Несогласованные условия

             Джисон молчит о ситуации пару недель, усиленно делая вид, что действительно что-то обдумывает. Для себя он всё решил уже тогда, когда предложил в первый раз. А после того как прочувствовал, понял, что в другие руки себя не доверит.              Они не касаются того, что произошло в этом кабинете. Но мелкие манипуляции никто не отменял. Жаль, что Минхо на них не ведётся, слишком хорошо его чувствует. Поэтому он, между перечитыванием бумаг и встречами на ходу, в пустом лифте, пока они едут на обед, бросает ему:              – Я всё обдумал. И я этого хочу.              Совершенно спокойно, будто они погоду обсуждают, а не секс-партнёрство.              – Ты решил для себя уже всё давно, – Минхо фыркнул.              Эти две недели его глаза не отрывались от Джисона, и никаких метаний за ним замечено не было.              – Но ты же просил меня подумать. Я подумал. Пять минут. Мнение моё не изменилось.              – Какой послушный.              Слова сочились сарказмом на фоне того, что Хан вытворял в предыдущие недели.              – Такой подарок только для тебя.              Как хорошо, что спускались они одни, такое нельзя слышать чужим ушам.              – Ты со мной флиртуешь? – брови Минхо взлетели, такого поворота он действительно не ожидал.              – Хочу получить от тебя положительный ответ.              В этот момент лифт звякнул, оповещая их о прибытии на первый этаж. Они вышли в молчании, но Минхо чувствовал на себе взгляд, подначивающий его ответить.              Если эти дни Хан не переживал о ситуации, то вот в Минхо бурлили сомнения. Поэтому он и не переставал следить целыми днями за ним, выискивая все его минусы, чтобы убедить себя: при согласии на эту авантюру никакие чувства в нём не пробудятся.              Казалось, Ли знал слишком много грязного белья своего начальника, чтобы под этими знаниями могли проклюнуться романтические чувства. Они дружили, но романтика и дружба для него на разных полюсах. Так что он сможет отделить одно от другого.              Он убедил себя в этом, сохраняя спокойный фасад.              В один момент ему показалось, что если он откажет, то ничего не произойдёт. Возможно, Хан пообижается, накуксится, как он любит, и всё отпустит. Но потом вспомнился весь бэкграунд, который Джисон умело прятал за самоуверенностью и бравадой.              Его излишнее знание сейчас губило Минхо.              Шептало ему вечерами: «Как ты его бросишь?», «Ты же знаешь, что может произойти», «Он тебе доверяет». Пока он не понимал, это была совесть или заткнутое глубоко внутри желание обладать.              Под молчание они дошли до своего любимого обеденного столика, и когда официантка приняла их заказ и отошла, Минхо, оглядев ещё раз Джисона, спокойно сказал:       – Я согласен.              – Так бы сразу, – чужие губы растянулись в улыбке, – это удачная сделка для нас обоих.              – Ты измеряешь это в таких единицах? Сделка? – Минхо усмехнулся.              – Взаимовыгодное сотрудничество и партнёрство тебе нравится больше? – Джисон хлопал глазами, предлагая варианты.              – Пускай будет партнёрство, – это максимально не звучало как купля-продажа. – Особенности которого нам надо обсудить сразу.              – Прям тут?              Джисон обвел взглядом помещение. В это время тут всегда был народ. За ними, конечно, держали столик, и он стоял в стороне, но лишние уши были всегда и везде.              Внутренне он ликовал. Получение того, что он хотел, грело всё внутри. Это было лучше любого алкоголя.              – Нет, в кабинете поговорим.              Обед прошёл в обсуждении рабочих вопросов, будто бывает иначе, но как только дверь в кабинет захлопнулась за ними, Хан выжидательно на него уставился, всем видом показывая, что слушает. Внутри у него всё тянуло в предвкушении.              – Никаких проявлений на публике. Тебе это не надо, мне тем более.              – Да твоя личная жизнь даже от близких под семью замками. Ты так и не сказал, почему вы с Джини разбежались, – не вспомнить это было нельзя.              – Это всё также не касается тебя. Первый пункт согласован?              – И это тебе не понравилось, что я назвал это сделкой, – Джисон игрался с ручкой, вглядываясь в чужие глаза. – Согласован.              – Все встречи в твоей квартире, – Минхо продолжил, невзирая на чужие подколы.              – А как же разнообразие?              Прокрались сомнения. Хорошо, что всё будет на его территории, но в то же время это немного напрягало. Он колебался, стараясь этого не показать.              – Поверь, тебе его будет достаточно, – Минхо усмехнулся, заметив ерзания. Строит из себя уверенного, а внутри похоже нервничает.              Волнение в Хане действительно поднималось, как перед прыжком в неизвестность. Было неизвестно, что будет дальше, но он уже на это подписался. Это будоражило. Но его безоговорочное доверие к Минхо нивелировало всё. С этим человеком он готов был даже прыгать с парашютом.              – И самое главное. Никаких чувств между нами. Если кто-то из нас понимает, что что-то не то, мы прекращаем. Без обид, концертов и потери доверия. Продолжаем дружить дальше как было.              Минхо сверлил его взглядом. Первая часть этого пункта была скорее для него, будто так он себя успокаивал.              – Боишься воспылать ко мне чувствами? – Джисон дразнился.              – Не хочу терять нашу дружбу.              – Ты слишком драматичен. Но по рукам, – он замялся, вся уверенность будто за минуту покинула его, – когда встретимся первый раз? – осторожный интерес.              Он понимал, что этот тигр у него практически ручной, но это всё ещё дикое животное, и иногда он не знал, что происходит за спокойным публичным лицом Минхо. Это он был для него как открытая книга, тот же –замороченная головоломка.              От этого, наверное, и более желанный.              – Мне надо подготовиться? – о чём он спрашивал, было и так понятно.              – Ты вроде хотел ни о чём не волноваться и отдаться в мои руки, – с усмешкой. – А теперь опять хочешь, чтобы всё играло по твоим правилам.              Он поднялся со своего места и, подойдя к Джисону, навис над ним.              – Забудь, что в постели ты что-то контролируешь. Когда встретимся, решу я и готовить тебя буду тоже я.              Он говорил тихо, но твёрдо. Джисон лишь смотрел на него, не зная, что сказать. Ему слишком нравилось, что ему не придётся ни о чём заботиться. После такого напряжения в голове уже не было мыслей.              – Итак? – Минхо на него выразительно взглянул, дожидаясь ответа.              – Я тебя понял, – для уверенности он ещё и кивнул.              – Вот и отлично… умница.              Он позволил себе вольность заправить чужую прядь за ухо. Ему нравилось, как Хан терялся под его напором. Предвкушение уже теплело на языке, как это будет ощущаться в сексе. Раз он на это согласился, своего удовольствия он тоже упускать не будет.              Это оплата за его нервные клетки.              ***              Минхо захотелось немного потомить Джисона. Ему будет на пользу. Поэтому он несколько дней ловил на себе его сначала вопросительные, потом намекающие взгляды.              Сам он держал дистанцию, будто между ними ничего нет. Минхо видел, как тот потихоньку начинает закипать.              Тут главное не передержать.              Поэтому в пятницу вечером после рабочего дня, закрывая свой портфель, он бросил в пространство между ними:       – Я отпустил твоего водителя, поедем на моей.              Джисон на секунду застопорился, переваривая фразу. Внутри у него сначала всё напряглось, а потом расслабилось. Рука с ручкой немного дрогнула. Момент, которого он ждал, настал, и предвкушение разлилось по телу. Последние дни он опять стал более раздражительным, пока ни на кого не срывался, но мысли уже были.              – Хорошо, – ему оставалось только согласиться.              В машине как всегда играла фоновая музыка. Очки Минхо ловили блики улиц, и Джисон завис над этим, разглядывая чужой профиль. Разговор протекал плавно, главной темы не касались.              Иногда Хан проваливался в себя и только видел, как шевелятся чужие губы, но когда на него вопросительно посмотрели, он вынырнул:       – Ты что-то спросил? – они стояли на светофоре, поэтому Минхо беззастенчиво его разглядывал.              – У тебя есть, что поесть?              – Нет.              – Как всегда, собственно, – фыркнул Минхо, но больше ничего не сказал.              Они поднялись в квартиру, сохраняя ненапряжённое молчание. Джисон игрался с застёжкой часов, выдавая своё нетерпение. Он сам понимал, что нервничает.              – Иди в душ, – они только зашли в квартиру и снимали обувь.              – Мне…              – Ты меня не слышишь? Просто душ. Или это тоже надо проконтролировать? – Минхо выразительно посмотрел на него.              – Нет, – буркнул в ответ и скрылся в коридоре, ведущим в ванну.              Минхо ему вслед только усмехнулся, а сам отправился во вторую ванную. Прелесть иметь два санузла и не мешаться сейчас друг другу. На чужой полке, орудуя как у себя дома, он нашёл спортивки и футболку, а в ванной полотенца.              Быстро закончив с душем, он погрузился в телефон, заказывая доставку с пометкой оставить всё у двери. Наедаться перед сексом не хотелось. Но потом ему в любом случае захочется.              Джисон тщательно намыливался, а в голове каталась мысль, что сегодня Минхо ему приготовил. Просто петтинг? Сможет ли это ему помочь? Но сразу вспоминалось, как умело его довели в кабинете, и сомнений не оставалось.              Поэтому распаренный и одевшийся в домашнюю одежду, он пошёл на поиски. В спальне Минхо не обнаружилось, хотя очень хотелось. Тот был в гостиной, сидел развалившись на диване.              – Я заказал нам поесть, – похоже, он услышал его шаги.              – Ты сюда поесть пришёл?              Минхо поднялся с дивана, приблизившись к нему вплотную.              – Сюда я пришёл посмотреть, насколько ты чувствительный здесь.              Чужие пальцы пробежались по шее, вызывая мурашки. Дыхание замерло.              – Здесь.              Ладонь спустилась ниже, через футболку пальцы обхватили сосок, немного играясь, и Джисон пискнул, когда его сжали.              – Здесь.              Рука распространяла мурашки по поджавшемуся животу. Движения были лёгкими и порхающими. Он прошелся ниже, обводя контур члена. Джисон вздрогнул.              – Обязательно тут.              Горячее дыхание обдало ухо.              – А здесь, – руки незаметно переместились за его спину, а пальцы прошлись с нажимом по шву штанов, который так удачно расположился между половинками. – Как-нибудь в другой раз.              И отступил, оставив Хана с тяжёлым дыханием и набухающим членом. Он сам от себя не ожидал, что такая близость так сильно его заведёт. Дыхание от таких простых ласк уже сбилось. Щёки, судя по ощущениям, явно пылали. Внутри было напряжение и лёгкая тревога, всё же ласки от мужчины не были ему привычны.              Но это же Минхо.              – Для начала скажи мне слово, после которого всё остановится. У нас не сессия какая-то, но так как в интимном плане мы друг друга плохо знаем, оно определённо нужно.              – Ммм… курица? – Джисон ляпнул первое, что пришло в голову. – Не знаю, под каким другим предлогом я мог бы его ещё произнести в постели.              – Хорошо, пошли.              Он обхватил его за запястье, направляясь в сторону спальни, будто это его квартира, а не Хана. Под кожей он чувствовал чужой перепуганный пульс.              Это… льстило.              Минхо не удержался и улыбнулся. Его немного забавляло, как люди могли меняться в разных обстоятельствах. Он и сам был таким, для разных людей, ситуаций у него имелись свои личности, не отвергающие его основу, но более подстраивающееся под внешнее настроение.              Но то, как Джисон, который на работе был строгим начальником, вызывающим расположение партнёром в бизнесе, смешливым с друзьями, рассыпался у него в руках от обычных ласк и доверял себя в его руки, заставляло внутри всё трепетать.              По пути Минхо выудил из своего портфеля мешочек. Хан гипнотизировал его взглядом, потому что слишком интересно было, что там прячется внутри. Узнал он это через минуту, когда дверь за ними закрылась и Ли достал чёрную повязку для глаз, но там осталось ещё что-то. Мешочек полетел на кровать.              – Пробовал лишаться одного из чувств? – отрицательное покачивание головой и поджатые губы. – Теперь попробуешь. Интересный опыт на доверие.              – Ты будешь рядом?              – Куда я денусь, – Минхо усмехнулся и, смотря ему в глаза, наложил на них повязку, завязывая на затылке. – Порядок? – ответный кивок его расслабил.              Минхо окинул Джисона взглядом, прикидывая, с чего лучше начать. Обошел его вокруг, на что тот дёрнулся, пытаясь зацепиться за его руку. Хана немного напрягала такая потеря одного из чувств, но он осознавал, что Минхо ему ничего недозволенного не сделает.              – Не пропадай, – голос был немного взволнованным.              – Точно всё нормально?              – Я тебе доверяю, так что да.              Минхо остановился за его спиной и расположил руки на талии, забираясь под футболку, под шумный выдох. Ладони поскользили вверх с ворохом мурашек, погладили рёбра, перешли на спину, потом спустились обратно, вырисовывая круги вокруг чувствительного пупка.              Ощущения были необычные, то, что ты не видишь и не знаешь, что произойдёт дальше и это не зависит от тебя, отпускало внутри чувство неприятной напряжённости.              Футболку потянули за край, снимая. Джисон немного повёл плечами, оставаясь без верха. Кончики чужих пальцев неожиданно оказались на сосках, сначала обводя игриво, а потом щипая. На это из него вырывался судорожный выдох, и он услышал чужой смешок сзади.              Он дёрнулся. Всё ещё непривычно. Лёгкая тревога подзуживала сорвать повязку и всё это закончить. Но он стойко держался, заталкивая её куда подальше. Он знал, к чему его приведут чужие ласки и как этим рукам можно доверять.              Когда к загривку прижались горячие губы, а за ними последовал лёгкий укус, Хан уже не смог сдержать тихого стона. Он и не пытался.              Слишком чувствительное место.              Минхо исследовал тело под собой как карту, проводя пальцами тут и там, считывая чужую реакцию. Ему нужно было знать, где будет наиболее приятно. Задача была, чтобы Джисон забылся в ласках.              – Такой чувствительный тут.              Он ещё раз прикусил кожу на шее, но так, чтобы не оставить никаких следов. Ответом был одобрительный стон.              Ему слишком нравилось, как Хан плавится под касаниями. Минхо предполагал, что такое может быть, но не настолько. Это его волновало. Ладонь устроилась внизу живота, немного проникая под резинку штанов, другой рукой он играл с соском, слушая тихие стоны.              Он зацепился сначала за бока, а потом повёл вниз, забираясь под штаны и бельё, присаживаясь при этом. Руки скользили по чужим бёдрам, собирая ткань в гармошку у щиколоток. Ли обхватил одной рукой, призывая перешагнуть одежду. Его сразу поняли, вышагивая из оставшихся на полу вещей.              Он встал и обошел, не отрывая руки от тела. Было ясно, что Хану не хочется терять его в пространстве. От запястий кончики пальцев пробежались выше к плечам. Одна рука осталась на шее, поглаживая большим пальцем под подбородком.              Джисон был очень хорошо сложен. Угловатость, которая была у него раньше, прошла, тренировки в зале помогли развить мышцы, медовый оттенок кожи контрастировал с более светлым Минхо. Ему было приятно трогать это тело, а то, как оно отзывалось на прикосновения, было ещё лучше.              Джисону казалось, что он горит. Хотя в комнате не было жарко. Места, где его гладил Минхо, покрывались мурашками, и он чувствовал, как у него с каждой минутой всё крепче стоит.              Щёки уже алели под повязкой, мысли были о том, как бы получить ещё больше прикосновений. Он чувствовал, как чужая рука замерла на его шее, а кожу лица обдавало чужое дыхание. Внизу живота закручивался узел, Джисон предчувствовал, что должно произойти.              – Я тебя сейчас поцелую.              Ему было непонятно, зачем его предупреждают. Пускай делает, что хочет, если это будет приятно.              Поэтому, когда чужой язык ворвался в его рот, он не сопротивлялся, немного застопорился. Но потом только поддавался, давая пространство для ласки. Пальцы зарылись в его волосы на затылке, фиксируя, а тело прижалось вплотную. Так что Хан мог почувствовать, что не он один тут возбуждён.              Минхо заводит просто то, что он кого-то ласкает?              Интересно.              Но мысли сразу испарились, когда на него, не разрывая поцелуй, начали наступать. Сердце учащённо билось, отдаваясь своим грохотом в ушах. Рука с шеи переместилась на талию, придерживая и направляя. Ноги упёрлись в кровать, и Минхо оторвался от него, укладывая на постель.              – Подвинься выше.              Джисон переместился, утопая в постельном белье, которое теперь холодило разгорячённую кожу. Он замер, не ощущая рядом Минхо, лёгкая тревога заставила его дёрнуться.              Успокоение пришло, когда чужие руки проскользили от щиколоток вверх к бёдрам, спустились обратно, и Минхо подтолкнул его ноги, для того чтобы он согнул их в коленях. Поза была максимально смущающей, поэтому он шумно выдохнул и чувствовал, как от приливающей крови у него пекут щёки.              Раздался тихий фырк Минхо, похоже, он всё понял. Ладони вернулись к исследованию внутренней части бедра, и Хан дёрнулся от чувствительных прикосновений. Руки тут же заменили губы, перемежая поцелуи с лёгкими покусываниями. Откровенные стоны срывались с губ, хотя он и пытался себя сдержать. Контроль уже полностью уплыл из его рук, рождая внутри непонятное ощущение из смеси смущения, возбуждения и лёгкого страха.              Уши Минхо были в блаженстве, ему нравилось доставлять партнёру удовольствие и контролировать его. Сегодня он решил, что с Джисоном надо входить в это помягче, но видел, как тот уже подбирается к краю. Член налился и дёргался на каждый укус мягкой кожи.              – Такой отзывчивый, такой молодец для меня.              На это ему протяжно промычали. Значит, он всё правильно понял. Джисон падок на похвалу в постели.              – Хани такой умница, – ласковое обращение само прилипло к языку.              Он на секунду оторвался в поисках мешочка. Бёдра вокруг него сразу сжали, боясь потерять.              Джисон вздрогнул из-за ускользающего тепла. Он хоть и находится в удовольствии, край сознания всё никак не хотел до конца теряться в этом мареве. Поэтому, когда он почувствовал, что от него отстраняются, сразу сработал рефлекс, чтобы удержать.              – Я тут, рядом.              Минхо не удержался от укуса посильнее, хотелось оставить больше своих отпечатков, но он себя сдерживал.              Он вынул из мешочка смазку, хотя член Джисона и истекал предэякулятом, она не помешает. Щёлкнув колпачком и погрев её немного в руке, он без предупреждения обхватил чужое возбуждение.              По комнате разлетелся протяжный стон, бёдра сомкнулись, зажимая его между них. Только от переживаемых приятных прикосновений. Минхо не отвлекался, надрачивая член, второй он перекатывал яички, после спустившись чуть ниже и приласкав чувствительное место под ними.              – Прошу быстрее, – ответом Хану был чужой хмык.              Джисон метался по кровати, с губ срывались стоны. Его переполняли ощущения, он жмурил глаза под повязкой до цветных пятен и проваливался всё глубже в своё удовольствие. Чужие руки умело его ласкали, он чувствовал, что подбирается к пику. Но тут рука замедлилась, откладывая момент.              Он разочарованно выдохнул.              Чужая улыбка утонула в его бедре. Хан свел всё сначала на то, что Минхо просто не понял, что он готов кончить, но потом это повторилось. Он доводил его до вспышек перед глазами и прерывал в последние секунды. Изо рта вырвался неконтролируемый скулёж. Джисон даже зажал рукой рот в стыде.              – Не закрывай, я хочу тебя слышать, – руку отстранили от лица.              – Дай кончить… – в нетерпении.              – Тут твои приказы не действуют, Хани.              Минхо игрался с головкой. Проводя по уретре с нажимом и считывая все реакции Джисона. Сейчас даже жаль, что половина лица закрыта повязкой, ему хотелось видеть эти блестящие глаза, оплывшие туманом, и дрожащие ресницы.              – Я хочу.              Джисон попытался настоять, язык ворочался во рту как неродной. Потому что от постоянно поступающего и в последний момент уходящего оргазма казалось, мозг плавится в его голове.              – Если тебе что-то не нравится, ты можешь назвать слово. И всё прекратится, – Минхо был уверен, что заветное слово не будет произнесено.              Хан заскулил, метаясь по кровати, ему даже в голову не пришло остановить эту пытку лаской, но разрядку хотелось получить. Он стал подмахивать бёдрами, чтобы ускорить чужую руку. Но получил только тяжело устроившуюся руку на бедре, которая прижала его к постели. Разочарованный выдох сорвался с губ.              Минхо наслаждался своей властью.              Ему нравился такой ничего не соображающий, размазанный Джисон. Он уже представлял, что их ждёт дальше. Кто же знал, что он такой отзывчивый на ласки.              За это надо было вознаградить.              – Кончай, Хани, будь умницей для меня.              Удовольствие накрыло его волной, и он заскулил, изливаясь в чужую руку. В ушах звенело, и ему казалось, что такого оргазма от простой дрочки он не получал никогда. Тело казалось ватным, а конечности не слушались. Он даже не пытался ничего сделать.              Отдалённо было слышно шуршание одежды и чужой сдавленный стон. Похоже, Минхо разобрался с собой сам. Это было как-то нечестно. Придя в себя, он протянул руки, тихо позвав:       – Минхо…              Рядом прогнулся матрас, и Джисон чувствовал, как его вытирают. Смазка и остатки спермы неприятно стягивали кожу, и Минхо о нём заботился.              В груди разливалось тепло.              – Ты можешь уже снять повязку, – в голосе слышался смешок.              – Сам сказал, никакого самоуправства в постели.              – Всегда бы ты был таким послушным, – фыркнул Минхо.              – Тогда тебе бы было не так интересно со мной.              Ему ничего не ответили, только воздух вокруг зашевелился, а потом он почувствовал, как с него стягивают ткань. Минхо тоже был немного покрасневшим и тяжело дышащим. Джисон прочертил по нему взглядом, задерживая ниже пояса. Он был всё также одет в отличие от обнажённого Джисона.              – Почему не дал тебе помочь?              – Не думаю, что ты готов к этому, – брови Минхо взлетели вверх.              – Боишься, что я не знаю, как обращаться с членом. Так у меня есть такой же.              – Хани, – сладкое прозвище скользнуло по языку, – ты сейчас закроешь рот и вспомнишь про то, что в постели руковожу я, – тон его голоса был сладким, но слова приятной тяжестью упали на Джисона. – Не переживай так, обязательно до него доберёшься.              Минхо игриво нажал на его кончик носа и поднялся с кровати, оставляя после себя холод. По телу пробежали неприятные мурашки.              – Мне понравилось… спасибо.              – Знаешь, это странно получать спасибо за оргазмы, – Минхо остановился в дверях, – мне тоже понравилось, какой ты отзывчивый. Хани такой молодец.              Джисон взвыл, закрыв руками лицо и поджав под себя ноги. Будоражащий стыд разлился внутри, заставляя сжаться.              – Ты теперь меня дразнить будешь? – звучало очень обиженно.              – Нет, – голос Минхо сразу переключился на серьёзный тон, – то, что происходит здесь, это нормально, но останется здесь. За пределами мы друзья и коллеги, ты же помнишь.              – Ммм, – он одобрительно промычал.              – Одевайся и пошли есть, – дверь в комнату захлопнулась, оставив Хана одного.              Бокс с едой, как Минхо и отметил, оставили около двери, ему оставалось только разложить всё по тарелкам. Возможно, ему сразу надо было поехать домой. Но это слишком даже для их ситуации. Тем более они часто ели вместе. Это не должно меняться.              Всего лишь дополнилось сексом перед ужином. Именно так.              Он расставил тарелки, пока ждал Джисона, тот, похоже, не спешил одеваться и выходить.              Когда тот вошёл, они даже не перекинулись словом, приступая к еде. Вокруг повисла тишина. Они просто ели в компании друг друга, как и до этого много раз.              Джисон себя этим успокаивал.              Кожа горела в местах, где его касались руки Минхо. Он не думал, что всё это произведёт на него такое впечатление. Ему нравилась лёгкость в его голове и ощущение, что о нём хорошо позаботились. Только что делать дальше, он не знал. Назначить следующую встречу? Минхо дал понять, что на этом поле руководит он.              И это менять почему-то не хотелось.              От этого на него даже накатывало раздражение. Непривычная стратегия выбивала его из колеи. Он уже было открыл рот, чтобы сказать хоть что-то, как Минхо отложил приборы и поднялся, убирая тарелку в посудомойку.              Он не нарушал тишину, повисшую между ними, помыл руки и, вытирая, просто сказал:       – Я поеду.              Границы они очертили с самого начала. Поэтому нарушать их не хотелось. Всё это может привести к ненужным последствиям. Им это ни к чему.              Хан сам сказал, они секс-партнёры.              – Хорошо, – Джисон поджал губы, – дверь просто захлопни тогда.              Минхо кивнул, задержавшись на нем взглядом, и ушёл. Хлопок двери было слышно через вату в ушах. Это было странное расставание после того, что у них произошло в комнате. Но наверное так надо.              Не нужно погружаться в это излишне.              Он получил то, что хотел, – свободу от постоянного внутреннего контроля и удовольствие.              На большее они не договаривались.