Благословение небожителей (Revised Edition)

Пройдя два или три ли, они увидели у дороги процветающий храм с красными стенами, посвященный Богу-покровителю города. Хотя храм был сравнительно небольшим, он обладал всем необходимым для святилища, где почитался один из небожителей. Когда трое путников вошли внутрь, то увидели в главном зале глиняную статую Бога Войны Наньяна, облаченного в доспехи и вооруженного луком. Разглядывая статую, Се Лянь сказал: - Это … не совсем похоже на того Фэн Синя, которого я знаю. Фу Яо искренне рассмеялся:  - На это просто невыносимо смотреть! На лбу Нань Фэна вздулись вены; Се Лянь поспешил вклиниться между ними и слегка оттолкнуть друг от друга: - И в чем же проблема? Разве это так уж необычно для статуи несколько отличаться от оригинала? Мало того, что родная мать не узнает, — бывают случаи, когда небожители сами не могут узнать себя в своих же собственных статуях. В конце концов мало скульпторов реально видели небожителей воочию, поэтому статуи были либо слишком красивы, либо же до смешного искажали оригинал. В таких случаях отличить одно божество от другого можно было лишь по каким-то присущим ему позам, магическим артефактам, одежде, головному убору и тому подобному. Се Лянь подтолкнул обоих:  - Посмотрите, кажется, кто-то пришел вознести молитвы, и это девушка! Быстро скройтесь! Оба юноши спросили:  - Где?  Следуя его взгляду, они действительно увидели юную девушку, которая вошла в храм. Лица обоих тут же переменились. Фу Яо сказал:  - Ну и уродина! Лучше бы никто так и не пришел. Если судить честно, то Фу Яо говорил правду. Вся голова девушки была обмотана бинтами, под которыми можно было разглядеть багровые пятна - возможно от раны или от родимого пятна. В любом случае, она опустилась на колени и тихо начала молиться, вся ее поза выражала смирение. Се Лянь обернулся и сказал с укором:  - Фу Яо, нельзя так говорить о девушках. Фу Яо презрительно скривил губы. Се Лянь же с некоторым недоумением добавил:  - И, говоря о них, Нань Фэн среди последователей твоего повелителя есть женщины? Это так необычно. У Богов Войны обычно было очень мало женщин среди последователей, разве что сам Се Лянь был исключением восемьсот лет назад. Впрочем, причина этому была очень проста, всего два слова: очень красив! Именно! Он был прекрасно осведомлен, что дело было не в его высоких моральных качествах, добродетели или особой воинской и божественной силе - люди просто приходили посмотреть на его лицо! Его отец-император и мать-императрица собрали лучших скульпторов со всех краев страны, чтобы создать статуи по его образу и подобию. Как же они могли быть некрасивыми? Сами его храмы тоже были приятны для глаз: из-за фразы «Пусть тело испытывает бесконечные страдания, но душа пребудет у персикового источника.» пошла мода окружать его дворцы и храмы морем благоухающих цветущих деревьев. Женщины охотно приходили и поклонялись ему, благодаря его лицу и этим цветам. В те времена Се Лянь имел громкий титул: Бог Войны, Увенчанный Цветами.  Изначально этот титул был почетным, но после изгнания наследного принца в мир смертных, превратился в язвительный намек на то, что бывший небожитель был не более чем просто белолицым юнцом. Как бы то ни было, обычные Боги Войны из-за их тяжелой убийственной ауры часто изображались с обликом свирепым и безжалостным, поэтому женщины почти никогда не посещали их и предпочитали молиться кому-то вроде Гуанинь. Нань Фэн с потемневшим от злости лицом сказал:  - Я не знаю. Не спрашивай меня! В этот момент девушка закончила молиться и повернулась. Трое небожителей ужаснулись. И в этот раз не из-за ее уродства, а потому что, когда она оказалась к ним спиной, на задней части ее юбки обнаружилась огромная сквозная дыра. Казалось, что она была совершенно не в курсе этой неприятности. Се Лянь сказал:  - Мы же не можем позволить ей расхаживать вот так, верно? Фу Яо сказал:  - Не спрашивайте меня, она пришла поклоняться не моему генералу. На непристойное не следует смотреть, я ничего не вижу. Нань Фэн побледнел, как полотно, и не осмеливался даже пошевелиться. Видимо как и Бог, которому он служил, он отступал перед женщинами на три шэ. Се Ляню ничего не оставалось, кроме как вмешаться самому. Он снял верхний слой своих одежд и бросил их вперед. Вайи затрепетал полами и накрыл девушку, закрывая зияющую дыру в ее юбке. Трое небожителей одновременно вздохнули с облегчением. Но движение воздуха, спровоцированное броском, не осталось незамеченным. Девушка испугалась, обернулась и, сняв вайи Се Ляня, положила его на алтарь. Увидев, что она собирается уйти, Се Лянь поспешно выпрыгнул из своего укрытия:  - Госпожа… Свет внутри храма был приглушен, а его стремительное движение вызвало порыв ветра, от которого пламя светильников заколебалось. Девушка увидела лишь мелькающие тени перед глазами и внезапно появившегося из темноты мужчину с обнаженным торсом, тянущегося к ней. Не задумываясь, она отвесила ему пощечину:  - Извращенец!   С характерным звуком ладонь опустилась на лицо Се Ляня. Шлепок был настолько оглушительным, что двое божественных помощников, сидящих на алтаре храма, дернулись. Рука у девушки оказалась весьма тяжелой, и у Се Ляня искры посыпались из глаз, но он все-таки остался верен своей цели и настойчиво протянул ей вайи со словами:  - Госпожа, у вас юбка порвалась!  Девушка с ошарашенным лицом завела руку за спину, потрогав ткань, и тут же вылетела из храма, оставив за собой только колебания холодного воздуха. Се Лянь с красным отпечатком ладони на щеке повернулся и сказал:  - Порядок! Фу Яо сказал: - Какой еще к черту порядок! Достопочтенный Бог Войны, где ваше достоинство? Се Лянь моргнул:  - А что еще я мог сделать? Дать ей сдачи? Если достоинство можно потерять из-за таких мелочей, то оно ничего не стоит. Нань Фэн произнес, указав на него:  - Вы … Что с вами произошло? Стоило Се Ляню снять вайи, как взору его спутников открылась кожа, подобная  драгоценному белому нефриту, покрытая синяками и ранами, выглядящими действительно ужасно. Даже его шея и запястья были туго обмотаны бинтами. Выражение лица Фу Яо сразу стало серьезным:  - Кто это сделал? Се Лянь с недоумением ответил: - Сделал что? А, вы говорите об этих ранах?  Никто ничего не делал, я просто неудачно упал. - … Се Лянь проговорил, разматывая бинты на шее: - Я правда упал! Также мне не повезло случайно свернуть шею. Сейчас все уже почти зажило. Фу Яо взорвался:  - Как это могло произойти случайно? Почему тогда случайно и голова не отвалилась?  Се Лянь ответил:  - А с чего ты взял, что не отвалилась? - Что?! Бинты свивались кольцами у ног Се Ляня, а двое божественных помощников внезапно застыли на месте. Чувствуя их странные взгляды, он дотронулся до своей шеи и промолвил с улыбкой:  - В чем дело? Это первый раз, когда вы видите проклятую кангу?  Черный ошейник сжимал белоснежную шею. Проклятая канга, как и следовало из ее названия, это канга, сформированная проклятием. Когда небожителя низвергали с Небес, Небесная кара порождала печать греха, которая запечатывала духовные силы навечно и не могла быть снята. Словно клеймо на лице или железные цепи на теле, это было и наказанием, и вместе с тем позорной меткой.  А у Се Ляня такая была не одна, а целых две. Фу Яо пристально смотрел на него некоторое время, а затем внезапно спросил: - Почему ты не избавишься от нее? Ты снова вознесся на небеса, разве это не означает, что ты можешь попросить Его Императорское Величество освободить тебя от наказания. Се Лянь надел вайи обратно и рассмеялся:  - Возможно потому, что во время моего последнего вознесения я подрался с Императором? Боюсь, что тогда я был слишком груб и оскорбил его, поэтому мне неловко обращаться к нему с такой просьбой. Нань Фэн сказал:  - Его Императорское Величество - не Му Цин, он не столь мелочен. Фу Яо посмотрел на него:  - Ты что, считаешь меня пустым местом?  Нань Фэн ответил: - Пустым или нет, а Му Цин от этого не станет менее мелочен. Се Лянь поспешно вмешался:  - Давайте сосредоточимся на нашем деле! Может ли кто-нибудь из вас одолжить мне немного духовных сил, чтобы я мог подключиться к сети духовного общения и проверить кое-какую информацию? Нань Фэн поднял руку, и Се Лянь провозгласил:  - Имеешь заём — имей возврат, тогда снова занимать будет нетрудно! Они ударили по рукам, скрепляя таким образом простой договор. Духовная энергия, словно деньги, могла быть одолжена и возвращена, но сказанная фраза была лишь формальностью, поскольку Се Ляню никогда не удавалось вернуть свои долги. Связавшись с сетью духовного общения, он услышал голос Линвень:  - Ваше Высочество наследный принц наконец-то раздобыл немного духовной энергии? Все ли хорошо проходит на горе Юйцзюньшань? Как вам те двое младших небожителей, что прибыли вам на помощь? Се Лянь поднял голову и взглянул на юношей, которые снова сцепились прямо возле него, и сказал с полной искренностью:  - Они оба очень добры, дружелюбны и обладают большим потенциалом! - А затем обратился к ним: - Хватит драться! Если вы оба сейчас же не остановитесь, я буду вынужден пожаловаться вашим генералам! В сети холодно прозвучал голос Му Цина: - Фу Яо действовал самовольно, не поставив меня в известность. Я сурово накажу его, как только он вернется! Се Лянь подумал: «Да ты и правда зависаешь в сети целыми днями…», а затем сказал вслух: - Линвень, могу я спросить, какой небожитель правит на севере? Ливень ответила:  - Север - это вотчина генерала Пэй Мина. Его храмы Мингуана получают щедрые подношения в этом регионе. Вашему Высочеству требуется его помощь? Се Лянь сказал: - В этом нет нужды. Я хотел спросить о Призрачном Женихе, есть ли у вас еще какие-то сведения о нем? Был ли установлен его уровень угрозы? Линвень ответила:  - Да, он был определен как "свирепый". Свирепый! Демонам, монстрам и призракам, несущим разрушения в Трех Мирах, присваивалась одна из четырех категорий на основе их сил и способностей: скверный, лютый, свирепый и непревзойденный. Скверные демоны убивали одного человека в год. Лютые демоны за одну атаку могли уничтожить целую семью. Свирепые демоны были способны уничтожить крупный город. Но самыми ужасающими среди них были непревзойдённые демоны, которые, ступив в Три Мира, несли разрушения целым странам и народам, повергая Поднебесную в хаос. Отключившись от сети духовного общения, Се Лянь серьезно сказал: - Нань Фэн, Фу Яо ,послушайте меня! Эй, кто-нибудь меня слышит? Почему вы опять деретесь?  Этот Призрачный Жених имеет ранг свирепый и невероятно силен! Поберегите силы, нам нужно объединиться, чтобы справиться с ним. Нань Фэн, выкручивая руку Фу Яо в болевом захвате, со вздувшимися венами на лбу  процедил:  - Какой в нем прок – язвит по любому поводу, а дел-то?  Фу Яо в свою очередь, зажал ему ногу под неестественным углом и ощетинился в ответ:  - Уж куда больше, чем от тебя! Ваше Высочество наследный принц, вы же спрашивали, почему у Фэн Синя так много последователей-женщин? Давайте я расскажу вам: в Мире Людей женщины очень почитают его под именем Генерал Огромный Член. Его считают другом женщин, способным благословить на беременность, покровителем, которому молятся об укреплении мужской силы. Наньян, дарующий сыновей. Ха-ха-ха... Лицо Нань Фэна побагровело, он прорычал: - Это лучше, чем твой неблагодарный Генерал, Подметающий Пол! Лицо Фу Яо тут же потемнело. Как уже говорилось ранее, изначально Му Цин был мальчиком на побегушках в монастыре Хуанцзи и он считал это позором на всю жизнь. Слов «подметать» или «чистить» было достаточно, чтобы вывести его из себя. Фу Яо вскинулся: - Отступив на пятьдесят шагов смеёшься над тем, кто отступил на сто! Твой генерал не лучше! Слушая, как они используют его словно дубину, чтобы ударить друг на друга побольнее, Се Лянь наконец не выдержал: - Хватит! Словно наперекор ему двое младших небожителей начали драться еще яростнее. Глядя на стол, расколотый пополам, и фрукты, раскатившиеся по всему полу, Се Лянь не изменился в лице, но его сердце полнилось беспокойством. У него наконец-то было два помощника, но они дрались целыми днями. С ними и долгом в восемь миллионов восемьсот восемьдесят восемь тысячей добродетелей...  будущее не внушало надежд! В этот момент к его ноге подкатилась маленькая маньтоу. Се Лянь, у которого сегодня и крошки во рту не было, быстро подхватил ее, отряхнул от пыли и только собирался съесть, как Нань Фэн, заметив это краем глаза, немедленно выбил булочку из его рук:  - Не ешь это! Фу Яо тоже остановился, ошарашенный, и сказал:  - Она извалялась в пыли, а ты хотел ее съесть? Как тебе не противно? Се Лянь воспользовался возможностью разнять этих двоих и мягко произнес:  - Во-первых, наследный принц, о котором вы упоминаете в своих спорах, это я. Я не выражал никакого недовольства по поводу ваших генералов, поэтому, пожалуйста, не используйте меня как оружие против друг друга. Думаю, что ваши повелители не одобрили бы такое недостойное поведение. Услышав последнюю фразу, оба слегка изменились в лице. Се Лянь продолжил:  - Во-вторых, вы оба здесь, чтобы помогать мне. Так кто кого должен слушаться: вы меня или я вас? После недолгого напряженного молчания двое младших небожителей наконец пробурчали:  - Мы вас. Хотя их лица приняли то же выражение, что и в момент признания себя "добровольцами”, Се Лянь был доволен их ответом. Сложив ладони вместе, он сказал: - Хорошо. И наконец третье, самое главное: если вам нужно что-то бросить, пожалуйста, бросьте меня, а не еду. Нань Фэн наконец вытащил у Се Ляня из рук маньтоу, которую тот подобрал второй раз, и, не в силах больше сдерживаться, сказал безнадежно:  - Хватит есть то, что упало на пол! На следующий день они вновь посетили ту же маленькую чайную. Се Лянь заказал три чашки чая и предложил:  - Почему бы нам не обсудить то, что мы узнали… В этот момент с улицы раздался звук гонгов и барабанов, и все трое выглянули в окно. Это была та же самая мрачная свадебная процессия, что и раньше. Люди играли на инструментах и кричали, будто старались привлечь как можно больше внимания. Нань Фэн нахмурился: - Разве вы не говорили, что местные не осмеливаются проводить пышные свадьбы?