Партнёры [Путь Разблокирован]

      К тому времени, как Хэнк прошёл через ворота безопасности и вышел через огромные стеклянные двери, открывшиеся к оживлённому тротуару, Коннор был уже на полпути вниз по улице и стоял рядом с криво припаркованным бордовым хэтчбеком, который выглядел давно пережившим свои лучшие дни. Мужчина вертел что-то в руках и что-то приговаривал раздражённым бормотанием себе под нос, метая взглядом кинжалы на собственные пальцы, а его дыхание вырывалось тяжёлыми клубами пара, образовывавшимися в прохладном ноябрьском воздухе.              Хотя поперву вещь была слишком мала и скрыта неуклюжими пальцами детектива, чтобы её разглядеть, когда Хэнк приблизился, он смог определить, что вещь, вызывающая раздражение у детектива Андерсона, была квадратной, серебристой зажигалкой, яркий металл которой ловил рассеянный свет пасмурного вечера и радостно сверкал в тусклых лучах. Неповоротливые пальцы мужчины, вероятно, ставшие малоподвижными из-за пронизывающего холода упавшей температуры, тщетно возились с предметом, резко пробегая по маленькому металлическому колёсику осветительного механизма, без особого успеха.              — Давай, малышка, — мягко уговаривал Коннор, его голос был осторожно тихим и нежным, как будто он разговаривал скорее с обиженным щенком, чем с неодушевлённым предметом. — Ещё разок для папочки, — отчаянно умолял зажигалку детектив, сильно хмурясь на металлическую коробочку, в то время как в другой руке он нервно теребил сигарету, беспокойно перекатывая белую бумагу между пальцами, когда его ловкие пальцы снова прокатились по колёсику зажигалки. Предмет испустил слабую вспышку пламени, погасшую в тот же миг, как и появилась, вызвав новый поток проклятий с искусанных губ Коннора, когда он с новой силой щёлкнул пальцем по металлическому колёсику, стягивая его вниз и вновь без особого успеха.              Однако в конце концов, после последней сбивчивой попытки, зажигалка пыхнула ровным пламенем, маленький конус жёлто-оранжевого тепла замерцал и затрепетал на холодном ветру, но оставался сильным достаточно долго, чтобы Коннор успел зажать сигарету меж зубов и поднести огонь к белому бумажному кончику.              — Спасибо тебе чертовски огромное, — похвалил детектив зажигалку, которая явно была на последнем издыхании, и сунул её обратно в карман, когда серый дым начал подниматься от зажжённой сигареты и уноситься от мужчины угасающими струйками.              Под «формированием партнёрства с Коннором» появилось предложение «примириться с Коннором», маленькие белые слова, побуждавшие Хэнка подойти ближе и на мгновение замешкаться, прежде чем сесть в машину, даже когда Коннор открыл дверь со стороны водителя.              — Я не знал, что кто-то до сих пор водит автомобили с ручным управлением, — быстро заявил андроид, надеясь преодолеть затянувшуюся неловкость, всё ещё плотно висевшую в воздухе между ними, отвлекая своего товарища новыми, более интересными темами и комментируя первый попавшийся на глаза вариант.              — Вам действительно следует пересмотреть ваши представления о том, сколько зарабатывает городской детектив, — довольно плоско ответил Коннор, в его голосе не было намёка на жестокость, но, безусловно, и обычной открытости тоже не было. — Потому что, что бы вы ни думали, вы глубоко ошибаетесь, — мужчина сухо фыркнул, прежде чем забраться в машину и захлопнуть за собой дверцу с решительным металлическим хлопком.              Хэнк незамедлительно последовал его примеру, обойдя автомобиль к пассажирской стороне и плавно открывая дверцу, прежде чем осторожно опустить своё тело через металлический проём и умоститься на обтянутое серой тканью сиденье за ним. Андроид как можно профессиональнее расположил своё громоздкое тело на тесном автомобильном сиденье, но возможности были ограничены, и с коленями, болезненно упирающимися в бардачок, и с неудобно согнутой спиной в слишком далеко откинутом кресле, Хэнк был уверен, что выглядел далеко от той стоической позы, в которой собирался быть.              Однако, когда Коннор случайно взглянул на растерянного андроида перед тем, как вставить блестящий металлический ключ в замок зажигания, мужчина на секунду пусто уставился на него, прежде чем забавляющаяся улыбка робко появилась в его мягких чертах, тусклая синяя стрелка мелькнула в поле зрения Хэнка, когда лёгкий смешок вырвался из детектива, и мужчина немного расслабился, наконец вставив ключ в замок зажигания и повернув его.              — Прошу прощения, если я заставил вас почувствовать себя некомфортно, детектив, — поспешно предложил Хэнк, надеясь развить позитивное взаимодействие, которое только что произошло, и использовать его для продвижения в сторону примирения. — Это не было моим намерением, — осторожно добавил андроид, внимательно наблюдая за мужчиной на водительском сиденье, чтобы оценить его реакцию на извинения, сенсоры были настроены на каждое малейшее движение мышц детектива и подёргивание на его лице. Хотя единственное, что андроид смог уловить — это то, что теперь, когда Коннор зажал сигарету во рту, беспокойные движения, которые ранее доминировали в поведении мужчины, значительно утихли.              Машина нехотя фыркнула под пальцами детектива Андерсона, слабо урча, когда он повернул ключ, а затем снова затихла, Коннор лишь раздражённо застонал, прежде чем снова повернуть зажигание.              — Не беспокойтесь об этом, — легко бросил мужчина, тяжело поведя плечами в слабом подобие непринуждённого пожатия плечами, когда автомобиль издал другое протестующее урчание, прежде чем снова затихнуть. — Я просто сверхчувствительный маленький сучонок, — пренебрежительно произнёс Коннор, бросая лёгкий смешок в конце своего предложения, пригласив андроида просто посмеяться вместе с ним, но, учитывая, что Хэнк даже не был уверен, что способен смеяться, всё, что андроид смог предложить — это медленный кивок. Хотя, по правде, андроид был почти уверен, что не смог бы посмеяться над этим уничижительным высказыванием, даже если бы был человеком.              Наконец, последний поворот маленького серебристого ключа с рёвом пробудил упрямый автомобиль к жизни, двигатель сердито зарычал, словно был раздражён тем, что его заставили работать, и решил рявкать в отместку до тех пор, пока однажды не сможет наконец осуществить свою тщательно спланированную месть. Весь автомобиль сотрясался от жутких толчков умирающего механизма, но нехорошо звучащее бульканье механической катастрофы было почти заглушено громкой музыкой, внезапно вырвавшейся из автомобильного радио, шум был полон энергии, стремительных ритмов и тяжёлых ударов басов, грохочущих каждую секунду так, будто кто-то решил, что вождение могло бы стать хорошей основой для песни, а затем принялся нюхать кокаин.              База данных Хэнка сообщила ему, что песня называлась Cherry Pop за авторством какого-то парня, который, похоже, не мог выбрать между цифрами и буквами при написании своего сценического псевдонима, но андроид просто пометил его как «Мусор» в своём собственном сознании, когда информация «Коннор слушает дерьмовую техно-музыку» аккуратно разместилась в затенённой секции Коннора Андерсона в блоке хранения данных андроида.              — Перестаньте осуждать меня, Робокоп, — высокомерно потребовал Коннор, возмущённо фыркая ради драматического эффекта, он дал задний ход и повернулся на сиденье, упершись локтем в подголовник и изогнувшись всем телом, чтобы посмотреть через заднее стекло, несмотря на то что было бы гораздо логичнее просто попросить Хэнка посмотреть.              — Я не способен осуждать вас, детектив, — коротко сообщил андроид, осторожно удерживая свой взгляд впереди, выпрямившись, насколько это было возможно в тесном пространстве, и аккуратно сложив руки на коленях.              — И всё же вы это делаете, — многозначительно фыркнул Коннор, хотя и с отчётливой ноткой лёгкого юмора в его мягком мелодичном голосе, когда детектив развернулся и выехал с парковочного места. — Я могу это увидеть по вашему лицу, — легко проинформировал андроида Андерсон, неопределённо жестикулируя одной рукой, бессмысленно размахивая ею в воздухе, прежде чем поднести конечность ко рту, где он аккуратно расположил первые два пальца поверх сигареты и прижал большой палец к её нижней части.              — Я просто обеспокоен громкостью, которую вы для себя выставляете, — оправдал Хэнк то, что детектив, предположительно, увидел на его лице, несмотря на то, что андроид был почти уверен, что выражение его лица ничуть не изменилось. — Любой звук громче восьмидесяти пяти децибел потенциально вреден для человеческого уха и может стать причиной необратимых повреждений, если воздействие будет продолжаться на протяжении длительного времени, — безэмоционально выпалил андроид, извлекая факты из своей безграничной базы данных и декламируя их с уверенностью профессионала. Было действительно неудивительно, что андроиды начинают занимать рабочие места на многих профессиях, вроде врачей, которые когда-то были доступны лишь людям.              — Что вы сказали? — вопросительно позвал Коннор, повышая голос почти до крика, чтобы его было слышно за ревущими басами песни, которая, казалось, становилась всё быстрее в своих вызывающих припадок судорожных звуках.              — Что и требовалось доказать, — почти пробормотал Хэнк, уверенный, что Коннор не услышит его, как бы андроид ни старался, и не желающий тратить вычислительную мощность на такие бесплодные усилия, когда между ними воцарилась тишина, которую тут же заполнили раскатистые «пóпсы» основного риффа мусорной песни.              Коннор сделал долгий, медленный вдох и аккуратно вытянул сигарету изо рта, раздвигая розовые губы, и осторожно выпустил загрязнённый воздух серым облаком тумана, позволяя тёмным завиткам окутать его лицо, когда он вернул сигарету на место, где она и была. Однако затем детектив позволил своим шоколадным глазам скользнуть к своему электронному собеседнику и добросовестно протянул руку, чтобы раз или два провернуть пластиковую рукоятку, управляющую окном, отчего образовалась небольшая щель, и внутрь ворвался холодный ветер, унеся дым прочь.              — Ваше беспокойство необоснованно, детектив. Моё дыхание — это всего лишь искусственное воспроизведение человеческого дыхания и носит полностью косметический характер, — сообщил Хэнк около деловым тоном, повысив голос, чтобы перекричать грохочущую музыку, но даже тогда сохраняя осторожную профессиональную манеру. — Хотя я бы рекомендовал оставить окно открытым в интересах сохранения вашего здоровья, — добавил андроид, когда Коннор лишь слегка хмыкнул в знак согласия и пренебрежительно пожал плечами, прежде чем сильнее надавить на педаль газа.              Возрастной автомобиль сердито зарычал, но, тем не менее, прибавил скорость, и вся конструкция опасно затряслась, а Коннор вытянул сигарету изо рта и протянул руку, чтобы слегка постучать ею по опущенному стеклу, осыпая с кончика танцующий шквал искр пепла, прежде чем вернуть её обратно в рот. Мужчина держал одну руку свободно на руле, а другой осторожно сжимал оставшуюся часть сигареты, мягко зажатую между губами, и каждые несколько секунд затягивался, белая бумага быстро сгорала под постоянно поглощающим пламенем, неуклонно подбиравшимся всё ближе ко рту детектива.              — Детектив, я должен сообщить вам, что вы превысили допустимую скорость на этом участке дороги на пятнадцать миль в час, — стоически заметил Хэнк, решительно отмахнувшись от рекомендованного донесения, которое, согласно его программе, он должен был отправить, и вместо этого решил просто протянуть руку, чтобы ухватиться за пластиковую ручку над дверной рамой, стремясь как можно меньше повредить своё дорогое тело при вероятности (тридцать шесть процентов), что Коннор втянет их в аварию.       — Перестаньте волноваться, Хэнки Пэнки! — Коннор отмахнулся от заявления андроида, только увеличивая шансы разбиться до приличных сорока восьми процентов, когда он убрал руку с руля, чтобы отмести слова прочь. Однако, что совершенно неудивительно, это необдуманное действие привело к тому, что автомобиль начал неуклонно смещаться на соседнюю полосу, бампер машины пересёк широкую белую линию, и из машины сбоку раздался гневный сигнал, и Коннор, вздрогнув, отреагировал. — Я точно знаю, что делаю! — оптимистично заверил мужчина, несмотря на то что это очевидно была наглая ложь, детектив крепко ухватил руль и неряшливым рывком круто вильнул их машиной на нужную полосу движения.              — Я не так уверен в этом, детектив, — раздражённо бросил Хэнк, его хватка на ручке над головой сжималась до того, пока андроид не почувствовал, как хрупкий пластик сгибается под его стальной хваткой, и, отдёрнув руку, увидел слабый отпечаток собственных пальцев, вдавившихся в несчастный материал. Упс.              Можно было бы подумать, что подобный грубый комментарий покажется Коннору неприятным или, по крайней мере, неоправданным, но, напротив, перед глазами Хэнка радостно заплясала голубая стрелка, а ужасный водитель лишь весело фыркнул в ответ на сухое оскорбление.              — Да ладно вам, Робокоп! Мы уже почти там, и я ещё нас не убил! — дерзко заметил детектив Андерсон, вынимая сигарету из зубов, чтобы снова легонько постучать ею по окну, обнажая лёгкую усмешку, появлявшуюся на его освободившихся губах.              — Где именно это «там», детектив? — спросил Хэнк, всё ещё вынужденный перекрикивать Despacito Луиса Фонси, которое теперь весело гремело из динамиков, когда Коннор наконец стал немного сбавлять скорость и включил правый поворотник, чтобы свернуть на боковую улицу, но сразу снова начал разгоняться до опасной скорости, как только они съехали с главной дороги.              — В лучшей кофейне города! — уверенно пообещал детектив, делая последнюю затяжку сигареты, прежде чем тлеющий пепел наконец достиг окурка, и мужчина неохотно затушил горящий предмет о пластик приборной панели, прежде чем бросить бесполезный остаток в удобно расположенную пепельницу на средней консоли.              После этого в тесном автомобиле снова воцарилось неловкое молчание, ни одна из сторон не могла особо поддержать непринуждённую беседу, поскольку одна из них была андроидом, активированным всего несколько дней назад, а другая быстро проявила себя социально неумелым беспорядком. Коннор продолжал бросать косые взгляды на прототип и бесцельно ёрзать, прежде чем снова сосредоточить свои кофейные глаза на дороге, только чтобы через несколько мгновений повторить тот же процесс, в то время как Хэнк пытался занять себя просмотром файлов по делу, которые он загрузил в пределы своего разума.              Однако после того, как Коннор в пятый раз бросил быстрый взгляд на андроида и звучно постучал длинным пальцем по рулю, отбивая всё более быструю серию беспокойных ударов, Хэнку пришлось что-то сказать.              — Расскажите мне о себе, детектив, — по наитию попробовал андроид, вдруг бросая банальную фразу для начала разговора в тишину между ними, без каких-либо объяснений, чтобы смягчить внезапный переход.              Коннор слегка вздрогнул от неожиданного вопроса, быстро переведя взгляд на дорогу перед собой, как будто его застукали за каким-то преступным деянием, и немного усиляя хватку на руле, хотя полупрозрачная полоса голубого цвета указывала на то, что парень испытал истинное облегчение от того, что неловкое молчание рассеялось, и позволила Хэнку понять, что он принял правильное решение.              — Что вы хотите узнать? — спросил Коннор с искренним любопытством, проступающем в его мелодичном тоне, после того как он на мгновение выглядел задумавшимся, словно парень не мог придумать ничего стоящего, что можно было сказать о себе.              — Что вам нравится? — Хэнк старался изо всех сил, перебирая свой протокол взаимоотношений в поисках того, что именно полагалось спросить в подобной ситуации, и находя лишь такие базовые вопросы, как этот.              — Кофе, — Коннор безнадёжно фыркнул, лёгкая тоска промелькнула в его шоколадных глазах, когда мужчина снова замедлил ход и свернул на очередную боковую улицу, однако на этот раз они не прибавили скорости.              — Какая ваша любимая еда? — андроид попробовал снова, получив мало действительно полезной информации из своей последней попытки и теперь неуклонно продвигаясь вниз по списку базовых подсказок «Познакомься со своим партнёром», которые он нашёл глубоко в своём коде.              — Кофе, — ещё раз заявил Коннор, с такой уверенностью и твёрдостью, что невозможно было понять, шутит на самом деле этот человек или нет, когда он наконец начал притормаживать перед обветшалым зданием, о котором мало что можно было сказать о внешнем убранстве, и ещё меньше — о гостеприимной атмосфере.              — Это не еда, детектив, — без выражения попытался Хэнк, но в ответ получил лишь безразличное пожатие плечами, оставившее андроида самого придумывать какой-нибудь способ спасти этот бесполезный разговор. — У вас есть какие-нибудь таланты? Какие-нибудь обнаруженные открытия? Хобби? — монотонно зачитывал андроид, ничего не добившись, что бы он ни выбрал из бесполезного списка вопросов, когда Коннор наконец неаккуратно свернул машину на какое-то жалкое подобие парковки у дороги и припарковал стареющий кусок техники.              — Однажды я засунул в рот целую пачку сигарет, просто чтобы посмотреть, получится ли у меня, — гордо сообщил Коннор, улыбаясь себе, будто это было настоящим достижением, за которое он заслуживал большой блестящий приз. — И если я что-то и понял из этого опыта, так это то, что я вполне могу сделать глубокий минет порнозвезды, — беззаботно заявил мужчина, выглядя слишком довольным собой, когда открыл дверь машины и вышел на улицу.              Хэнк поставил программный блок на то, чтобы никогда больше не спрашивать Коннора о себе.