Ласковый зверь.

Катя: «Мы переспали» Рита: «И что вы теперь, вместе?» Катя: «Я не знаю» Рита: «Ты определенно ему нравишься. Еще никого он так не уносил с тусовки. А еще, ты бы видела лицо этой Вики» Катя улыбнулась, представляя, как блондинка сердито топает ногами, покрасневшая от злости, и строит недовольные гримасы. Эта картинка вызвала у нее веселый смешок, от которого настроение улучшилось еще больше. Она отложила телефон в сторону. Закрыв глаза, Катя наслаждалась мягкими лучами утреннего солнца, пробирающихся сквозь маленькое окно под потолком. Перекатывалась с боку на бок, растягивая тело, позволяя мышцам расслабиться после страстной ночи. - Че смеёшься? — спросил Кислов, глядя на нее сонными, но большими глазами - Ничего, — сказала девушка. Невольно еще одна улыбка растянулась по лицу от мысли, что сегодня суббота. Никаких ранних подъёмов, обязательных уроков и заданий. Она уже успела почувствовать вкусный завтрак в кафе, прогулку с Ритой и предстоящее воскресенье, полное безделья. Однако планы были внезапно прерваны появлением двух парней — Боря и Егор вошли в гараж. - Оу, — протянул Хенк, замечая прелестную картину Кислов и Катя лежали почти обнаженными на диване, укрывшись пледом. Девушка поспешно укрылась пледом, стараясь скрыть своё тело от посторонних взглядов. Парни заметили смущенную реакцию Барбиной, отворачиваюсь, чтобы та оделась, начали язвительно комментировать ситуацию. - Переспали? Обоюдно хоть? Катя, моргни если в заложниках. - Да, — коротко ответил Киса, нисколько не смутившись ситуацией. Он с широкой улыбкой наблюдал за девушкой, которая в спешке надевала одежду. Когда она оделась, парни повернулись. Катя перехватила взгляд Мела, и он кивнул, подтверждая то, о чём они уже говорили. «Очередная», — снова промелькнуло у неё в голове. Боря и Егор, улыбаясь друг другу, обменялись взглядами. Однако, заметив, как Барбина слегка нахмурилась, они решили не развивать эту тему. - Тут такое дело, — начал Мел. Кислов мгновенно напрягся и, бросив быстрый взгляд на Катю, заговорил резко и с нотками угрозы в голосе: - Что случилось? Парни, не обратив особого внимания на угрозу, невозмутимо пересекли пространство и уселись на соседний диван. - Толстый, — продолжил Хенк. — Паша который, хочет дуэль с Локоном. - Блять! — вскакивает парень, надевая одежду. — Он-то откуда узнал? Мы хотели бы узнать, откуда у него такая информация? Он утверждает, что ты рассказал ему об этом вчера. Голова заболела от вчерашнего выпитого алкоголя. Сначала воспоминания были отрывистыми и фрагментированными, словно кадры старого фильма, прокрученные в неправильном порядке. Однако постепенно мозаика сложилась, и в памяти возникли четкие сцены. Первый кадр воспоминаний был про Локона. Этот парень ходил от одного человека к другому на вечеринке, показывая видео, на котором Паша справляет нужду в кустах. Второй кадр был про Пашу. Кислов вспомнил, как сам подошёл к нему, говоря о «чёрной весне», и предложил дуэль с Локоном. - Я забираю гарнитуры! — с этими словами в гараж ворвался Гена, застав врасплох Кислова и Катю, которая до последнего пыталась разобраться в ситуации. — С нас хватит! — продолжил он, забирая небольшой чемоданчик с пистолетами. - Это же дуэль, как вы хотели? — выкрикнул Кислов, поднимаясь с места. - Какая, нахрен, дуэль? — подходит Гена, жестикулируя руками и показывая пальцем на Мела и Хенка. — Нас на зоне закроют, за ними уже по одному трупу. - Отец правильно говорил, с торчками не надо дело иметь, — пробубнил Боря себе под нос. - Да, с ментами надо дело иметь, они надежнее? - Они хотя бы доверить друг другу могут, а мы тебе нет. - Что? — спросил Кислов, резко открывая бутылку пива и делая глоток. Его переполняла агрессия, но он старался сохранять спокойствие. - Выгонять тебя надо! - Да я же блять сказал, об этом никому не говорил. - Всё хорош! — выкрикивает Мел. — У Гендоса есть компромат на Локона, придумает что-нибудь с этим. - Ребята, — начала Катя, — у меня есть предложение. Девушка, неожиданно прервавшая напряжённый разговор парней, привлекла их внимание. Четверо молодых людей разом повернулись к ней, рассматривая девушку с откровенным удивлением и недоверием. Мел и Хенк обменялись взглядами, в которых читалось недоумение и некоторая тревога, но они были готовы довериться девушки, считая ее почти уже другом. Им было непривычно видеть Катю в таком свете — осведомлённой и готовой предложить идею. Гена тоже посмотрел на неё с подозрением, но в его взгляде читалось одобрение. Особенно показательна была реакция Кислова. Он бросил короткий взгляд на Катю, в его глазах читалось раздражение и нежелание допускать участие девушки в обсуждении важных вопросов. Сжав зубы и покраснев от гнева, он повысил голос, обращаясь непосредственно к девушке: — Вали отсюда нахрен, твоя помощь точно не нужна! — его голос звучал резко и враждебно, выражая крайнее недовольство. Друзья, находившиеся рядом, пытались успокоить Кислова и убедить его изменить своё решение. — Киса, перебарщиваешь, — сказал Хенк, кладя руку на плечо другу. Гена присоединился к попытки успокоить Кислова: — Пусть скажет, может ее идея стоящая. Однако Кислов оставался непреклонным. Его лицо выражало решимость и твердость характера. Он продолжал настаивать на своём, считая присутствие Кати недопустимым и нежелательным. - Вали, я сказал! - Да пошли вы все! — девушка почувствовала себя ненужной и уязвимой, когда Кислов выгнал ее из разговора. Слезы навернулись на глаза, слёзы обиды и разочарования. Она быстро пошла прочь, стараясь скрыть свои чувства от посторонних глаз. Обещала больше не плакать, но не могла. Общение с Кисловым сделало ее слишком чувствительной, слишком униженной. Все что Катя пыталась зачеркнуть с прошлых лет школы, возвращались вновь. Боль, унижение, разочарование, слезы. Её уход не остался незамеченным. Все парни обернулись на Кислова глядя пронизывающим, гневным взглядом, но только Гена пошел за ней. Выбегая вслед за девушкой, он бросил гневный взгляд на Кислова, выражая неодобрение и возмущение его поведением. Погоня за Катей заняла считанные секунды. Парень догнал девушку, осторожно положив руку на её плечо: — Подожди, Катя, что ты хотела предложить? Она остановилась, пытаясь справиться с эмоциями. Её голос дрогнул, когда девушка заговорила: — Используйте резиновые пули, тогда обойдетесь без последствий. Гендос стоял рядом, чувствуя себя неловко в такой ситуации. Раньше ему никогда не приходилось утешать плачущих девушек. Да и не было у него таких, которые нуждались бы в утешении. Все его предыдущие отношения были мимолетными и лишенными эмоций. - Слушай, возьми мой номер телефона. Если что-то случится или понадобиться помощь — позвони. Всегда помогу, честное слово. - Спасибо, — записав номер в телефонную книжку, Катя уже собиралась идти домой, как вдруг сзади раздался голос. - Не обращай на Кису внимания, он всегда такой. Просто сегодня он еще и не в настроении. «угу, с утра оно было идеальным» — подумала про себя и пошла прочь. Катя брела домой медленно, глубоко задумавшись. Её мысли вращались вокруг недавней грубости Кисы к ней. Она обещала себе, что больше не будет с ним общаться, но сердце жаждало встречи с ним, несмотря на все прошлые события. Кислов, словно дикий зверь, проник в её душу, оставляя глубокие царапины на сердце. Он был словно смола, липкий и вязкий, пропитывая её изнутри, переплетаясь с сосудами и топя в безответных чувствах к нему. Катя осознавала, что уже не сможет выбраться из этого чёрного, вязкого, всепоглощающего болота, потому что почти с головой погрузилась в него. Свежий осенний ветер обдувал её лицо, взбивая волосы и заставляя ежиться от холода. Куртка, слишком короткая для холодного сезона, пропускала воздушные массы, охлаждая тело и напоминая о приближающейся зиме. Катя представила себе уютную домашнюю обстановку, горячий чай и мягкий плед. Ей хотелось скрыться от всего мира, остаться наедине с собой и попытаться разобраться в своих чувствах и мыслях. Но даже дома она не могла найти покой. Она знала, как отреагирует её мать на очередную пропажу из дома, как будет разочарованно смотреть на неё отец. Одинокие слёзы скатывались по щекам, оставляя мокрые дорожки на бледной коже. Желание поделиться переживаниями с лучшей подругой Ритой росло с каждой минутой. Однако воспоминания о предыдущем разговоре, когда Рита предупреждала её о возможных последствиях общения с Кисой, останавливали её. Молчание становилось тяжелым грузом, который приходилось нести в одиночку. Войдя в квартиру, Катя почувствовала, как тишина, словно густой туман, опускается на неё, обволакивая и угнетая. Стены, казавшиеся прежде уютными и защищающими, теперь грозно нависали, сжимая со всех сторон. В квартире не было ни звука, кроме редкого скрипа половиц под ногами. Ещё сильнее давило чувство одиночества и покинутости. Катя бросила сумку на пол и устало оперлась о стену, пытаясь отдышаться. Девушка подошла к столу и взяла лист бумаги, написанный знакомым материнским почерком. Фраза была проста и лаконична, но её смысл отпечатался в душе девушки болью и обидой: «В гостях у папиных друзей. Придем, будешь объяснять свое исчезновение». Она снова была одна, и это даже доставляло ей радость. В одиночестве легче было разобраться в своих мыслях. Катя вошла в комнату, чтобы разложить вещи и прибраться. Сколько времени она просидела в коридоре размышляя, неизвестно. На фоне она решила включить видео с ноутбука. Протирая зеркало в своей комнате, случайно бросила взгляд в окно и замерла. На её балконе, ловко подтягиваясь и цепляясь за перила, появился знакомый силуэт. Сердечный ритм участился, ладони вспотели, когда она узнала Кислова, перелезающего через ограждение балкона и осторожно приближающегося к оконному проему. Она не успела отреагировать, как парень, зацепившись ногами за раму, подтянулся и оказался перед открытым окном. Усмехнувшись, он посмотрел на Катю, оценивающе осматривая её фигуру, одетую в домашний халат. — Привет, — спокойно сказал он, ловко проходя в комнату. — Прости. Катя судорожно сглотнула, не в силах подобрать нужные слова. Кислов занял центр комнаты, вальяжно развалившись на кровати, словно находился здесь сотни раз. Его глаза излучали загадочность и скрытое желание, вызывая у девушки смешанные чувства. — Хотел поговорить, — сказал Кислов, внимательно наблюдая за реакцией Кати. Внезапно осознав присутствие парня в своей комнате, Катя кинулась на него с кулаками. Обида, боль и раздражение вспыхнули яркой вспышкой, заставив ее отреагировать резко и эмоционально. - Вали с моей комнаты! Кислов, изначально расслабленный и уверенный в себе, резко поднялся с кровати и был вынужден занять оборонительную позицию. Девушка не стеснялась выражать свои чувства, ударяя своими маленькими кулачками по плечам и груди парня, выплескивая всю обиду и злость. Он, в свою очередь, пытаясь успокоить девушку, схватил ее за руки, не давая нанести повреждения. Катя изо всех сил пыталась вырваться из захвата Кислова, но его физическая сила была слишком велика для неё. Приблизившись вплотную, парень прижал ее к стене, фиксируя положение и предотвращая нападение. - Отстань от меня, — уже с нотками отчаяния промолвила Катя. - Я лишь хотел поговорить, — смотрит сверху вниз, наблюдая за вздымающейся грудью девушки. Чувствует всем телом ее жар и сбивчивое дыхание. Знает, что даже в таких условиях она хочет его. Одной рукой держит ее руки, другой проводит по слегка запутанным волосам. - Прости, что накричал на тебя, — шепчет он, склоняясь к самому уху, и нежно касается щеки кончиком носа. От этого у Кати подкашиваются ноги, и по телу пробегает дрожь. Она больше не может справляться с этим, она устала от постоянных перепадов настроения Кислова. - Мы прислушались к твоей идеи, и сорвали куш, — достает из кармана пару купюр, кладя на рядом стоящую тумбу. — Но я не понимаю твоей обиды. Девушка начинает закипать. Он что пытается купить ее? Собрав все силы в кулак, выдирается из его хватки, толкая двумя руками в грудь, крича: - Ты ахуел вообще! Думаешь мной можно так вертеть? Захотел переспал, захотел послал! — берет положенные деньги, бросая их в лицо парню. - Да что случилось? — отходит назад, пытаясь покинуть накаленное помещение. — С чего ты так взбесилась? Или ты надумала, что мы будем вместе? Катя остановилась, почувствовав, как агрессия стихает, уступая место другому чувству — глубокой обиде и растерянности. Киса внезапно осознал, что все её попытки отстоять свою позицию были не напрасны. Он увидел, как она смотрит на него огромными, полными слёз глазами, в которых читаются недоумение и боль. — Барби, — подходит ближе, пытаясь вытереть одинокую слезу, спустившуюся по щеке девушки. — Я ведь говорил, что ни с кем не встречаюсь. Катя отталкивает его не желая видеть. Отворачивается, стараясь не показывать слез. Горечь и обида переполняли ее, не позволяя мыслить рационально. Внутри все сжалось от боли и разочарования, вызванных действиями парня. Ваня ощутил вину, но, отгоняя от себя эти мысли, он всё же покинул комнату, выйдя через балкон. Он увидел, как девушка страдает, но не предполагал, насколько серьёзной может быть ситуация. Он не хотел, чтобы Катя влюблялась в него и бегала за ним. И она, конечно, не будет этого делать. Но всё же в душе появилось ощущение пустоты. Он не мог понять, что с ним происходит, и не знал, как ему быть. Он боялся признаться в своих чувствах, опасаясь боли в будущем. Кислов вышагивал по улицам, утопая в собственных мыслях и эмоциях. Гнев и разочарование переполняли его, заставляя нервничать и терять контроль над собой. Каждый шаг сопровождался резкими ударами кроссовок по асфальту, вызывая хруст камней и щебня. Встречающиеся прохожие шарахались в сторону, чувствуя опасность, исходящую от парня. Его взгляд был острым и ненавидящим, каждый мускул напряжён, словно пружина, готовая взорваться в любую секунду. Добравшись до пустыря, Кислов остановился, пытаясь успокоиться. Однако это оказалось непросто. Агрессия нарастала, выходя из-под контроля. Чтобы выпустить пар, парень сбросил портфель с плеча и резко кинул его на асфальт, сопровождая броски потоком мата и угроз. Один, второй, третий раз — портфель летел вниз, ударяясь о твердый тротуар.

***

Девушка стояла у окна, неподвижно глядя на пустой балкон, где недавно был Кислов. Там, где секунду назад теплилась надежда на отношения, теперь зияла пустота. Её взгляд застыл, пытаясь поймать хоть какую-то подсказку, увидеть хоть малейший признак возвращения. Мысли, как птицы, беспорядочно кружились в голове, не находя выхода. Сердце сжалось, будто железный обруч стянул горло, мешая дышать. Комок в горле, давящий и сухой, не позволял вздохнуть спокойно. Столько надежд и планов разом оборвались, оставив лишь ощущение одиночества и потерянности. Безысходность привела Катю к краю кровати. Она безвольно опустилась на пол, подтянув ноги к груди и обхватив колени руками. Такая позиция была естественной защитой, маленькой крепостью от большого мира, полного боли и разочарований. Время текло медленно, но она не замечала его хода. Мир за пределами комнаты перестал существовать, заменившись чёрной точкой, на которую она смотрела неподвижно, отрешенно. Ни о чём не думая, ни о чём не мечтая, она просто существовала, пытаясь пережить это сложное испытание.