Stepping Back - Шаг назад

Гарри проснулся на следующее утро так же рано, как и всегда. Забрав мантию и копию карты, он покинул башню и направился к Выручай-комнате, чтобы закончить утреннюю разминку и магическую практику. Как он и предполагал, комната предоставила ему точную копию тренировочного зала из Поттер-мэнора. С благодарностью выполнив свою обычную программу, он вернулся в башню Гриффиндора, чтобы принять душ перед завтраком. — Где это ты пропадал в такую рань? — спросил Римус. — Гарри вскакивает ни свет ни заря каждый божий день, чтобы тренироваться, — пояснил Сириус, с неприязнью качая головой. — Что за тренировки? — с любопытством нахмурился Римус. — Мы не знаем, — вставил Джеймс. — Мама не пускает нас в комнату, когда он там. Говорит, это слишком опасно, — он пожал плечами. Римус вскинул бровь, но развивать тему не стал. — Какие предметы ты выбрал, Гарри? — поинтересовался Питер. — Зельеварение, Заклинания, Трансфигурация, Защита и Уход за магическими существами, — перечислил Гарри. — Ни Рун, ни Нумерологии? — Римус выглядел явно удивленным. — Руны я изучаю самостоятельно, а Нумерологию терпеть не могу. В ней нет смысла, если не планируешь заниматься созданием заклинаний, — пожал он плечами. — К тому же на Нумерологии можно встретить только кучку зануд, — добавил он с ухмылкой, прекрасно зная, что Римус изучает этот предмет. — Эй, я вообще-то учу Нумерологию! — сердито заметил оборотень. — Правда? — изобразил притворное удивление Гарри. — А я думал, ты и до двадцати одного не сосчитаешь, даже если будешь стоять голышом перед зеркалом. Сириус и Джеймс разразились хохотом, пока Питер в замешательстве хлопал глазами. — Это шутка про член, Хвост, — раздраженно пояснил Римус. — Живее в душ! — потребовал он, свирепо глядя на Гарри. Гарри покачал головой и ушел в ванную. Он вернулся минут через пятнадцать, и впятером они отправились на завтрак получать расписание. — Ну, как минимум двое из нас будут с тобой на всех уроках, — сообщил Сириус, когда они заняли места за столом Гриффиндора. Гарри кивнул и принялся наполнять тарелку яичницей и тостами. — Хвост и Сириус ходят на Существ, а на всех остальных предметах мы будем полным составом, — заметил Джеймс. — Так что не пропадешь. — Не знал, что мне нужны няньки, — вздохнул Гарри. — Так безопаснее, — подал голос Питер. — Здесь полно народа, который будет тебя ненавидеть просто так, — он бросил взгляд на стол Слизерина. Гарри усмехнулся. — Не сомневаюсь, — отозвался он со знанием дела. — Но проблем они мне не доставят, — закончил он мрачно. — Тебе стоит присматривать за Нюниусом, он попытается проклясть тебя, чтобы насолить нам, — вставил Сириус. На этот раз Гарри хмыкнул. — Пусть попробует. Результат ему не понравится, — отрезал он. Прежде чем разговор продолжился, к ним подошла профессор Макгонагалл. Она раздала расписания и тяжело вздохнула. — Добро пожаловать на факультет Гриффиндор, мистер Поттер. Пожалуйста, не позволяйте этим оболтусам слишком сильно на вас влиять, — взмолилась она. — Ваши оценки — одни из лучших, что я видела. Продолжайте в том же духе. — Оболтусам? — Сириус издал притворный возмущенный вопль. — Вы раните меня в самое сердце, профессор! Я — очаровательный пройдоха, — закончил он с твердым кивком. Макгонагалл вскинула бровь, но не смогла сдержать легкое подергивание в уголках губ. — Вы — неисправимый нахал, Блэк, — резюмировала она. — Единственное, что в вас есть «очаровательного» — это мысль о том, что через два коротких года мы от вас наконец избавимся. Я жду этого дня с нетерпением, — закончила она с несвойственной ей ухмылкой. — Больно, профессор. Это было действительно больно, — Сириус театрально схватился за грудь. — Ради Мерлина, идите на уроки! — скомандовала она и отошла, качая головой. — Идемте, первыми Заклинания с Пуффендуем, — напомнил Римус, выпроваживая группу из зала. — Я еще не доел! — проворчал Сириус. — Надо было думать об этом до того, как начал флиртовать с Макгонагалл, — вставил Джеймс. — Я не флиртовал! — заныл Сириус. — С Макгонагалл, Сириус? Серьезно? — вклинилась Марлин, подходя к ним вместе с Лили и еще одной девушкой, которая показалась Гарри смутно знакомой. — Отвали, Маккиннон, мне не интересно, — раздраженно бросил парень. — О, а я как раз думала, что мне нужно купить новое белье, и хотела спросить твоего совета — какое выбрать? А то старое становится тесновато, — вздохнула она, подаваясь грудью в сторону парня. Сириус издал слабый звук и замотал колевой. — Не интересно, — отрезал он, хотя тон его был совсем не убедительным. — Ему очень даже интересно, — вставил Гарри. — Возьми себя в руки, Сириус, у тебя такой вид, будто ты сейчас слюной закапаешь пол, — прошептал он нарочито громко. — Мне, блин, не интересно! — рявкнул Сириус и бросился вперед. Гарри лишь усмехнулся и покачал головой. — Привет, Гарри, — поздоровалась Лили. — Ждешь первых уроков? — спросила она. Гарри кивнул. — Будет любопытно посмотреть, какой Хогвартс, — ответил он. — А какой твой любимый предмет? — Заклинания и Зелья, — мгновенно ответила она. — Лили лучшая на нашем потоке по Заклинаниям, — добавила другая девушка. — Прости, кажется, мы не знакомы. Я Гарри, — представился он девушке со светлыми волосами и миниатюрным телосложением. — О, я Алиса Стоун, — сообщила она дружелюбно. — А в чем ты силен? — спросила она. «Мама Невилла», — осознал он. — У меня лучшие оценки по Заклинаниям и Защите, — пожал плечами Гарри. — По остальным тоже «Превосходно», но Зелья я люблю меньше всего, — объяснил он с гримасой. — Значит, у тебя «П+» по Заклинаниям? — возбужденно спросила Лили. — И по Защите тоже, — с гордостью ответил Гарри. — Ого, ты, должно быть, очень крут. Кажется, Лили была единственной, у кого здесь был «П+» по Заклинаниям, — уверенно сказала Алиса. — Значит, ты приложила массу усилий, — заметил Гарри, глядя на Лили. — Немного, — застенчиво согласилась она. Компания вошла в класс. Гарри сел рядом с Сириусом, а девочки отделились и сели поодаль. — Всё еще дуешься? — поинтересовался он. — Я не дуюсь, — прорычал Сириус. — Ты должен был за меня заступиться, а не подпевать этой банши, — добавил он, сверля взглядом Марлин. — Мы оба знаем, что на моем месте ты поступил бы так же, — подметил Гарри. — И это настолько очевидно, что она тебе нравится... ты же глаз не можешь оторвать от её голубых глаз. — У неё карие глаза! — парировал Сириус. — Что и требовалось доказать, — триумфально ответил Гарри. Остальные рассмеялись, пока Сириус краснел и бормотал что-то невнятное. — Так, класс, успокаиваемся, — пропищал профессор Флитвик, входя в кабинет. Крошечный человек выглядел в точности так, как его помнил Гарри, вплоть до седых волос на макушке — за эти годы он явно почти не постарел. — Сегодня мы повторим заклинания, изученные в прошлом году, — сообщил им Флитвик. — Я хочу, чтобы вы начали с чар Агуаменти, а дальше посмотрим. Сириус уже выхватил палочку и шептал заклинание, из-за чего из кончика его палочки сочилась тонкая струйка воды. — Не получится, пока ты злишься, — негромко сказал ему Гарри. Сириус рыкнул и продолжил попытки, но результат не улучшился. — Агуаменти! — выплюнул он в ярости. Мощная струя воды вырвалась из палочки, и неподготовленный парень вылетел из своего кресла. — Только по моей команде, мистер Блэк, — вздохнул Флитвик. — Вы выстрелили преждевременно, — заметил он. — Наверное, не в первый раз, — пробормотал Питер. Остальные ребята в шоке уставились на Питера, прежде чем разразиться приступом смеха. Было ясно, что Питер шутит нечасто. — Черт возьми, Хвост, — невозмутимо произнес Сириус. — Я даже злиться на тебя за это не могу, это было хорошо, — неохотно признал он. — Так, успокойтесь, — урезонил их Флитвик, покачав головой. — Будем пробовать по очереди. Мисс Эванс! — вызвал он. Лили вышла вперед и идеально исполнила заклинание с первой попытки, как и большая часть класса. Наконец Флитвик вызвал Гарри, и тот подошел, заметно нервничая. Это заклинание во многом основывалось на силе и имело физическую природу. Гарри знал, что даже если он будет сдерживаться, он всё равно значительно превосходит по мощи всех остальных в этом кабинете. — Не волнуйтесь, мистер Поттер, я уверен, у вас всё получится, — успокаивающе сказал Флитвик, чувствуя нервозность юноши. — Э-э, профессор, возможно, вам стоит попросить их выставить щиты, — предупредил он шепотом. — Даже когда я сдерживаюсь, поток получается довольно мощным. — Я уверен, всё будет в порядке, мистер Поттер, — утешил его Флитвик. Гарри неохотно кивнул и вздохнул, после чего привычным жестом перехватил палочку. Из её кончика вырвался мощнейший поток воды, который мгновенно окатил почти всех присутствующих, включая профессора, когда вода с силой отрикошетила от стены, в которую он целился. Студенты уставились на него в полном шоке; даже Флитвик выглядел ошарашенным. — И это вы... сдерживались? — выдавил он, пока с него обильно стекала вода. — Простите, я же предупреждал, — заметил Гарри. — Я не стану просить вас демонстрировать полную мощь, — серьезно ответил профессор. — Вы сотворили это невербально? — спросил он, слегка нахмурившись. — Мои наставники настаивали на этом, сэр, — ответил Гарри. — Весьма впечатляюще, — констатировал профессор. — Садитесь, мистер Поттер. — Кровавый Мерлин, Гарри, я думал, Сириус шутит, когда говорил, что ты одаренный, — выдохнул Римус. — Извините, — ответил Гарри и начал просушивать их своей палочкой. — Да, это отличная идея, мистер Поттер. Мы как раз изучим Осушающее заклинание, раз уж ситуация того требует, — объявил Флитвик, бросив на Гарри изучающий взгляд. Остаток урока прошел довольно быстро, и вскоре Гарри вместе с Питером и Сириусом отправились на их первое занятие по Уходу за магическими существами в этом году. — Как ты стал таким сильным? — спросил Питер, когда троица выходила из замка. Гарри покачал колевой. — С этим рождаются, — пожал он плечами. — Но сила не так много значит, она влияет лишь на определенные типы заклинаний. — Что ты имеешь в виду? — поинтересовался Питер. — Ну, всё, что имеет физический эффект — например, Взрывное проклятие — будет более разрушительным, чем обычно. Но вещи, требующие тонкости — например, сложная трансфигурация — не так сильно зависят от объема магии, — развил он мысль. — Поэтому я так много тренируюсь. У меня уйма дури, но всё остальное требует такой же кропотливой работы, а я хочу стать лучшим волшебником, на которого способен, — закончил он с ноткой решимости. Питер понимающе кивнул. — Но в дуэлях это помогает, — вставил Сириус. — Для этого сила полезнее всего, — согласился Гарри. — Но опять же, в бою нужно быть равным во всех аспектах. Ты можешь быть самым могущественным магом в мире, но тебя побьют, если противник двигается быстрее и проворнее орудует палочкой. Вот почему я работаю над всем сразу. — Хочу увидеть тебя в дуэли, — почти потребовал Сириус. — Я не дуэлянт, — серьезно ответил Гарри. — Дуэль — это спорт. А я сражаюсь, — добавил он твердо. — В чем разница? — спросил Питер. — В драке нет правил, и ты стремишься победить любыми доступными средствами, — прошептал Сириус, широко раскрыв глаза. — Именно, — подтвердил Гарри мрачно, когда они дошли до загона, где должен был проходить урок. — Так, класс, собираемся вокруг! — скомандовал профессор Мерриот. Это был довольно приземистый мужчина лет шестидесяти, покрытый множеством шрамов; у него даже не хватало пары пальцев. Группа, состоящая из гриффиндорцев и когтевранцев, повиновалась, и мужчина продолжил: — Сегодня мы будем изучать существо, которое большинство из вас не сможет увидеть, — взволнованно объяснил он. Гарри понимающе улыбнулся, сразу догадавшись, с кем им предстоит работать. — Ждите здесь и не подходите близко, — строго велел профессор и скрылся в зарослях деревьев, появившись через несколько мгновений и ведя за собой... фестрала. Класс посмотрел на приземистого человечка как на сумасшедшего, когда тот вернулся, казалось бы, с пустыми руками. — Кто из вас видит этого прекрасного парня? — весело спросил профессор. Из всех студентов только Гарри поднял руку. — А, мистер Поттер. Надеюсь, вы куда более ответственны, чем ваш брат, — констатировал он сухо. — Не желаете ли объяснить классу, кто такие фестралы? Если, конечно, сможете. Гарри вздохнул. — Фестралы считаются темными существами, потому что их можно увидеть только в том случае, если ты видел смерть, — начал он. — Но это полная чушь, — добавил он, качая головой. Среди студентов прошел гул, как только упомянули концепцию смерти. — И каково ваше мнение о них? — с интересом спросил профессор. — Это очень нежные и умные создания, которых просто не понимают из-за их связи со смертью. Но провоцировать их не стоит — скорее всего, это будет последнее, что вы сделаете в жизни, — искренне закончил он. — Мои мысли в точности, — ответил профессор с улыбкой. — По вашему голосу кажется, что у вас есть опыт общения с ними. — Есть, — подтвердил Гарри с улыбкой, вспоминая полет на одном из этих существ. — Как оно выглядит? — спросила блондинка-когтевранка. — Ах, конечно! — воскликнул Мерриот. — Вот как оно выглядит для тех, кто не видит, — он развернул большой кусок пергамента с рисунком зверя. — Жуть какая, — подытожила девушка, слегка вздрогнув. — Оно прекрасное, — не согласилась Лили. — Безусловно, — подтвердил профессор. — Наверное, одно из самых неправильно понятых существ в нашем мире. Они действительно чудесны и очень преданны, если их уважать, — закончил он предупреждающе. — Я хочу, чтобы остаток урока вы провели, обсуждая их физические характеристики и то, что вы о них думаете. — Что думаешь, Хвост? — спросил Сириус. — Думаю, он сожрет меня при первой же возможности, — обеспокоенно ответил тот. — Лунатик тоже может, но ты всё равно с ним таскаешься, — подметил Сириус. — Тебя я даже спрашивать не буду, — добавил он, взглянув на Гарри. — Ты любишь странные вещи. — Приходится, раз уж я вожусь с тобой, — остроумно парировал Гарри. — Почему ты вечно оставляешь последнее слово за собой? — проворчал Сириус. — Я перестану, если ты пригласишь Маккиннон на свидание, — парировал Гарри. — Да замолчишь ты когда-нибудь насчет Маккиннон?! — вспылил Сириус. — Ты должен просто сделать это, Бродяга, — посоветовал Питер. — Это сексуальное напряжение между вами просто невыносимо, я уверен, что чувствую запах ваших гормонов. — Представь, каково должно быть Лунатику. Бедный парень, — вставил Гарри. Питер хихикнул. — Я об этом не подумал. Видишь, Бродяга, ты ведешь себя как плохой друг, — насмешливо пожурил он его. — Клянусь, я прокляну вас обоих через минуту, — раздраженно прорычал Сириус. — Ладно, сдаюсь, — уступил Гарри. — Но ты должен просто сделать это, — посоветовал он. Остаток урока Сириус провел в молчании, время от времени бросая свирепые взгляды на своих спутников. Когда занятия закончились, троица направилась в Большой зал на обед, где встретилась с Римусом и Джеймсом. — Как прошли Существа? — спросил Римус, накладывая себе картошки. — Нормально, — пожал плечами Гарри. — Только потому, что тебе не пришлось терпеть этих идиотов, — угрюмо проворчал Сириус. — Что они опять натворили, Бродяга? — со смешком вздохнул Римус. — Они никак не заткнутся насчет Маккиннон, — раздраженно выдохнул тот. — Мы и не заткнемся, пока ты не признаешь, что она тебе нравится, — вставил Джеймс. — Ни черта она мне не нравится! Я не такой, как ты с Эванс — не зову её на свидания каждые пять минут, — подчеркнул он. — Рано или поздно она сдастся, — уверенно парировал Джеймс. — Вряд ли, Поттер! — крикнула Лили чуть дальше по столу. Гарри покачал головой. — Знаешь, если ты хочешь, чтобы она пошла с тобой, тебе нужно проявить хоть каплю зрелости, — прошептал Гарри. — Тебе нужно быть серьезнее во всем, — добавил он многозначительно. — Я всегда говорю ему, что он должен больше походить на меня, — с ухмылкой вставил Сириус. Гарри хлопнул себя ладонью по лбу и покачал головой. — Каламбур с именем? Серьезно? — вздохнул он. — Он всегда так делает, — объяснил Римус. — Но он единственный, кто считает это смешным, — добавил он измученно. — Это смешно! — проворчал Сириус. — Живее доедайте, у нас следующая Защита, — ответил Римус, качая головой. Группа закончила обед и направилась к коридору четвертого этажа. Войдя в класс Защиты от Темных Искусств, Гарри впервые мельком увидел людей, которые, как он знал, однажды станут видными членами внутреннего круга Волдеморта. Все они выглядели как помолодевшие версии самих себя. Среди студентов были Эйвери, Руквуд, братья Лестрейндж и Северус Снейп. Однако больше всего Гарри поразила Беллатриса, и ему пришлось приложить все усилия, чтобы не проклясть её на месте. Она сидела одна на первой парте, игнорируя всех остальных. Гарри сел с Джеймсом и остальными в конце класса, но их появление не осталось незамеченным. Рудольфус Лестрейндж вместе со Снейпом и Рабастаном уставились на гриффиндорцев с ненавистью. — Еще один предатель крови, — громко произнес Рудольфус. — Отвратительно, что вы смеете называть себя чистокровными. Гарри быстро схватил Джеймса за край мантии, чтобы тот не бросился на парня. — Оно разговаривает, — отозвался Гарри с притворным удивлением. — А я-то ожидал от тебя лишь нечленораздельного хрюканья. — Тебе лучше помалкивать, Поттер, какой бы ты там ни был, иначе я тебя прокляну, — предупредил Рудольфус. — Как тебя вообще занесло на факультет хитрецов? — серьезно спросил Гарри. — У тебя внешность и деликатность тролля, не говоря уже о манерах за столом. Он наклонился чуть ближе и продолжил: — Знаешь, Лестрейндж, если ты облил себя подливкой, это еще не значит, что тебя тоже будут жарить на вертеле. Хотя, судя по тому, как Снейп и твой брат лижут тебе задницу, уверен, они с радостью попробуют, — он пожал плечами с ухмылкой. Студенты пытались сдержать смех. Рудольфус явно пытался осознать оскорбление. Гарри решил добавить: — Мерлин, Руди, если ты — лучшее, что твой отец смог выжать из своих никчемных чресел, то он, должно быть, такой же импотент, как и ты. Черт, держу пари, даже твоя мать согласна со мной, что ей стоило удавиться в ту ночь, когда ты был зачат. Зал взорвался хохотом. Даже у Беллатрисы дернулся уголок рта. — Я, блядь, убью тебя, Поттер! — взревел Рудольфус, вскакивая на ноги. Смех прекратился. Палочка Гарри незаметно скользнула ему в ладонь. — Не знаю, Руди, — произнес он невозмутимо. — Если ты целишься палочкой так же «метко», как и ложкой, думаю, беспокоиться стоит всем остальным в этой комнате. Рудольфус зарычал и уже поднял палочку, когда вошел профессор Мортлейк. — Сядьте, Лестрейндж, — потребовал он. — Убьете Поттера после уроков, но не в мое время. Ради Мерлина, ты был на шестом курсе, когда я был здесь в прошлый раз. Сосредоточься на окончании школы, а не на драках. Рудольфус сел, продолжая сверлить Гарри взглядом. Гарри едва заметно подмигнул ему, отчего парень побагровел. Профессор Мортлейк занял свое место. Это был высокий, жилистый мужчина лет пятидесяти с ледяными голубыми глазами. — Слушайте сюда, — скомандовал он. — Этот год будет очень напряженным, и если вы не будете успевать, то вылетите. Никаких оправданий. Он начал расхаживать взад-вперед перед классом, прежде чем снова заговорить. — Дамблдор настоял на том, чтобы мы более подробно изучили темных существ в классе, хотя вы уже должны были сделать это раньше, — раздраженно заметил он. — Это означает, что мы будем действовать немного иначе, и материал, который мы обычно проходим до Рождества, вы будете изучать самостоятельно в свободное время, — сообщил он им. По классу пронесся коллективный стон, и мужчина сузил глаза, глядя на учеников. — Обычно я бы сказал вам просто смириться с этим, как хотите, но у Дамблдора появилась очередная «гениальная» идея, — саркастически продолжил он. — Он решил, что мы должны способствовать сотрудничеству между факультетами и что мы, как учителя, должны хотя бы дать шанс этому случиться, — он вздохнул. Многие студенты обменялись недоверчивыми взглядами. Все они понимали, что это плохая идея, и Гарри сразу догадался, что Дамблдор придумал это, имея в виду именно его. — Я считаю, что это глупая затея, — просто заявил Мортлейк. — Но это не мое решение, и нет никакой гарантии, что всё пойдет так, как я задумал. Мы вернемся к этому в конце урока, — закончил он, явно недовольный темой. — А сейчас мы пройдемся по основам того, что вы уже должны знать о темных существах. Вы, Поттер! — крикнул он. — Что, я? — переспросил Джеймс. — Не ты, я и так знаю, что ты идиот, — прорычал Мортлейк. — Новый, — подтвердил он. — Очевидно, ты весьма одарен в этом предмете, единственный ученик, получивший «П+» на СОВ за последние три десятилетия, — небрежно сообщил он. — Посмотрим, чего можно достичь с помощью частного образования. Гарри внутренне вздохнул, понимая, что сейчас начнется допрос, и стал ждать. — Что бы вы сделали, если бы столкнулись с вампиром? — спросил Мортлейк. — Ну, вампиры живут в изоляции с тех пор, как в начале 1800-х годов были приняты законы об охоте, — начал Гарри. — Если вы встретите одного из них в наши дни, то, скорее всего, он охотится незаконно. То, как с ним справляться, зависит от того, сколько их, — он пожал плечами. — Продолжайте, — велел Мортлейк. — Они очень быстрые, поэтому в них почти невозможно попасть одиночным заклинанием. Если противник один, огненного хлыста будет достаточно, чтобы отпугнуть его — они не любят огонь, — отметил он. — И? — подбодрил профессор, приподняв бровь. — Если их больше одного, вам понадобится очень мощное заклинание огня по площади, — пояснил он. — Но их способность к регенерации означает, что они могут пройти сквозь обычное пламя и исцелиться за считанные мгновения, — добавил он со знанием дела. — Так какой огонь вы бы использовали, чтобы победить группу вампиров? — спросил Мортлейк, прищурившись. — Адское пламя, — просто ответил Гарри. Большинство студентов посмотрели на него критически, а некоторые — с ужасом от того, что он вообще предложил использовать проклятый огонь. Мортлейк покачал головой. — Очень, очень немногие волшебники могут контролировать Адское пламя, — заметил он. — Это было бы и глупо, и безрассудно, если вы на это не способны. Гарри просто пожал плечами. — А как насчет дементоров? — поинтересовался Мортлейк. — Что ж, если вы не можете создать достаточно сильный Патронус, вам следует убираться оттуда как можно быстрее, другой защиты не существует, — серьезно ответил Гарри. — И каковы последствия воздействия этих существ? — подтолкнул Мортлейк. — Первое, что вы замечаете, — это холод, как бы тепло ни было вокруг, — снова начал Гарри. — Затем вы почувствуете, что больше никогда не будете счастливы, так как они начнут высасывать каждую вашу положительную эмоцию, а затем самые худшие воспоминания, которые вы когда-либо переживали, будут прокручиваться в вашем сознании снова и снова, — мрачно закончил он. — Неважно, если ты владеешь окклюменцией, — вмешался Снейп с ухмылкой. Гарри покачал головой. — Вы можете быть лучшим окклюментом в мире, это не имеет значения, — ответил Гарри. — Если вы проведете достаточно времени в их присутствии, вы потеряете рассудок и, вероятно, сами будете умолять их о поцелуе. Это самые мерзкие существа из всех существующих, — закончил он, сглотнув. Весь класс был заворожен описанием, которое Гарри дал этим чудовищам. Даже Мортлейк слушал с пристальным вниманием и не мог придраться ни к одному слову. Мужчина покачал головой и снова посмотрел на него изучающе. — А как насчет инферналов? — спросил он с торжествующей усмешкой. — Что такое инфернал? — с любопытством спросила Лили. Гарри вздохнул и вспомнил то, что читал о них в газетной статье, которую ему дал Крокер. — Инферналы создаются с помощью некромантии, восходящей к временам древних египтян. Я полагаю, что первым их использовал в бою Фарук, — размышлял он вслух. Он покачал головой, прежде чем продолжить. — По сути, это оживленные трупы, которые в значительной степени невосприимчивы к магии и встречаются только большими группами, если создатель умен. Их можно победить только огнем, или небольшие группы можно уничтожить, если у вас есть достаточно мощное взрывное заклинание, чтобы расчленить их, — задумчиво заключил он. Мортлейк нехотя кивнул в знак согласия и, прежде чем ухмыльнуться, бросил взгляд на Римуса. — А как насчет оборотней? — спросил он, и ухмылка не сходила с его лица. Это мгновенно разозлило Гарри. Он внутренне кипел, понимая, что мужчина намеренно поставил его в такое положение, поэтому решил немного поиздеваться над ним. — О, ну это снова зависит от обстоятельств, — заключил он. — От чего именно? — прорычал Мортлейк. — Ну, в первую очередь от того, принял ли данный оборотень Аконитовое зелье, — выдал он с издевательским кивком. — Немногие знают об этом зелье. Как вы о нем узнали? — подозрительно спросил Мортлейк. — Один из моих наставников был оборотнем и рассказал мне о нем, — гладко солгал Гарри. Внутренне он отругал себя за оплошность, вспомнив, что до появления зелья в открытом доступе оставалось еще несколько месяцев. Мортлейк просто сузил глаза и жестом велел ему продолжать. — Любой ответственный и добросовестный человек, страдающий ликантропией, примет меры, чтобы изолировать и обезопасить себя в полнолуние, — снова начал он. — Если вы встречаете оборотня, то очень вероятно, что он намеренно поместил себя рядом с населенным пунктом, чтобы убивать или обращать людей. В таком случае вам нужно уметь наколдовать серебро или иметь под рукой серебряный кинжал или острый предмет. Но сражаться с оборотнем — плохая идея: они очень быстрые и очень сильные. Даже если вам удастся ударить его ножом, он не умрет сразу, если только вы не попадете в сердце или мозг. Лучше всего использовать Дезиллюминационное заклинание в сочетании с чарами сокрытия запаха и бежать. — И просто ради интереса: что бы вы сделали, если бы мерзкая тварь приняла зелье? — спросил Мортлейк, снова сильно разозлив подростка. Гарри улыбнулся. — Ну, если бы я был на улице и встретил этого парня, я бы, наверное, наколдовал мячик и научил его играть в «апорт». Все собаки любят «апорт», — произнес он с каменным лицом. Мародеры и большая часть класса рассмеялись, явно забавленные мыслью об оборотне, гоняющемся за мячиком. Мортлейк в изнеможении покачал головой. — А если бы вы наткнулись на него в своем доме? Вы бы наверняка не стали играть в «апорт», — вздохнул он. — О нет, профессор, вы бы ни за что не позволили этому существу находиться в вашем доме, — серьезно ответил Гарри. Мортлейк ухмыльнулся и кивнул в знак согласия. — От них довольно сильно пахнет, и, я полагаю, у них есть склонность метить всё вокруг, — продолжил Гарри с издевательским смешком. — В таком случае я бы, наверное, наколдовал ошейник с поводком и вывел бы этого мелкого засранца на прогулку — нельзя же позволить ему зассать всю мебель, верно? — он пожал плечами. Джеймс, Сириус и Питер так и рухнули от хохота, как и большая часть класса, в то время как Римус выглядел одновременно потрясенным и слегка обеспокоенным. Мортлейк покачал головой. — Минус десять очков Гриффиндору, — прорычал он. — А я-то думал, что вы подаете надежды, — добавил он раздраженно. Гарри лишь пожал плечами; для него это определенно того стоило. — А теперь слушайте внимательно, пока я объясняю, чем еще вы будете заниматься до Рождества, — потребовал Мортлейк, возвращаясь к учительскому столу. В классе воцарилась тишина. Все ждали, что именно им предстоит делать. — Вы будете разбиты на пары, и на каждом уроке вы будете получать по пять проклятий, которые должны будете изучить и описать вне стен класса, — объяснил он. — Ваши партнеры будут определены совершенно случайным образом. Я записал все ваши имена на куске пергамента, и они будут помещены вот в это, — он указал на чашу на своем столе, которая очень напоминала Кубок Огня, только была гораздо меньше. — Чаша будет выбрасывать по два имени за раз, и это будет пара. Никаких замен, — твердо закончил он. Затем он поместил все имена в чашу, и та засветилась, когда внутри вспыхнуло ярко-зеленое пламя. — Первая пара, — выкрикнул он, когда чаша выплюнула первые кусочки пергамента. — Снейп и Эйвери, — объявил он. Парни, о которых шла речь, были явно довольны таким раскладом и обменялись многозначительными ухмылками. Язык пламени выбросил еще два имени, и Мортлейк прочистил горло. — Петтигрю и Руквуд, — произнес он просто. Питер вздохнул, а Руквуд раздраженно покачал головой. — Далее у нас два брата Лестрейндж, — произнес Мортлейк после появления следующих имен. Братья явно были рады такому повороту. — Следующие — Поттер и Блэк, — вызвал он. Джеймс и Сириус немедленно начали давать друг другу «пять», но Мортлейк их прервал. — Не вы двое, придурки, — прорычал он. — Гарри Поттер... Сириус одарил Гарри лучезарной улыбкой. — ...и Беллатриса Блэк, — добавил Мортлейк, заставив всех Мародеров бросить на Гарри сочувственный взгляд. Беллатриса просто уставилась на профессора так, словно он сошел с ума, и покачала головой. Гарри тяжело сглотнул, борясь с желанием вытошнить или сорваться. Внутри него бушевала ярость, и ему потребовались все навыки окклюменции, чтобы сохранить самообладание. Он едва терпел Питера, а теперь ему предстояло работать с женщиной, которая убила его крестного. Хотя ему и удавалось сдерживать гнев, его глаза начали жутковато светиться от усилий, направленных на подавление магии. — Береги спину, Гарри, — прошептал Сириус. — Она проклянет тебя при первой же возможности. — Надеюсь, она попробует, — процедил Гарри сквозь зубы. — Следующая пара — Поттер и Люпин, — вклинился Мортлейк. И Римус, и Джеймс вздохнули с облегчением. — Далее — Эванс и Стоун, — продолжил Мортлейк. Обе девушки выглядели такими же облегченными, как Римус и Джеймс, и обменялись улыбками. — Блэк и Маккиннон, — объявил профессор мгновение спустя. — О, вы, должно быть, шутите, — заныл Сириус, пока Марлин весело ему подмигивала. — От судьбы не уйдешь, Бродяга, — хихикнул Питер. — Клянусь, я прокляну тебя, Хвост, с меня хватит, — проворчал тот. Распределение по парам продолжалось до тех пор, пока у каждого в классе не появился напарник. Мортлейк раздал всем первые списки заклинаний для исследования и отпустил их, к огромному облегчению Гарри. Как только урок закончился, он немедленно вышел, намереваясь направиться в Выручай-комнату, чтобы выплеснуть гнев. Он не успел пройти и половины коридора, как его оборвал разгневанный голос. — Куда это ты, блядь, собрался, Поттер?! — задыхаясь, крикнул Рудольфус — видимо, он бежал, чтобы догнать его. Гарри рыкнул, ловким движением перехватил палочку и повернулся к парню с предвкушающей ухмылкой. Рудольфус явно не понимал, что Гарри и так уже в бешенстве, и продолжал его подначивать. — Я сказал, что убью тебя, ублюдок! — взревел он, выхватывая палочку. В то же мгновение, как Гарри увидел это движение, он простым взмахом отправил в противника Отбрасывающее заклинание. Прежде чем Рудольфус успел хотя бы поднять палочку, его отшвырнуло по коридору. Он пролетел мимо класса, из которого только что вышел, и с силой врезался в стену, сползая на пол бесформенной кучей. Гарри яростно зашагал к нему, намереваясь проучить парня как следует, но его схватил Джеймс — он вышел из дверей как раз в тот момент, когда Рудольфус пролетал мимо. — Пойдем, Гарри, тебе нужно подышать воздухом, — предложил Джеймс, жестом призывая остальных помочь увести его подальше от Лестрейнджа. Гарри тяжело вздохнул и кивнул, хотя всё, чего он хотел — это разорвать этого кретина на части. Остальные слизеринцы в шоке наблюдали за происходящим. Рудольфуса отшвырнули так небрежно, а ярость на лице Гарри была такой ощутимой, что некоторые клялись, будто видели, как его глаза слегка светятся. Мародеры привели Гарри в гостиную Гриффиндора и усадили в одно из их привычных кресел, чтобы он успокоился. — Что это было? — спросил Джеймс, понимая, что дело не только в стычке в коридоре. — Позже, — пробормотал Гарри. Джеймс кивнул. — Беллатриса сказала, что ты должен встретиться с ней в заброшенном классе на третьем этаже завтра после ужина, — подал голос Питер. Гарри кивнул и снова тяжело сглотнул. Он понятия не имел, как сможет сделать это и не убить её. Группа какое-то время сидела в тишине, переваривая уроки дня, пока Римус не кашлянул, нарушая молчание. — Гарри, — тихо позвал он. — То зелье, о котором ты упоминал... что именно оно делает? Гарри отодвинул мысли о Беллатрисе на задний план ради оборотня, понимая, что для того это очень важно. — Оно позволяет сохранять рассудок во время трансформации, — тихо объяснил он. — Ты всё равно будешь обращаться, но при этом останешься собой вот здесь, — добавил он, коснувшись пальцем головы. Римус кивнул и направился вверх по лестнице в сторону их спальни, явно глубоко задумавшись о зелье. — Это дало ему надежду на то, что когда-нибудь они всё-таки найдут лекарство, — искренне произнес Сириус мгновение спустя. — Для него целый мир значит осознание того, что кто-то всё еще работает над этим, — закончил он с грустным кивком. — Это напомнило мне, что полнолуние на следующей неделе, — прошептал Джеймс. — У тебя есть анимагическая форма? — полюбопытствовал он, глядя на Гарри. Гарри кивнул. Он работал над этим с тех самых пор, как Крокер сообщил ему о перемещении сюда. — Я могу изменить всё, кроме головы, — раздраженно вздохнул он. — А что за форма? — с любопытством спросил Сириус. — Придет время — увидите, — кокетливо ответил Гарри. — Твой зверь больше моего? — вмешался Джеймс. Гарри кивнул. — Ладно, Питер поможет тебе с головой, — решил Сириус. — Его форма далась труднее всего, но он закончил раньше всех нас, так что он, вероятно, справится лучше, — пожал он плечами. Питер согласно кивнул. — Хорошо, — неохотно согласился Гарри. — Идемте, заберем Римуса и на ужин, — предложил Джеймс. Прошло несколько часов. Гарри лежал в постели, не в силах уснуть, так как его мысли были заняты двумя людьми, которых он поклялся убить, если представится шанс. Питер оказался совсем не таким, как он ожидал. Возможно, мальчик бы ему даже понравился, если бы Гарри постоянно не вспоминал о том, что тот сотворил с его жизнью. А теперь предатель еще и будет помогать ему завершить анимагическую форму. Гарри покачал головой, поражаясь иронии ситуации. И, конечно же, теперь добавился факт того, что его поставили в пару с Беллатрисой для школьных заданий. К этому он не был готов совершенно; он думал, что сможет избегать её в обозримом будущем. Насколько он понимал, Беллатриса была одной из тех неисправимых личностей, о которых упоминала Распределяющая шляпа. У него не было ни малейшего желания находиться рядом с ней, и он совсем не был уверен, что сможет удержаться от убийства. Он вздохнул и решил, что на данный момент просто сделает всё, что в его силах, и будет решать проблемы по мере их поступления. Хотя в глубине души ему было немного любопытно посмотреть, какой была эта девушка в подростковом возрасте, до того как превратилась в совершенно безумную маньячку, которую он привык видеть. Он снова вздохнул и посильнее взбил подушку, придавая ей удобную форму. Что бы ни принес завтрашний день, ему придется справиться с этим как можно лучше. Он постарается выполнить работу как можно быстрее, чтобы проводить в её компании минимум времени. В конце концов, выбора у него не было.