Ласковый зверь.

Катя сидела на полу, уткнувшись лицом в колени, пребывая в каком-то полузабытьи. Время словно остановилось, и она почти не реагировала на внешние раздражители. Телефонный звонок прозвучал резко и неожиданно, вырвав её из состояния отрешенности. На экране смартфона высветилось крупное слово «папа». Сердце ёкнуло от неожиданности и небольшого волнения. Папа звонит редко, значит, должно произойти что-то важное или срочное. Катя медленно подняла телефон, нажала зелёную кнопку и приложила устройство к уху. Голос папы звучал строго и официально, вызывая непонятные эмоции. — Доча, привет. Ты где сейчас находишься? Девушка сглотнула, пытаясь сосредоточиться и сформулировать ответ. Сложившаяся ситуация требовала точного и взвешенного объяснения, но мысли путались, мешая построить внятную фразу. — Я дома, папа, — произнесла она тихо, с тревогой в голосе. — Что-то случилось? — Нет, — ответил он радостно, в его голосе явственно прозвучали нотки алкоголя. — Я вызову тебе такси, и поедешь к нам. Я хочу познакомить тебя с Костей. Девушка вздохнула, не желая спорить с отцом. - Хорошо.

***

Девушка сидела за столом пытаясь составить представление о людях, собравшихся за столом. Среди взрослых фигур отец представил Константина Анатольевича, солидного мужчину средних лет, чья внешность вызывала ассоциации с начальственными лицами. Рядом с ним сидела темноволосая женщина, так же средних лет по совместительству его жена — Лариса. - Кость, это моя дочь Екатерина, — торжественно объявил отец. — Доча, познакомься с моим старым другом. Слегка смущенная вниманием, Катя вежливо улыбнулась, склоняя голову в знак приветствия. - Кстати, — садясь за стол вспомнил отец. — Сын Кости тоже здесь. Хочешь познакомиться? Она кивнула не особо заинтересованная, желая поскорее закончить знакомство. Но когда Константин Анатольевич позвал сына, в дверях оказался тот, кого Катя не ожидала увидеть. - Ну привет, — поднимаясь из-за стола, сказала девушка узнавая в парне своего одноклассника и друга Кислова — Хенка. - Вы знакомы? — заметив замешательство на лицах детей спросил Константин Анатольевич. - Мы учимся вместе и… Катя на базе у нас часто была, — ответил Боря. - На базе? — задумчиво произнес отец парня, переводя взгляд на Катю. — С Кисловым тоже общается? Девушка застыла на месте, едва уловив фамилию «Кислов», произнесённое отцом Бори. Сердце екнуло неприятным холодком, словно внутри зажглась красная лампочка тревоги. - Э.....э… Да, — пробормотала она, пытаясь удержать дрожащий голос. Катя мгновенно ощутила жаркую волну паники и стыда. Как будто чья-то рука сжала ей горло, мешая дышать свободно. - А ты знаешь кто он вообще такой? — грубый тон отца Бори пронзил ее до самых недр ее души. — Наркоман, закладчик! Да ему год остался, и его посадят, если не перестанет творить дичь, а он не перестанет. Каждый взгляд в сторону Кати казался обвинительным, будто это она Кислова заставляла этим заниматься. В душе поселилась тревожная пустота. Ей казалось, что отец Бори смотрит прямо сквозь нее, читая мысли, как открытую книгу. Боря чувствовал себя крайне неловко и растерянно, стоя рядом с Катей. Его глаза бегло скользнули по лицу девушки, выражению её лица, ловя малейшие признаки дискомфорта или беспокойства. Чувствуя вину за случившееся, он понял, что его отец невольно поставил девушку в неудобное положение, вызвав ненужные подозрения и лишние вопросы. — Пап, хватит, замолчи! — резко бросил Боря, ощущая нарастающее раздражение и досаду. Эти слова вырвались неожиданно громко и грубо, усиливая напряжение вокруг. В воздухе повисла неловкая и напряженная тишина, заставляя родителей обеих сторон переглянуться. Он тут же пожалел о своей резкости, заметив испуганный взгляд Кати. Но было поздно. Почувствовав необходимость срочно исправить ситуацию, Боря решительно схватил ее руку и потянул прочь из кухни, подальше от посторонних глаз. Оказавшись на лестнице, он почувствовал облегчение оттого, что теперь они вдвоём и никто больше не сможет вмешиваться. Осознавая собственную ошибку, он поспешил успокоить девушку: — Прости, отец недолюбливает Кису, да и ловил несколько раз, когда тот барыжил наркотой. Катя медленно выдохнула, чувствуя, как тяжесть последних минут начала покидать её тело. Оказавшись вдвоём с Хэнком на тёмной площадке подъезда, она позволила себе расслабиться, сбросив накопленное напряжение. Она сунула руку в карман кофты и извлекла оттуда мятую пачку сигарет. Открыв ее, увидела две оставшиеся сигареты, одна из которых была заметно помята. Несмотря на это, она аккуратно вынула одну сигарету, прикуривая зажигалкой. Сделав глубокую затяжку, она протянула пачку Хэнку, тихо предложив: — Будешь? Парень принял предложение, достав вторую сигарету и также прикурив. Они стояли рядом, молча наслаждаясь дымом, который клубился вокруг них. Первый заговорил Боря, нарушая тишину, царящую в подъезде. Он тяжело вздохнул, готовясь начать разговор. - За Кису тоже прости. — Начал он мягко, глядя девушке прямо в глаза. — Но у вас ничего не выйдет, еще в первую вашу встречу на тусовке он поспорил на тебя. - Почему раньше не сказал? — сделав затяжку, Катя запрыгнула на подоконник, задумчиво смотря в окно. - Сам сегодня узнал об этом. Барбина слушала рассказ, но её реакция была холодной и безразличной. Улыбнувшись уголком губ, она произнесла: «Спасибо». Внутри неё бушевала буря эмоций, боль была невыносимой, но она не подавала виду. Ей хотелось сжать все эти чувства внутри себя и никогда больше не выпускать их наружу. Решила отпустить прежние привязанности, оставив лишь долю воспоминаний о нем. Катя стремительно забежала в квартиру, надевая на себя куртку. Родители, весело беседующие, даже не заметили свою дочь. Она не стала им мешать, сейчас просто хотелось выйти на улицу и пройтись, освежить мысли, подумать, как дальше жить. На выходе ее ждал Боря, печально и сочувственно взглянувший на девушку. Он понимал, что творится у неё на душе, и хотел помочь, поддержать, хотя сам чувствовал себя беспомощным. Катя помахала ему на прощание и, не оглядываясь, ушла.

***

Стоя у окна и наблюдая за удаляющимся силуэтом, он был погружённый в размышления. Внутри Бори кипели противоречивые эмоции: злость, ревность, нежность и глубокое понимание ситуации. Мысленно возвращаясь к событиям прошедшего дня, он вспоминал каждую деталь разговора, каждое слово, сказанное Катей и умилялся. Обида на Кислова росла с каждым мгновением. Почему тот позволяет себе так грубо обращаться с девушкой, которую Боря считал особенной и прекрасной? Вспоминая прошлые случаи, когда Кислов игнорировал желания и чувства Кати, Боря чувствовал острый приступ негодования. Но сильнее всего в нём теплилось другое чувство. С самого первого взгляда на Катю, он понял, что встретил необычную девушку, полную жизни и очарования. Он мечтал проводить с ней больше времени, наслаждаться её обществом, защищать и поддерживать. Однако реальность была жестокой: Катя влюблена в другого парня, а значит, любые попытки завоевать её внимание будут напрасны. Он знал что действовать сейчас бессмысленно. Не стоит навязываться Кате, которая хоть и пыталась скрыть свои чувства, но все понимали, что она неравнодушна к Кислову. Поэтому и решил остаться на заднем плане, быть другом и поддержкой для девушки.

***

Барбина брела по темным улицам, углубляясь в прохладу осенней ночи. Катя: «Привет, скажи адрес, хочу зайти» Ответ пришел незамедлительно: Гена: «Приходи» Она не знала, зачем идет к нему, но интуитивно понимала, что нуждается в расслаблении, поддержке, способом на мгновение стереть следы ее жизни. Хотела спрятаться от всего мира и понимала, что только Гена мог помочь ей с этим. Подходя к дому парня, на душе становилось неуютно. Весь район казался забытым. Перед ней возвышались унылые пятиэтажки, покрытые слоями старой краски и трещин. Окружающие здания давно потеряли свой облик, став частью пейзажа запущенного городского квартала. Обшарпанные стены домов свидетельствовали о многолетних изменениях и отсутствии ухода. Окна некоторых квартир были закрыты старыми деревянными рамами, в иных отсутствовало стекло, заменённое картоном или плёнкой. Во дворе виднелись ржавые качели и сломанная детская площадка, заброшенные автомобили и горы мусора возле подъездов. Всё это создавало атмосферу меланхоличной обыденности, подчёркивая скромность быта жителей района. Именно таким казался ей Гена, ярким парнем, но со скрытой душой к миру, живущим в обычной квартире, несмотря на свой достаток. Однако, вопреки внешней неприглядности, район обладал особой атмосферой свободы и раскрепощённости. Здесь не существовало строгих норм поведения, каждый жил своей жизнью, не обращая внимания на мнение соседей. Возможно, именно это ощущение подлинности привлекало Катю сюда, позволяя ей отдохнуть от напряжения повседневной рутины и окунуться в мир простых человеческих ценностей. Девушка зашла в старый, грязный подъезд, пахнущий сыростью и пылью. Ступеньки скрипели под ногами, штукатурка на стенах отваливалась большими кусками, кое-где темнели пятна плесени. Наверху горела тусклая лампочка, отбрасывающая мутный жёлтый свет. Дверь на этажах хлопала с характерным металлическим звоном. Звонок раздался негромким треском, потом щелчок замка, и дверь распахнулась. На пороге стоял Гена, широко улыбающийся и весёлый, как всегда. За спиной виднелось сумрачное помещение, заполненное предметами разной степени изношенности. — Чувствуй себя как дома! — бодро пригласил Гена, отступая назад и приглашая внутрь. Катя прошла вслед за ним, оглядываясь по сторонам. Интерьер квартиры напомнил ей обстановку из бабушкиного дома. Старая мебель, потертая диванная обивка, картины с цветами на стенах, пыльные шторы, пожелтевшие фотографии в рамках — всё говорило о старых временах и прошлой эпохе. Воздух в помещении смешивался с запахом табачного дыма и какого-то химического вещества, исходящего от непонятных флаконов и банок, расставленных на столе. По полу разбросаны журналы, газеты и старая одежда. Гена прошёл в кухню, попутно убрав пару вещей с кресла, освобождая место для гостьи. Обернувшись, заметил озабоченность на лице Кати и поинтересовался: — Эй, что у тебя стряслось? Барбина опустилась на старенькое кресло в углу кухни, скрестив ноги и наклонившись чуть вперёд. Она сделала глубокий вдох, стараясь собраться с мыслями, и начала говорить тихим голосом: - Знаешь, я как будто в тупике, из которого вырваться невозможно. Все эти проблемы кружатся роем в моей голове, съедают изнутри. Я как будто на глубине моря, пытаюсь всплыть, но огромный груз, который я несу уже много лет, давит на меня. Всё так навалилось разом, что я уже и не знаю, что делать.Она остановилась, поймав взгляд Гены, сидящего напротив. Затем продолжила: — Есть один парень, он вроде классный, он мне нравится, я хочу быть ближе с ним. Но в то же время я его ненавижу, он отравляет меня. Катя взяла стакан чая, который предложил Гена, сделав глоток горячего напитка. Продолжила, слегка нахмурившись: — Думала, что смогу пережить это легко, но не получается. Меня съедают изнутри мысли, переживания, постоянное сомнение в себе. Никак не пойму, как избавляться от этого груза, чтобы вернуться к нормальной жизни. Она смотрела в чашку, крутя ложку в руках, не зная, что ещё добавить. Гена молча слушал, хмуря брови. — Слушай, в таких делах я не советчик, сам нахожусь на дне, — будто подтверждая, он окинул руками пространство старой квартиры. — Но тот парень, по которому ты сохнешь, Киса? Не дождавшись ответа Гена поднялся с места, посмотрел на Барбину, улыбнулся и сказал: - Я знаю самое лучшее средство от тоски! Бухло! Катя сначала колебалась, но потом кивнула головой, соглашаясь. Через несколько секунд Гена принёс две бутылки с пенящимся пивом. Сделав первый глоток, Катя почувствовала, как алкоголь расслабляет мышцы тела и снимает напряжение. Разговор плавно перешёл от грустных тем к забавным случаям из детства, школьным годам и общим друзьям. Смех и улыбки стали чаще появляться на лицах собеседников. Постепенно груз проблем с плеч Кати начал исчезать, уступая место легкому настроению и веселью. Решив поднять настроение ещё выше, Гена встал и подошел к старым колонкам, лежащим на шкафу. Включив старую колонку, он увеличил звук, заполнив пространство ритмичной музыкой восьмидесятых годов. Катя засмеялась, увидев, как энергично двигается Гена, размахивая руками и подпрыгивая на месте. Присоединившись к нему, Катя тоже начала танцевать, позабыв о своей усталости и плохом настроении. Танцевальные движения стали смелее и выразительнее, они прыгали, кричали и дурачились, вызывая звонкий смех и море радости. Ребята добрались до зала, тяжело дыша и ухмыляясь. Присели на старый диван, прислоняясь друг к другу, пытаясь отдышаться после сумасшедших танцев. Лица покраснели, волосы растрепались, а улыбки продолжали играть на губах. На кухонном столе беспорядочно валялись пустые бутылки из-под пива, последняя бутылка виски красовалась рядом, дополняя картину. Алкоголь ударил в голову, ощущения были эйфорическими: хотелось петь, плясать и творить безумства до рассвета. Гена сидел рядом, рассеянно перебирая пальцами короткие волоски на своей голове. Потом поднял глаза на Катю и с хитрой усмешкой сказал: — Слушай, а давай покурим. Катя, слегка застигнутая врасплох предложением, уставилась на него, морща лоб. — Что? — Сразу скажу, с первого раза зависимости не будет, зато тебе поможет окончательно расслабиться. Настроение было приподнятое, захотелось попробовать что-нибудь новое, посмотреть, как изменится восприятие мира под действием алкоголя и чего-то неизвестного. Пока она лежала на диване переводя дух, Гена копошился в своих баночках высыпая что-то в бумагу, делая тем самым импровизируемую сигарету. — Держи, — уже закуренную сигарету передает девушке. — Сделай сначала одну затяжку. Катя сделала небольшую затяжку, первая волна ощущений пришла мгновенно. Резкий химический привкус, неприятный и отталкивающий, обжёг слизистую рта, распространившись по языку и гортани. Горло начало сдавливать, словно сдавливаемое тугим кольцом, неприятные спазмы прокатывались по пищеводу. Следующая секунда принесла новые ощущения: по всему телу побежали маленькие горячие иглы-мурашки, пробуждая клетки кожи и проникая внутрь организма. Жжение сменялось приятным теплом, расходившимся по венам и артериям, словно горячий поток крови циркулировал быстрее обычного. Вскоре вся кожа вспыхнула, пульс участился, сердце забилось учащённо, голова закружилась от неожиданного выброса энергии. Эйфория охватывала всё тело, словно волны теплого моря омывают кожу. Голова кружилась приятно, мир становился ярким и интересным. Казалось, что всё вокруг становится красивее и ярче, звуки музыки звучат четче и насыщеннее, цвета вокруг приобретают невероятную глубину и сочность. Каждое движение приносило удовольствие, ноги сами шли в танец, руки тянулись к объятиям и смеху. Жизнь наполнялась смыслом и счастьем, исчезали страхи и сомнения, оставалось только ощущение счастья и удовольствия. Ничего не беспокоило, ничто не угнетало, только легкость и свобода от всего тяжёлого и сложного. Мир казался прекрасным местом, полным чудес и приключений, где любое событие воспринималось с восторгом и радостью. - Что это? — с улыбкой на лице спросила Катя. - Соль, — ответил тихо прибывая в таком же экстазе.