План был прост: они дожидаются на улице какого-нибудь студента, который в столь поздний час внезапно решит посетить университет; дают ему около минуты, чтобы зайти в здание, и заходят следом, по коридорам следуют за ним (в надежде, что он приведёт их куда-то). В случае какой-либо неудачи – сбегают.       Più facile di così.       Вечер превращался в ночь, улицы не были заполненными, все прохожие имели какую-то цель и оказались здесь и сейчас по какой-то причине. Отсутствие случайности заставляло Эндрю внимательнее вглядываться в силуэты и лица проходящих мимо людей.       В паре домов от университета они с Нилом остановились. Осталось дождаться какого-нибудь студента, который бы привёл их к Аарону и ответам.       Или подошёл бы каждый?       Эндрю не знал.       Незнание тоже заставляло внимание обостряться.       Но он не выспался и до сих пор пребывал в непонятном состоянии. Нил называл это рассеянностью, но Эндрю не считал это слово стопроцентно подходящим.       Тишина давила. Да и им нужно было выглядеть непринуждённо.       А что, если они наткнутся на сектантов?       Когда-то Эндрю будет поглощён своими мыслями.       — Какие именно приметы должны быть?       Нил пожал плечами. И пока он думал, Эндрю забеспокоился, что он не хочет нарушать тишину. Но Нил ответил:       —Молодой, в мантии, по виду… напыщенный? Должно чувствоваться его мысленное превосходство. Или, может, мы встретим кого-то из знакомых тебе. Многих друзей брата знаешь?       — Нет.       И в темноте их было бы трудно различить.       — Ладно. Подождём, — Нил опёрся на стоявшую возле дома бочку. На их и ещё пары пустых ящиков фоне они как бы выглядели обычными прохожими. Сливались с толпой. Мало ли, какие рабочие могли проверять товар работодателя на количество или качество. Именно так Эндрю представлял их со стороны.       Хотелось ещё о чём-то спросить, но в другом конце улицы вдруг замаячил знакомый силуэт. Эндрю приосанился, чтобы лучше разглядеть. Нил заметил его взгляд и посмотрел туда же. Эндрю его опередил:       — Это Сет.       — Один, — да, он шёл без Аарона или кого-либо ещё. Тем лучше. — Удача на нашей стороне. Засекаем минуту сразу с того момента, как он входит в университет.       Сет шёл расслабленно, высокий рост позволял делать широкие шаги и за счёт этого перемещаться как бы лениво.       Как только его фигура исчезла за дверью университета, Нил сосредоточенно уставился в пространство перед собой. Эндрю тоже считал. Досчитал быстрее и первым дёрнулся в сторону университета.       На ступеньках Нил тихо спросил:       — Ты хоть раз был внутри?       — Нет.       — Даже представления не имеешь о планировке?       Эндрю помотал головой, открывая тяжёлую дверь. Он хотел пропустить Нила вперёд, но Нил наоборот подтолкнул его. На ходу Эндрю вытаскивал из складок мантии удостоверение Аарона. Внутри было тихо, и в этом маленьком коридорчике Эндрю слышал звук своих шагов и эхо своего сердцебиение, но второе, конечно же, было шагами Нила.       Когда коридор закончился, показался большой зал с лестницей. С краю, сразу на выходе из коридора, был стол, видимо, с охраной. Сам «охранник» – молодой человек – мерно посапывал, развалившись на стуле.       Удача на их стороне.       Эндрю почувствовал, как Нил коснулся его плеча, побуждая идти дальше. Он остановился машинально.       Теперь они шли вровень, Нил предложил подняться по лестнице. Звука шагов Сета не было слышно. Поэтому нужно было спешить.       Удача однозначно была на их стороне, потому что в конце коридора на третьем этаже (второй был безлюден, и Нил поспешил проверить следующий) мелькнула фигура Сета. На пару секунд, потом исчезла за углом, но этого хватило, чтобы понять, куда идти.       Нил ускорился и одновременно с тем стал идти бесшумно. Эндрю старался ступать так же, но всё равно слышал шуршание обуви (хотя бы не стук).       За поворотом Сета уже не оказалось. И освещения здесь не было. Только в самом конце и то, исключительно чтобы обозначить его существование.       Нил медленно стал подходить к дверям, прислушиваясь. Да, откуда-то доносились тихие голоса, стены здесь толстые, и…       Нет, Эндрю ошибся.       Ещё, тоже ближе к концу коридора, на полу была едва различимая полоса света.       Сет оставил дверь приоткрытой.       Эндрю молча ткнул пальцем в ту сторону, и Нил кивнул.       По мере приближения Эндрю чувствовал, как его страх усиливался. Что они увидит за этой дверью? Что услышат?       Воображение рисовало гору трупов, весёлые разговоры студентов, которые видели в убийстве эксперимент.       Глупо. Эндрю отогнал эти мысли. Они не имели права на существование, потому что никто бы не стал делать логово в одном из кабинетов университета.       Возле двери Нил остановился. Щель была крохотной, но голоса доносились чётко. Эндрю отчаянно пытался услышать голос Аарона. Точнее, доказать себе, что среди этих голосов голоса Аарона нет.       Нил жестом показал ему как-нибудь опуститься. Эндрю приблизился к щели, чуть пригнувшись. Тогда Нил привстал, чтобы тоже видеть происходящее. Эндрю чувствовал его практически всем телом, они стояли вплотную, напряжение усиливало чувствительность и…       Он вгляделся в полумрак кабинета.       В комнате было – Эндрю быстро пересчитал всех, кого видел – двенадцать человек. Источником света была керосиновая лампа, стоявшая на кафедре, трое столпились возле неё, а остальные – сидели на первых партах. Сет закончил со всеми здороваться и опёрся о парту, на которой сидел Аарон. Эндрю хорошо знал его повадки, знал, как сидит Аарон, как облокачивается на руки, как наклоняет голову когда с кем-то разговаривает… И Эндрю смог различить знакомые светлые волосы, выглядывающие из-под капюшона плаща.       Так что да, Аарон был среди этих двенадцати студентов.       Один, который стоял возле кафедры, перестал перешёптываться с двумя другими и негромко рассмеялся. Потом спросил:       — Все на месте? Сет, неужели сегодня в хорошем настроении? Хороший вечер с Элисон?       Некоторые рассмеялись, Эндрю увидел, как Аарон дружественно пихнул Сета локтём в бок.       Он вёл себя непринуждённо, как и остальные в кабинете. Лёгкость чувствовалась в воздухе.       Эндрю не помнил, когда последний раз находился в такой компании.       Тем временем Сет, вальяжно рассевшись на парте, самодовольно ухмыльнулся (если Эндрю правильно видел).       — Могу себе позволить.       — Это она тебе позволяет, — поправил его второй студент возле кафедры, по голосу какой-то очень оптимистичный. — Аарон, скажи, ты же видел их вместе. Рядом с ней Сет теряет всю свою…       — Роланд, — довольно громко обратившись к первому студенту, Сет перебил оптимиста. О, Эндрю уловил нотки передразнивания. — а ты сегодня в плохом настроении? Не с кем хорошо провести время? Вот, заткни Джереми.       Тот самый оптимист-Джереми рассмеялся громче всех. Нил выдохнул, и волосы Эндрю чуть колыхнулись.       — Уединиться можете здесь, мы выйдем, — продолжал Сет. Он хотел сказать ещё что-то, но Аарон снова пихнул его (менее дружелюбно). Эндрю услышал, как он устало произнёс:       — Заткнись.       Джереми с улыбкой на лице похлопал Роланда по плечу.       — Переходи к делу.       Кто-то из дальнего угла спросил, к какому из дел, но Роланд только покачал головой. Когда он заговорил, его голос стал более серьёзным, но всё равно полностью не утратил тех терпеливых ноток:       — Ладно, всё самое важное мы обсудили вчера. Сегодня, может, доработаем что-нибудь. Но торопиться некуда. Никто же не сталкивался с подозрительными вопросами?       Нет, у каждого всё было спокойно. Тогда Роланд улыбнулся и, взяв лампу, направился к партам, чтобы объединиться со всеми. Те двое тоже последовали за ним.       Эндрю не мог понять, кем он был. Лидером, это ясно. Молодым преподавателем? Запоздалым студентом? Чувствовалось, что он был самым старшим из всех. Или это из-за роли?       — Предлагаю сегодня просто расслабленно всё обсудить и разойтись, — предложил кто-то.       Джереми поднял голову и спросил:       — Торопишься?       — Я бы тоже пораньше ушёл, — это был Аарон. Каждый раз, когда он заговаривал, Эндрю боролся с желанием вскочить и увести его отсюда силой, спрятать от этих убийц в безопасном месте. — Я ничего не имею против, но мы стали встречаться слишком часто. Вот от этого и могут возникнуть подозрительные вопросы. Как минимум от моего брата.       — Экстракт валерианы не подействовал?       Аарон метнул в Роланда возмущённый взгляд.       — Не собираюсь я его каждый день этим травить.       — Это не затянется надолго. Максимум ещё пара месяцев – и мы у цели.       Пока Роланд это говорил, остальные принялись негромко перевариваться между собой. Не лезли в его разговор с Аароном. Эндрю счёл это тактичностью, но, разумеется, показательной.       Он сосредоточился на тоже ставшем тише голосе Роланда.       — Но решать, конечно же, тебе. Если совсем никак, можешь не приходить на некоторые встречи. Главное, успевай к сроку вносить изменения в список. Нам же нужно знать, кто загрязняет Церковь. Из твоих и Джереми проверок и зависит, кто будет следующей жертвой, и нельзя, чтобы только кто-то один из вас решал это.       — Взгляд с разных сторон, я помню, — Аарон отмахнулся, но не выглядел таким уж недовольным. Его всё устраивало. — Как пойдёт. Сегодня ещё час я точно здесь. Ты что-то запланировал?       — Не особо, — Роланд начал идти к концу кабинета, неся в руках лампу и побуждая других следовать за ним. — Так, сегодня весь день думал о «Городе Солнца». Хочется верить, что когда-то люди будут жить так, как сейчас доступно только в утопиях.       Несколько человек что-то добавили к словам Роланда, но Эндрю не смог разобрать отдельных слов. По-видимому, начали дискуссию об утопиях, потому что Джереми что-то или кого-то процитировал (это Эндрю тоже не разобрал).       Скоро уже все сидели на задних партах, а несколько человек взяли с полок книги и листали их. Аарон стоял рядом с Сетом, который сидел на парте и качал ногой. Как Эндрю мог видеть, они разговаривали о чём-то своём, потому что были полуотвёрнуты от Роланда и остальных. Но это не продлилось долго, и через минуту они включились в общий разговор.       Нил зашевелился, видимо, тоже перестав различать слова. Эндрю прожигал Аарона взглядом. Неужели сейчас придётся уйти? Что за этот час может случится с Аароном в такой компании?       Потом Нил его подёргал за рукав. Эндрю выпрямился и посмотрел на его силуэт в темноте. Нил указал себе за спину, предлагая уйти.       Эндрю колебался.       С одной стороны, они навряд ли что-то ещё услышат. И может случится так, что уходить будет поздно. С другой стороны, здесь был Аарон, и Эндрю…       Из кабинета раздались весёлые возгласы «Бог мёртв, Бог мёртв!», перемешанные со смехом. Эндрю показалось, что он различил голос Аарона в этом потоке.       Адреналин спал уже как несколько минут назад, но сердце почему-то до сих пор билось быстрее обычного. С того момента, как Эндрю перестал смотреть в кабинет и смотрел на Нила, как услышал веселье богохульников.       Он поддался, когда Нил, устав ждать, потянул его за локоть в сторону лестницы. Они шли почти бесшумно, но торопливо. Было непривычно на лестнице снова оказаться в освещённом помещении. Там Нил отпустил Эндрю и остановился.       — Здесь закончили, как считаешь?       А что им ещё здесь делать? Проверять все кабинеты?       Эндрю вяло пожал плечом.       — Лучше уйти, пока охранник ещё спит.       Если ещё спит. Если нет – придётся вернуться и ещё прогулять по университету. Или нет. Какая разница?       Нил кивнул, и они начал спускаться. Пару раз Нил выглядывал, пытаясь разглядеть охранника. Между вторым и первым этажом он убедился, что тот спит, и помахал Эндрю, побуждая ускориться.       Они незаметно прошли к выходу и оказались на улице.       — Давай пойдём другой дорогой. Окна того кабинета выходят на эту улицу.       Эндрю согласился. Пройтись сейчас бы не помешало. И поговорить – тоже. Эндрю пару секунд потратил на то, чтобы найти подходящие слова. Мозг работал туго. Но отойдя от крыльца университета на пару метров, он смог заговорить:       — Значит, это точно они стоят за убийствами.       — Да.       — Рико не должен об этом узнать.       — Я бы сейчас не думал о нём.       Эндрю фыркнул.       — На твоём месте я бы думал о нём.       На это Нил цыкнул и завернул в переулок. Эндрю показалось, что в конце той улицы шло несколько человек. Могли ли это быть сектанты?       В любом случае, они уже не там и скоро дойдут до квартиры Эндрю. Ну, относительно скоро. Эндрю не знал, на сколько увеличится их маршрут.       — Скажем ему, что никак не продвинулись, если спросит. Нельзя допустить, чтобы он узнал об этом… скопище студентов. Выйдет на одного из них и через него уже узнает об остальных. Нам это ни к чему.       Хм, в методах и уровне жестокости Рико можно было не сомневаться?       Но почему Нила это волновало? Те люди были ему никем, разве что целью. Противоречиво, заставлял себя думать Эндрю, пока одновременно с этим отгонял мысли об Аароне.       Нил не мог игнорировать присутствие Аарона в скопище. Странный выбор слова. «Группа студентов» звучала куда цивилизованнее и подчёркивала их интеллектуальную сторону.       Тогда только из-за Аарона? Вернее, из-за Эндрю.       Вот как.       Эндрю не знал, что об этом думать. И была ли догадка верна, тоже не знал. Спрашивать не хотелось.       Ещё через пару поворотов, на пустынной и тёмной улочке, Нил замедлился. Шаг стал неторопливым, и Эндрю больше не мог на нём концентрироваться. Из-за этого ли или из-за переутомления, но Эндрю вдруг сказал:       — Всё ломается.       Не то чтобы он планировал и не то чтобы эта мысль существовала до того момента, как Эндрю произнёс её вслух. Именно в этом виде. Он не думал о разрушении своей жизни и всего вокруг.       Нил остановился возле крыльца дома и облокотился о перила крыльца. Они встретились взглядом, и Нил кивнул. Потом отвёл взгляд и снял с себя мантию. Передавая её Эндрю, на мгновение коснулся его пальцев. В этот момент Эндрю будто окончательно убедился в его реальности.       Проведя языком по болячке на губе, Нил медленно произнёс:       — Не хочу, чтобы это звучало чересчур обнадёживающе или самодовольно или как-либо ещё… пусть это будет просто фактом, но на меня ты можешь рассчитывать, — он смотрел Эндрю в глаза, будто пытаясь так доказать искренность своих слов. — Не хочу быть этим «всем», что ломается.       После этих слов Эндрю был вынужден признать существование ещё одной своей слабости. Теперь вместе с Аароном был Нил. Да, если ко «всему ломающемуся» добавится ещё и Нил, Эндрю останется совершенно один. Аарон уже был «расколот», и даже если позже Эндрю удастся его «исцелить», на Аароне останется шрам. Полного исцеления, возвращения в изначальное существования не будет. То, что Аарону внушили, то что он сам выбрал, уже «поражало» его, и Эндрю был бессилен. Он опоздал.       Но готов был ждать подходящего момента, чтобы спасти Аарона, чтобы продолжить с ним жизнь уже с этой «трещиной». Конечно, она что-то да значила, но Аарон значил для Эндрю намного большее. И её он готов был принять, если это значило не потерять брата.       Того, кто все эти годы был с ним рядом.       А Нил? Вот, он пример такого же «расколотого человека». Эндрю принял его мировоззрение, почти проигнорировав факт того, что это было запрещено его собственным мировоззрением.       Со дня первого разговора они сблизились. Эндрю не мог скрыть даже от себя, что потеря Нила отразилась бы на нём.       Привязанность появилась незаметно. Эндрю совсем не ждал её, потому что считал, что она может появится только спустя долгие годы, как было с Аароном.       Как оказалось, нет.       И Эндрю чувствовал, что Нил и Аарон в его понимании – разные. То, что каждый вызывал в нём, было разным.       — Я нагрузил ещё больше? — Вдруг спросил Нил.       Эндрю моргнул.       — Нет. Это… нужные слова.       Должен ли он был поблагодарить за них?       — Я знаю. Поэтому и сказал, — Нил задумчиво огляделся, потом вздохнул. — Нужно проспаться.       Говорил ли он ещё и о себе, Эндрю не понял. Но такой – что это было? – акт поддержки или заботы он уловил.       — Думаю, сегодня с этим проблем не будет.       Он слишком устал и уснул бы, как только коснулся подушки. Но до неё ещё нужно было дойти. Эндрю опустил взгляд на землю и снова поднял к лицу Нила. На его лицо, сейчас такое искреннее, было приятно смотреть.       Приятно.       Ну и выбор слов.       Честный. Потому что сейчас Нил был настоящим. Тоже уставшим (даже в темноте, казалось, были видны тени под глазами), тоже покалеченным. Эндрю сегодня весь день обращал внимание на его губу и думал о том, как хотел бы отомстить Рико. Да. Рико явно был угрозой. Он мог послужить причиной «разрушения» Нила.       Эндрю поймал себя на мысли, что хочет убедить Нила в том же, в чём Нил убедил его.       — Ты тоже можешь на меня рассчитывать, Нил.       Потому что, видимо, они остались вдвоём друг у друга.       Нил улыбнулся и тут же закусил губу. Болячка треснула из-за движения.       — Спасибо, — невнятно из-за этого или чего-то ещё пробормотал Нил. Он смотрел в даль улицы, а потом снова повернулся к Эндрю. — Пойдём? Всё думаю, что кто-то появится.       Они снова начали идти, всё приближаясь и приближаясь к дому Эндрю. Скоро улицы стали знакомыми, а значит, и ближе расставание.       Эндрю вдруг понял, что без сожалений пожертвовал бы своим сном в обмен на продление времени с Нилом. Странно.       Но Нилу точно нужен был отдых.       Поэтому они коротко попрощались у дома Эндрю, и Эндрю быстро поднялся в квартиру. Свет включать не стал, вместо этого направился к окну. Когда он всмотрелся в темноту, то увидел удаляющуюся фигуру Нила. Да, именно её он и хотел увидеть.