Gaze at me with your soul

Её прерывистое дыхание становилось всё тяжелее и чаще, пока она поднималась по улице в гору, ведущей к дому. Она старалась не сбавлять бег, заставляя квадрицепсы работать до последней капли оставшейся энергии. Резким движением головы она откинула назад мокрые розовые пряди, упрямо липшие ко лбу. Вай остановилась в нескольких сотнях метров от подъезда своего дома и последние несколько минут шла пешком, чтобы дать ногам остыть. Глубоко выдохнув, она почувствовала, как её раскалённая кожа встретилась с холодным воздухом вестибюля. Зайдя в лифт, она попыталась расслабиться и успокоить яростное биение сердца, которое отдавалось эхом в горле, обожжённом холодом. Зеркало отразило её лицо — напряжённое и растрёпанное от усилий: нахмуренный лоб, покрытый каплями пота, раскрасневшиеся щёки и суженные зрачки от эндорфинов, бурлящих в венах. Кардио никогда не было её любимым занятием, но этим утром она выскочила на пустынные улицы с первыми лучами рассвета в отчаянной попытке сжечь тревогу, накопившуюся перед свиданием с Кейтлин. Она даже не была уверена, как правильно назвать это событие. Та женщина ждала неделями, прежде чем написать — только после того, как Вай наконец смирилась с мыслью, что Кейтлин вообще не интересуется ею. И даже сейчас, почти ничего не зная о ней, она старалась не принимать как должное, что Кейтлин вообще может интересоваться женщинами. Может, та просто хотела выпить кофе по-дружески. А может, даже не по-дружески, а просто из вежливости, без особого участия. Вай попыталась прогнать эти навязчивые мысли, входя в квартиру, и заставила себя не фантазировать о возможных исходах встречи. Она и сама не понимала, почему эта одержимость незнакомкой так её захватила. Единственное, что она знала точно — впервые за много лет она чувствовала себя подростком, влюблённым в одноклассницу. Не то чтобы она особенно скучала по тем временам, но это томление, это напряжённое ожидание, которое жгло у неё в груди, буквально поджигало её изнутри — будто вены заполнились бензином. С тех пор как они договорились о встрече, она тренировалась усерднее, чем когда-либо, и даже Вандер похвалил её за улучшившуюся физическую форму. Оказавшись в ванной, она разделась и зашла под душ, не дожидаясь, пока вода нагреется. Дрожа, она надеялась, что ледяная струя смоет с кожи это опьяняющее чувство. Чтобы она снова могла вести себя как взрослая и не опозориться перед Кейтлин в очередной раз. Она спокойно намыливалась, прокручивая в голове варианты, во что бы ей одеться. Думать, будто не нужно прикладывать усилий, потому что Кейтлин всё равно её не видит, — значило бы просто не уважать её. Мысленно перебирая гардероб, она наконец решила, что лучше всего будет просто остаться собой — надеть худи и джинсы. В конце концов, подумала она, учитывая, как они познакомились, хуже уже точно не будет.

⠅⠑⠯⠞⠺⠁⠯

Она закрыла глаза и потерла переносицу большим и указательным пальцами, затем снова моргнула — бессмысленный и совершенно бессознательный жест. Снова протянула руку, осторожно ощупывая полки шкафа в поисках чего-нибудь, во что можно было бы одеться. Хотя выбора-то особо и не было. После потери зрения Кейтлин решила резко сократить палитру своего гардероба до трёх цветов: тёмно-синего, серого и чёрного. Это сводило к минимуму риск ужасающе несочетающихся нарядов и, что важнее всего, необходимость просить кого-то о помощи. Призрак жгучего гнева от того, что ей приходится зависеть от других, до сих пор тлел где-то глубоко в животе. Его заглушала упрямая самообеспеченность, способность справляться самой, железная приверженность правилам, рутине и привычкам — но он никогда полностью не затихал. Среди самых ранних её «чёрных» воспоминаний были те мучительные моменты, когда ей приходилось просить помощи буквально во всём: помыться, одеться, поесть. Простейшие действия за одну ночь превратились в новый, мучительный и непостижимый ад. Ирония судьбы за её высокомерное стремление быть лучшей заключалась в том, что теперь она не могла ничего сделать самостоятельно. Пальцы скользнули по аккуратным стопкам одежды — сложенной по-разному в зависимости от типа и цвета. Она выбрала джинсы с высокой посадкой и чёрный свитер, положила их на кровать и стала одеваться в своём привычном темпе. Сняла влажное полотенце с волос, позволив ему упасть к ногам, и села на край кровати, чтобы сохранить равновесие, пока натягивала джинсы. — Кейт? — раздался голос Джейса за дверью спальни, сопровождаемый парой лёгких стуков. — Ты там? — Да, заходи, — ответила она через мгновение, не обращая внимания на то, что почти раздета. Джейс был рядом с первого же дня после аварии, и к этому моменту, вероятно, видел её чаще голой, чем одетой. Она услышала щелчок выключателя — привычку, от которой давно отказалась. — Ты в предвкушении? — спросил мужчина, пока она молча заканчивала одеваться. Кейтлин прекрасно понимала, зачем он это спрашивает. Это был бы не первый раз, когда она сбегает со свидания, выдумав срочное служебное поручение. Девушка с синими волосами фыркнула: — Скорее... раздражена. — Отличное настроение для свидания, — поддразнил он, делая несколько шагов к ней. Кейтлин узнала его запах, ровный ритм шагов, лёгкое, спокойное дыхание — то, чего она никогда не замечала за первые двадцать лет жизни. — Никто не сказал, что это свидание. Она просто хочет угостить меня кофе, потому что чуть не растоптала меня, — огрызнулась женщина, проводя рукой по всё ещё влажным волосам и пытаясь распутать их. — Это не значит, что ты можешь быть грубой, — сказал Джейс, явно веселясь. — В конце концов, это ты сама ей написала, — уточнил он через паузу. — Я просто хотела... — Кейтлин попыталась придумать хоть сколько-нибудь правдоподобное объяснение, не в силах признаться даже себе, что сама не знает, зачем это сделала, и тут же пожалела об этом. — Поблагодарить её за предложение. Джейс рассмеялся: — Конечно, Кейт. Давай сделаем вид, что верим в эту версию, если тебе от этого легче. Кейтлин раздражённо фыркнула, даже не потрудившись больше отвечать. Она наклонилась, чтобы поднять полотенце, брошенное на пол, и отнести его в ванную. — Так, — снова нарушил тишину Джейс, — а как насчёт того, чтобы Мэл сделала тебе макияж? Кейтлин повернулась к нему, её лазурные глаза уставились прямо на него, будто она видела его отчётливо. Брови сошлись, губы сжались в выражении чистой ненависти. Отвечать ей даже не пришлось.

⠅⠑⠯⠞⠺⠁⠯

Кейтлин молча сидела за столиком, куда Джейс и Мэл практически усадили её, будто двое чрезмерно опекающих родителей. Их тревога, конечно, объяснялась лишь тем, что Кейт в последний момент может передумать и сбежать до того, как «девушка из больницы» появится. Она вздохнула, опустила руки под стол и нащупала кончиками пальцев успокаивающую мягкость шерсти Стеба. Пёс слегка пошевелился, прижав к её ладони влажный нос — ласковый жест поддержки. Она погладила его морду, медленно водя пальцами. Вокруг неё звуки кафе смешивались с ароматами кофе и свежей выпечки. Гул разговоров то и дело заглушал шум кофемолок и звон фарфора о фарфор. В какой-то момент её ноздри заполнил густой цветочный парфюм какой-то прохожей дамы — от него потянуло тошнотой. Она услышала твёрдые шаги, приближающиеся к столику: медленные, уверенные, с глухим стуком тяжёлых ботинок с резиновой подошвой. Через мгновение голос Вай вырвал её из мыслей о побеге. — Привет, — нервно поздоровалась Вай, усаживаясь напротив и растягивая губы в маленькую, бессмысленную улыбку. Её взгляд упал на крупного золотистого ретривера в привычной бело-красной шлейке поводыря, спокойно сидевшего у ног Кейтлин. Стеб едва приподнял глаза, наблюдая за движениями Вай. Та старалась игнорировать его, подавляя сильное желание погладить и потревожить пса. — Привет... Ты Вайолет, верно? — с сарказмом спросила Кейтлин, перебивая её размышления. — Да! — хрипло ответила Вай, а через секунду прочистила горло, пытаясь проглотить смущение. — Да, извини, мне стоило сразу сказать, что это я. — Ничего, — ответила Кейтлин, на миг подбирая слова. — Я узнала твой голос, — наконец призналась она. На мгновение Вай задумалась, не издевается ли Кейтлин над ней. Может, ей доставляло удовольствие ставить её в неловкое положение — или, наоборот, это помогало самой Кейт почувствовать себя увереннее. Возможно, заставляя Вай чувствовать себя виноватой за то, что та считала личной слабостью, Кейтлин просто пыталась уравнять шансы. Хотя ей это было и не нужно. Вай наблюдала, как губы Кейтлин складываются в лёгкую ироничную улыбку, а маленькая щербинка между передними зубами заставила её почувствовать, будто голову только что окунули в бочку с кислотой. В этот самый миг она мысленно поблагодарила любое потустороннее существо за то, что Кейтлин не видит её лица. — Так... что тебе принести? — спросила розововолосая, медленно поднимаясь со стула. Кейтлин фыркнула: — Я прекрасно могу сама заказать кофе. Я же сказала, мне не нужна твоя жалость. Наступила тяжёлая пауза, прежде чем Вай снова заговорила — спокойно, но с неуверенностью в голосе: — Я имела в виду... раз я хочу заплатить... в качестве извинения. Только тогда Кейтлин осознала резкость своего ответа и на секунду прикусила нижнюю губу. Ей стало жарко в шее, когда она представила, как на неё сейчас смотрит другая женщина, и мягкий хлопок свитера вдруг стал почти невыносимым на её теперь сверхчувствительной коже. — А, точно, — наконец ответила она, не в силах извиниться за тон. — Капучино с соевым молоком, пожалуйста. Вай кивнула, но через мгновение поняла, что Кейтлин не видит этого жеста. — Сейчас вернусь. Кейтлин громко выдохнула, лишь убедившись, что Вай уже достаточно далеко и не услышит её. Только тогда она поняла, что всё это время задерживала дыхание — совсем перестав годиться для любого человеческого общения. Прошло семь лет. В конце концов, это всего лишь кофе. Она могла бы хотя бы попытаться быть вежливой, если уж не доброй. Снова опустив руку к ногам, она погладила Стеба, и тот с удовольствием вздохнул под её ладонью. Через несколько минут Вай вернулась, аккуратно поставив чашку капучино перед Кейтлин. — Держи, капучино с соевым молоком, — сказала она, воздержавшись от любых дополнительных слов, чтобы снова не обидеть собеседницу. Не в силах сдержать улыбку, она лишь через мгновение вспомнила, что та не увидит её жеста — и поймала своё отражение в тёмных линзах очков Кейтлин. — Спасибо, — ответила синеволосая, положив ладонь на стол и медленно, осторожно проведя ею в поисках чашки. Как только пальцы коснулись её края, она уверенно взяла её двумя руками и поднесла к губам. Она сделала пару глотков — не спеша, чтобы не обжечься, — и поставила чашку обратно на деревянную поверхность. Пока Кейтлин молча пила кофе, Вай не могла оторвать от неё глаз, наблюдая за её медленными, но точными движениями. Она смотрела, как та решительно проводит рукой по полуглянцевой поверхности стола; как её длинные, тонкие пальцы находят металлический держатель для салфеток, вытаскивают одну и подносят к губам. Вай почувствовала странную боль в животе, когда Кейтлин на миг прикусила нижнюю губу, увлажняя её... — Ты работаешь в больнице? — нарушила молчание Кейтлин, снова поднимая чашку и делая ещё один глоток. — Что? — глупо переспросила Вай, застигнутая врасплох столь конкретным вопросом. — Просто подумала, может, ты медсестра или врач, раз мы столкнулись оба раза, когда у меня были приёмы, — пояснила Кейтлин. — Нет, я боец ММА... — ответила Вай, чувствуя, как уши заливаются жаром от смущения. Она решила воспользоваться тем же оправданием, что дала врачу. В конце концов, это было не совсем ложью. — Скоро стартует сезон, и я просто проходила плановые осмотры. Кейтлин удивилась ответу и лишь сейчас задумалась, как же может выглядеть эта женщина. Она представила, остались ли на лице Вай следы от постоянных ударов — шрам, сколотый зуб или рассечённая губа. На мгновение её охватило непреодолимое желание протянуть руку и коснуться её, провести пальцами по лицу в поисках чего-нибудь, что сделало бы Вай менее... целостной. Менее совершенной — по сравнению с тем идеализированным образом, который её разум автоматически рисовал при общении с незнакомцем. Этой нереалистичной, вымышленной красотой, существовавшей лишь для того, чтобы ранить её саму. — Значит, мне, наверное, стоит считать себя либо очень удачливой, либо очень неудачливой, что у нас оказались приёмы в один день, — сказала Кейтлин через мгновение, слегка усмехнувшись и отгоняя саморазрушительные мысли. Она ведь должна была просто обменяться парой слов с Вай, а не касаться её. Боец коротко рассмеялась, снова пойманная в ловушку этого опьяняющего смешка. — И кем же ты себя считаешь? — Ещё не решила, — сухо ответила Кейтлин, делая ещё один глоток горячего напитка. Розововолосая тихо фыркнула от её ответа. Она могла бы поспорить, что Кейтлин никогда не даст ей удовольствия получить чёткий ответ. Вай взглянула на черты её лица — теперь более мягкие и расслабленные по сравнению с их прошлыми встречами — и решила довольствоваться этой маленькой победой. — А ты? Чем занимаешься? — спросила Вай, поддерживая разговор. — Я юрист, — коротко ответила Кейтлин. — По гражданским правам, — добавила она через паузу, будто пытаясь смягчить свою резкость. — Вау, — искренне восхитилась Вайолет, — Ты, должно быть, невероятно умна. — Или невероятно скучна, — с лёгкой иронией засмеялась Кейтлин. Вай молча смотрела на неё несколько секунд, гадая, есть ли у Кейтлин хоть малейшее представление о том, какой эффект может произвести этот чуть хрипловатый смех на окружающих. — Нет, — возразила она, — я бы точно не сказала «скучна». Кейтлин не ответила, сделав ещё один глоток кофе — будто пыталась утопить в горячем молоке своё смущённое выражение.

⠅⠑⠯⠞⠺⠁⠯

Нащупав большим пальцем замочную скважину, она вставила ключ и открыла входную дверь своей квартиры. Она не удивилась, когда та поддалась сразу — значит, кто-то уже заходил до неё и полностью выдвинул засов. Ещё много лет назад она дала Мэл и Джейсу разрешение входить даже в её отсутствие. Сначала это было необходимо — чтобы они могли свободно помогать ей, но даже после того, как она обрела полную независимость, так и не запретила им этого. Теперь они были для неё семьёй. — Ребята? Это вы? — всё равно спросила она, медленно открывая дверь и ожидая ответа, прежде чем переступить порог. — Да, Кейт, не волнуйся, — раздался успокаивающий, глубокий голос Джейса. Она вошла в квартиру и закрыла за собой дверь. — Прости, что вломились, — добавила Мэл, пока Кейтлин наклонялась, чтобы снять со Стеба шлейку поводыря. Как только пёс убедился, что смена закончилась, он рванул в гостиную встречать двух друзей. — Вы же знаете, что можете заходить когда угодно. Извиняться не надо. Она почти физически ощущала усилие, с которым Мэл сдерживалась, чтобы не завалить её вопросами о Вай и их встрече. Слышала лёгкий шелест одежды, когда та переминалась с ноги на ногу, дожидаясь, пока Кейт снимет пальто и повесит его на вешалку у двери. Они явно волновались больше, чем она сама. — Ну? — не вытерпела Мэл, как только Кейт появилась в гостиной. — Как прошло ваше свидание? — Это не было свиданием, — тут же уточнила Кейтлин сухим, приглушённым тоном, пытаясь пресечь надвигающийся допрос. Она положила сумку на полку деревянного книжного шкафа — туда, где обычно её оставляла. — А что же тогда? — не отставала Мэл. Кейт вздохнула, пожав плечами. Всё равно попытки избежать разговора были бы бесполезны — так что лучше сдаться сразу. — Её первое столкновение с другим человеком почти за десять лет, — язвительно заметил Джейс, поднимаясь с дивана и позволяя Стебу подойти к своей миске с водой. — Очень смешно, — резко огрызнулась Кейтлин, скрестив руки на груди с обиженным видом, пока Мэл тихо хихикнула. — Вы могли бы бросить свои профессии и устроить идеальный комедийный дуэт. — Да ладно, Кейт, мы просто спрашиваем, потому что переживаем за тебя, — мягко сказала Мэл, пытаясь загладить вину и побудить подругу открыться. — Я сама не знаю, что это было, ладно? — Кейтлин нашла спинку дивана бедром и опёрлась на неё. — Я не заставляла её заполнять анкету удовлетворённости. Наступила пауза, во время которой Мэл и Джейс обменялись многозначительными взглядами. Как бы ни защищалась Кейт, прячась за иронией, по крайней мере, она ещё не сказала ничего плохого о встрече с Вай. — Какое у тебя сложилось первое впечатление? — наконец спросил Джейс. — Не знаю... Мне было приятно. Мы говорили, и ни разу не возникло неловкой паузы, — призналась Кейтлин, подчёркивая слова лёгким движением руки. — Она была очень добра, но без этого снисходительного тона, — добавила она через мгновение. Для Кейтлин это, вероятно, прозвучало куда яснее, чем для остальных: её голос смягчился, когда она произносила эти слова. Мэл нашла руку Джейса и сжала её, торжествующе глядя на него. Джейс беззвучно выдохнул: «Да, блядь!» — и поднял руки вверх в жесте победы. Они услышали раздражённое фырканье Кейтлин — её острый слух, возможно, уловил хотя бы часть их реакции. Звонок телефона из кожаной сумки Кейтлин прервал их. Она уверенно развернулась и пошла обратно — в привычной, уютной обстановке своего дома ориентировалась без труда. Порывшись в сумке, она вытащила телефон и нажала боковую кнопку, чтобы активировать экранный диктор. По спине пополз неприятный жар, когда голосовой помощник вслух прочитал сообщение от Вай. Та просто написала, что отлично провела время и с радостью увидится с ней снова в ближайшее время. Кейтлин была абсолютно уверена: всего в паре шагов от неё Джейс и Мэл смотрят на неё так, будто она — белая лабораторная крыса, запущенная в лабиринт, а они — группа учёных, наблюдающих за экспериментом. — Адвокат Кирамман, это что, улыбка? — спросил Джейс, с трудом сдерживая смех и насмешку в голосе. Мэл тихо хихикнула, прикрыв рот изящной ладонью. Только в этот момент Кейтлин осознала своё выражение лица и попыталась расслабить щёки, неуклюже пытаясь вернуть себе привычную бесстрастную маску. Но ощущение, будто на шее у неё обмотан шарф из раскалённого железа, не давало ей соврать самой себе: эта простая фраза задела её куда сильнее, чем она хотела признать. — Уходите, — твёрдо сказала она друзьям, махнув рукой в сторону двери, чтобы побыстрее их выдворить. — У меня работа. — Кейт, сегодня же воскресенье! — возмутилась Мэл, когда та уже подошла и без церемоний начала толкать смеющегося Джейса к выходу. — А завтра понедельник. Поздравляю, ты умеешь считать дни, — огрызнулась Кейтлин, дав Джейсу ещё один толчок в плечо. — Вон. Сейчас же. Двое неохотно переступили порог, задержавшись на лестничной площадке, чтобы попрощаться. Кейтлин резко захлопнула дверь, отчаянно пытаясь скрыть лицо от их глаз — она и так знала, что оно, наверное, уже пылает бордовым. — Увидимся завтра! Люблю тебя! — крикнула Мэл сквозь дверь, стараясь перекричать неудержимый хохот Джейса.