В перерыве от работы

Капли дождя постукивали по стеклу. От их шума Роберт проснулся, не понимая, как вообще умудрился вырубиться. За окном было намного темнее, чем он помнил. Мужчина огляделся — пусто. И след Кортни простыл. Свет в ванной не горел. Тревога перевернула его мысли вверх-дном. Что произошло? Вернулись прихвостни Полога? Могла ли Невидива просто оставить его таким, спящим на полу, пока по городу гуляет бандитский смерч? Взгляд упал на кучку одежды — нет, Кортни бы не оставила штаны и обувь, это было бы странно. Неуверенность сменилась нарастающим ужасом. Диву могли украсть люди, что мстили за смерть их босса. Что если его самого вырубили? Как долго Роберт был в отключке? Он судорожно попытался натянуть штаны и начал искать телефон — у него был вариант позвонить в SDN, попросить диспетчеров отследить трекер Невидивы. Может, еще не поздно. Может, она еще… жива. Руки дрожали так сильно, что он едва удерживал свои же вещи. Роберт споткнулся о них, едва сделав шаг, и рухнул на пол. Стоп. Вдох-выдох. Паника бесполезна. Так ты никому не поможешь. Встань, черт возьми, встань сейчас же. — Эм… Ты чего? — Кортни прервала его безумный внутренний монолог. Она стояла в одной рубашке на пороге балкона, уперевшись на стеклянную дверь. Очевидно, это была рубашка Роберта. И очевидно, что она вышла на балкон, чтобы просто покурить и привести мысли в порядок. — Было бы грубо прерывать твой сон дымом, — улыбнулась Дива. Роберт выдохнул. Господи. Он чересчур переживающий идиот: Кортни просто стояла невидимая на балконе, а тот уже успел надумать всякого, позабыв о главном — она любит курить. Стыд накрыл с головой — хорошо, что темнота скрывала его смущение. — Мило с твоей стороны, — выдавил Роберт. Паника поднялась так внезапно, что он не успел ее осознать — как порез, который начинает болеть лишь спустя мгновение. Роберт пытался унять дрожь рук — безуспешно. Он чувствовал себя жалким: всего на секунду потерял Диву из виду и уже потерял рассудок. Кортни затушила сигарету и подошла. На долю секунды Роберт зацепился за образ девушки: нежная, спокойная, в его рубашке. Его Кортни. Но взгляд оставался колючим, внимательным. — Итак, — сказала Дива, растягивая паузу, — что тут за режим боевой тревоги? — Она чуть наклонилась вперед. Ее голос был мягким и ласковым, полный заботы, но слегка обеспокоенный. — Что случилось? — Ничего, — выдохнул Роберт. — Правда ничего, прости, — Кортни не поверила. Недовольство, читавшееся на ее лице, заставило Мехамена объясниться. — Я проснулся, не увидел тебя и подумал… — он смолк, заметив, как выражение Дивы померкло. Едва заметно в такой-то темноте, но свечение импланта выдало ее. — …что я ушла, — сказала она тихим, сломанным голосом. — Что я снова солгала тебе. Знакомая жгучая волна ненависти вновь поднялась в груди. Это ее вина. Роберт никогда не сможет расслабиться рядом с ней или спокойно проснуться, не проверив сперва, не предала ли Невидива его опять. — Перестань. Я же сказал, что простил. Всё хорошо, просто… дело в другом, — он осекся. Голос прозвучал резче, чем хотел, и мужчина мягко продолжил. — Я испугался, что тебя схватили люди Полога, эти монстры… или кто-то другой, кого мы тоже успели разозлить, не знаю. Всю жизнь я начеку, вечно оглядываюсь, ожидаю удара в спину. Это полностью моя проблема. Прости. Такое признание чуть не довело Диву до слез — и она не была уверена, что уже не плачет. Хорошо, что темнота скрывала их друг от друга. Роберт действительно волновался за нее? Это взаправду? Потому что Кортни привыкла, что люди ей не доверяют, быстро разочаровываются и ставят на ней крест. «Он просто доверяет тебе, даже если в этом нет никакого смысла», — послышался внутренний голос. Трудно представить, но это так. Когда буквально никто не верил, что Невидива способна на какое-то добро, Роберт возник из неоткуда, уверенный в ее искуплении. Даже перед лицом неопровержимых доказательств он выбирал доверять ей. Наверное, Мехамен всё-таки страдал слабоумием. Или дело в наивности? Не хватает жизненного опыта? Так поступать лишь тот, кто никогда не обжигался. Но самое удивительное то, что Роберт ошибался. И не раз. Однако он продолжал открываться другим, прощать обидчиков, любить этот мир — всё в духе настоящих супергероев. Кортни никогда бы на такое не решилась. Она искренне восхищалась этой чертой Мехамена. В конце концов, именно он стал причиной, по которой Дива решила измениться. Немного больно понимать, что кто-то способен так просто считать тебя хорошей. Доверие по умолчанию, во истину, феноменально! С каждым днем после встречи с Робертом ей всё больше нравилось это чувство. — Не извиняйся, пожалуйста, — прошептала она без тени своего обычного сарказма, — и прости, что напугала. Ты не виноват, что такой прилипчивый, — чуть улыбнулась Кортни и обняла его так крепко, чтобы было очевидно: последние слова — шутка и только шутка. — Как ты? Уже лучше? — проговорила она в грудь Роберта. Он промычал что-то утвердительное в ответ, но всё ещё стоял напряженно и неловко под ее прикосновениями. Кортни обвила руками его затылок и аккуратно прижала его голову к своей. Мужчина любил запах ее волос, она уже давно это заметила. Это помогло почти мгновенно. — Да... — сказал пару секунд Роберт, возвращаясь к теме его «прилипчивости», — я всегда нуждался в других. Спроси Чейза, — он горько усмехнулся, старался перевести неловкость в шутку, будто оно перестанет быть таковым на самом деле. — Я потерял тебя из виду на десять секунд. Десять секунд, Кортни, — мужчина фыркнул от абсурдности своих же слов. — Еще чуть-чуть и я бы позвонил SDN… — Эй, — гневно шепнула Дива, — я никуда не уйду, ясно? Я хочу остаться здесь. С тобой, — добавила она, и это признание слегка показалось ей отчаянным. Она хотела пообещать, что больше никогда не исчезнет. Сказать, что останется рядом, если это поможет ему почувствовать себя лучше. Однако она знала, что для них обоих это невозможно. — Я счастлив, — улыбнулся Роберт. Его дыхание замедлилось и пришло к норме. Наконец-то. Кажется, он так и не понял, что с ним произошло. Кортни знала, как выглядит паническая атака — когда-то она уже видела подобное. Вместо того, чтобы оставаться рядом с ним, ей было важнее покурить. Она слегка корила себя за это. Ну, может не слегка, а даже пиздец как сильно. И всё же, как ни странно, Дива услышала другой свой внутренний голос — голос, который очень похож на Роберта. Он произнес неоспоримую истину: Кортни вновь не права. Мехамен никогда бы не хотел удерживать девушку насильно рядом из-за жалости или по каким-то другим причинам. Дива признала здравость этих мыслей, сопротивляясь не так уж долго. — Не могу обещать, что всегда буду на виду, — сказала Дива. — Конечно нет, — согласился Роберт. — Это было бы сумасшествием, — он обнял девушку покрепче. — Просто мне приятно, что тебе не всё равно. Кортни улыбнулась. Они легли вновь туда, где спали часом ранее. Дива устроила его голову на своей груди, гладила волосы, шептала что-то на ухо. В темноте они держались друг за друга, слушая дождь за окном. Роберт почти снова уснул, но послышалось уведомление на телефоне. Первой до мобильника дотянулась Кортни. — Я-команда уже тусуется в Crypto Night. Они уговорили бармена впустить тебя, — пересказала она сообщение. — Что думаешь? Готов к еще одному замесу в баре? — голос Дивы был мягким и теплым, хотя она просто задавала шутливый вопрос. И всё равно он звучал так, что Роберт таял. — Не-а. Не я тогда начал. — С твоей привычкой вырывать импланты ситуация только накалится. — Это не одно и то же, что провокация. Огромная разница, — Дива пожала плечами, невольно соглашаясь. Роберт был последнем на земле человеком, который хотел бы устроить махач с толпой злодеев. Однако он всё равно умудрился провернуть это. — Пойдем? — спросила девушка. С одной стороны, Кортни была бы счастлива остаться тут, прижавшись к Роберту и уснув в его объятьях, но с другой — она хотела рассказать, кого этим вечером трахнула. Следовало начать с Я-команды — они станут прекрасными первыми слушателями ее горячей эпопеи. Ведь трудновато хвастаться, когда никого нет рядом… — Вроде уже поздно, — вздохнул Роберт. Он пытался взглядом найти настенные часы, хотя их у него никогда не было — мужчина вспомнил об этом спустя пару мгновений, почувствовав себя тупым. — Который час? — Семь вечера. Ты реально старпер или притворяешься? Я не могу вечно прикрывать твою жопу шутками, — Невидива хмыкнула. — Дедуле уже пора видеть десятый сон? — в ней снова закипал соревновательный дух. Роберт посмотрел на нее сквозь темноту, и этот знакомый взгляд… опасный, дерзкий, манящий — он выдавал с головой нарастающее возбуждение Дивы. Устал мужчина или нет, но Роберт встрепенулся, столкнувшись с вызовом. — Тогда пошли, — он чуть ли не прорычал это. Дива подавила восторженный смешок. Этой ночью им предстоит дохуища веселья.