Black Hair

Как только Билдермен припарковался, он вынул ключи из замка зажигания своего грузовика. Присвистывая, и выходя из машины одновременно спрыгивая на гравийную подъездную дорожку, отряхнулся, а затем повернулся и открыл заднюю дверь. Он достал из машины несколько пластиковых пакетов, перекинув некоторые через бицепсы и предплечья, а последние два взял в руки. Билдермен легко поднял связки, независимо от их содержимого, напевая себе под нос, захлопнул дверь грузовика и развернулся на каблуках в сторону входной двери. «Хэллоуин, Хэллоуин» — пробормотал он нараспев, поднимаясь по крыльцу. Аккуратно маневрируя одним из пакетов в руке, он зажал пластиковые ручки зубами, используя освободившуюся ладонь, чтобы достать ключи с брелока на поясе и открыть входную дверь. Как только Билдермен вошел внутрь, он услышал крики из кухни. Ничего серьезного, как он предположил. Шедлетский, вероятно, занимался чем-то, что Брайтайс не хотел ему позволять. Он вынул пакет изо рта, вздохнув от тяжести, которая начала давить на его могучие руки. «Не поможете мне тут?» — позвал он, стряхивая пыльные рабочие ботинки. Через несколько мгновений он услышал громкий хлопок двери, за которым последовало: «Ты всегда такой! Я многого не прошу, я ничего не прошу! Ты просто не слушаешь!» «Я слушаю, и… и я говорю тебе то, что говорил раньше…» «ПОЧЕМУ? Почему я не могу пойти? У меня был день рождения, я недавно окончил школу, неужели я не заслуживаю единственное, чего хочу?!» «У тебя уже вечеринка! Чего еще ты хочешь?» Билдермен в шоке моргнул, нахмурив брови, и осторожно поставил пластиковые пакеты, которые нес, на землю. Он побрел на кухню как раз вовремя, чтобы услышать: «Чего еще я хочу?!» — крикнул 1x1x1x1, сложив руки на груди и сверля Шедлетского взглядом через кухонную стойку. — «Не знаю, может, одну ночь свободы? Одну ночь, чтобы выбрать и сделать то, что я хочу!» Шедлетский вздохнул, покачал головой и ущипнул себя за переносицу. — «Я уже сказал тебе, ты не можешь» — проворчал он. — «К тому же, я уверен, что все, что ты хочешь из города, мы можем просто заказать онлайн и получить сюда! Тебе даже выходить не придется!» «Я не хочу чтобы сюда что-то привозили! Дело не в покупке чего-то или прочей херни! Дело в опыте! Я видел Robloxi'ю только издалека или из окна машины. Разве… разве это не…!» 1x обращается к Билдермену, и глаза админа смягчаются, видя, как дрожат его глаза, готовые пролиться слезами. — «Разве этот город — весь этот мир — не твое величайшее творение?! Почему я не могу его увидеть?! Почему все остальные могут, а я нет?! Что со мной не так, что-» «Эй, эй! Прекрати!» — прерывает Билдермен, входя на кухню и бросая на Шедлетского предупреждающий взгляд, когда тот открывает рот, чтобы заговорить. Билдермен твердо кладет руки на плечи 1x, поворачивая их лицом к себе. — «Послушай, дорогой, клянусь своими ботинками, ты однажды сможешь побродить по городу. Ты увидишь все прекрасное, что ждет тебя в наших краях! Но сейчас не лучшее время» Выражение лица 1x мелькает от печали к пониманию, затем к беспокойству. — «Почему?» — требуют они. Билдермен слегка морщится от их тона. — «Почему сейчас не лучшее время? Почему никогда не было хорошего времени? Я прошу об этом… годами!» — Они немного заикаются, тяжело дыша между словами. — «Я бы предпочел, чтобы ты просто сказал мне, что я никогда не смогу пойти, чем заставлять меня ждать всю жизнь!» «Хорошо» — бормочет Шедлетский, нахмурив брови от раздражения и с выражением, которого Билдермен давно не видел на его лице. — «Ты никогда не выйдешь. Это окончательное решение» Челюсть Билдермена отвисает от шока. — «Шед!» — Шедлетский выставляет руки, казалось бы, удивленный тоном другого. «Что?! Это то, что они хотели услышать!» «Но это неправда! Черт возьми, не говори такую чушь!» 1x дрожит под руками отца, губа дрожит, когда слезы наконец проливаются из глаз. Они делают дрожащий вдох, отступают от Билдермена, вытирают капли и стараются не всхлипывать. Билдермен смотрит на Шедлетского, ожидая, что тот извинится или что-нибудь скажет. Что угодно. Но другой не делает этого. Он отводит взгляд, губы сжаты, а глаза устремлены куда-то вдаль. Хмурость Билдермена усиливается, когда он пытается подумать, что сказать, наблюдая, как 1x разрывается в рыданиях. Дрожь охватывает их конечности, руки крепко прижаты по бокам, кулаки сжаты. Билдермен снова протягивает руку, надеясь обнять 1x, прежде чем произойдет что-то худшее, но они внезапно оборачиваются. Билдерман может только смотреть, как они выбегают из кухни. Тяжелые и удаляющиеся шаги, когда они убегают в свою комнату. Слышится долгий вздох, и Билдермен поворачивается к Шедлетскому, глаза его горят, полные слов, которые он хочет высказать, но не будет. — «Что, черт возьми, это было?» «Они хотят пойти в город на Хэллоуин. Я им сказал нет». «И как, черт возьми, ты сказал нет? Потому что я полагаю, они бы не прыгали так, если бы ты сказал обычным тоном» — Билдермен складывает руки на груди, и Шедлетский наконец встречается с ним взглядом. Он хмурится, крылья его слегка опускаются. «Им нельзя выходить, Дэвид. Нельзя. Никогда». «Это не вся правда…» «Это правда доступная им сейчас. Они настаивали, спрашивали несколько раз. Мой ответ был тот же». — Шедлетский фыркает. — «Не моя вина, что они так разозлились из-за этого» Билдермен снимает перчатки, кладет их на кухонную столешницу, а затем подходит к Шедлетскому. — «Я знаю, что сейчас опасно» — говорит он. — «С этим эксплуататором, который бродит и удаляет места и людей, но… мы могли бы хотя бы поклясться, что отвезем их куда-нибудь, когда все утихнет». «Я не думаю, что для меня это комфортно» Билдермен встает напротив другого, лицом к лицу, грудь к груди. Он протягивает руку и осторожно убирает выбившуюся коричневую прядь с лица Шедлетского. — «Почему?» — спрашивает он. Шедлетский выдыхает. «Если кто-нибудь… кто-нибудь узнает их…» — его следующий вдох дрожит. — «Это было не так давно, как все это случилось. Достаточно одного человека, чтобы увидеть 1x и сложить два плюс два и...» «Массовая паника» — вздыхает Билдермен, неохотно кивая. — «Я знаю». Он берет щеку Шедлетского в ладонь. Нежно. Шедлетский ждет, прежде чем переложить свою руку на руку Билдермена. Они разделяют этот момент в тишине, глаза их светятся мыслями и размышлениями друг о друге. Билдермен говорит первым. «Дай им шанс, Шед» — шепчет он. — «Ты сам говорил, что их нельзя сравнивать с ними раньше… они уже не те, что были. Ты это знаешь, и я полагаю, Robloxia тоже узнает…» Шедлетский сглатывает, качая головой и отстраняя руку другого. — «Я пока не могу их отпустить» — отвечает он дрожащим голосом. — «Мне нужно держать их близко, еще немного. Просто чтобы быть уверенным». «Шед-» «Пожалуйста» Все, чего хотел Шедлетский — это защитить эту невинность. Его птенец, крошечный и наивный по отношению к большому миру. Не рухнет ли все, если кто-нибудь увидит в них того монстра из давних лет? Не разорвет ли этот мир их на части, как это было раньше? Он не хотел знать. — «Пожалуйста, Дэвид. Дай мне это» Билдермен проглотил свой ответ. Он знал, как сильно его ребенок жаждет свободы. Он знал, как отчаянно его партнер хочет обезопасить их. «Хорошо» Вздох облегчения Шэдлетского чуть не вырвался из его груди. Голова его покоилась на груди Билдермена, когда он прижался к нему. «Спасибо»