Цветы белоснежного лотоса

      Богиня просыпается рано. Всё тело болит, как будто всю ночь её скручивали и выжимали, как тряпку.       Тань Цянь Ся было трудно пошевелить пальцем, что уж говорить о других частях тела. Глаза видят перед собой потолок - серый, неровный. Прямо как её нынешняя жизнь.       - Принцесса, - оглушительным хлопком сваливается на Тань Цянь Ся голос Юнь Циня.       Над ней стоял уже одетый во всё те же вчерашние черные штаны и рубаху, рукава которой до локтя были завязаны лентой - под цвет одежды. Волосы были собраны в тугой хвост и пряди ниспадали на плечи.       - Вставай, принцесса, - юноша выжидающе смотрел на Тань Цянь Ся.       Она с трудом поднимается на ноги, отряхивает одежду.       - Можно было и немного повежливее говорить, - бурчит себе под нос Цянь Ся, но Юнь Цинь услышал её. И слова принцессы ему не очень-то и понравились.       - Послушай, - он нахмурил брови и сложил руки, - не забывай, кто кому делает одолжение.       Услышав слова Юнь Циня, богине стало немного стыдно, и она, закусив губу, опустила голову.       - Извини, - произнесла девушка, на что Юнь Цинь никак не отреагировал.       - Пойдем, - юноша махнул рукой, и Тань Цянь Ся последовала за ним.       Юнь Цинь присел и начал копаться среди пыльных мешков.       - Ты говорила, что умеешь готовить, - он достал мешок и поставил рядом с собой.       - Да, - богиня рассматривала каждый уголок комнаты, пока Юнь Цинь что-то искал.       - Вот, - он положил на столик продукты и мятый коробок спичек, - я сейчас уйду ненадолго, а ты пока приготовь что-нибудь.       Тань Цянь Ся глазами не успела моргнуть, как осталась наедине с продуктами. Богиня была возмущена таким обращением с ней - как вообще можно было так разговаривать? Радовала одно - пока что у неё есть крыша над головой.       Принцесса нашла старый котелок, который, похоже, был не просто “старый”, а многовековой. Он был пыльным и местами со вмятинами, а его ручка и вовсе была выгнута в обратную сторону.       Слегка поморщившись, Тань Цянь Ся приступила к готовке.       

***

      Рис прилип к котелку и Тань Цянь Ся попыталась отодрать крупицы со стенок поварёшкой - только зазря проскребла котелок, оставив царапины.       Аккуратно разложив еду в тарелки, девушка потянулась. Ей стало очень грустно, в сердце защемило. Вспоминая демона, разрушившего дворец и то, как она бежала прочь, на глазах выступили слёзы. Она тут же вытерла их рукавом - вдруг вернётся Юнь Цинь. Хотя, ему-то что? Тань Цянь Ся живёт своей жизнью, а Юнь Цинь - своей. Скоро их пути разойдутся, как в море корабли.        Тань Цянь Ся задумалась о “Мече, дарующем спасение”. Она решила его найти, но не имела понятия с чего начать. С позором убежав в людской мир, она не успела забежать в фамильную библиотеку, чтобы хоть что-что найти в ней об этом оружии. Хотя, библиотека настолько большая, что поиски хоть какой-нибудь информации могли бы занять у нее часы, если не целые сутки. Богиня любви вновь загрустила.       “Матушка, отец... сёстры... простите меня”, - всё крутилось в голове Тань Цянь Ся.        - Ну что, принцесса?       - А? - девушка подняла голову.       Она и не заметила как в дом вернулся Юнь Цинь. Серо-голубые глаза смотрели на неё. Так, словно богиня окончательно достала юношу.       Юнь Цинь держал в руке мешок.       - Держи, - отдаёт богине хлопковый мешок - внизу девушка видит алые пятна.       - Что это? - Тань Цянь Ся сжимает верхушку мешка.       - Знакомый подарил убитого на охоте фазана.       Юнь Цинь достал старый столик, за которым обычно он трапезничал, поставил на пол, отряхнул от пыли.       Богиня начала расставлять тарелки.       

***

      - Кхм, - посмотрев на Тань Цянь Ся, юноша протянул ей палочки.       - Спасибо.       Не успело пройти двух минут, как Юнь Цинь воскликнул:       - Всё остыло и вообще не солёное!       - Да, всё остыло, потому что ты пришел позже, - Тань Цянь Ся почувствовала как её выдержка медленно пропадает, - а не солёное, потому что в доме нет соли.       Юнь Цинь встал из-за столика:       - В доме есть соль, принцесса.       Тань Цянь Ся лишь кинула взгляд и продолжила есть. Юнь Цинь же упорно всё перебирал на полках.       - Вот, - он вернулся с мешочком размером с монету, - здесь хранится соль.       - Буду знать, - спокойно ответила Тань Цянь Ся.       - ...ну так, - прожевав рис, юноша уставился на богиню.       Та подняла бровь, и в ответ всмотрелась в лицо Юнь Циня.       - В забегаловке сказала, что ты - принцесса. Допустим. И какова же была твоя цель пребывания среди улиц Сиань?       Тань Цянь Ся подумала было сказать, что она не просто принцесса, но ещё и богиня любви. Только вряд ли этот юноша, у которого совсем нет манер знает хотя бы двух-трёх богов. Что уж говорить о местонахождении храмов.       А если сказать, что она просто решила погулять, посмотреть на окрестности, так и вовсе на смех поднимет.       - Юнь Цинь, - девушка выпрямила спину, положила одну ладонь на другую, - я ищу одну очень важную вещь. Но не имею ни малейшего представления о её местонахождении. И как называется она смутно помню.       Юноша, услышав последние слова, расхохотался.       - Тань Цянь Ся, - он впервые назвал девушку по имени, - ты что, совсем врать не умеешь?       Богиня покрылась красной краской - конечно, она всё знала, кроме того, где искать меч.       - Ладно, - богиня нахмурилась, - мне это надоело.       Юнь Цинь, посмотрев на богиню, лишь ухмыльнулся - ну что опять она придумает?       Тань Цянь Ся быстрым шагом подходит к юноше, встаёт напротив.       Левой рукой она закатывает длинный рукав ханьфу, обнажая белоснежную кожу правой руки. На плече принцессы красуются белоснежные узоры в виде цветов лотоса - фамильная печать, означающая принадлежность к семейству Тань.       - Видишь?       Удивлённый и слегка приоткрывший рот, Юнь Цинь, не отрывая взгляда, смотрит на впечатанные в руку принцессы узоры. Тонкие линии покрывают кожу - от них невозможно было отвести взгляд.       - А-га, - одними губами произносит Юнь Цинь, и богиня тут же прячет узоры под тканью рукава ханьфу.       - Я - не какая-то самозванка. И не просто так гуляла по улицам. Думаешь, мне заняться нечем?       Выдохнув, Тань Цянь Ся садится обратно.       - Мне нужно идти. Уйду завтра, как только встанет солнце.       Ком встал в горле принцессы. Завтра. Уйду.       В голове принцессы, словно ударами лезвий, пронеслись сказанные слова.        - И куда ты уйдёшь? Где жить будешь? - юноша призадумался. - И, вообще, как ты меня отблагодаришь за еду и крышу над головой? Нет, принцесса, так не пойдёт.       В глазах Юнь Циня отразилось недоумение. Он не хотел, чтобы с этой хрупкой девушкой что-то случилось... И вообще, зачем она сдалась Юнь Циню? Какая ему разница, что с ней произойдёт?       - А как так “пойдёт”? Я даже не знаю, где искать меч.       Тань Цянь Ся схватилась за голову.       - Меч? - переспросил Юнь Цинь. - Что за меч?       Тань Цянь Ся замолчала. Она совсем запуталась. Теперь ещё и Юнь Циня запутала.       - Принцесса, - юноша становится мягче, - сначала ты говоришь об уходе куда-то там, теперь ещё и меч.       - Это не твои заботы, - невозмутимо отвечает Тань Цянь Ся.       Завтра утром Тань Цянь Ся покинет это место. Ни к чему все эти разъяснения и ненужные разговоры.       - Что за меч ты ищешь? - юноша берёт ладони Тань Ся в свои - принцесса тут же одёргивает руки.       - Тебя это не касается, - богиня отворачивается, прячет взгляд. - Сначала ты смеёшься, говоришь, что я вру. А теперь что?       Тань Цянь Ся садится за стол, поджав под себя длинные полы ханьфу. Закрывает ладонями глаза, погружая их в полный мрак, чтобы даже через веки не прошла ни единая капля света.       В голове - сотни просьб о помощи в любви, о том, чтобы люди могли найти “того” или “ту” самую. Тань Цянь Ся устала.       - Принцесса, - Юнь Цинь садится напротив, дотрагивается пальцами до запястья девушки, - расскажи, что ты ищешь. А я помогу тебе.       Слова сами слетают с уст. Юнь Цинь смотрит на принцессу - она убирает от лица ладони.       - Зачем тебе мне помогать?       - Ну ты же принцесса, - Юнь Цинь улыбается.       Тань Цянь Ся смущённо смотрит на юношу, поднимает уголки губ.       - Что ты хочешь взамен? - спрашивает Цянь Ся.       - Не знаю, - юноша широко улыбается.       Он и сам не знал, зачем ему помогать принцессе. Наверное, всё-таки, он не мог оставить её одну.       - Тогда, - сдержанно говорит Тань Цянь Ся, - завтра пойдём.       - Уже? - удивляется Юнь Цинь.       Богиня издаёт смешок:       - Ты же, Юнь Цинь, сам решил мне помочь в поисках. Чем раньше выдвинемся в путь, тем лучше.       Тань Цянь Ся в ответ ничего не слышит. Она привыкла к тишине. Во дворце с ней редко разговаривали - только за надобностью. Тишина - её верный спутник, который всю жизнь будет за ней следовать.       - А если этот меч, всё же, не существует?       Как много вопросов. Тань Цянь Ся слишком от них устала.       - Надеюсь, что летописи не врали. Я доверяю написанному.       Принцесса молча уходит - лишь бы не продолжать разговор на эту тему. Входная дверь закрывается.       Тань Цянь Ся посмотрела на небо - серое и затянутое облаками. На небесах, где живут боги, не бывает таких цветов и оттенков. Там всё идеально. Начиная от такой мелочи, как заколка для волос, и заканчивая стенами дворца. Интересно, скучают ли по богине её родители и сёстры? Восстановлен ли дворец?       - На улице прохладно, - рядом с принцессой встаёт Юнь Цинь, - заболеешь.       - Ничего страшного, - девушка, не отрывая взгляда, тихо отвечает.       Юнь Цинь хмурится.       - Пойдём.       Принцесса поворачивает голову в сторону юноши. Их взгляды пересекаются.       - Спасибо, - губы складываются в улыбку, - что не бросил меня, Юнь Цинь.       

***

      Накрывшись тонкой тканью, Тань Цянь Ся рассматривала в своих ладонях огонёк - волшебная искорка, которую создают просто так - для красоты.       Богиня улыбалась. Такая мелочь, и приносит столько радости.       - Юнь Цинь, - прошептала Тань Цянь Ся, - ты спишь?       - Чего тебе, принцесса? - ответил юноша.       - Да так. Доброй ночи.       Зарывшись под ткань с головой, Тань Цянь Ся покраснела. Может, Юнь Цинь увидел то, как она создала волшебный огонёк? Принцесса выдохнула - утро вечера мудренее. Во всяком случае, она может сказать, что это ему приснилось.       Перед тем, как заснуть, Тань Цянь Ся услышала “Доброй ночи, принцесса”.