***
Потемнело быстро. Мороз усилился, снег стал гуще, лагерь спал неглубоко. Караул сменили один раз. Лоргон сидел у огня, подбросил полено, когда пламя стало оседать. Айвен подошёл позже, сел рядом, не нарушая тишины. — Ты уверен в своём решении? — спросил Лоргон позже. — Вести их через границу. Дальше. Давить на старейшин. Айвен посмотрел на огонь. — Уверенность тут ни при чём, — сказал он. — Есть путь, который меньше разрушит. И есть путь, который разрушит всё сразу. Я выбираю первый. — Ты берёшь на себя слишком много, — сказал он спустя время, — У меня нет выбора. — Айвен повернулся к нему чуть ближе, так, что их плечи оказались почти на одной линии, но не соприкоснулись. — И ты — не вариант. Лоргон усмехнулся, но без привычной резкости. — Я говорю это не для упрёка, — продолжил Айвен ровно, с той мягкой твёрдостью, которая редко появлялась в его голосе. — Я говорю, потому что дорога длинная, и если ты сгоришь раньше времени, я себе этого не прощу. — Ты всегда говоришь так, будто я могу сломаться — сказал он, — а потом удивляешься, что я веду себя соответствующе. Между ними повисла тишина, плотная, но не тяжёлая. Где-то в лесу хрустнуло, не резко, не тревожно, и Лоргон чуть сместил руки, готовый двинуться, но звук не повторился. — Сегодня днём ты сказал, что не согласен с тем, что мы делаем, — продолжил Айвен, возвращаясь к разговору — Я хочу, чтобы ты сказал это сейчас, без свидетелей. Лоргон повернулся к нему, взгляд был прямой, усталый. — Я не согласен с тем, что мы используем людей, которых только что вытащили из огня, как средство давления, но я знаю, что это единственный способ, по этому последую за тобой. — Я знаю брат, мне тоже не нравится. По этому, я прошу тебя принять это честно, со всей тяжестью, не как Капитан. Просто потому что если мы начнём себя обманывать, станем не лучше тех, кого искореняем. Лоргон опустил взгляд на снег под ногами, и кивнул, наконец, проваливаясь в долгожданный сон, так и не услышав последующие слова.Первый день.
19 января 2026 г., 16:00
Выдвинулись до рассвета. Повозки шли медленно, лошади держали шаг, копыта глухо входили в наст. Эльхи держались кучно, старшие впереди, младшие внутри круга. Лица спокойные, глаза внимательные. Шли без спешки, берегли силы.
Снег слёжившийся, плотный, с коркой, что ломалась под сапогом с глухим треском. Дорога от Посики тянулась узкой полосой между занесённых полей.
Лоргон шёл сбоку, проверяя темп. Он смотрел не на горизонт, а под ноги — на снег, на следы.
Айвен шёл впереди, рядом с повозкой, Эльхи смотрели на него украдкой, не с враждой и не с доверием — с ожиданием.
Рунбора, Жельф и Оннун закрывали колонну, следя, чтобы никто не отставал.
Брани и Эннон были внутри повозки, помогали сильно раненым, и тем, кто не мог идти самостоятельно. Девушки же, были на лошадях.
До полудня никто не говорил.
Страх быть замеченым погонью заставлял Эльхов молчать, даже самые маленькие не решались плакать.
Когда лес стал гуще, Лоргон замедлил шаг. Он остановился, присел, провёл ладонью по насту. Айвен заметил это сразу, подошёл без суеты.
— Здесь шли, — сказал Лоргон негромко.
— Не зверь. Люди. Идут аккуратно.
— Свежий? — спросил Айвен, присаживаясь рядом.
— Полдня, может меньше. Они не спешили.
Айвен выпрямился, огляделся. Лес был спокойный, слишком спокойный.
— Разведка, — сказал он. — Проверяют дорогу. Не нас конкретно, но мы им попадёмся.
Лоргон поднялся.
— Тогда лучше не тянуть.
Дальше шли медленно. Опасность не показывалась, но шла рядом, чувствовалась в том, как люди переступали корни, как избегали лишних звуков. Несколько раз Лоргон останавливался, вслушивался, проверял следы. К вечеру лес разомкнулся, дорога стала шире.
Остановились у перелеска, место было открытым, но другого выбора не было. Развели небольшой огонь. Ели молча.
Эльхи принимали пищу аккуратно, спешно, будто боялись, что её могут отнять.
Айвен заметил это, но ничего не сказал.
Он обошёл лагерь, проверил посты. Лоргон остался у края, долго смотрел в сторону леса.
— Думаешь, вернутся? — спросил Айвен, подходя.
— Думаю, посмотрят ночью, — ответил Лоргон. — Если решат, что мы лёгкая добыча — попробуют.
— Тогда не дадим им такой мысли.
Лоргон кивнул.