Между сердцем и разумом

С тех пор, как между ними произошло то, о чём оба старались не думать, прошло уже несколько недель. Каждый из них старательно выстраивал вокруг себя стены - высокие, холодные, но хрупкие. Они говорили о погоде, шутили вместе с остальными, обсуждали репетиции... и тщательно избегали взглядов, которые могли сказать слишком много. Однако от себя не убежишь. На одной из съёмок для нового контента их заставили участвовать в водных играх. Шум, смех, брызги вокруг - всё было весело и беззаботно, пока в один момент Хёнджин, обернувшись слишком резко, не прижал Феликса к стенке бассейна. Холодная вода обжигала кожу, а его горячее дыхание - наоборот, сжигало изнутри. Феликс замер, ощущая, как их колени под водой соприкоснулись, а грудь Хёнджина прижалась к его плечу. На короткое мгновение их руки встретились под водой - всего лишь касание пальцев, но мир будто сузился до этой точки. Феликс почувствовал, как сердце ударило о рёбра, и поспешно отвёл взгляд, чтобы никто не заметил, как у него вспыхнули щёки. Хёнджин, тоже не встречаясь глазами, неловко отодвинулся, будто случайность можно было стереть движением. Они отпрянули, сделав вид, что ничего не произошло, но руки всё ещё помнили тепло чужой кожи. И дрожь в теле не исчезла до конца дня, даже когда они старались шутить и вести себя, как обычно. Другой раз всё случилось вечером, во время съёмок в полумраке. Помещение освещалось лишь тусклым светом от оборудования, и Феликс, спеша переставить штатив, не заметил кабель у своих ног. Он споткнулся, и, теряя равновесие, врезался прямо в Хёнджина. Удар был мягким, но достаточным, чтобы сбить обоих с толку. Феликс рухнул на него, прижавшись грудью к его груди, а руки Хёнджина машинально ухватили его за талию. На секунду они замерли, и единственным звуком было их смешанное дыхание. Хëнджин чувствовал, как под его ладонями подрагивали мышцы спины Феликса, а тот, в свою очередь, слишком отчётливо ощущал тепло, пробивающееся сквозь тонкую ткань одежды. Их лица оказались опасно близко - достаточно, чтобы видеть отблеск света в глазах друг друга. - Всё нормально? - спросил Хёнджин чуть тише, чем нужно было, и голос его прозвучал слишком мягко. - Да... - Феликс поспешно отстранился, почти зацепив плечом его подбородок, и сделал вид, что ищет что-то на полу. Они снова вели себя так, будто ничего не произошло, но их собственные тела упорно не верили в эту ложь: сбивчивое дыхание и горячие уши выдавали всё. - - - Позже во время одной из репетиций, когда все собирались перед зеркалами, Чанбин бросил на них внимательный взгляд. Сначала он молчал, наблюдая, как Хёнджин и Феликс избегают касаний, хотя с остальными были вполне раскованны. Но стоило Хёнджину случайно коснуться плеча Феликса, как тот едва заметно вздрогнул, а Хёнджин отвёл глаза слишком быстро. - Что у вас происходит? - наконец спросил Чанбин, опершись на стену и скрестив руки. Оба замерли, будто их застали на месте преступления. - Ничего, - ответили они почти одновременно, и этот хоровой ответ прозвучал подозрительно. - Правда? - Бинни прищурился. - Потому что, знаете... когда два человека начинают вести себя так, будто боятся друг друга, это обычно значит, что они действительно чего-то боятся. Феликс отвёл взгляд, уткнувшись в бутылку с водой. Хёнджин нервно поправил волосы, словно это могло отвлечь внимание. - Мы просто... устали, - тихо сказал он, не поднимая глаз. Чанбин ещё пару секунд изучал их, потом кивнул, но по выражению его лица было ясно - он не поверил. - Ладно. Но знайте... лучше решите свои проблемы сразу, иначе это может испортить вам жизнь, - сказал он и ушёл, оставив их в тягучем молчании. Они переглянулись всего на мгновение. В этом взгляде было всё: страх, вина, желание - и понимание, что скрывать становится всё труднее. - - - Через несколько дней им предстояло лететь в другую страну на гастроли. Стояла сильная жара, выступления были изнурительными. В добавок постоянные перелёты, бесконечные саундчеки, интервью, ночные переезды - всё это добавляло усталости и раздражения. Хёнджин последние дни был на взводе, и любой мелкий повод грозил обернуться вспышкой. Повод нашёлся быстро. Перед концертом Феликс по невнимательности перепутал реквизит, и пришлось в спешке исправлять. На фоне общей суеты это было мелочью, но для Хёнджина, который был уже на пределе из-за усталости, это стало последней каплей. - Ты вообще можешь быть внимательнее?! - рявкнул он, влетев в гримёрку и с грохотом захлопнув дверь так, что по стенам прошёлся гул. - Прости, я... - начал Феликс, но не успел. - Прости? - Хёнджин зло рассмеялся, сделав шаг вперёд. - Ты понимаешь, что из-за этого мог сорваться номер?! Мы готовились к этому месяцами, а ты ведёшь себя так, будто тебе всё равно! - Мне не всё равно! - Феликс резко поднял голос. - Это была ошибка, а не саботаж! - Ошибка?! - Хёнджин подошёл почти вплотную, его лицо было искажено злостью. - У тебя каждый раз "ошибка"! Может, ты просто не способен нормально работать, Ликс?! - Хватит! - Феликс сжал кулаки, но не отступил. - Я стараюсь не меньше тебя! Ты не имеешь права разговаривать со мной, как с... - Как с кем? - перебил Хёнджин, резко упершись ладонями в стену по обе стороны от лица друга. - Как с человеком, который постоянно подводит?! В глазах Феликса мелькнула обида, смешанная с яростью. Он хотел что-то сказать, но слова застряли в горле - слишком близко, слишком остро, слишком громко билось сердце. Хёнджин резко сократил расстояние, заставляя Ликси прижаться спиной к стене. И, когда между ними уже не осталось ни сантиметра, он ударил кулаком в стену рядом с его лицом. Взгляд Хёнджина был острым, почти злым. Феликс инстинктивно сжался, прижавшись лопатками к холодной поверхности, дыхание стало неровным. Но вместо того, чтобы сказать ещё что-то резкое, Хёнджин вдруг опустил руки на его талию и крепко прижал к себе. Его горячее дыхание скользнуло по коже, а губы коснулись шеи. Феликс невольно выдохнул, сердце стучало так громко, что он сам его слышал. Томный шепот Джинни опалил мочку уха: - Прости... - тихо прошептал он. Хён собирался пойти дальше - его пальцы уже сжимали ткань футболки Феликса, а поцелуи становились чуть настойчивее. Но в этот момент дверь гримёрки с тихим скрипом приоткрылась. - Вы... ой, - Лино замер на пороге, явно понимая, что застал что-то странное. Они мгновенно отпрянули друг от друга, будто между ними ничего не было. Хёнджин отвернулся, делая вид, что ищет что-то на столе, а Феликс склонился к рюкзаку, пытаясь спрятать пылающее лицо. - Эм... я потом зайду, - тихо сказал Лино, прикрыв за собой дверь. В воздухе остался запах их духов, смешанный с гулким эхом того, что едва не произошло. - - - Вечером, когда концерт уже отгремел и все разошлись по номерам отеля, Лино постучал в дверь, за которой знал, что будет только Феликс. - Входи, - раздалось изнутри. Феликс сидел на кровати в спортивных штанах и свободной толстовке, возясь с наушниками. Лино закрыл за собой дверь и, не тратя время на лишние слова, сел напротив. - Знаешь, я не дурак, - тихо начал он, склонив голову набок. Феликс поднял взгляд. - О чём ты? - О том, что в гримёрке сегодня... - Лино сделал лёгкую паузу, внимательно изучая его реакцию, - это точно не было просто "разговором". Феликс отвёл глаза и нервно повёл плечами. - Ты всё не так понял. - Да? - Лино усмехнулся краем губ. - А поцелуи в шею - это у вас новый способ мириться после ссор? Феликс вспыхнул, но молчал. Лино наклонился вперёд, понижая голос: - Я никому не скажу... пока. Но, Ликс, вы не сможете вечно делать вид, что ничего нет. Это слишком заметно. Феликс сжал в руках наушники так сильно, что пластик чуть не треснул. - Просто... не говори Хёнджину, что мы говорили, ладно? - тихо попросил он. - Ладно, - кивнул Лино, поднимаясь. - Но совет - разберитесь между собой, пока это не разорвало вас обоих. Вы слишком палитесь, пытаясь играть безразличие. Когда за ним закрылась дверь, Феликс остался сидеть в тишине, чувствуя, как в груди с каждой секундой нарастает тревога. Он знал, что Лино прав. Но ещё сильнее он знал - если они с Хёнджином попробуют "разобраться", всё уже никогда не будет по-старому.