Голод

      Драко провалялся на ледяном полу, казалось, целую вечность. На деле же — около часа.       Тело было чужим, грёбаным куском бесполезного мяса. Каждая попытка хотя бы согнуть палец отдавалась в мышцах такой тянущей, издевательской болью, будто Грейнджер пропустила его через серию Круцио, а потом собрала обратно, перепутав все суставы. Он пробовал подняться трижды — и трижды сползал по стене, обдирая ладони о камень и захлёбываясь собственной беспомощностью.       Это не давало ему покоя. Он много читал, знал десятки проклятий, но такого не видел никогда. Чтобы отшвырнуть человека, парализовать и оставить в сознании, но полностью беспомощным… Этого не было ни в одной книге.       Грейнджер сказала, что сама его разработала.       Разработала. Грязнокровка, чьи предки ещё вчера сжигали таких, как она, создала заклинание, способное уложить его на лопатки раньше, чем он успел моргнуть.       Ну, с другой стороны, не зря он её выбрал. Драко ведь не мог выбрать посредственность. Малфои выбирают только лучшее, даже если это лучшее — подлая змея, обманувшая его.       От этого её хотелось только сильнее: впиться в губы, до синяков сжать запястья. Он ненавидел её до тошноты и одновременно сходил с ума. Ни одна другая девушка не вызывала в нём такой бури чувств, как эта дрянь.       Драко сплюнул на пол густую, перемешанную с кровью слюну. Во рту чувствовался противный металлический привкус — то ли от того, что он прикусил губу в момент удара, то ли от бессильной ярости, разъедающей изнутри.       Он не простит ей этого. Ни за что.       Она заплатит за каждую секунду унижения, за каждую минуту, проведённую на этом холодном полу, за то, как высокомерно смотрела на него, как на какое-то ничтожество. Он заставит её сорвать голос. Она будет хрипеть, вымаливая пощаду, цепляться за его мантию, и захлёбываться слезами, но он не послушает её. В этот раз — нет.       Четвёртая попытка увенчалась успехом. Кое-как, вцепившись ногтями в неровности кладки и едва не скуля от ярости, он заставил дрожащие ноги выпрямиться. В глазах темнело, но он стоял. Стоял, мать его, и это было главным.       До подземелий он шёл, притираясь плечом к стене и останавливаясь каждые десять шагов, чтобы переждать приступ тошноты и слабости. Коридоры были пусты, и это была единственная милость Мерлина за всю ночь: если бы кто-то увидел Драко в таком состоянии, он бы убил свидетеля на месте.       В спальню он ввалился глубоко за полночь. Тео спал, безмятежно посапывая и уткнувшись носом в подушку. Драко не стал раздеваться, а просто рухнул на кровать прямо в одежде, даже ботинки не снял. Сил не было совершенно.       Последней мыслью перед тем, как провалиться в тяжёлый сон, была: «Я её уничтожу».

🍰🍰🍰

      Утром Драко проснулся от того, что кто-то настойчиво тряс его за плечо.       — Малфой! Драко! Ты чего в одежде спал? — голос Тео бил по мозгам не хуже Бомбарды. — Эй, ты слышишь меня? Что вчера произошло? Я слышал, как дверь хлопнула, но даже не проснулся толком. Что с тобой?       Драко с трудом разлепил веки. Ощущение было такое, будто в глазницы насыпали толчёного стекла. Голова раскалывалась, тело ломило. Перед глазами всё плыло, но настойчивое любопытство на роже Нотта он видел чётко.       — Отстань, — прохрипел Драко, отворачиваясь к стене и укрываясь одеялом с головой.       — И не подумаю. — Тео дёрнул его за плечо сильнее. — Ты вчера ушёл странный, а теперь это. Что случилось? Это Грейнджер?       — Я сказал, отстань.       — Драко…       — Заткнись, Нотт! — рявкнул он, резко садясь на кровати.       Мир совершил кувырок. Желудок подкатил к горлу, затылок взорвался болью. Пришлось схватиться за край матраса, чтобы не упасть.       — Ничего не случилось, — еле выдавил Драко. — Всё в порядке. Просто оставь меня в покое.       Тео смотрел на него с сомнением, но спорить не стал. Покачал головой и отошёл к своей кровати, что-то недовольно бормоча.       Драко сидел, глядя в одну точку. Туман в голове неохотно рассеивался, уступая место ясности.       Грейнджер…       Если вчерашнее не было кошмаром или галлюцинацией, то сегодня его ждёт весёлый день. Если она решит открыть свой рот.       Но что она могла сделать? Пойти к Дамблдору? Там её слово против его не стоило и ломаного кната, а Снейп точно прикроет. Тот только угрожать был горазд и недовольно ворчать. Тем более никаких доказательств у неё не было, кроме смазанных воспоминаний.       Драко свесил ноги с кровати и попытался встать, но его повело.       «Нужно принять какое-нибудь Укрепляющее зелье».       Кое-как поднявшись, он подошёл к сундуку и нашёл нужное.       Да, если его каждый раз так будет ломать после прикосновения к Грейнджер, лучше сразу сдохнуть и не мучиться.       Драко взял полотенце и направился в душ. Ему хотелось смыть с себя вчерашний день и это мерзкое чувство.       Теперь Грейнджер знала про кота. Это уже что-то. Но достаточно ли, чтобы поднять шум?       А если она расскажет про то, что он наговорил под Сывороткой?       Салазар, он готов был вырвать себе язык, лишь бы стереть те минуты откровенности.       Драко сбросил с себя вещи и встал под холодную воду. Нужно будет потом сжечь одежду, чтобы не служила напоминанием его слабости.       Нет, она не пойдёт к директору. Не после того, как сама опоила его. Она умная, должна понимать, что это незаконно. Ей тоже было что терять.       Он намылил тело, волосы и прислонился лбом к плитке.       Сидеть сложа руки и ждать, пока эта сучка придумает способ мести? Нет. Нужно было действовать на опережение. Если она решит что-то предпринять, Драко должен быть первым. Перевернуть ситуацию так, чтобы она выглядела виноватой, а он — невинной жертвой. Это он умел.       Закончив принимать душ, Драко обернулся полотенцем и вышел в спальню.       Он высушил себя заклинанием и оделся: чёрная водолазка, идеально отглаженный пиджак, туфли из драконьей кожи. Он не имел права выглядеть иначе, чем безупречно.       Нужно было к Снейпу. Срочно. Прощупать почву, понять, знает ли профессор что-то, и заодно подготовить версию событий на случай, если Грейнджер действительно решит действовать.       Он бросил последний взгляд в зеркало. Бледный, злой, с тёмными тенями под глазами, но всё ещё Малфой. А это означало, что он впереди.

🍰🍰🍰

      Он шёл по коридору, хмуро глядя под ноги и прокручивая в голове варианты разговора со Снейпом. Сказать, что она сама на него напала? Что он защищался, а она какой-то тёмной магией балуется? Последнее, кстати, было бы неплохо — Северус не любил, когда студенты экспериментируют с неизвестными заклинаниями.       — МАЛФОЙ!       Драко вздрогнул и резко обернулся. Голос был до боли знакомым. Ненавистным.       Поттер.       Очкарик нёсся на него сквозь толпу студентов, расталкивая всех локтями. Лицо, обычно выражавшее тошнотворное благородство, было перекошено такой яростью, что Драко на мгновение опешил.       Он потянулся к карману, где лежала палочка, но не успел. Тяжёлый кулак врезался ему прямо в челюсть с такой силой, что в глазах вспыхнули искры. Голова мотнулась в сторону, и он едва удержался на ногах.       — Ты что, совсем охрен… — начал Драко, но второй удар в нос оборвал фразу.       Хруст, боль, тёплая кровь мгновенно залила губы и подбородок, и он, не удержавшись, упал на пол.       Вокруг закричали. Кто-то визжал, кто-то пытался их разнять, кто-то, наоборот, подбадривал Поттера. Драко видел только размытые лица и слышал гул голосов, смешанный со звоном в ушах.       — Ты грёбаный выродок! — прорычал Поттер. — Я тебя уничтожу!       Шрамоголовый нависал над ним, занося кулак для третьего удара, и Драко чувствовал себя абсолютно беспомощным. Как прошлой ночью.       Но удара не последовало.       Внезапно какая-то сила отшвырнула Поттера в сторону. Драко тоже отлетел к стене, болезненно приложившись плечом.       Подняв голову, он увидел Снейпа. Профессор стоял, возвышаясь над толпой, с палочкой в руке, направленной в сторону Поттера. Лицо его было бледным и непроницаемым. Как обычно, впрочем.       Рядом с Поттером суетился Финниган, придерживая того за плечи и не давая снова броситься в атаку. А чуть поодаль стояла Грейнджер. Она что-то быстро и тихо шептала Поттеру на ухо, положив ладонь ему на предплечье.       Захотелось оторвать Поттеру руку просто за то, что она к нему прикасается.       Поттер дышал тяжело, но постепенно успокаивался под её шёпот. Однако яростного, полного ненависти взгляда с него не сводил.       Драко вытер кровь с лица рукавом, размазывая её, и с трудом поднялся на ноги. Тело протестовало, колени дрожали, но он заставил себя стоять прямо. Он скорее бы сдох, чем остался лежать посреди коридора.       — Поттер. Малфой, — обратился к ним Снейп. — За мной.       Он развернулся и зашагал прочь, даже не оглядываясь, уверенный, что они последуют за ним. Толпа студентов расступилась и пропустила его вперёд.       Драко бросил быстрый взгляд на Грейнджер, но она на него не смотрела. Всё внимание было направлено на её ебучего дружка.       Поравнявшись с ними, Драко довольно оскалился и прошептал:       — Поттер, готовься вылететь из школы.       Тот дёрнулся, но Финниган и подоспевший Томас удержали его.       — Малфой, — процедил Снейп, не оборачиваясь.       Драко усмехнулся и, стараясь не хромать, направился за профессором.       Грейнджер двинулась за ними, и он внутренне напрягся. Её шаги действовали на нервы.       — Мисс Грейнджер, я не помню, чтобы звал вас. — Снейп обернулся и посмотрел на неё, из-за чего та остановилась.       Она замялась, и Драко заметил на её лице растерянность.       — Но Гарри не виноват…       — Я сам разберусь. Исчезните.       — Профессор…       — Мисс Грейнджер.       Драко едва сдержал победную ухмылку. Снейп произнёс это так, что у него самого побежали мурашки по коже. Грейнджер, судя по всему, поняла, что спорить бесполезно, кивнула, ещё раз сжала ладонь Поттера, и развернулась.       На Драко она так и не взглянула.       Он проводил её спину взглядом и, отвернувшись, пошёл за Снейпом.

🍰🍰🍰

      Дверь кабинета захлопнулась, отрезая их от коридора. Снейп прошёл к своему столу, уселся в кресло и уставился на них поверх сложенных пальцев.       — Вы мне объясните, что произошло? — спросил он ледяным тоном.       — Профессор, этот больной ублюдок напал на Гермиону! — выпалил Поттер и приблизился к Северусу.       Драко тихо хмыкнул, слизывая с губы солёную кровь, прислонился к стене, и стал ждать, когда это всё закончится.       Святой Поттер в своём репертуаре. Как предсказуемо. Пусть ещё расплачется от жалости к своей грязнокровной подружке.       — Мистер Поттер, следите за языком, — осадил его Снейп, даже не повышая голоса.       — Да какая разница, как я говорю?! — Поттер шагнул вперёд, вцепившись в край стола. — Главное — что! Вы меня слышите? Малфой напал на Гермиону! Украл её фамильяра, чтобы втереться в доверие и манипулировать!       Драко демонстративно отвернулся, разглядывая фамильный перстень на безымянном пальце левой руки.       О, Мерлин. «Фамильяра». Этого рыжего куска блохастой шерсти. Поттер драматизировал так, будто он расчленил гриффиндорского льва.       — А ещё что-то сделал с её памятью! — продолжал Поттер, размахивая руками. — А вчера вечером снова чуть не напал, если бы Гермиона не дала ему отпор… То, как я его назвал — это ещё мягко! Я требую немедленно передать его аврорам!       Драко скривился. Аврорам. Ну конечно. Этот кретин всегда решал проблемы самым громким и идиотским способом.       «Ну давай, вызови сюда авроров, и половина преподавательского состава, включая твоего обожаемого директора, сядет в Азкабан рядом со мной».       — Хорошо, я вас услышал, мистер Поттер. — Снейп говорил спокойно, даже слишком. — Оставьте нас.       — Нет, я требую что-то сделать! — Поттер даже не думал успокаиваться, его глаза бешено метались от Северуса к Драко и обратно. — Я пойду к профессору Дамблдору!       — Мистер Поттер. — Его глаза опасно сузились. — Я вас уверяю, это не останется безнаказанным. Мистер Малфой получит такую меру наказания, которую мы посчитаем уместной. А теперь — вон из моего кабинета.       Поттер дёрнулся, лицо покрылось красными пятнами. Он открыл рот, чтобы возразить, но, видимо, передумал. Перед выходом он бросил на Драко взгляд, полный такой ненависти, что, будь он трусливой малолеткой, то, наверное, даже испугался бы.       Поттер вышел за дверь, громко хлопнув ею, и наступила тишина. Драко даже не шелохнулся, продолжая подпирать стену. Снейп смотрел на него несколько долгих секунд, что не предвещало ничего хорошего.       — Подойди, — приказал он наконец.       Драко отлепился от стены, подошёл к столу и остановился, глядя на Снейпа.       — Сядь.       «Раскомандовался».       Он подавил желание закатить глаза и остаться стоять, но сел. И вовсе не из-за того, что испугался — ага, конечно, — а исключительно потому что ноги всё ещё немного дрожали после вчерашнего вечера и сегодняшнего утра, и стоять было тяжеловато.       Снейп молчал. Долго, очень долго. Потом откинулся на спинку кресла и сложил руки на груди.       — Я слушаю.       Смысла отпираться он не видел. Выставил бы себя ещё бо́льшим придурком.       — А что тут говорить? — Драко пожал плечами. — Всё так, как сказал Очкарик. Ну, почти. Я только на время позаимствовал её блохастого кота, а не крал. И да, я пытался… — Он брезгливо скривился. — Сблизиться. Неудачно.       Снейп смотрел на него своим тяжёлым, пронизывающим взглядом,       — Я тебя предупреждал, Драко, — произнёс Снейп.       «Да-да».       — Я знаю.       — Я говорил тебе, чтобы ты держался от девчонки подальше. Говорил, что это плохо кончится.       — Я знаю.       Снейп откинулся в кресле.       — Ты сегодня же отправишься домой.       — Я зна… — Драко осёкся. Слова застряли в горле, когда до него дошёл смысл сказанного. — Что?       — Ты неконтролируем, Драко, — спокойно говорил Снейп. — Ты поддаёшься эмоциям, совершаешь глупость за глупостью. Будет лучше для всех, если до определённой даты тебя вообще не будет в школе.       Драко вскочил с кресла, опираясь руками о стол. Боль в ногах отступила перед накатившей волной ужаса.       — Нет! Вы не можете! Грейнджер наложила на меня какие-то блядские чары! Я больше не могу к ней прикасаться! Вы понимаете? Она…       — Ничем не могу помочь. — Он даже не шелохнулся. — Об этом знает уже слишком много людей. Ты можешь подставить не только себя, но и меня. Не говоря уже об угрозе провала всей миссии.       Драко сжал кулаки. Неужели он проиграл? Неужели эта лохматая дура одним заклинанием и парой слезинок перед Поттером вышвырнула его из школы? Вышвырнула прямо в лапы Тёмного Лорда, который ждал его в Мэноре?!       — А как же задание? — выпалил он, хватаясь за последнюю ниточку. — Шкаф готов. Я всё сделал. Вы же сами сказали…       — Вот именно, что всё готово. — Снейп поднялся, и теперь они стояли друг напротив друга, разделённые только столом. — И я не вижу смысла находиться в школе дальше. Ты выполнил свою часть. Остальное — не твоя забота.       — Но я должен быть здесь, когда…       — Это не обсуждается, Драко, — серьёзно сказал Северус. — Иди и собери свои вещи. Сегодня же ты покинешь Хогвартс.

🍰🍰🍰

      Драко влетел в комнату, захлопнув дверь ногой.       Просто невероятно!       Взгляд упал на пустую клетку в углу. Ярость, искавшая выхода, нашла цель. Драко в три шага преодолел расстояние и с размаху пнул металлические прутья. Клетка с лязгом отлетела к стене, деформируясь. Этого показалось мало. Взмах палочки — и кошачья подстилка, дурацкие игрушки и остатки корма вспыхнули огнём, превратившись в чёрный пепел за пару секунд.       Драко метался по комнате, хватал вещи и швырял их в сумку. Идеально выглаженные шёлковые рубашки летели комком, следом отправлялись флаконы с зельями, чудом не разбиваясь друг о друга. Дорогие фолианты падали на пол, он пинал их ногой, потом злобно подбирал и запихивал в сумку. Какая, нахрен, разница? Порвутся? Испортятся? Это барахло теперь не имело никакого значения. Всё не имело значения.       Тео крупно повезло, что его сейчас не было в комнате. Драко был готов запустить Авадой в любого, кто посмел бы задать хоть один вопрос. Он не желал ничего объяснять и уж тем более не вынес бы жалких попыток сочувствия или этого тошнотворного: «Я же говорил». Он хотел только одного: чтобы все сдохли. Или, на худой конец, просто оставили его в покое. Желательно здесь, в замке.       Может, спрятаться в Выручай-комнате? Засесть там до конца года? Или влить в какого-нибудь тупицу Оборотное зелье со своим волосом и отправить к Снейпу.       Нет, он не идиот. Его так просто не проведёшь.       Или вообще послать к дементорам миссию, Лорда, Метку… Сбежать, бросив всё в это пекло. Схватить Грейнджер в охапку, трансгрессировать на край света и…       Драко издал звук, похожий на сдавленный рык.       …швырнуть на кровать, разорвать в клочья одежду и вытрахать из неё всю эту спесь, смешать с грязью её сраные принципы.       Низ живота болезненно свело от пульсации.       Ах, да. Конечно! Размечтался. Он же теперь даже дотронуться до неё не мог, чтобы его не размазало по полу.       Он подошёл к зеркалу и остановился, придирчиво разглядывая себя. Из отражения на него смотрело нечто ущербное: разбитая губа, заплывающий глаз, ссадина на переносице. Поттер постарался на славу. А ведь это только то, что было видно. Под одеждой расползались синяки от вчерашнего приземления об стену.       Тео оказался прав, и Драко действительно в последнее время слишком часто огребал от всякого сброда.       Пора было это заканчивать.       Очередной поток неконтролируемой ярости ударил в голову. Драко не выдержал взгляда этого избитого, жалкого неудачника по ту сторону. Он схватил с комода первое, что попалось под руку — тяжёлый хрустальный флакон с одеколоном Тео — и швырнул его прямо в собственное лицо.       ​Зеркало взорвалось с оглушительным звоном.       ​Осколки брызнули во все стороны, осыпаясь на ковёр. В раме из тёмного дерева осталась лишь уродливая паутина глубоких трещин и торчащих острых кусков стекла. Комнату мгновенно затопил резкий запах дорогого парфюма. ​      Драко некоторое время стоял, упираясь дрожащими руками в края комода. Осколок хрусталя рассёк ему костяшку на пальце, но он даже не поморщился.       ​Теперь из расколотой поверхности на него смотрели десятки переломанных, искажённых Драко. В одном осколке отражался его заплывший глаз, в другом — окровавленная губа, в третьем — безумный, загнанный взгляд. Идеальная, блять, метафора его нынешней жизни: всё разбито вдребезги, и как ни пытайся склеить — нихрена не получится.       Драко сжал челюсти и поднял палочку.       ​— Эпискей, — процедил он, направляя кончик на лицо.       ​Заклинание легло криво, отчего нос хрустнул с такой болью, что из глаз брызнули слёзы. Руки дрожали от едва сдерживаемой истерики. Ему пришлось повторить процедуру трижды, действуя грубо, почти садистски по отношению к себе. Кожа горела, словно её подожгли Инсендио, но отёки начали спадать.       Ему было плевать на боль. Лишь бы убрать эти следы и не видеть в зеркале напоминание собственной слабости.       Пройдя в ванную, он умылся ледяной водой и намазал лицо мазью от ушибов и синяков.       Застегнув сумку, Драко на секунду задумался, стоит ли предупреждать Нотта. Тео был полезен. И, в отличие от остальных, умел держать язык за зубами. Он вырвал клочок пергамента и быстро, размашисто нацарапал: «Я домой. Постарайся не отупеть в компании Забини. Увидимся». ​      Он перекинул ремень сумки через плечо, восстановил порядок в комнате Репаро и вышел из комнаты.       Общая гостиная Слизерина встретила его мгновенно наступившей тишиной. Все взгляды — десятки пар глаз — уставились на него. Кто-то шептался, кто-то откровенно пялился. Слухи уже разлетелись? Или просто вид у него был настолько паршивый, что комментарии излишни?       Драко шёл, не глядя по сторонам и гордо вскинув голову, будто ничего не произошло.       — А я тебя предупреждал, Драко, — прилетел ему в спину голос Блейза.       Он остановился и развернулся, пытаясь найти Забини.       Тот сидел в центре кожаного диване — на его, Драко, месте. Вокруг толпились пятикурсники, заглядывая Блейзу в рот, а под боком у него, тесно прижавшись бедрами, сидела Паркинсон.       Мерзкое зрелище. Неужели он тоже так раньше выглядел?       — Какая трогательная забота, Блейз, — презрительно бросил Драко. — Но не помню, чтобы мне было интересно твоё мнение.       — Ты просто жалок. Сначала таскаешься за грязнокровкой, как побитый щенок, теперь Поттер вытирает о тебя ноги на глазах у всей школы. Когда ты успел так опуститься? Семья, должно быть, очень тобой гордится.       Сраный мудак. Как он смел вообще открывать свой рот в её сторону?       Драко сделал плавный шаг в сторону Забини.       ​— Опуститься, Блейз? — Драко приподнял одну бровь, бросил быстрый взгляд на Пэнси и ухмыльнулся. — Дно — это донашивать за мной то, что мне больше не нужно. И пытаться занять моё место, пока я занят реальными делами, а не просиживанием штанов у камина.       ​Улыбка сползла с лица Забини. Он напрягся, готовясь вскочить.       ​— Твоя мамочка научила тебя только одному: как выгодно пристроиться к чужому богатству, — продолжил Драко. — Но ты забыл одну деталь, Блейз. Здесь это не работает. Я всё ещё Малфой, а ты — всё ещё никто.       ​— Пошёл ты, — прошипел Блейз. ​      — И тебе всего хорошего. — Драко холодно улыбнулся. — Разрешаю согреть моё кресло, пока меня не будет. И проверь Паркинсон на болячки, мало ли с кем она тёрлась, пока ты её не подобрал.       Он развернулся, оставив Блейза, задыхающегося от злости, и Пэнси, красную как помидор, глотать воздух, и вышел из гостиной.       Какой бесполезный диалог. Его даже в какой-то степени радовала перспектива покинуть эти стены.       Путь обратно до класса Зельеварения прошёл как в тумане.       В кабинете Снейпа он пробыл недолго. Профессор, не сказав ни слова, больно схватил его за локоть и через мгновение они уже стояли в камине.       Зелёный огонь вспыхнул под ногами.       Хогвартс исчез.

      🍰🍰🍰

      Воздух в холле Мэнора был тяжёлым, пропитанным запахом старого дерева и страха, который поселился здесь с возвращением Тёмного Лорда.       Нарцисса ждала их у подножия парадной лестницы. Она стояла безупречно прямо, и при виде Драко её лицо побледнело ещё сильнее.       — Северус, что произошло? — спросила она, подойдя к ним, и оглядела Драко с ног до головы.       — Ты подготовила комнату, где его никто не найдёт? — Снейп даже не утруждал себя приветствиями, сразу перешёл к делу.       — Да. — Нарцисса кивнула, не сводя взгляда с Драко. — Северное крыло. Туда можно попасть, только если ты Малфой или с домовиком.       — Отправь его туда сейчас же, пока никто из… гостей не заметил нашего появления, — велел Снейп, а затем обратился к Драко: — И тебе же лучше, если ты будешь сидеть там. Если вдруг ты попадёшься на глаза кому-нибудь из других жителей этого дома, — сделал он паузу, и Драко понял, кого он имеет в виду, — то ни я, ни твоя мать, ни даже Беллатриса не сможем тебе помочь.       Драко сглотнул. Мысль о том, что в Мэноре находился Тёмный Лорд и его приближённые, леденила кровь. Он знал, что Северус не преувеличивает. Если Повелитель узнает, что его с позором вышвырнули из школы прямо накануне финала миссии…       Нарцисса щёлкнула пальцами, и с негромким хлопком появилась эльфийка Нана. Она низко поклонилась, взяла Драко за руку своей сухой, костлявой лапкой, и через секунду холл сменился полумраком незнакомой спальни.       — Молодой господин, — пропищала Нана, отпуская его руку, — леди Нарцисса велела вам ожидать её.       Драко открыл рот, чтобы спросить хоть что-то, но эльфийка с тихим щелчком исчезла.       Он остался один.       Комната оказалась небольшой, но обставлена с роскошью, к которой Драко привык с детства. Тяжёлые портьеры на окнах, кровать с балдахином, письменный стол, камин — всё на месте. Только вот окна выходили на пустошь, и за стёклами не было видно ничего, кроме серого неба и бесконечной равнины.       Драко начал ходить по комнате. Шаг, поворот, ещё шаг, ещё поворот. Руки за спиной, голова опущена.       Всё вышло из-под контроля. И причём давно.       Когда именно всё пошло по пизде? Когда он притащил в спальню этого рыжего урода? Или ещё раньше — когда вообще решил, что хорошей идеей будет с ней заговорить?       Он ведь был уверен, что всё просчитал. Думал, что просто использует ситуацию, чтобы как-то отвлечься от шкафа, миссии и страха, который сжирал его весь год. План казался до смешного простым. А по факту? По факту он сам залез в эту яму и закапывал себя всё глубже с каждой их новой встречей.       Драко замер у холодного камина, опираясь рукой о мраморную полку.       А вдруг… Вдруг дело было не только в ней?       Что, если он сам всё разрушил? Если бы не набросился на неё в пустом классе, не психовал на башне и не пытался запугать? Может, если бы вёл себя не как поехавший от вседозволенности мудак, она бы его не бросила? Может, он сам уничтожил единственный шанс на её доверие?       Драко скрипнул зубами. В груди стало невыносимо тесно. Осознавать собственный провал было почти физически больно.       — Бред, — прошипел он в пустую комнату, резко отшатываясь от камина. — Чушь собачья.       Он тряхнул головой, с презрением отгоняя эти мысли. Нет. Он ни в чём не виноват.       Это она виновата. Она сама давала ему повод, слушала его, смотрела так, будто понимает, а потом хладнокровно ударила в спину. Она спровоцировала его. Это Поттер виноват, что распустил кулаки в коридоре. Это Снейп виноват, что вышвырнул его из школы, спасая собственную шкуру. Они все просто ждали повода, чтобы избавиться от него.       Драко снова зашагал по комнате.       А если Тёмный Лорд применит к нему легилименцию и увидит, из-за чего именно его выгнали… Из-за того, что он не смог удержать руки подальше от грязнокровки и пускал слюни на девчонку, чья кровь в этом доме считается грязнее болотной жижи. Лорд не ограничится простой смертью — он будет смеяться, наблюдая, как Нагайна медленно разрывает его на части.       Ему нужен был план.       Мысли прервал звук открывающейся двери.       В проёме стояла мать.       Нарцисса вошла в спальню и остановилась в паре шагов от порога, глядя на него. Её лицо ничего не выражало, но в глазах плескалась такая брезгливость, что Драко замер.       — Ты меня разочаровал, — произнесла Нарцисса. — Ты выглядишь как уличный бродяга. Разве так я тебя воспитывала?       — Мама... — Драко шагнул к ней в поисках поддержки, но она подняла руку, останавливая его.       — Северус сказал, что тебя позовут, когда придёт время, — строго отчеканила она. — До тех пор ты не выйдешь из этой комнаты. Ни при каких обстоятельствах. Ты понял меня?       — Мама, ты не понимаешь… — выдохнул Драко. — Чтоб его, ты даже не знаешь, что произошло на самом деле…       — Не смей при мне выражаться, — осадила его мать, вздёрнув подбородок. — Что я должна была понять, Драко? Северус рассказал мне более чем достаточно. Ты поставил под удар всю нашу семью, жизнь своего отца в Азкабане и свою собственную. И ради чего? Чем ты думал?       Драко замялся. Слова застревали в горле, не желая выходить наружу. Как объяснить матери то, чего он сам до конца не понимал?       — Она… — начал он, нервно сглатывая. — Мама, она…       Нарцисса ждала, не сводя с него ледяного взгляда.       Драко вдруг почувствовал себя ничтожным и маленьким.       — Мне плохо, когда её нет рядом, — выпалил он и поджал губы. — Понимаешь? Физически плохо. Меня ломает. Я не могу дышать, не могу думать, ничего не могу! А когда она рядом… когда я смотрю на неё, я чувствую себя живым, и у меня такое чувство, что я способен на всё!       Сказанное повисло в воздухе между ними. Драко напрягся, ожидая взрыва. Крика. Пощёчины.       Но Нарцисса даже не повысила голос. Она смотрела на него несколько долгих секунд, а затем сделала шаг назад, и её идеальные губы скривились в гримасе чистейшего отвращения.       Сердце сдавило.       — Немыслимо, — произнесла она тихо, разочарованно покачав головой. — Просто немыслимо.       — Мама…       — Я думала, ты сломался под тяжестью миссии, — её голос сочился ядом. — Думала, что страх перед Лордом лишил тебя рассудка. А ты… ты просто сошёл с ума от похоти к маггловской девчонке. Ты готов погубить нас всех из-за грязнокровки.       — Это не просто похоть! Ты не понимаешь, она…       — Довольно! — приказала мать и выпрямилась, поправляя и без того идеальную мантию. — Оставим этот разговор на потом. Я не хочу сейчас ни разговаривать с тобой, ни слушать этот абсурд. Подумай о своём поведении и о том, что ты натворил.       Она развернулась и направилась к выходу.       — Мама, пожалуйста, выслушай меня! — воскликнул Драко.       — Спокойной ночи, Драко, — отрезала Нарцисса, направляясь к двери. — Ужин подадут позже.       — Всегда ты так! — крикнул он ей в спину. — Всегда, когда я делаю что-то, что тебе не нравится, ты просто уходишь! Не хочешь слушать, не хочешь понимать! Тебе плевать на меня!       Мать ушла, оставив его одного.       Драко стоял посреди комнаты, сжимая кулаки. Внутри всё кипело от ярости, обиды и отчаяния. Глаза защипало, но он зажмурился, прогоняя ненужные слёзы. Мама не захотела его слушать. Как всегда.       — Да блять! — истошно выкрикнул он.       Драко схватил массивный бронзовый подсвечник с комода и со всей дури швырнул его в запертую дверь. Металл с грохотом врезался в дерево, оставив глубокую вмятину.