Голод

      Дым осел в лёгких, принося спокойствие. Драко медленно выдохнул, наблюдая, как серая струйка растворяется в сырости подземелья. Выпарить состав зелья до состояния сухой крошки и курить его оказалось лучшим решением за последнее время.       Хотя бы потому, что интервалы между глотками зелья сокращались так стремительно, что перспектива звенеть флаконами в карманах начала бесить. Пробовать маггловский табак, сомнительные порошки из Лютного или чужие варева он не рисковал — пускать пену изо рта от непредвиденных побочек в планы не входило.       К тому же, один раз прилетел вопрос от Макнейра на миссии, когда Драко достал флакон. К обычной самокрутке вопросов было меньше. А если возникали желающие угоститься, он просто посылал их куда подальше.       Он намотал на кулак сальные, слипшиеся от грязи волосы пленника, висящего на цепях, и дёрнул его голову назад. Конец волшебной палочки упёрся в висок.       — Легилименс.       Внутри был бардак: холод, ночные леса, страх и перекошенные лица каких-то оборванцев. Драко брезгливо раскидывал эти образы, выискивая главное — свежие координаты. Поиски Грейнджер больше не были бесполезной беготнёй по стране. В спальне висела огромная карта Британии под Отводящими чарами от посторонних. Теперь он методично выдирал из пленных точки маршрутов, накладывал их на сетку патрулей егерей и вычислял «слепые зоны». Но в этой голове не было ни Поттера, ни копны каштановых волос. Снова мимо.       Он горестно вздохнул и разжал кулак. Голова парня безвольно дёрнулась, подбородок упал на грудь. Ломать таких слабаков было скучно. Не то что себя. Каждую ночь Драко зарывал всё, что связывало его с Грейнджер, на самое дно сознания. Иногда он трансгрессировал в её пустой дом, садился на пол у кровати и заставлял себя держать пустой взгляд среди вещей, которые буквально кричали о ней. Иногда он мешал огневиски с зельями, сутками не спал и доводил себя до грани, лишь бы галлюцинация с её лицом снова появилась перед ним. На фоне этого допрос грязнокровки казался унылой рутиной.       Драко отошёл, потирая ушибленное плечо после тренировки накануне. Он перехватил самокрутку свободной рукой, глубоко затянулся и почувствовал, как тлеющий огонек обжёг пальцы. Пленник жадно втягивал воздух, а грудь ходила ходуном. Из разбитых губ вырвался хрипящий звук, похожий на бессвязную мольбу или скулёж. Драко скривился и выдохнул в его сторону.       — Раз уж как информатор ты — абсолютный ноль, — он сделал шаг вперёд, покручивая палочку в пальцах, — послужишь для другой цели.       Пленник замотал головой, из горла вырвался сдавленный, булькающий звук, а по подбородку потекла густая капля крови. Он дёрнулся, пытаясь закрыть голову худым плечом, но цепи не дали этого сделать.       — Н… Не… нет…       — Салазар, да не дёргайся ты, — раздражённо цокнул языком Драко. — Я просто поправлю пару деталей. Ещё спасибо скажешь, когда дементоры будут высасывать твою жалкую душу.       Он сделал очередную затяжку, выпустил дым и переместил самокрутку в уголок рта. Ему нужна была практика, а домовики со своим примитивным разумом для тонких задач уже не годились. Драко нацелил палочку, снова ворвался в его голову и выбрал один из недавних фрагментов памяти: пленник прячется в заброшенном сарае и делится едой с таким же, как и он.       Прищурившись, он начал перекраивать картинку, внедряя в мозг новые вводные. Теперь грязнокровка предал своего товарища ещё до того, как они добрались до укрытия. Драко постепенно встраивал в его сознание чувство вины за поступок, которого тот никогда не совершал.       — Легилименс.       Он нырнул обратно, чтобы проверить работу. Вышло топорно. На стыках памяти зияли грубые дыры. Эмоции не совпадали с картинкой: фоновый страх остался прежним, а должен был смениться виной предателя.       Он надавил сильнее, пытаясь сгладить швы и впихнуть недостающие элементы силой. Ломая чужие барьеры, он крутил этот фрагмент снова и снова. Ещё сильнее.       Разум пленника не выдержал, и перед взором мелькнула ослепительная вспышка, а затем на него обрушилась бессмысленная каша из разорванных образов, обрывков фраз и криков. Драко буквально вышвырнуло из чужой головы.       Он проморгался, фокусируя зрение на реальности. Грязнокровка перед ним окончательно обмяк на цепях. Его глаза закатились, превратившись в белые пустые шары, а из приоткрытого рта на грязный воротник потянулась густая нить красной слюны.       «Снова».       Драко равнодушно смотрел на него несколько секунд. Выкинув окурок на пол, он растёр его носком ботинка и молча зашагал к выходу.

🍰🍰🍰

      Драко дышал часто и неровно, уворачиваясь от очередного размашистого удара. Гойл пёр на него, как сорвавшийся с цепи тролль. Его тяжёлый кулак просвистел над самым ухом и с оглушительным хрустом проломил крышку деревянного ящика позади. Во все стороны полетели щепки и пыль.       Огромное подвальное помещение с низкими каменными сводами когда-то служило складом для вина и старой мебели, но теперь большая его часть пустовала. Вдоль влажных стен всё ещё громоздились накрытые чехлами диваны и шкафы, а в центре расчистили достаточно свободного пространства для тренировок. И драться здесь с Гойлом было чистым самоубийством: он был вдвое крупнее, и каждый его выпад сотрясал спёртый воздух.       Грег с рычанием выдернул руку из пробитого дерева и снова бросился на него.       Поднырнув под тяжёлую руку, Драко жёстко впечатал кулак прямо в скулу Грега. Удар вышел отличным, костяшки обожгло болью, и он довольно хмыкнул — заехать Гойлу по морде было откровенно приятно. Но тот только мотнул головой, сплюнул кровь и, взревев, бросился вперёд с удвоенной злостью.       Драко отскочил, едва не споткнувшись о край какого-то пыльного чехла. Драться с ним в открытую было тупо: если этот шкаф хоть раз попадёт по-настоящему, то просто сломает ему череп. Но огромные габариты Гойла были его главной слабостью.       Драко отступил назад, резко уходя от очередного хука, и сделал вид, что неловко подвернул стопу. Он покачнулся и упал на пол.       — Подожди! Подожди! — выкрикнул он, выставляя раскрытую ладонь вперёд.       Гойл, уже занёсший кулак для сокрушительного удара, по инерции сделал шаг и замер. На лице промелькнуло замешательство. Вбитая годами привычка его слушаться сработала быстрее, чем желание добить.       Этой заминки хватило. Он со всей дури ударил подошвой ботинка Грегу под коленную чашечку.       Гойл взвыл, его опорная нога подкосилась, и огромная туша с грохотом рухнула на пол.       Драко не стал ждать, пока тот очухается. Он поднялся, призвал палочку из кармана мантии себе в руку и направил её на распластанного Грега.       — Ступефай.       Гойл дёрнулся и отключился. Драко усмехнулся, разминая ушибленные костяшки.       — Мерлин, как ребёнка.       Он поднял голову и осмотрелся. Дафна была в паре с каким-то парнишкой, Драко видел его нечасто. Энди? Рэнди? Неважно. Крэбб напирал на Роули и вполне закономерно огребал. Тео же обменивался заклинаниями с Милисентой.       Он прищурился. Позади него стояла Гермиона и смотрела на Драко.       Образ Грейнджер хоть уже и не шокировал так, как в первые разы, но всё равно было странно. Зачем она там стояла? И почему сейчас? Он наклонил голову, и ему показалось, что Гермиона кивнула в сторону Тео. Драко снова посмотрел на него. Тот как раз удачно подсёк Булстроуд и выбил палочку у неё из рук. Взгляд упал на Гермиону.       «Ты хочешь этого сейчас?»       Он пригляделся, и ему показалось, что она кивнула.       «Что ж, ладно».       — Неплохо, Нотт! — крикнул Драко.       Тот обернулся, утирая пот со лба, и вопросительно уставился на него.       — Что?       — Говорю, давай посидим, выпьем, как в старые добрые? — сказал он, когда подошёл и выдавил из себя самую миролюбивую улыбку, на которую был способен.       Тео недоверчиво сощурился и скрестил руки на груди.       — Чего это ты?       — Честно? — Драко пожал плечами и провёл рукой по волосам. — Я так задолбался в последнее время, что мне нужно просто перезагрузиться. А один не хочу. Не вывожу уже.       Нотт молчал, изучая его лицо.       — Тео, — протянул Драко, закатил глаза и сел на скамью, закинув руку на спинку. — Да ладно тебе. Чего ты в самом деле? Мы же не чужие люди, в конце концов. В последнее время совсем перестали общаться. А так — выпьем, поболтаем.       — Ты никогда не был любителем «поболтать». — Нотт скептически хмыкнул, массируя ушибленное запястье. — Особенно, как ты верно выразился, в последнее время.       — Меняюсь, — усмехнулся Драко. — Всё меняется, если заметил. Давай, Нотт. Помнишь, как на пятом курсе мы с тобой стащили у моего отца коллекционное огневиски и потом всю ночь не могли попасть в спальню, потому что лестницы менялись быстрее, чем мы успевали на них заползти?       Тео невольно фыркнул, но тут же нахмурился, возвращая себе серьёзный вид.       — Ага. Потом Филч притащил нас к Снейпу, а тот пообещал написать твоему отцу. Кажется, ты протрезвел ещё до того, как он закончил предложение.       — Ой, иди ты, — беззлобно огрызнулся Драко. — Давай же, хватит ломаться. Или ты до сих пор боишься Снейпа?       — Никого я не…       Тео захлопнул рот, а затем оглянулся по сторонам.       — Может, остальных позовём? — предложил он, смотря в сторону. — Дафну, Крэбба, Милисенту? Вместе веселее.       — Нет, — отрезал Драко резче, чем планировал, а затем спокойнее добавил: — Я не доверяю им так, как тебе. Крэбб вообще двух слов связать не может без разрешения, а Дафна разнесёт всё по Мэнору быстрее, чем мы допьём первый стакан. Нахрен мне эти уши?       Тео уставился на него, явно сбитый с толку. Драко в ответ улыбнулся.       — Ты чего это? Это же наши друзья…       — Ты сам-то в это веришь, м?       Нотт не ответил.       — Вот именно, — кивнул Драко, а потом опустил голову. — Я… Просто… просто я устал, Тео. Мне надоело сидеть одному в своей комнате, понимаешь? Я думал, что смогу справиться с этим всем самостоятельно, поэтому отдалился. Не хотел никого грузить своими проблемами, но…       Он выдержал паузу, рассматривая свои сбитые костяшки, а потом добавил чуть тише, чтобы прозвучало максимально правдоподобно:       — Но если я в скором времени не поговорю с кем-то, то просто окончательно рехнусь. А ты единственный, кому я могу довериться.       Тео постоял ещё какое-то время, явно что-то взвешивая.       «Мерлин, какой ты трудный».       — Ладно. Пошли.       Он прикусил внутреннюю сторону щеки, чтобы не выглядеть слишком довольно.       — Отлично. — Драко поднялся со скамьи, хлопнул его по плечу и направился к выходу из зала. Тень за спиной Нотта растворилась. — У меня есть пара бутылок «Огдена», как раз на чёрный день.       — А сегодня чёрный день? — спросил Тео, догоняя его.       — О, несомненно, — тихо пробормотал он себе под нос.

🍰🍰🍰

      — Проходи, располагайся, — сказал Драко, когда они вошли в его комнату, и сразу направился к массивному тёмному шкафу в углу.       Тео опустился в глубокое кресло у камина, оглядываясь по сторонам.       — Убрался наконец? А то я в прошлый раз чуть ногу не сломал.       — Угу. Было дело, — безразлично бросил Драко, открывая дверцу.       Он загородил собой полки, достал пузатую бутылку огневиски и два хрустальных стакана.       — У тебя тут воняет каким-то жжёным сеном.       — Не знаю, не чувствую, — рассеянно ответил Драко, особо не вслушиваясь.       Он отодвинул бутылки с алкоголем на верхней полке, нащупал спрятанный маленький стеклянный флакончик и сжал его в ладони.       — Вчера в «Пророке» писали, что «Пушки Педдл» снова проиграли, — вдруг сменил тему Тео. Было ясно, что он пытается заполнить неловкую паузу. — Третий раз подряд в сухую. Позорище.       — М-м.       Он ловко, одним движением большого пальца сковырнул пробку с флакона. Взял стакан, предназначенный для Нотта, и быстро перевернул над ним пузырёк, выливая прозрачное зелье.       Тео говорил что-то ещё, но Драко уже не слушал. Он плеснул сверху щедро огневиски, а себе в стакан налил чистый. Подхватив оба рокса, он направился к Тео, протянул ему его порцию и только после этого опустился на диван напротив.       — Ну, — Драко приподнял свой стакан, глядя Нотту в глаза и улыбнулся, — за старые добрые.       Они чокнулись, Тео сделал большой глоток, поморщился и закашлялся.       — Крепкое, — просипел он.       — Старое. — Драко повертел стакан в пальцах, взбалтывая жидкость и разглядывая игру света на гранях. — Не спеши, Нотт. Никуда не бежим.       Они помолчали. Драко достал из кармана стальной портсигар, вытащил оттуда кривоватую самокрутку и зажал её губами.       — Что это? — Тео кивнул на сигарету. — В последнее время я всё чаще вижу с этой дрянью в зубах.       — Помогает расслабиться, — пожал плечами Драко и прикурил кончик палочкой. — Будешь?       Нотт отрицательно покачал головой.       Сделав глубокую затяжку, он откинулся на спинку и прикрыл глаза, наслаждаясь. Напряжённые мышцы начали постепенно расслабляться, кончики пальцев на руках и ногах приятно онемели, словно их обернули мягкой ватой. В голове стало пусто и тихо — фоновая тревога и постоянный шум смазались, уступая место спокойствию.       — Слушай, — сквозь туман услышал он голос Нотта. — Ты прав. В последнее время мы совсем не общались. Я иногда думаю — мы вообще ещё друзья или просто люди, которые оказались по одну сторону баррикад? Особенно после того, что ты выдал на прошлой неделе у восточных ворот.       Драко нахмурился, не открывая век. Восточные ворота? Прошлая неделя? Он вообще не помнил, чтобы пересекался там с Ноттом, не говоря уже о каких-то разговорах.       — Да? И что же я сказал?       — Ну, что скоро мы все начнём перегрызать друг другу глотки, лишь бы не попасть под горячую руку. — Тео невесело усмехнулся. — Я тогда подумал, что ты просто сорвался после дежурства. А теперь сижу и не знаю, кому из нас вообще можно верить, а кто заложит при первой же возможности.       Он напряг память, пытаясь ухватиться хоть за какую-нибудь деталь, но всё словно стёрли подчистую.       Занятно.       — Расслабься. Здесь только ты и я. Никто не подслушивает.       Драко сделал затяжку и открыл глаза. За спиной Нотта стояла Гермиона.       Она появилась беззвучно, как и всегда. Стояла, прислонившись плечом к книжному шкафу, и неотрывно смотрела на Драко.       — Новый мир, — произнёс Тео, глядя в потолок. — Тёмный Лорд обещал новый мир. А что мы получили? Ту же грязь, только с другими лицами. Магглорождённых травят, чистокровных тоже травят. Потому что если ты не с ними — ты враг.       — Ты против? — уточнил Драко.       Тео посмотрел на него мутным взглядом.       — А ты?       — Я тебя спросил.       — Не знаю, — выдохнул он, обмякая в кресле. — Я устал, Драко. Устал от этого всего. Я не хочу пытать магглов. Я не хочу смотреть, как это делают другие. Я не хочу…       Он замолчал и сжал стакан.       — Не хочешь чего? — тихо спросил Драко.       — Всего этого, — прошептал Тео. — Я вообще не хочу быть частью этого дерьма. Мой отец втянул меня, а я… я просто устал. И ты устал. Я вижу.       — Устал, — согласился он, смотря на Гермиону. — Да. Очень устал.       — И что нам делать? — Нотт посмотрел на него. — Бежать, как Пэнси? Только куда? Они везде достанут. Или сдохнуть, как… как…       — Как Бербидж, — закончил Драко, продолжая наблюдать за Грейнджер. Она не двигалась и смотрела на него в ответ.       — Да.       Наступила тишина.       Драко поднёс самокрутку к губам и затянулся. Гермиона отлепилась от шкафа и шагнула ближе. Она положила руки на спинку кресла Тео и посмотрела на него.       «Он врёт тебе».       «Ты знаешь, что нет, Грейнджер».       «Значит, врал до этого. Заканчивай».       — Драко.       — М?       — Куда ты всё смотришь?       Драко перевёл взгляд на Нотта, который сидел напряжённый, непонимающе пялясь на него. Тео резко обернулся, вглядываясь в пустой полумрак у себя за спиной, но, естественно, никого там не увидел и снова повернулся.       — Никуда. Просто задумался.       Он бросил на Гермиону последний взгляд, которая всё также нависала над Тео, раздавил окурок в пепельнице на столе и сосредоточился на Нотте.              — Ты знаешь, где Грейнджер? — спросил Драко, глядя на Тео в упор.       — Нет. С чего бы?       — Ты видел её?       — Да.       Ответ прозвучал так обыденно, что Тео даже занёс стакан для глотка, прежде чем до него дошло. Он замер. Рука дрогнула, едва не расплескав алкоголь. Нотт поднял глаза на Драко. Взгляд у него был всё ещё мутный, но в нём уже проступало понимание.       — Какого… — Тео сглотнул, отодвигаясь глубже в кресло. — Что в стакане?       — Сыворотка правды, — признался Драко. — Небольшая доза.       Тео поставил рокс на стол подальше от себя.       — Ты… — начал он и замолчал. Лицо побелело, потом налилось краской. — Ты охренел, Малфой? Я тебе кто? Подопытный эльф?       — Ты мне друг, — ответил Драко спокойно. — Который всё время врёт и недоговаривает. Вот я и решил проверить.       — Друг? — Он поднялся с кресла. — Друзья не подливают друг другу Сыворотку правды, придурок!       — Не ори, — осадил его Драко, поднимаясь следом.       Тео дёрнул рукой, выхватывая палочку. Драко среагировал рефлекторно, и его собственное древко уже было нацелено Нотту в грудь.       — Ступефай! — выкрикнул Тео.       — Протего.       Искры брызнули в стороны, подпалив ворс ковра. Тео выпустил второе проклятие, почти не целясь. Жёлтая вспышка отскочила от его щита и разнесла в мелкую крошку бутылку из-под огневиски на столе. Осколки дождём осыпались на пол.       Драко стиснул зубы. Он шагнул в сторону, отбил очередное смазанное заклинание Нотта взмахом и перешёл к делу. Он не стал бить магией в ответ, а невербально выдернул ковёр у него из-под ног.       Нотт споткнулся, взмахнул руками, пытаясь удержать равновесие.       — Инкарцеро. — Драко воспользовался моментом.       Толстые верёвки вырвались из воздуха, плотными кольцами стягивая туловище, руки и ноги Нотта. Тео сдавленно ругнулся и плашмя упал на пол. Он тут же задёргался, пытаясь скинуть путы, но узлы ожидаемо затянулись только туже, прижимая его руки к бокам.       Драко опустил палочку, неспеша подошёл к нему, хрустя стеклом под подошвами ботинок, и присел перед ним на корточки.       — Отвечай на вопрос. Где ты видел Грейнджер?       Нотт остервенело замотал головой, но против воли произнёс:       — Я видел её на свадьбе Уизли. Она трансгрессировала с Роном и ещё каким-то Уизли, когда мы напали. Я думаю, это был Поттер под Оборотным.       Драко подался вперёд.       — Почему не сказал?       — Ты себя вообще видел? — процедил Тео, оскалившись. — Помнишь, что ты сказал, когда узнал, что Пэнси сбежала? Она наша подруга, Драко! А ты говорил так, будто она не более чем пыль под твоими ногами! Как и мы все! Ты перешагнёшь через нас и глазом не моргнёшь!       — Куда Паркинсон направилась?       — Не знаю. Она звала меня с собой, а я не поехал. Струсил… Теперь жалею. Каждый, мать его, день. Ты даже не представляешь, как я жалею.       Драко открыл рот, но Нотт его опередил.       — А ты? Ты бы сбежал? Если бы мог? Если бы не было, — он кивнул на левую руку Драко, — этой херни?       — Не знаю, — ответил он честно. — Думаю, нет.       — Потому что ты упрямый идиот, — выдохнул Тео. — Ответь мне, почему ты так помешался на Грейнджер?       — Ты всё равно не поймёшь. — Драко опустил глаза.       — Ну так попробуй объясни.       — Ты не думаешь, что не в том положении, чтобы что-то требовать?       — А что мне терять? И тебе.       Драко замолчал, а потом покачал головой.       — Не думаю, что тебя это касается. — Он прочистил горло и задал вопрос: — Какие ты знаешь секреты других Пожирателей?       Тео отвернулся к стене. Слова выходили с трудом, но выходили.       — Яксли. Его дочь — сквиб. Он спрятал её в маггловской школе под чужим именем.       — Откуда узнал?       — Услышал случайно, когда он разговаривал со своим помощником в Министерстве.       — Ещё.       — Малфой, я тебе что, хренова картотека?       — Кто ещё? — повторил Драко.       Тео перечислил ещё несколько имён. Мелкие тайны — кто кому изменяет, кто ворует золото из общего бюджета и всякое незначительное, что Драко уже знал сам. Он слушал, запоминал, кивал в нужных местах. Когда Тео закончил, они оба замолчали.       — Было приятно поболтать, Нотт. — Драко поднялся на ноги и направил на Тео палочку. — Ты правильно сказал: если мне будет нужно, то я перешагну через тебя.       Тео попытался подняться, но верёвки мешали это сделать.       Он подошёл ближе, наклонился и положил ему руку на голову.       — Легилименс.       Драко продирался сквозь мысли, отбрасывая ненужное: страх перед отцом, воспоминания о школьных обидах, ненависть к Крэббу. И вдруг — яркая вспышка.       Грейнджер.       Дыхание перехватило.       Живая.       А потом он заметил Рыжего и почувствовал знакомое раздражение. Ну разумеется. Где Грейнджер, там обязательно Поттер или Уизли. Или оба сразу.       Драко нырнул глубже. Картинка в голове Тео была чёткой, но дёрганой, будто Нотта тогда трясло.       Какой-то тёмный, тесный коридор. Пэнси стояла близко к Тео, вцепившись пальцами в рукав его мантии. Она плакала: губы кривились, по щекам текли чёрные от туши дорожки.       — Тео, пожалуйста, пошли со мной, — быстро шептала она и дёргала за руку. — Я не переживу, если с тобой что-то случится. Я не хочу потерять ещё и тебя… Пожалуйста!       — Пэнси… — Тео попытался мягко отцепить её руки, но она только крепче сжала пальцы.       Драко накрыло чужими ощущениями. Душащий ком вины в горле. Разрывающее грудь желание плюнуть вообще на всё, схватить её и трансгрессировать куда глаза глядят, лишь бы не видеть больше ни Мэнора, ни чужой крови. Тео хотел уйти. Драко чувствовал этот порыв каждой клеткой.       Но всё это разбивалось о стену страха. Драко физически ощутил липкий пот, ползущий по позвоночнику. Ужас перед Лордом. Страх, что их поймают егеря на первой же границе, что их приволокут обратно и будут резать на куски в подвалах.       Этот страх оказался сильнее. Он приковал Нотта к полу, заставляя стоять на месте и смотреть, как Пэнси захлёбывается слезами. Тео струсил.       Драко вышел из его головы и выпрямился.       — Спасибо, — сказал он без иронии. — Наверное, тебе и правда стоило уйти.       — Пошёл ты.       Драко посмотрел на Тео. Тот лежал на полу и не шевелился. На его лице столько обиды и злости, что Драко почти почувствовал укол совести.       Нотт был рядом практически всю его жизнь. Они вместе росли, учились, напивались и вместе вляпывались в неприятности. Когда весь мир окончательно сошёл с ума, Тео остался одним из немногих людей, с кем ещё можно было говорить честно.       По крайней мере раньше.       Драко задумчиво покрутил палочку в пальцах.       Можно было оставить всё как есть.       Можно манипулировать им, держать на коротком поводке, зная, что Тео будет молчать из инстинкта самосохранения. Он наговорил сегодня слишком много. Но страх делает людей дёргаными. Загнанный в угол Нотт рано или поздно запаникует и ударит в спину — пойдёт и заложит его Повелителю.       Нет. Слишком рискованно.       Держи друзей близко, а врагов ещё ближе. Так, вроде, говорят?       Вот только кем теперь был Нотт?       Он вздохнул, достал палочку и нацелил на Тео.       — Прости, — сказал он тихо. — Но так будет лучше для нас обоих.       Кончик палочки вспыхнул, и он осторожно вошёл в его воспоминания.       Он не стал трогать лишнее, ломать личность или выжигать целые годы жизни. Только сегодняшний вечер, внушая, что этого разговора не было вовсе. Одно за другим воспоминания тускнели и растворялись. Он старался действовать максимально аккуратно. Удалил из памяти мысли о Гермионе и Драко, его помешанность на ней, все их разговоры в Хогвартсе. В новой реальности Тео Драко Малфою было абсолютно плевать на какую-то грязнокровку.       На их место ложилась новая версия событий. Они выпили, поговорили о всякой ерунде, вспомнили школу. Потом Нотт перебрал с огневиски и уснул прямо в кресле. Ничего необычного или подозрительного.       Он проверил, как всё сделано — получилось вполне сносно — и вышел из его головы. Тео дёрнулся, потом выдохнул, тело расслабилось. Драко снял связывающее заклинание.       — Драко? — позвал он, не открывая глаз.       — Я здесь, — ответил он, убирая палочку. — Всё хорошо. Поспи.       Тео кивнул и, кажется, начал засыпать прямо на полу. Драко подождал ещё минуту, потом подхватил его под мышки, кое-как дотащил до кресла и усадил. Нотт свесил голову и засопел.       Драко обвёл комнату усталым взглядом. Взмахом палочки он заставил осколки бутылки срастись обратно и стёр подпалины с ковра.       Стало давяще тихо. Он машинально похлопал себя по карманам и достал портсигар. Щёлкнул застёжкой, но внутри оказалось пусто. Раздражённо выдохнув, он небрежно бросил сталь на стол.       Драко обошёл столешницу, вытащил из ящика бархатный мешочек с высушенным зельем и принялся скручивать новую. Пальцы не слушались, бумага рвалась.       — Чтоб тебя.       Он смял испорченную самокрутку и уже потянулся за новой, когда чья-то рука мягко легла поверх его запястья.       — Ты сделал всё правильно, Драко.       Голос прозвучал совсем тихо, прямо возле уха. Он разжал кулак, позволяя смятой бумаге упасть на пол, и повернулся.       Грейнджер стояла вплотную к нему. Драко осторожно, затаив дыхание, перехватил её руку и переплёл их пальцы.       — Я знаю, — пробормотал он. Но прозвучало это не слишком уверенно.       Он опустил голову, поднёс её ладонь к лицу и крепко прижался сухими, потрескавшимися губами к костяшкам её пальцев. Драко замер в таком положении, ища в этом всём хоть каплю опоры для себя самого.       — Ты довольна? — спросил он едва слышно, не поднимая глаз.       Гермиона ничего не ответила. Она подняла свободную руку и невесомо, бережно коснулась его скулы.       Тёплая. Такая тёплая.       Драко инстинктивно подался навстречу этому прикосновению. Он прикрыл воспалённые глаза, прижался лицом к ладони и потёрся щекой.       — Ты молодец, — прошептала она, поглаживая.       Он зажмурился и рвано выдохнул. Никто не говорил ему такого уже очень давно. Если вообще когда-нибудь говорил.       Драко открыл глаза и посмотрел на неё.       — Я сделаю всё, чтобы мы снова были вместе, — одними губами пообещал он, дотрагиваясь до её лица. — Чего бы мне это ни стоило.