Всего лишь интрижка.

— …Психологическая экспертиза, — продолжает Иль Дотторе, конечно же, не имея никакого отношения к психологии, но имеющий определенные выводы из беседы с пациентом. — Показала, что объект исследования, — так называет этого самого пациента, эмпатии к нему не испытывая и видя в нем только интересную штучку, которую ему срочно нужно изучить. — Имеет некоторое помешательство на определенных темах, которые травмировали его и этим можно пользоваться, в том числе внушать ему новые обсессии, — отвлекается от листов, на которых распечатан отчёт и добавляет от себя. — То есть это синдром жертвы на фоне травмы брошенности, чрезмерно высокая самооценка абсолютно показная и возникает из ощущения своей слабости, также как и строптивость и жестокое поведение, это просто деструктивные мысли и попытки отыграться за свои боли на более слабых людях, — делает круговые движения кистью, перечисляя, после завершения отсебятины опускает взгляд обратно к листам, переворачивает верхний на планшетке. — Мой личный вывод: с миссией он справится и без своих естественных сил, глаза порчи практически не будут влиять на его здоровье. На психику можно воздействовать, чтобы не возникало претензий и он считал, что находиться в нашей команде выгодно, предполагаемое место в роли предвестника — седьмое, с естественной силой шестое, — на этом доклад Доктора окончен, он наконец замолкает, проговорив пятнадцать минут к ряду, что неплохо, поскольку сведения очень подробные, но их явно можно было сократить. — Какие именно «естественные силы» вы имеете ввиду? — Царица восседает на троне в паре метров за столом предвестников, перед ней во главе подчинённых находится Пьеро, а вдоль полупустого, длинного стола сидят и сами предвестники в количестве пяти человек. Очередное собрание в силу важности обсуждаемой темы проходит вместе с Архонтом, что принимает в беседе активное участие. — Они являются частью одной из Райден? — К сожалению, не совсем, — Зандик со своей привычкой смотреть всем в лицо теперь пялится на Архонта, про себя каждый раз встречаясь с ней рассуждая, насколько реально то, что такие встречи вообще были возможны в его жизни. — Пока что я не до конца понимаю, откуда в нем может быть существующая энергия, но точно понятно, что марионетка была создана особой магией Вельзевул и она может быть даже не связана с традиционной алхимией. Но они связаны с электро, это так, возможно была вложена часть гнозиса или что-то около того, — пожимает плечами, а Царица подпирает лицо рукой, задумываясь. — А ты можешь провести опыты, которые покажут, что именно в нем заложено и откуда это? — спрашивает Синьора, чья специализация крайне тесно связана с элементами, а следовательно даже может помочь. — Это и собираюсь сделать, — правда не совсем знает, как именно, а потому хоть и чувствует дискомфорт, но продолжает, уже с вопросом. — Ты могла бы проконсультировать меня, как правильно сделать это? — для этого ведь и нужны все эти собрания — чтобы коллеги могли посоветоваться и если что оказать друг другу помощь или поддержку, предложить идеи. — Конечно, — кивает Доктору, после чего обращается к главнокомандующему. — Нам нужно будет официально зафиксировать консультацию? — они, всё-таки, работают, закон никуда не девается, тем более обсуждаемая персона официально на испытательном сроке на роль предвестника, документы, подкрепляющие полезность факторы важны. — Да, будьте добры, — Дотторе удрученно вздыхает, поскольку документацию ненавидит из-за того, что та сильно сковывает и отнимает время, но более не возникает. — Вы можете также ассистировать Иль Дотторе для правильно проведенного эксперимента, — тот точно обидится, а Розалина снова кивает, принимая информацию к сведению. — И, также, от вас потребуется план проведения мероприятий и их подробный отчет к следующему собранию. — И вы считаете, что он действительно будет нам полезен? — Царица снова задаёт вопрос, на который Доктор слабо улыбается, не сдержав тихий смешок. — А вы считаете, что вам не может быть полезен тот, из кого можно создать бога по ее образу и подобию? — с вдохновением спрашивает в ответ, опять взглянув в глаза Архонта, ради служения которому предал своего родного бога.

***

Спустя время документы были подготовлены к заполнению после проведения всех нужных процедур и настало их время. Кабукимоно и Иль Дотторе также успели обсудить и создать договор, создающий между ними юридическую сделку, удовлетворяющую обе стороны, договор бессрочный. Заключается он в том, что первый соглашается на все манипуляции, проводимые с ним учёным в исследовательских целях, а тот выполняет условия в виде создания сердца и снятия с куклы элементальной печати. Но до этого ещё далеко — сейчас Доктор тщательно обсудил то, что может сделать с вопросом сил Куникудзуси и получив подробное объяснение-инструкцию собирается приступать к первым экспериментам. На самом деле он нервничает, хоть это и не будет видно за его всегда гиперактивным состоянием. Руки подрагивают, потому что практически физически чешутся начать, у горла играет эйфория, а в груди ее остатки в виде щекотки волнения. У него так всегда — что-то новое это всегда что-то интересное ему, а значит начинается жуткий зуд мыслей в голове. Ждал теперь уже практически напарника парень буквально прыгая на кресле — ноги ходят ходуном, подергиваясь, так сильно, что он весь крупно дрожит на месте. К счастью дождался — коллега стучит и входит, а Зандик подскакивает его встречать, чем слегка пугает неожиданностью. — Добрый день, мой хороший, я очень тебя ждал! — бегло смотрит на наручные часы, подходя к слегка озадаченной кукле. — Даже не опоздал, прелесть, — убирает руки за спину, не зная, куда их девать и куда вообще деть самого себя, дерганного и припадочного. — Здравствуй, — не слишком дружелюбно приветствует, по прошлым опытам общения начиная подозревать, что человек перед ним чем-то явно болен. — Для чего ждал? — он знает, что они будут проверять его на наличие элементальной магии, но не обязательно ведь так громко говорить, что «очень ждал», Дотторе чуть ли не кричит. — Для нашего опыта, конечно! — а «кричит» он потому что не контролирует тон голоса и говорит так громко, как позволяют его голосовые связки при том, насколько подвешенное эмоциональное состояние. — Опытов, точнее, — кивает сам себе, меняя формулировку, после чего встаёт к Кабукимоно вполоборота и выставляет руку в сторону. — Проходи, — приглашает в сторону металлической двери прямо напротив входной. — Куда? — но шагает вперед, пока Дотторе хвостиком идёт за ним. Как-то ему некомфортно одному находиться наедине с ним, особенно когда за пару месяцев нахождения в Фатуи узнал, какие о Втором Предвестнике ходят слухи. — Мы пойдем на нижний этаж, потому что нам нужно будет воспользоваться алхимией, — естественно придерживает посетителю дверь, пропуская в темное помещение с крупным металлическим столом в центре комнаты и каким-то оборудованием по всему помещению, таким, что аж провода по полу торчат. — Нужно будет провести несколько опытов, чтобы понять, насколько ты реагируешь на силу электро элемента и для начала понять, насколько сильна печать и пропускает ли она хоть какие-то импульсы, — далее они обходят стол, Дотторе на ощупь давит на плиту в стене и там открывается скрытый проход, отчего кукла то ли удивляется, то ли собирается смеяться. Вполне в духе безумного ученого, сделать такое, но вопрос: к чему весь этот пафос, если он, видимо, часто пользуется нижними этажами? Ответ прост, как пять копеек — Зандику очень нравится культура его родины, где скрытых или тяжело открывающихся руин огромное множество, оттуда и взял идею подземных помещений и практически лабиринтов в них. — А если не пропускает, то предрасположен ли ты к управлению этой стихией, это нужно, чтобы понять, управлял ли ты ей раньше или был создан под нее, может сохраниться мышечная память об управлении, — дверь, точнее блок стены отъехал и открыл проход к лестнице, подсвеченной по периметру ступенек. — И как мы будем проверять это? — конкретной информации ему предоставляют категорически мало, зато много объясняют незнамо о чем именно. — Скоро узнаешь, — продолжает говорить загадками, пока идёт впереди марионетки. — Я использую пару элементальных природных материалов, чтобы посмотреть, как ты реагируешь, потом воспользуюсь алхимией и после этого дам тебе порчу, это нужно в том числе для того, чтобы позже выдать ее тебе как оружие, — пока говорит они спускаются и после выхода из коридорчика лестницы первый раз попавшему сюда товарищу открывается вид на огромный зал. Потолки высотой около двух этажей, а также по стенам сразу видны дверные проемы, ведущие в другие комнаты. По левую руку находится достаточно большая установка вмонтированная в стену, на которой рассыпаны различные кнопки и рычаги, что светятся в относительной полутьме помещения, центрального источника света не наблюдается. От нее по полу также раскинуты провода, прибитые к нему скобами в некоторые из помещений, но это не так интересно, как-то, что происходит у противоположной стены. На ней, во-первых, установлены строительные металлоконструкции с лестницей для подъема на них, а во-вторых, стена от пола до более чем середины стены оклеена ватманом, на котором изображено огромное количество схем. От автоматонов практически в полный размер и их содержимым как бы в вырезе, до схем различных устройств и огромных полотен текста рядом. На полу рядом стоит коробка как можно догадаться с канцелярией, нужной для работы над чертежами, а рядом в старательно аккуратном виде лежат различные запчасти от чего-то. Кабукимоно круглыми глазами смотрит на все это, пока плетется за Иль Дотторе успевает споткнуться об один из проводов и тихо поругаться на это. Замечает, что на бумаге также есть какие-то наброски связанные с нарисованной маской Предвестника и подписи там же, да и вообще что-то связанное с аксессуарами. А ещё то, что там есть схемы человеческого тела изнутри. Бумаги там действительно на пол стены и большая ее часть исписана и расчерчена, с ума сойти. — Так, нам сюда, — Доктор открывает нужную дверь на стене напротив выхода и заходит, Куникудзуси заходит за ним и видит новую неизведанную комнату. Слева от них рабочий стол, далее алхимический, а напротив стеллажи наполовину заполненные различными банками. — Ты сам все это сделал? — отвлекается от темы нахождения здесь и кивает в сторону, имея в виду кучу рисунков на стене. — И построил, у тебя тут аж два этажа? — он никогда такого не видел, очень удивлен, если быть честным с собой и отбросить гордыню с ее веяниями сдержаться в эмоциях. — Ну-у, построил не сам, естественно, — дёргает плечами, все еще действуя резко и нервозно в силу предвкушения, улыбается во все тридцать два, поскольку спрашивают о приятном. — Но планировку делал сам, как и обставлял. И тут три этажа, — у куклы сразу появляются другие вопросы. — Я про стену сначала спрашивал. И тут можно ещё куда-то спуститься? — с искренним интересом. — Наоборот подняться, — как же ему нравится, что удивил куколку, просто прелесть, продолжает уже по поводу чертежей. — Я же механик-архитектор, конечно я умею, более того мне нравится создавать подобные схемы, я ещё и в статьях их публикую, — нещадно врет, потому что публикуют его не слишком часто и всего в одном научно-популярном издательстве, но это не важно, проверять же не будут. — Ещё успеешь рассмотреть, ты будешь частым гостем здесь, — ухмыляется, поскольку имеет грандиозные планы на Кабукимоно, пока подходит к столу и перекладывает лежащие на нем вещи так, как нашептала голова. — В смысле? — не поняв юмора спрашивает, наблюдая в руках ученого две колбочки и камень, все фиолетового цвета, плюс стетоскоп и какой-то другой предмет, тоже явно нужный для будущих действий. Пока ничего страшного здесь нет, дискомфорт слегка спал, но вот утверждение о частых посещениях заново напрягло. — Насколько частым? — Ммм… — наигранно и с дурной улыбкой задумывается, хитренько поглядывая на будущего коллегу. — Настолько, насколько у меня хватит фантазии, — сквозь говор прокрадывается языковой акцент, что делает речь манерой и сильно акцентной в смысле произношения звуков. — Не переживай, все будет хорошо, здесь очень даже комфортно, — сам себе кивает, хотя на верхних этажах всегда душно и пахнет чем-то едким и неприятным, а здесь, на нижнем, холодно и мрачно, жутко. — Так, светские беседы окончены, — резко меняется в поведении, возвращаясь к веселью, складывает ладони одна к другой и легонько хлопает, приподнимаясь на мыски. — Начнем? — глупо пискнув голосом спрашивает. — Эм… — Кабукимоно испытывает самое искреннее в жизни смятение — что вообще происходит? Кому его подсунули, он буквально выглядит, как сумасшедший! — Ладно? — понятия не имеет, что еще ответить и как реагировать на любые действия Второго. — Замечательно! — загорается, к словам приподнимает руки ладонями вверх, как бы указывая, что сделать. — Тогда снимаем одежду выше пояса и подходим ко мне, — продолжает жестикулировать, согнув пальцы в фалангах подзывает к себе, после чего снова поворачивается к столу и чуть наклонившись перебирает находящуюся на нем стопку блокнотов. — Что ты будешь делать? — для сохранения собственной безопасности спрашивает, пока снимает с плеч хаори и после развязывает на нем пояс. Форму Фатуи ему выдали, но позволили ходить в привычной национальной одежде, а поскольку он пока не предвестник «парадной» формы лично под него нет. — И куда можно все положить? — А, вот, — отвлекается, чтобы указать на стул за столом, куда можно повесить вещи, далее объясняет свои действия. — Так вот, я проведу несколько опытов и ты должен будешь описать мне, что чувствуешь, если будешь чувствовать. Заключаются они в том, — находит нужный блокнот и листает его, пока говорит, а пациент раздевается. — Чтобы посмотреть на твою реакцию на различную электро энергию, всего их будет четыре: электро кристалл, два вида зелий и электро глаз порчи, — нужная страничка найдена, Доктор берет из стакана карандаш и кладет в переплет листов, встаёт ровно. — Поскольку признаков жизни ты не подаешь, послушать тебя будет удобнее всего. Руду я поднесу к твоей груди, далее тест зелий на кожных покровах и на слизистых, а после использование порчи, — марионетка как раз сняла топ с горлом, Дотторе замечает, что тот поежился и сжал кулаки от прохлады, но, честно говоря, ему плевать, стало резко интересно кое-что. — Тебе может быть холодно? — Да, — недовольно нахмурившись от того, насколько же тут зябко при том, что окна, как минимум в зоне видимости, закрыты, голой кожей чувствуется сильнее. — Почему не должно быть? — В принципе да, ты же и прикосновения чувствуешь и боль испытываешь, значит нервные окончания работают почти исправно… — у Зандика моментально включились мозги, заткнуться и не бурчать свои мысли вслух уже не может. — И когда травмы получаешь раны остаются, «кровь» течет, тебе плохо, но заживают они быстро и без рубцов, что это вообще значит… — щурится, смотря на Кабукимоно, которому от этого взгляда неловко. — Всё без запаха и вкуса, никаких «живых» микроэлементов нет, бактерии не те же, что находятся в теле нормального человека… — слегка наклоняет голову, пока кукла уже обнимает свои же плечи, поскольку стоит мёрзнет и как-то даже стесняется перебить, поскольку некогда, Дотторе тараторит. — Убить тебя, как говоришь, невозможно… Так ты же просто имитируешь все жизненные процессы человека, блять, это точно не Кхемия, — у Кабукимоно невольно приподнялись брови от внезапного бранного слова в речи, а Доктор все же берет в руки стетоскоп и небольшой кусочек электро кристалла. — Созданные ей существа полностью живые, хоть там и можно регулировать длительность жизни существа и так далее, как это возможно? — пальцем легонько давит на предплечья куклы, чтобы опустил руки, не командуя делать это все еще говорит. — Что за магия такая? Райден может создавать свои копии в бою, но электро элементом, ты что ещё за выродок получился? — сам себе задает вопрос, прикладывает к грудной клетке парня камень, а тот бесится с оскорбления. — Эй, ты совсем охренел? — на повышенный тонах начинает, но его перебивают. — Цыц, не мешай мне, — продержав камешек полминуты одной рукой подтягивает к голове звукопровод стетоскопа и помещает держатели в уши, далее прикладывает головку медицинского прибора к месту, где был камень. К радости для Кабукимоно замолкает, а к несчастью это ненадолго. Перекладывает камень на другое место и подождав ещё немного перемещает головку стетоскопа и переворачивает ее с воронкообразной на плоскую части. Слушает. — Ага… — совсем тихо и активно размышляя над происходящим делает шаг к столу, чтобы записать все на бумагу. — Значит шумы есть и энергия резонирует, замечательно, — а вот эту информацию кукла активно слушает, да, это для него полезно. — Не удивительно, конечно, вся энергия циркулирует по центру организма, но хорошо, что она хотя бы есть, для начала, — параллельно пишет, имея невероятную способность болтать и писать одновременно разную информацию. — У нас зелья разной концентрации, их по хорошему нужно пить в разное время, а не по очереди, эффект может складываться, может поменять местами с порчей, — кладет стетоскоп на стол, убрав с шеи, теперь в руках оказалась небольшая колбочка с фиолетовой жидкостью. — Хотя нет, она тоже влияет на организм… Но переносить ничего ни в коем случае нельзя… — без спроса берет Кабукимоно за запястье и поднимает на уровень груди, ставит ладонью вверх, открывает колбу, аккуратно капает зелье ему на руку. — Ждём пять минут, скажешь мне, если что-то почувствуешь. — Ага, как только начнешь спрашивать у меня, можно ли меня трогать без позволения, — саркастично и язвительно отвечает, злобно смотря на Дотторе, отношение которого к нему вызывает неприятные эмоции в силу какого-то высокомерия или пренебрежения в них. — Спрашивать у обычной куклы, можно ли ее тронуть? — усмехается, удивившись претензии. — Ты просто объект для изучения, с чего бы мне о чем-то спрашивать тебя или уточнять бесполезную информацию, когда ты итак сделал бы, что прошу или разрешил подвинуть? — со смехом в тоне спрашивает, видя на чужом лице мгновенную реакцию яркой злобы. — Вот же сука, — раз при нем матерились, позволяет себе то же самое, попутно ещё и чувствуя, как в груди бурлит возмущение. Его! Творение бога! Того, к кому всегда относились с пониманием и упоением, по-доброму снисходительно, считай как к ребенку и этим можно было пользоваться что, ставят на место?! Ещё и прямо насмехаясь над ним?! — Давай-ка веди себя поласковее, пока я не разозлился, — угрожает, на что Доктор заливается коротким приступом смеха, что заставляет еще сильнее взбеситься. — Ты меня не понял?! — Это ты не понял, куколка, — потихоньку успокаивается, театрально смахивая с века слезу. — Ты ничего мне не сделаешь, — убирает руки за спину, слегка наклоняется к Кабукимоно, чтобы при разнице в росте говорить прямо в лицо. — И не сможешь сделать. — Если так думаешь, то я просто разорву контракт и, — его перебили, чуть понизив тон голоса, но говоря громко. — Не разорвешь, потому что это выгоднее тебе, чем мне, — невольно открывает глаза шире, широко улыбается, алые радужки в купе с острыми зубами выглядят жутковато, когда лицо в маске находится вблизи. — Ты жалкий и глупый, сам ты не дойдешь до мысли, что тебе нужно и как исправить свою жизнь. Ты безвольная кукла, которую все всегда находят и играются, пока не надоест, как самостоятельная единица и личность ты бесполезен, — улыбка становится оскалом, а Куникудзуси в шоке от таких наглых и явно нарочно обидных слов, сказанных напрямую, тупо растерялся, не зная, что сказать в ответ. — И в этот раз нашли Фатуи, а прервать наш с тобой контракт будет минусом в твоей репутации, даже если хорошо выполнишь порученную миссию, — все последнее предложение полностью является ложью, но как манипуляция на растерянного человека сработает отлично. — Думаешь, кто сможет помочь тебе в вопросах бездны? Ты сам-то смог вообще понять, что это и откуда? — марионетке дали поручение изучать бездну и разведать некоторые вопросы на ее счет, если выполнит, его назначат в Предвестники. — Пьеро не будет этого делать, даже если проникся к тебе, хотя ты нам всем чужой человек. Капитано тоже. А остальные слишком мало о ней знают, — Доктор становится ровнее, шумно вздыхает, проговорив вышесказанное практически на одном выдохе. — Но я могу тебе помочь, мы ведь итак можем считаться напарниками, причем не только в вопросах науки, — Кабукимоно уже смотрит сквозь него, сильно загрузившись всем, что ему сказали и продолжают говорить. В груди как-то совсем неприятно заныло. — Если ты будешь хорошей куколкой и будешь послушным, конечно. Это ведь не сложно, правда? — прикоснувшись пальцами к подбородку приподнимает лицо Кабукимоно, совсем поникшего, тот смотрит ему в лицо, поскольку отвлекли от того, что смотрел в одну точку. — …Да, — просто отвечает, для себя понимая, что сказанное сейчас правда. Он всю свою жизнь был просто… Игрушкой для окружающих. Которую можно бросить, когда вздумается. — Прости, — извиняется за то, что обозвал и язвил, потому что стало ужасно стыдно и противно от того, что ведёт себя так, когда ему предоставляют новые и важные для него возможности. Отвратительно мерзко, так, что в плечах стало неуютно и будто бы тесно в собственном теле от омерзения к себе. — Умничка, — у Зандика что-то свело в области солнечного сплетения от чувства собственного превосходства и власти над другим человеком. Да, сейчас он правда не умеет манипулировать намеренно и просто мелет все, что лезет в голову, но именно это и называется расстройством личности. — Так что у нас с рукой? — возвращается к теме капельки зелья на ладони, будто ни в чем не бывало мило улыбаясь. — Ничего, — смотрит на конечность, о которой спрашивают, отвечая без капли энтузиазма и сложив ее в кулак растирает жижицу. — Ничего не чувствую. — Мгм… — снова открывает колбу и передает ее кукле. — Выпей немного. Так, чтобы хотя бы смочить рот, можно не глотать, — Кабукимоно забирает баночку, подносит к лицу и недолго принюхивается к запаху, а после выливает совсем немного на язык. Смакует. На лице эмоций не наблюдается. — И? — ждёт описание состояния. — Безвкусное, — отдает колбу, видя, что Дотторе начал выглядеть удивленным. — Ты же чувствуешь вкусы еды и питья? — тот кивает. — Чудно… — закрывает колбу и качнувшись на месте берет вторую, уже эта жидкость налита в небольшую бутылку, цвет почти такой же, как у прошлой. — Попробуй эту, — тоже отдает кукле, он открывает бутылек и также немного выпивает и шевелит челюстью, пытаясь понять, что должен чувствовать. — Тоже безвкусное? — опять кивает. — Так, подожди, — Доктор разворачивается, отходит к стеллажам сбоку от них и держа руки на весу неуверенности выбора через пару секунд берет другую склянку, в которой жидкость красная, это пиро зелье. Возвращается, дает ее Куникудзуси, вынимая из второй руки электро зелье. — Теперь вот это, — кукла медлит, все ещё находясь в неведении ситуации, ещё и после стресса, нервничает, но открывает его и сразу немного выпивает, теперь наконец скривившись. — Вот оно острое, — отдает Дотторе баночку, наблюдая продолжение его картинных удивлений, что, между прочим, правдивы, хотя из-за его экспрессивности в эмоциях кажутся ненатуральными. — И что это должно значить? — слегка прокряхтел, прочистив горло, поскольку сглотнул смесь во рту и его начало слегка першить. — А я не знаю, — частично ошарашенно смотрит на Кабукимоно, активно думая, что это за парадокс такой — электро зелье, горькое, ему безвкусное, а вкус пиро зелья он чувствует. Додумался. — Ты невосприимчив к электро силе?! — с лютым удивлением округляет глаза, не думая об этом движении кладет обе руки на плечи куклы, от чего тот хотел шагнуть назад, но не успел. — Не знаю? Меня никогда током не било, я не знаю, — он почему-то испытывает легкую панику и невольно начал говорить громче и более нервно. А это всего лишь очередная способность Иль Дотторе — своим поведением он очень легко и быстро меняет обстановку и атмосферу в коллективе или, что работает ещё лучше, в разговоре наедине. — А ну-ка, — убирает руки с Кабукимоно, поворачивается к столу, открывает один из двух ящиков в нем и достает оттуда электро глаз порчи, который заранее принес для эксперимента. — Пойдем в зал, — берет парня за руку и практически тащит за собой, в то время как он все еще по пояс раздет и ему все еще холодно, между прочим. Выводит его из комнаты и за пару шагов от входа останавливается, даёт кукле порчу. — Используй силу в холостую. — Я не умею, у меня никогда не было глаза бога, — держит артефакт в руках, глупо и испуганно смотря на Дотторе в поисках хоть чего-то адекватного в нем, как минимум объяснения, как все это использовать. — Ты же говорил, что должен был использовать гнозис! — возмущается, кладет руки на бока, ещё и оскорбившись, что его творение обозвали такой пошлой безделушкой, как глаз бога. — Но я не помню, как и вообще использовал ли его! — парирует, от прилива эмоций после сильного спада резко разводя руки в стороны, жест некой беспомощности перед ситуацией. — Тц, ладно, допустим, — закатывает глаза, поворачивается параллельно тому, как стоит Кабукимоно и выставляет левую руку вперед. — Тебе нужно сконцентрировавшись на этом представить, как ты выпускаешь из себя энергию и как бы приложить к этому физическое усилие, немного напрячься, — перед левой рукой Иль Дотторе возникают хлопья поблескивающей живой порчи, которые достаточно быстро формируются в шип с плоским дном. Куникудзуси смотрит на это с неподдельным шоком. — Это я формирую, а тебе не надо, сделай просто всплеск энергии, — плавным, но быстрым движением переворачивает кисть руки ладонью вверх и закрывает ее в кулак, шип растворяется в воздухе темной дымкой. — Понял? — поворачивается на пациента, тот поворачивает на него голову в ответ, с удивлением не понимая, как он это сделал, ведь видимых амулетов на нем нет. — Вроде как да, — неуверенно отвечает после чего держа порчу в одной руке, другую прямой выставляет перед собой. Сквозь какую-то ядерную смесь эмоций старается сконцентрировать свое внимание на фантазии, в которой испускает небольшую вспышку молнии из руки. Внутренним голосом пробует скомандовать сделать, что ему нужно и нелепо слегка дёргает рукой в такт мысли. Во вторую попытку просто напрягает ладонь, продолжая думать о конкретном действии и слышит громкое щелканье, не одно, а массу коротких и быстрых разрядов звука, видит вспышку перед собой. А после электро элемент поддерживаемый порчей резко прекращает выделяться, пока Кабукимоно стоит и тяжело, быстро дышит от испуга от своих же действий, что получились быстро и непонятно как. Держит свою же выставленную руку, непонятно зачем, слышит сбоку вопрос. — Ты… Хорошо себя чувствуешь? — Иль Дотторе кладет свою руку на чужую, давит, чтобы опустил. Не дай бог еще раз плеснет и этот неумеха что-нибудь ему взорвет. — Я… — смотрит в одну точку, широко открыв глаза и дыша через рот. Опыт настолько лёгкого управления стихией дает странно-приятное чувство… Всесилия? Всевластия? — Вроде в порядке, — опускает руки по швам, снова поворачивает голову на Второго. — Это нормально?.. — …Не совсем, — вообще-то солдат Фатуи владением порчей обучают еще в армии, то есть несколько лет на факультете военного дела, и то, если они поступают в элитные войска по конкурсу. А этот… Взял и по первой же просьбе выдал импульс, не беспорядочный, не особо опасный для окружающих, без последствий для себя, судя по уверению в нормальном состоянии. — Кабу, — называет по одному из имен, потому что впечатлен происходящим, кладет ладонь на его плечо, невольно и дурно улыбается единственным видным из-под маски уголком рта. — Да ты, оказывается, та ещё находка… — он определенно, вот прямо в данную секунду захотел запереть его здесь и продолжить эксперименты, никого об этом не спрашивая и не уведомляя.