Профессор некромантии

Гостиная тут же наполнилась возгласами недовольства. У кого-то из-за запрета отменялась сегодня тренировка по квиддичу. Трое друзей переглянулись. – Как думаете, директор уже понял, что это… мы? – нервно спросил Рон. – Неужели эта Миртл разболтала? Ответить ему не успели. Перси направился прямиком к троице. – Поттер! Внутри у Гарри всё похолодело. Неужели его исключат прямо сейчас? Или ещё хуже – отправят в Азкабан! Он ведь не хотел ничего плохого и лишь защищался, неужели это совсем не возьмут в расчет? – С тебя пять баллов за то, что дразнил Филча, – сообщил староста, стараясь при этом казаться важнее и значительнее, чем был на самом деле. – Не думаю, что директор согласится отдать тебе кошку завхоза, так что оставь свои шуточки. У профессора Дамблдора есть дела и поважнее, уж я-то знаю. Видимо, облегчение на лицах троих друзей оказалось уж слишком заметным, из-за чего Перси нахмурился и добавил: – Если потеря пяти баллов не произвела на тебя впечатление, в следующий раз я сниму десять баллов и оставлю тебя писать строчки! – Нет-нет, что ты, Перси! Я очень сожалею и раскаиваюсь в своём поступке, не надо десять баллов, – спешно ответил Гарри. Этот ответ Перси удовлетворил, и он оставил первокурсников в покое. Рон только закатил глаза. Будь здесь близнецы, они бы не удержались от парочки шуточек над своим чересчур важным братом. Но близнецов не было. И куда только запропастились? – Гермиона, в какой книге ты читала про законы и про Азкабан? – спросил Гарри. – Дашь и мне почитать? Саурону было очень интересно знать, какие законы в этом мире, чтобы иметь возможность успешно и без последствий их нарушать. Сегодня они с Гарри действовали слишком топорно и неосторожно. Надо будет получше подготовиться и выучить новые заклинания на случай, если они вновь угодят в неприятности. Очевидно, универсальной Авады для таких случаев недостаточно. Убить легко, сложно устранять последствия убийства и заметать следы. – Да, тебе не помешало бы это прочитать, – ответила Гермиона, смерив его взглядом. – Никогда, никогда не используй больше это заклинание. Ты понял, Гарри? – Не буду. Я и не хотел его использовать, – проворчал Поттер. Под внимательным взглядом Гермионы ему стало более неуютно, чем даже под взглядом старосты. Она его не выдаст, но какие подозрения зародились в её душе после услышанной истории? – Наверное, тебе суждено стать великим волшебником, Гарри, раз ты уже сейчас можешь использовать такие заклинания, – задумчиво произнесла Гермиона. – Надеюсь, ты не пойдёшь по той же дороге, что и Тот-кого-нельзя-называть… – Что ты такое говоришь, Гермиона! – замахал на неё руками Рон. – Чтобы Гарри… Наш Гарри, да такое! Гарри стало так плохо после этого, что и словами не описать. Гермиона озвучила то, чего он сам до смерти боялся. Он гнал от себя эти мысли, веря увещеваниям своего невидимого друга. – Тот-кого-нельзя-называть убил моих родителей, Гермиона. Я ни за что на свете не стану таким, как он. Что бы сказали обо мне мама и папа? – Вот именно, Гермиона! – подхватил Рон. Они больше не говорили на эту тему, но Гарри ночью спал очень плохо. Он всё думал и думал об этом. Думал о своём намерении убить Волдеморта, об Аннатаре и снова о Волдеморте. Не придя ни к какому умозаключению, гриффиндорец забылся тревожным сном. Он так плохо спал, что по утру проснулся даже раньше голоса совести. Тихо собрался и вышел в гостиную, где задремал на пуфике. Там его и нашла имеющая привычку рано вставать Гермиона. – Неужели ты спал здесь, Гарри? – встревоженно ахнула девочка, умостившись рядом на краю пуфика. Поттер сонно разлепил глаза. После этого короткого отдыха ему не стало лучше ни на йоту. – Нет, я недавно спустился. Просто очень плохо спал ночью… – он помедлил. – Я так переживал из-за твоих слов, Гермиона. Ему впервые до безумия захотелось во всём признаться. В том, что ничего выдающегося в нём нет, и колдовал не он, а некий голос в его голове. Интересно, что бы сказала Гермиона про Аннатара? Голос совести пока спал и появилась возможность поговорить с подругой по душам в тайне от него… Но он ведь может проснуться в любой момент, и что тогда будет? Вдруг он рассердится? Вдруг он сделает что-то с Гермионой? А если и получится сказать тайком, Аннатар ведь может прочитать его мысли. – Из-за каких слов, Гарри? – Я не хочу становиться как Волдеморт. Совсем не хочу! Но эти чары… ты права, это зло в чистом виде. Никто не должен их использовать. Но что, если использовать их против Него? Ты бы смогла? Гарри вцепился в её руку, как в спасательный круг. Гермиона опустила взгляд и молчала с минуту, прежде чем дала ответ: – Мир был бы гораздо лучше, если бы Того-кого-нельзя-называть не стало. Однако зло нельзя искоренить злом, Гарри. Это невозможно. Убьёшь его – сам станешь убийцей… Хотя, возможно, я и неправа. На такой вопрос может ответить разве что Дамблдор, – она неуверенно улыбнулась. Её ответ так и не помог ему определиться, как поступить с Волдемортом, но всё равно принёс толику облегчения. Гарри решился. – Послушай, Гермиона, ты ведь умеешь хранить секреты? – на одном дыхании выпалил он, резко подавшись к ней. – Я расскажу тебе кое-что. Пообещай, что никому не скажешь, даже мне самому. Особенно мне! Об этом нельзя говорить. Стушевавшаяся под таким напором девочка лишь кивнула. – Я не бываю один никогда, – медленно произнёс он, глядя ей в глаза. – Я. Не. Один. В ночь Хэллоуина колдовал не я. И вчера тоже колдовал не я. Он может повторить любое заклинание, если увидит его хоть раз. Он видел заклинание Снейпа и повторил его вчера. Моей рукой колдовал другой! Мои успехи – его успехи. Гермиона так и замерла с широко распахнутыми глазами. Она глубоко вдохнула, хотела что-то сказать, но не смогла. Многие мечтали узнать секрет Мальчика-который-выжил. Возможно, это и есть тот секрет? Звучало скорее как признание в сумасшествии, но Гермиона не делала преждевременных выводов. – Ты говоришь о Вол… – Нет! Не о Волдеморте. Он назвался моим ангелом-хранителем, но я в это не слишком верю. Он мне помогает и в случае опасности спасает жизнь. Сейчас он вроде бы спит, поэтому я говорю тебе. Он не должен знать, что я рассказал! Гарри спешно сунул руку в сумку и вытащил первый попавшийся листок, после чего не глядя быстро написал на нём только одно слово. «Аннатар». Он не знал, в какой момент проснётся голос совести, поэтому старался всё делать быстро и так, чтобы не вызвать лишних вопросов. Поттер сунул листок Гермионе. – Его имя. Прочитала? А теперь порви, сожги и никогда не произноси его при мне, иначе он услышит. – Тебе нужна помощь, Гарри? – дрожащим голосом спросила Гермиона, глядя на листок. – Что я могу для тебя сделать? Он… тебе угрожает? Тебе плохо? Поттер задумался. Сейчас, возможно, его единственный шанс попросить о помощи. Но нужна ли ему эта помощь? – Н-нет, не думаю. Он хороший. Но иногда он говорит и делает странные вещи. Это он любит тыквенные пироги и сладости. Он заставил меня пойти в хор и подружиться с Малфоем. Благодаря ему я подружился с тобой. Ему тысяча лет или даже больше. У него очень низкий голос и светящиеся глаза с вытянутыми зрачками, я их видел только раз. Он стал моим другом, поэтому я разрешил ему управлять моей левой рукой. А недавно позволил ему изредка управлять всем телом. Это он захотел погладить миссис Норрис и нахамить Филчу! Гарри на одном дыхании выложил о своём невидимом друге почти всё, что знал. Умолчал лишь о том, что Аннатар хочет убить Волдеморта. Такое уж точно никому говорить нельзя. – Я поищу сведения о похожих случаях в библиотеке. Возможно, следует сказать преподавателям? – предложила Гермиона. – Это похоже на одержимость злым духом, тебе не кажется? – Нет, не надо им говорить! – тут же всполошился Гарри. – Вдруг они разлучат нас с ним? Послушай, я сам сперва очень испугался, когда услышал его голос с год тому назад, но теперь привык, у меня всё хорошо. Он бывает строг и невыносим, но заботится… Что, если это он спас меня в ту самую ночь? Пусть уж он и дальше будет со мной. Никто не знает, куда пропал Тот-кого-нельзя-называть и когда он вернётся. Во всей фигуре мисс Грейнджер читалось напряжение. Если она и была не согласна с Гарри, то ничего не сказала и только кивнула. Опрометчиво доверять злому духу, но и лишать Гарри такого защитника не стоит. Вдруг ему суждено встретиться с Волдемортом вновь? Если этот некто действительно спас жизнь и приносит пользу, за ним стоит понаблюдать. – Но что, если тебе понадобится помощь, а ты не сможешь даже сказать об этом? Гарри задумался. Такое в самом деле может произойти. Пару раз ему было страшно, что может случиться что-то непоправимое. Аннатар порой слишком непредсказуем. – Гермиона, поклянись, что никогда не обмолвишься и словом о том, что я тебе рассказал. Пожалуйста, сохрани мой секрет. Если мне вдруг понадобится помощь, я… Я ущипну тебя за мизинец дважды. Договорились? Такое решение ей понравилось. Девочка наконец улыбнулась. Теперь Гарри не остался один с чем-то неизвестным, у него есть подстраховка на крайний случай, с этим уже можно жить. – Договорились! Я клянусь, что никому не выдам твой секрет до тех пор, пока не получу от тебя сигнал. Если получу сигнал, то отправлюсь прямиком к директору или профессору Макгонагалл. Гарри удовлетворённо кивнул. У него словно гора с плеч свалилась. Все накопившиеся за год переживания как рукой сняло. Он больше не одинок и не беззащитен даже перед лицом своего невидимого друга. – Главное, запомни, этого разговора никогда не было, – в очередной раз напомнил Гарри. – Нельзя допустить даже намёка об этом. – Да поняла я, Гарри, – закатила глаза Гермиона. – Я сама поищу информацию в библиотеке и ничего тебе не скажу. Но лучше бы тебе спустя время выгадать ещё момент для разговора, чтобы я могла поделиться с тобой тем, что нашла. И я тут подумала, тебе нужен ещё письменный условный сигнал. На каникулах ты не сможешь ущипнуть меня за палец. Поттер только порадовался тому, что у него есть такая предусмотрительная подруга. Стоило поблагодарить Аннатара за то, что решил подружить его с ней. – Давай ты нарисуешь в письме две звездочки, если тебе понадобится помощь. Теперь Гарри был защищен со всех сторон: и в школе, и на каникулах. Но самое главное, он больше не одинок и ему не нужно хранить эту тайну в одиночку. Больше никаких переживаний! Он был безумно рад, что наконец всё рассказал. Этим утром урок трансфигурации был первым. Гарри влетел бы в кабинет как на крыльях, если бы не был таким невыспавшимся. Невыспавшийся, но спокойный и почти счастливый. Теперь и пёс, и Плакса Миртл, и перспектива исключения – всё отошло на второй план. А к середине урока наконец проснулся голос совести. «Доброе утро, Гарри», – сонно приветствовал своего подопечного Аннатар. – «Я тебя не разбудил сегодня. Ты не проспал из-за меня? Не опоздал на урок?» «Доброе утро! Я проснулся сам даже раньше, чем ты меня обычно будишь. Я совсем не выспался, но у меня пока всё хорошо. Понять бы только, о чём говорит профессор». Гарри с трудом подавил зевок. Строгая Макгонагалл такое поведение на уроке не оценила бы. «Что хоть изучаем сегодня?» «Превращение спички в иголку», – вяло ответил Гарри. – «У Гермионы вон что-то получается, а у меня как была спичка, так и осталась». «Сейчас разберёмся». Саурон посмотрел на записи на доске и его осенило. Вот как можно обзавестись ножом! Им не обязательно воровать нож с кухни, можно просто трансфигурировать его из какой-нибудь щепки, из ветки, из чего угодно! У обоих решений были и достоинства, и недостатки. На настоящем ноже нет следов магии, поэтому другой волшебник не почувствует его наличие, это даёт возможность внезапного нападения. Увы, ходить с кухонным ножом неудобно, хранить его неудобно, объяснить его наличие у себя взрослому почти невозможно. Трансфигурированный нож можно наколдовать любой удобной формы, от него можно быстро избавиться в любой момент, его наличие легко объяснить своими упражнениями в трансфигурации. Конечно, опытный маг почувствует волшебство в кармане, но он ведь не ждёт, что в кармане именно нож. Это может быть что-то безобидное, вроде напоминалки Невилла… Решено! «Давай я поколдую. Где у нас палочка с пером феникса?» Гарри немного удивился – обычно Аннатар не делал за него всю работу на уроках, чтобы он мог чему-то научиться сам. Мальчик выудил из внутреннего кармана мантии вторую палочку. До этого он использовал палочку с волосом единорога, но Аннатару она не подходила совершенно. Сидящая рядом Гермиона краем глаза наблюдала за неожиданно взбодрившимся соседом по парте, подмечая все его движения. Гарри взял палочку в левую руку. Всегда, когда он использовал левую руку, у него получались удивительные вещи, хотя Гарри левшой не был даже близко. Если раньше у мисс Грейнджер ещё были сомнения в признании друга, то теперь она своими глазами видела подтверждение его слов. Когда Гарри взял палочку в левую руку и произнёс заклинание, у него получилось с первого раза. Спичка полностью превратилась в иголку, чего к середине урока не смогла добиться даже сама Гермиона. Её спичка пока лишь заострилась с одного конца и обрела лёгкий металлический блеск. – Ну наконец-то, мистер Поттер! Я уже начала за вас переживать: превратить дубину в букет цветов вам удалось, а со спичкой никак не справитесь, – профессор Макгонагалл тут же заметила его успехи и подошла. Она придирчиво осмотрела иголку и улыбнулась уголками губ. Однако в глубине глаз читалась тень беспокойства. – Пять баллов Гриффиндору за первое удачное превращение, – оповестила она. Однако следующие слова декана заставили напрячься: – Поттер, Уизли, задержитесь после урока. Рон заметно побледнел. Уж это точно предвестие исключения из школы. Ни о чём другом трое друзей не могли думать до самого конца урока. Гермиона решила задержаться вместе с мальчиками. Профессор не стала выпроваживать любимую ученицу. – Могу я попросить вас передать мне ваши палочки? – попросила Макгонагалл, когда в кабинете не осталось посторонних. Друзья удивлённо переглянулись, но исполнили просьбу профессора. – Все ваши палочки, мистер Поттер. – Но у меня их только две, профессор. – Кажется, однажды я видела в ваших руках третью. Очень длинная палочка из черного дерева, – произнесла Минерва, строго нахмурив брови. Гарри стушевался под этим взглядом, но отдать третью палочку он не мог. С собой её не было, да и не принадлежала она ему. – У меня нет третьей палочки, профессор Макгонагалл. – Сейчас мы это и проверим. Акцио волшебные палочки Гарри Поттера! Две отданные палочки тут же прыгнули ей прямо в руку. Профессор подождала пару минут, но третья палочка так и не появилась. – Что ж, видимо вы говорите правду, – пришла к выводу Минерва. Гермиона смотрела прямо перед собой, не в силах поверить. Она тоже знала про третью палочку. И если эта палочка не принадлежит Гарри, она принадлежит другому. Некому ангелу-хранителю, которого Гарри называет «Аннатар». Но кто Аннатар на самом деле? Ответ на этот вопрос ей предстояло искать в библиотеке. Профессор Макгонагалл взяла одну из трёх полученных палочек и взмахнула ею. – Приори Инкантатем! Из палочки начали одно за другим вылетать все предыдущие заклинания, начиная с использованных сегодня на уроке. Саурон пришёл к выводу, что поступил совершенно верно, заблаговременно спрятав палочку. Разве что стоило прятать понадежнее, а то лежит она недалеко от входа в башню Гриффиндора. Если Рона и Гарри подозревают, обнаружение той палочки укрепит это подозрение. Увы, перепрятывать было поздно, ведь теперь есть вероятность, что за ними следят. Профессор Макгонагалл исследовала две палочки Гарри и палочку Рона, но ничего подозрительного не нашла. Вся её суровость вмиг испарилась. Она выдохнула с облегчением. Подозрения оказались напрасны. Да и как вообще можно подозревать детей в таком? Эта проверка – не её инициатива. – Можете забрать свои палочки, с ними всё в порядке. – Это как-то связано со вчерашним происшествием, профессор? – поинтересовалась Гермиона. – А что вам известно о вчерашнем происшествии? – тут же подловила её Минерва. – Только то, что нам было вчера запрещено выходить из башни, – не растерялась девочка. – Неужели кто-то с нашего факультета что-то натворил и нарушил правила? Декан Гриффиндора как-то хитро улыбнулась, окинув взглядом их троих. У Рона начинали потихоньку гореть уши. – Да, кто-то нарушил правила. Но, видимо, нарушитель не с нашего факультета. Ступайте на следующий урок. Если их в чём-то подозревали, так это в том, что они влезли в запретное место, но точно не в убийстве. Даже наказывать не стали. Хотя о самой выходке известно, иначе не было бы проверки палочек. Видимо, руководство школы решило, что детям уже достаточно того наказания, что они получили, забравшись в комнату к церберу. Саурон злился. Эти дурные волшебники подвергли опасности жизни детей и теперь сидят довольные. Слишком довольные, а ведь им ещё искать убийцу. Хотелось бы знать, как об их вчерашнем приключении стало известно директору и декану. Их всё-таки заметил кто-то из портретов или мимо пролетало еще одно привидение? А может, дело в чём-то другом? Что ж, Саурон был мало удивлён осведомлённости директора. В Барад-Дур тоже было невозможно что-либо скрыть от хозяина крепости. За продолжительное время могучий чародей едва ли не срастается со своим жилищем. До следующего урока была ещё уйма времени и перерыв на обед, так что Гермиона не стала медлить и решила сразу отправиться в излюбленное место – в библиотеку. Она чувствовала на себе ответственность за Гарри Поттера, который соседствовал в одном теле с чем-то неизвестным и, возможно, крайне опасным. – Только не говори, что ты тоже в библиотеку, Гарри, – простонал Рон, вяло плетясь следом за другом. Они оба отстали от Гермионы, потому что Рон не оставлял попыток уговорить Поттера пойти на поле посмотреть на тренировку команды. – Дин и Симус уже пошли туда, мы тоже можем успеть. Неужели тебе совсем не хочется посмотреть? Гарри хотелось и сильно, но он понимал, что сейчас есть дело поважнее. Аннатару нужно в библиотеку, чтобы посмотреть в книгах новые заклинания, которые можно использовать вместо Авады. Ещё одно совершенное собственными руками убийство совесть Гарри попросту не переживёт, поэтому сегодня квиддич может и подождать. – Мне очень хочется, Рон, но сейчас мне нужно в библиотеку. Давай в другой раз? – Ну вот. Всегда ты так, Гарри. Рон вяло волочил ноги за своим другом, словно каторжник. Гарри стало его так жалко, будто он щенка на улице пнул. – Послушай, тебе ведь не обязательно идти вместе со мной. Ты мог бы отправиться к Дину и Симусу, я не обижусь. Встретимся за обедом, – предложил Поттер. – В следующий раз сходим вместе, я обещаю. – Правда, не обидишься? – воспрял духом Рон. Гарри заверил его в том, что их дружба нерушима, и им не обязательно проводить рядом круглые сутки, чтобы её сохранить. Обрадованный Уизли с такой скоростью бросился на улицу, что едва не врезался в выходящую из класса Макгонагалл. – Я тебе всё перескажу за обедом, Гарри! – крикнул Рон, прежде чем скрыться за поворотом. – Не бегайте по коридорам, мистер Уизли! – пригрозила ему вслед декан Гриффиндора. Не желая ещё раз попасть под суровый взгляд профессора Макгонагалл, Поттер пропустил её вперёд себя и поплёлся следом. Он так задумался, что не заметил, как пропустил поворот в сторону библиотеки. Гриффиндорец шёл за профессором до тех пор, пока она не остановилась у статуи горгульи. – Шоколадные крендельки, – произнесла Минерва, после чего статуя ожила и освободила проход. «Вот оно!» Гарри даже вздрогнул от неожиданности и только теперь обнаружил, что пришёл не в библиотеку, а неизвестно куда. Вот что значит ночь без полноценного сна. «Что случилось, Аннатар?» «Кажется, мы только что нашли кухню!» – прозвучал полный алчного желания ответ. – С чего ты взял? «Не спорю, это странное расположение для кухни, но у этих волшебников всё через одно место», – ответил Аннатар, глядя на замершую горгулью. – «Сам посуди, время обеденное. Куда ещё профессор Макгонагалл могла войти с таким паролем? Всё логично!» – Почему тогда нет запаха еды и учеников поблизости? – скептически спросил Гарри. «Потому что кухню специально прячут от таких, как вы! Иначе каждый второй бегал бы сюда за добавкой и превратился в худшую версию Дадли. У детей же нет чувства меры, вам только сладости подавай». Гарри приподнял брови. Ну да, это же дети чуть не опустошили лавку господина Шугарпалма в Косом Переулке, а не один любитель погурманиться. «Заглянем сюда как-нибудь вечерком», – решил Саурон. – «Или рано утром, чтобы не встретить никого. Добавим мне пару лишних приёмов пищи в день, и я быстро вернусь в форму». – В форму шара, – не удержался Гарри. Иногда Аннатар ел столько, что мальчик уставал жевать. К их приходу Гермиона в библиотеке уже обложилась книгами со всех сторон. Она протянула Гарри свод волшебных законов, о котором говорила накануне, отметив про себя, что тот потянулся за книгой левой рукой. Мисс Грейнджер решилась следить за Поттером. Обычно она не отводила взгляд от книги, а теперь изредка поглядывала на него, подмечая всё, от жестов до выбора литературы. И чем больше девочка наблюдала, тем сильнее убеждалась в том, что сейчас рядом с ней за столом сидит не Гарри. Аннатар за десять минут ознакомился с полученной от неё книгой и сдал её мадам Пинс. Вернулся за стол с увесистой стопкой новых. У Гермионы мороз пошёл по коже, когда она увидела, что это за книги. Защита от тёмных искусств для старших курсов. Чары для старших курсов. Заклинания, используемые на дуэлях. Тому, кто с первого взгляда освоил заклинание «Орхидеус» и «Авада Кедавра», не составит труда выучить чары из этих книг. Аннатар увеличивал свой арсенал заклинаний и делал это куда быстрее, чем Гермиона могла представить. – Ты с меня сегодня прямо глаз не сводишь. Обычно ты в библиотеку ходишь почитать. Гриффиндорка вздрогнула и отвела взгляд. Она видела улыбку, но теперь понимала, что улыбается ей не Гарри. – Удивляет твой выбор книг, – стараясь себя не выдать, ответила Гермиона. – Ты в самом деле хочешь выучить заклинания для седьмого курса? – Я хочу выбрать только одно заклинание попроще и выучить его. Уж с одним-то я справлюсь, как думаешь? – Ты месяц не мог выучить Левиосу, но с первой попытки освоил Орхидеус. Я даже не представляю, чего от тебя ждать, Гарри, – призналась Гермиона. – Скажи мне потом, какое заклинание ты выбрал. Исходя из слов Гарри, можно было предположить, что Аннатар выбрал все. Все заклинания, о которых успел прочитать. И это страшно. – По-моему, твои книги гораздо интереснее, Гермиона. «Злые духи и призраки», «Легенды о самых жутких привидениях», «О чём мечтает призрак». Ты некромантией заинтересовалась? Как же сложно в этот момент было Гарри думать об отстраненных вещах и не вспоминать об утреннем разговоре. Он знал, что если вспомнит об этом хоть на мгновение, Аннатару всё будет известно, что грозит неминуемой ссорой. «Ты уже выучил все эти заклинания, Аннатар?» – попытался Гарри отвлечь его от разговора с Гермионой. – «Теперь мы сможем защищаться без Авады?» «Кое-что выучил», – ответил Саурон, переключив внимание на раскрытый учебник. – «Но этого недостаточно. Нужно, чтобы хоть пару заклинаний освоил ты. Причём освоил хорошо». «Я разве справлюсь? Всё-таки шестой и седьмой курс»… – протянул Гарри, надеясь откосить от такой сложной задачи. Его руки сами потянулись к учебнику и пролистали несколько страниц. Гермиона с облегчением увидела заголовок «Протего – щитовые чары». Хотя бы этим заклинанием никого не убить.