Исходный код

*** — Вставайте, блядь, живо! — Дардан орет мне на ухо так, что я чуть с кровати не падаю. Натягиваю одеяло до горла, накрывая нас с Кайлером, мы так и не оделись, и сейчас мне от этого неловко. Но Дардану, похоже, плевать, чем мы занимались, он в бешенстве от чего-то другого. — Чего орешь, пожар, что ли? — я поглядываю искоса на Кайлера, он недоуменно трет сонные глаза. — Петар приехал, — чеканит Дардан. — Вьеру забрали. — Куда? — я все еще нещадно туплю спросонья. — Куда-то, — он отрезает зло. — Приехали ночью и увезли. Срджан на измене весь, собирается мотать за ней. А вот это уже плохо. Скатываюсь с кровати, забив на то, что свечу перед Дарданом своей голой задницей, чего он не видел там, в самом-то деле? Надеваю штаны, жду, пока оденется Кайлер, и мы втроем мчим вниз. Срджан наворачивает круги по гостиной, Мирела стоит в проходе, загораживая доступ к входной двери, и я нервно усмехаюсь от того, насколько это бессмысленно — Срджан же здоровенный, сметет ее легко, если действительно захочет уйти. — Бро! — он замечает меня. — Они маму забрали! Нам нужно ее вернуть! Сглатываю тугой комок в горле. Если бы это было так просто. Мы ж ведь понятия не имеем даже, куда ее увезли. А даже если б знали, ее наверняка толпой охраняют, как мы ее вернем? Кажется, что-то из этого я произношу вслух, потому что Кайлер вдруг оживает: — Я догадываюсь, где она может быть, — все наши взгляды тут же прикипают к нему. — Перед тем, как меня отправили на Тигарден, меня держали в одном месте… — он проходит мимо, достает карту, разворачивает ее на столе и довольно быстро находит нужную точку. — Это здесь. Я заглядываю через его плечо. Ну, как я и думал. Это фильтрационный изолятор, меня оформляли в таком же на Тигарден, прежде чем определить в Тюрьму. Вооруженных до зубов вояк там море. Это невыполнимая задача. — Может, ее уже отослали на Тигарден? — Дардан явно тоже осознает, что вламываться в изолятор — затея безрассудная и практически невыполнимая. Вот только его замечание действует на Срджана вовсе не отрезвляюще. — Значит, полетим на Тигарден! — он бросает раздраженно, а потом заглядывает нам в глаза по очереди. Беспомощный, отчаянный взгляд. Взгляд человека, который не надеется на одобрение, но неистово нуждается в поддержке. Йован придумал бы сейчас, как его отговорить. Он не прыгнул бы с головой в омут, он бы все осмыслил и взвесил, изобрел нормальный железобетонный план. Я бы тоже мог бы выстрадать что-то подходящее, если бы у меня было несколько дней на анализирование. Но у меня их нет. Срджан не станет ждать, пока я разрожусь вменяемой идеей. Он столько раз бросался за мной в безумные авантюры, не отказывал, не сомневался, не выдумывал тысячу доводов, почему так поступать не стоит, хотя они и напрашивались там. Он просто шел за мной, и я должен теперь пойти за ним. Не могу я его подвести. — Сначала узнаем, в изоляторе она или нет, — говорю твердо. — Как мы это узнаем, не вломившись туда? — хмурится Дардан. — Петар? — поворачиваюсь к Петару, он все это время слушал нас молча. — Джордже, — он кивает, понимая меня без слов. И я возвращаюсь к остальным: — Мы поедем туда все. И войдем сразу, если Петар скажет, что она там. — Что, прям так возьмем и войдем? — Дардан все еще сомневается. — Мы не солдаты, Джордже… — Ну, не прям так, — усмехаюсь. — Срджан, ты ведь можешь сообразить нам что-то интересное? Я не уверен, конечно, я никогда не видел, чтобы Срджан создавал препараты не в своей лаборатории. Но ситуация критическая, и я надеюсь что он способен организовать какую-нибудь мощную штуку из говна и веток. От этого большая часть моего наспех сколоченного плана зависит. — Могу. Но придется зайти в аптеку, — Срджан включается мгновенно, я почти слышу, как у него шестеренки в голове работают. Он кидает Миреле. — Я напишу список, ты купишь. Я боюсь, что сейчас она примет сторону Дардана и заартачится, но, похоже, ей правда нравится, когда Срджан смелый не под наркотой. — Гримировать вас будем или так пойдем? — она кивает ему и уточняет у меня деловито. — Некогда. И зайти придется не только в аптеку. Настраивайтесь, вечером двинем Когда я возвращаюсь в комнату, чтобы закончить одеваться, Кайлер идет за мной и прикрывает дверь. Я уже готовлюсь оправдываться, наверняка ему моя затея не по душе, как и Дардану. Но он произносит без грамма осуждения: — Это же точно не просто так, Джордже. Она выманивает нас. Тебя выманивает. Я и сам уже догадался. Вьеру столько раз прессовали, но почему-то решили арестовать именно сейчас. Похоже, “Геминиус” устала ждать и начала действовать радикально. — Я знаю. Но выбора нет. Срджан один тогда попрется, его точно сцапают. Не могу я его кинуть. — Да, — Кайлер кивает задумчиво и присаживается на край тумбы. — Срджан сделает то, чем мы вырубим копов, — пытаюсь его приободрить. — И у меня есть кое-какие мысли, как обдурить роботов. Жду, что начнутся вопросы, готовлюсь на пальцах объяснять свою корявую задумку. Но Кайлер ни о чем не спрашивает, выдает просто: — Я тебя тоже люблю. Хочу, чтоб ты знал. Это такой неожиданный поворот, хотя будоражащий, конечно, но я вздрагиваю все равно. Смотрю на него сосредоточенно, он на меня — тепло, как только он один умеет. — Я не попадусь сегодня, — говорю, выстраивая в голове простую логическую цепочку. — Ты меня не потеряешь. Если ты об этом думаешь. Я всегда ему говорил только то, во что сам верил. А сегодня у меня с этим проблемы. Но что-то же надо сказать, он вон волнуется как, в любви признается. Я, правда, больше после вчерашнего секса ждал, но и сейчас приятно, черт. — Не об этом, — он мотает головой. — Просто хотел, чтобы ты знал. — Ну иди тогда сюда, — зову, и он подходит. И мы целуемся долгую горячую минуту, я б и больше его не отпускал, но сам же парням сказал, что скоро двинем. Но я и правда не хочу попадаться и, хотя я и уверен, что Срджан нам организует достойную штукенцию, и собственный план с роботами кажется мне вполне рабочим, все равно считаю нужным подстраховаться. Стрелять мне по-прежнему стремно, но если понадобится, я буду. Остальные тоже не спорят, когда я прошу Петара выделить нам подходящее оружие из той кучи огнестрела, что у него припрятан. Хотя ссут все, я по глазам их вижу. — Знаете, как обращаться? — спрашивает Петар, и никто не кивает. Мы, конечно, знаем, но очень поверхностно, пусть лучше покажет. И когда он зовет всех нас на пустырь позади дома и принимается объяснять, как и что держать и перезаряжать, Кайлер выдает неожиданное: — Я умею. — А ты полон сюрпризов! — удивление во мне граничит с восхищением. — Я в тир ходил иногда, — Кайлер пожимает плечами. — Было прикольно. Он принимает стойку, поднимает руку и лихо расстреливает консервные банки. Петар кивает одобрительно, а у меня дар речи пропадает от того, как это красиво и, черт побери, возбуждающе было. Я б любовался дольше, но менять трусы нет времени, да и неплохо бы и самому попробовать хоть немного потренировать меткость. И мне приходится отвлечься. Когда Петар решает, что мы себе точно ничего не прострелим, мы грузимся в микроавтобус и выезжаем. Тишина в салоне такая густая, что можно захлебнуться. В ожидании Петара Срджан что-то старательно месит из ингредиентов, которые удалось достать Миреле, а мы с Дарданом разбираемся с проектором, который она раздобыла по моему заказу. — Как это должно сработать? — спрашивает Кайлер у меня. — Я создам виртуальных двойников, — объясняю. — Трехмерные модели, которые сымитируют наше присутствие и отвлекут роботов, пока настоящие мы будем вытаскивать Вьеру. — Их сенсоры купятся на это? — Кайлер хмурится. — На очень короткое время, — бурчит Дардан, он-то понимает всю сомнительность моей затеи. — С этим допотопным проектором голограммы будут чисто картинками. Роботы реагируют на все сенсорные раздражители, они быстро раскусят, что мы ненастоящие. И тогда начнут искать настоящих. — Мы успеем, — убеждаю я самого себя, в первую очередь. — Нам главное — стянуть их всех с первого этажа, чтобы пройти мимо них. И я надеюсь, что у нас это получится. Потому что Дардан не озвучил главную проблему — проектор будет установлен на соседней крыше, и хотя мы нашли подходящее по расстоянию место, но эффективность проекции сквозь окна никто не гарантирует. Скорее всего, качество изображения будет печальным, и нас раскроют практически сразу. — Этим, — Срджан подходит к нам, трясет первой ампулой, зажатой между пальцев, — мы всех ослепим. А этим — выключим. Действовать будет двадцать минут. Надеюсь, мы управимся быстрее. Вот это звучит даже очень круто. Хотя у нас не так много вещества, а мы понятия не имеем, сколько там вооруженных людей. — Она там, — говорит Петар, когда возвращается. — Меня не пустили к ней, говорят, опасная преступница, посещения запрещены. — Суки! — выдыхает Срджан. — На первом этаже с десяток копов. И столько же роботов, — продолжает Петар. — Лестница на второй — сразу у входа, еще одна — с другой стороны от боксов, где держат Вьеру. Я сдерживаю подавленный стон. С охранниками мы справимся, но роботы — это задача уровнем выше. Если они не поведутся на мою уловку, то окружат нас с двух сторон. И они вполне могут навредить нам. Они именно этим и займутся. Йован бы сказал, что соваться туда слишком, слишком рискованно. Йована здесь нет. — Мирела — на крышу. Включишь проектор по команде от Петара, — говорю решительно и протягиваю Петару ампулы. — Петар, запускаешь это в вентиляцию, даешь отмашку Миреле и сразу валишь. Остальные — со мной. Замолкаю, оглядываю всех, они смотрят на меня как-то странно, а потом Кайлер заявляет: — Я завелся. — И я тоже, — поддерживает Срджан и тут же ржет. — Бля! Давайте серьезно, а? — Йес, босс! — салютует Срджан, а Кайлер добавляет: — Я не шутил, вообще-то. И я понимаю, о чем он. Я впервые примериваю на себя образ лидера, который может что-то решить за всех. Это непривычно, странно и… действительно возбуждает. — Погнали уже, — беру себя в руки. — Заходим быстро, выводим Вьеру и сматываемся. И мы идем. И план неожиданно работает. Когда мы заходим в здание, нацепив сварочные очки и респираторы, которые Срджан предусмотрительно вручил нам, когда уезжали из лесного дома, роботов на первом этаже нет, а охранники валяются кто где, обездвиженные и расслабленные. Мне кажется, они нас даже видят, но не реагируют, возможно, считая, что это такой коллективный сон. Мы мчимся к боксам и тут сталкиваемся с первой непредвиденной сложностью. На Вьеру препарат Срджана подействовал тоже, идти сама она точно не сможет. — Я ее понесу, — сразу заявляет Срджан и легко подхватывает свою мать на руки. Мы разворачиваемся к выходу и тут обнаруживаем сложность номер два. Через камеры роботов “Геминиус” уже просекла, что проекции — это не мы настоящие. И быстро смекнула, что раз мы проворачиваем такую уловку, значит, мы где-то в здании. Догадаться, где именно, для нее труда не составило. И теперь роботы всей толпой бодро чешут к нам со второго этажа. Благо, пока по той лестнице, что позади нас, я боялся, что они перекроют выход, это была бы полная задница. И это все еще может произойти, если не поспешим. — Если что, стреляйте по панелям управления на них, — командую, понимая, что теперь стрелков у нас всего трое. И легко справится с задачей, скорее всего, только Кайлер, мы с Дарданом если и попадем в нужное место на роботах, то разве что при стрельбе в упор. — Это выведет их из строя. — И можно уже начинать, — бормочет Срджан, тормозя резко. Ну вот. Как я и боялся, роботы пошли и по передней лестнице, теперь мы так запросто не доберемся до выхода. — Расчищайте дорогу, — кричу Кайлеру, потому что он ближе ко мне. — Я возьму тех, что сзади. — Давно не виделись, Джордже, — “Геминиус” заговаривает со мной через одного из роботов. — Хороший ход с проектором. Но можно было придумать и что-то поинтереснее. Ты явно давно не практиковался. — Я в другом практиковался, — стреляю в робота и выношу его тупую железную башку. Он все равно двигается, чуть опускаю прицел и со второго выстрела попадаю в панель управления. Кайлер с Дарданом тоже активно палят за моей спиной. Роботы мчатся к нам, шурша механическими ногами. Их очень много, точно больше, чем у нас патронов. Особенно учитывая, что чаще всего мы не попадаем с первого раза. — Я возьму вас количеством, — сообщает “Геминиус”. — Нахер иди! — бросаю, продолжая отстреливаться. На секунду разворачиваюсь, вижу, что возле входа осталось всего три робота. Кажется, нам везет. А когда снова переключаюсь на “своих” роботов, то чуть не вскрикиваю от ужаса. Один из них, тот, что ближе всего к нам, подобрал у валяющегося на полу охранника автомат. Эта картинка — гребаный робот с гребаным автоматом в руках — никак не хочет стыковаться в голове со всеми моими привычными представлениями о мире. Но у “Геминиус” восемьдесят процентов жестокости. И роботы умеют делать такое с самой смерти отца. — Твою мать! — ору, понимая, что сейчас эта железяка выпустит по нам очередь. И все. Поминай как звали. Я даже предупредить никого не успеваю. Робот стреляет. Но не в нас. Я даже не вижу, куда, просто инстинктивно бросаюсь в сторону, больно ударяясь коленями о пол. Робот выпускает всю обойму, за спиной что-то трескается и рушится. Я слышу крик Кайлера, оборачиваюсь наконец. И вот тогда осознаю весь пиздец ситуации. Робот обрушил перегородку так, что часть стены просто грохнулась, напрочь перегородив дорогу и отрезав меня от выхода. Кайлер с парнями остались там, скорее всего, они смогут беспрепятственно уйти. А мне теперь деваться некуда. — Джордже! — Кайлер кричит, я вижу его сквозь маленький просвет среди камней. — Отойди, я попробую… Он будет стрелять по камням, догадываюсь. Но это бессмысленно. Такую груду камней за сутки не разберешь. Но Кайлер пытается, только его пистолет пусто щелкает. С досады он бьет по камням ногами. Матерится. Ничего у него не получается. Роботы уже совсем рядом, и я разворачиваюсь, снова паля по ним, пока и моя обойма не заканчивается. — Свали, — цежу, надеясь, что Кайлер еще слышит. — Спасайте Вьеру. Спасайтесь сами! — Джордже, я не уйду. — Нет, ты уйдешь, блядь! — срываюсь на крик. — Потому что я не смогу, если она еще и тебя снова возьмет. Я не смогу, Кайлер. Уйди! Я снова оборачиваюсь. Вижу его широкие от ужаса глаза. Плотно сжатые губы, которые все равно дрожат. Он не уходит. И мне хочется орать, подскочить и наподдать ему как следует, потому что я ж переживаю за него, мы вломились в фильтрационный изолятор, набедокурили тут, и Тюрьма теперь плачет по нам всем. Но для Кайлера там будет хуже всего, он — мое слабое место. Он только начал все забывать. Спасайся, спасайся же, блядь! Но я не вижу, как он уходит. Я чувствую разряд, он встряхивает все тело так, что желудок чуть через горло не выскакивает. Потом — металлическую хватку на своих запястьях. И иглу, резко бьющую куда-то в шею. И когда мир перед глазами уплывает в темный морок, Кайлер все еще стоит там.