Голод

      Он плеснул в лицо холодной водой и поднял голову.       Из зеркала на него смотрел кто-то чужой: впалые щёки, серая кожа с прожилками синих вен, красные от недосыпа глаза, под которыми залегли такие багрово-фиолетовые круги, будто его долго били ногами. Волосы повисли безжизненными, тусклыми прядями — от былого лоска не осталось и следа. Драко сковырнул ногтем коричневую корку под нижней губой и слизнул выступившую кровь. Когда он её разбил? С памятью в последнее время была настоящая беда.       Он тщательно осмотрел себя, задерживаясь взглядом то на одном изъяне, то на другом. Выглядел он отвратительно, с этим не поспорить. И, что забавно, ему было на это абсолютно наплевать. Давно ли?       Драко всё больше становился похож на Беллу и других Пожирателей. Просто великолепно.       Он понимал, что ещё немного, и от него скоро ничего не останется. Спал он, в лучшем случае, часа три в сутки. И это если повезёт. Есть не хотелось настолько, что иногда он вспоминал о еде только тогда, когда начинало мутить от голода. А постоянное напряжение давно стало до такой степени привычным, что его отсутствие, наверное, вызвало бы больше вопросов.       Но Драко не мог иначе. На кону стояло слишком многое.       Он вытер лицо полотенцем, бросил его на край раковины и вышел из ванной.       Завтрак был в Малой столовой. Обычно Драко не ел с остальными, предпочитая уединение в комнате, но сегодня решил сделать исключение. Он толкнул плечом дверь и окинул взглядом длинный стол. Одни уже ели, другие потягивали напитки, третьи молча смотрели перед собой, стараясь не привлекать лишнего внимания. Атмосфера была тяжёлой. Судя по кислым физиономиям присутствующих, утро не задалось. Либо они успели перегрызться ещё до завтрака, либо Лорд уже успел кого-то наказать.       Драко плюхнулся на свободное место, с противным скрипом протащив стул по полу, и взял вилку. Яичница ожидаемо не вызвала аппетита, но он всё равно подцепил кусок, положил в рот и пожевал безвкусную склизкую массу. Глаза бродили по лицам. Роули сидел с перевязанной рукой, злой и угрюмый. Тед Нотт делал вид, что читает газету, но ни разу не перевернул страницу. Макнейр перекидывался короткими фразами с Яксли. Долохов глушил огневиски и разглядывал Дафну через стол. Небось, уже думал где, когда и в каких позах будет её драть. Отвратительный извращенец.       Антонин любил шляться по различным борделям, накачивать шлюх зельем Похоти, а потом смотреть, как они изнывают от желания.       — Вливаешь в неё стимулятор похоти, и её буквально кроет. Ползает по полу, воет, умоляет, чтобы её трахнули. Сопли, слёзы ручьём, — сказал он как-то. Просто больной.       Пусть ему было и плевать на Дафну, такого обращения не заслуживал никто.       Драко отмахнулся от этих мыслей и вернулся к тому, зачем пришёл сюда изначально. Ему нужен был кто-то тупой и ненужный. Такой, чья потеря не вызовет больших потерь в рядах армии.       Взгляд остановился на самом краю стола: там сидел недавно вступивший в ряды Пожирателей парень. Тот ссутулился и вцепился в нож так, словно ожидал, что в него в следующую минуту кинут Аваду. Впрочем, не исключено.       Драко усмехнулся. Идеально.       Он протолкнул кусок яичницы в глотку и громко звякнул вилкой о посуду, тем самым привлекая внимание некоторых присутствующих. Новенький тут же вздрогнул, пролил немного чая на скатерть и затравленно стрельнул глазами в сторону Драко.       Он не отвёл взгляд. Упёрся локтем в стол, подпёр щёку кулаком, не моргая уставился на парня и приветливо улыбнулся.       Да, он подходил.       Драко смотрел на него где-то ещё с полминуты, а затем поднялся. Поясница ожидаемо заныла. Он отряхнул мантию от несуществующих крошек, толкнул стул ногой так, что тот ударился о край стола, и неторопливо побрёл к выходу. Нужно было перехватить этого придурка в пустом коридоре, пока тот от страха не забился под какую-нибудь лестницу.

🍰🍰🍰

      Драко попытался прикурить, но руку свело судорогой, и палочка выпала из пальцев.       — Твою мать.       Голова после бессонной ночи гудела так, словно под черепом кто-то развёл целый выводок докси. Что само по себе было впечатляюще, учитывая количество дряни, которую он потреблял в последнее время. Зелье исправно приглушало боль, но даже сквозь его действие виски продолжало ломить. Однако, настроение всё равно было на удивление сносным. Ладно, сносным — тоже перебор. Просто сдохнуть хотелось заметно меньше обычного.       Ведь всё вышло просто замечательно.       Этот новенький, Оуэн или как там его, оказался настоящим подарком судьбы. Парень испытывал к Поттеру что-то похожее на уважение. Действительно идиот. Но именно поэтому Драко не видел ни одной причины не воспользоваться такой возможностью.       В одной из книг по легилименции он вычитал любопытную вещь: гораздо безопаснее не создавать новые воспоминания, а менять уже существующие. Слегка сместить акценты, подтолкнуть мысли в нужную сторону, и тогда даже опытному легилименту будет куда сложнее заметить вмешательство.       На то, чтобы научиться делать это как следует, у Драко ушло немало времени, сил и голов.       С Оуэном всё оказалось на удивление просто. После завтрака Драко подловил его в пустом коридоре, разговорил и порылся в памяти.       Дальше оставалось лишь немного подправить детали.       Теперь парень был искренне уверен, что видел Поттера в лесу. Более того, рядом с этим воспоминанием прочно поселилось неприятное чувство, где-то между страхом и уважением. Будто встретил не человека, а какую-то легенду из детских страшилок и чудом уцелел.       Ещё на всякий случай Драко подкинул ему желание выговориться после пары кружек.       Вечером даже потащился за остальными в какую-то грязную забегаловку, хотя обычно на дух не переносил их попойки. Он сидел в тёмном углу, цедил паршивое огневиски и наблюдал.       Оуэн не подвёл, и после нескольких кружек его окончательно развезло. Он почти плакал и в красках расписывал, как и где именно упустил Мальчика-Который-Выжил. Драко тогда едва удержался от смеха.       Разумеется, к утру кто-то заботливо донёс всё Повелителю.       Собрание вышло быстрым. Лорд вытащил Оуэна в центр зала. Когда красные глаза вперились в лицо трясущегося парня, Драко перестал дышать. Он стоял у стены, сцепив руки за спиной, на лбу выступил пот. Заметь Повелитель подвох, найди он хоть что-то — и ему не сдобровать. Тот разорвал бы его на куски прямо там.       Зелёная вспышка — и тело рухнуло на пол. Драко пришлось до боли прикусить щёку изнутри, чтобы не растянуть губы в безумной, торжествующей улыбке. У него получилось.       Мерлин, у него получилось обмануть самого Волдеморта! Это казалось невозможным, но он смог.       Драко наконец прикурил со второй попытки и с наслаждением затянулся.       Что ни говори, а жизнь иногда всё-таки становилась немного лучше.

🍰🍰🍰

      Teddy Hyde — Sex with a Ghost       Драко стоял у окна, глядя на серые облака и голые ветви деревьев, припорошенные ноябрьским снегом. В голове ворочались мысли о том, что делать дальше. Оуэн был лишь удачной разминкой, проверкой собственных сил. Всё самое сложное оставалось впереди.       Салазар, голова просто пухла, представляя, сколько работы ему ещё предстоит. Он так устал.       Женские руки нежно обвили его грудную клетку.       — Грейнджер…       — Тебе надо отдохнуть, Драко. Подумай о себе… Позволь мне помочь тебе.       Проклятье.       Стало тепло. Чувство, которое он давно перестал испытывать к кому бы то ни было. Было слишком приятно и правильно. Он должен был отстраниться, разорвать этот контакт, но не мог заставить себя.              Он не должен был забываться, но…       Драко повернулся. Она стояла перед ним, всё ещё обнимая и прижимаясь так близко, что он чувствовал тепло тела сквозь ткань рубашки. Её лицо было совсем рядом. Она смотрела на него с выражением, которого у настоящей Гермионы никогда не было. Без ненависти и… любяще?       Реальная бы никогда так на него не взглянула.       И от этого становилось только больнее.       Он поднял руки и взял её лицо в ладони. Провёл большими пальцами по скулам, ощущая подушечками гладкую кожу. Это казалось невозможным, но она находилась здесь.       Драко неуверенно приблизился и почувствовал её дыхание на своей коже. Он смотрел в её глаза, бегая взглядом от одного к другому, пытаясь найти хоть один изъян, который выдал бы фальшивку, но не находил.       Она была как настоящая.       Гермиона сжала пальцы у него на спине, вцепившись в рубашку. Её тело подалось вперёд, прижимаясь ещё теснее. А затем она приподнялась на мысках и первой коснулась губами его шеи. Драко выдохнул, прощаясь с остатками здравого смысла.       Это стало последней каплей.       Он сократил это ничтожно маленькое расстояние и прижался к ней губами. Целовал её жадно и грубо, сминая сначала её нижнюю губу, а затем переходя на верхнюю. Нетерпеливо провёл языком, требуя большего, чтобы она открылась и ответила. Её рот послушно приоткрылся, впуская его, и поцелуй стал глубже. Драко тяжело дышал через нос, Гермиона подалась навстречу, тихо простонав, а зубы столкнулись с тихим стуком.       Она была здесь.       Настоящая…       Её пальцы начали расстёгивать пуговицы на его рубашке одну за другой. Ткань разошлась, и ладони скользнули внутрь, касаясь кожи. Побежали мурашки от контраста её прохладных пальцев и жара, скопившегося внизу живота.       Они продвигались вперёд, не разрывая поцелуя. Её ладони гладили его рёбра, ключицы, шею — всё, до чего могли дотянуться.       Они ударились о край матраса. Гермиона упала на спину, увлекая его за собой, и пружины скрипнули под ними. Драко оказался сверху и не стал ждать ни секунды — дёрнул плечами, скидывая расстёгнутую рубашку, и отбросил её в сторону.       Прильнув обратно к ней, он протиснулся между её ног, притягивая к себе за бёдра. Пальцы сжали мягкую, плотную ткань школьной юбки, комкая. Она задралась, открывая бледную кожу.       Он наклонился, снова накрывая её рот своим, глубоко целуя.       — Драко…       Он вопросительно промычал, не прекращая поцелуи и спускаясь ниже — к шее.       — Зачем тебе она, когда у тебя есть я?       Драко остановился.       — …что?       Гермиона мягко провела ладонью по его щеке, глядя на него с абсолютным обожанием.       — Зачем тебе настоящая? — прошептала она. — Она ведь всё равно тебя ненавидит. И всегда будет ненавидеть, что бы ты ради неё ни сделал. Она этого не оценит, и ты для неё всегда будешь врагом. А со мной тебе хорошо. — Её ладонь переместилась к его шее. — Со мной не нужно ни с кем воевать, не нужно каждый день рисковать своей жизнью и что-то доказывать. Тебе не придётся больше терпеть эту боль.       Она улыбнулась.       — Посмотри на себя, Драко. Ты почти не спишь, не ешь. Всё время куда-то бежишь, что-то ищешь. Ты устал. Отдохни, позволь себе быть счастливым. Со мной нет необходимости каждый день притворяться тем, кем ты не являешься. Я знаю тебя.       Её пальцы перебирали волосы на его затылке, и она придвинулась ещё ближе.       — Здесь никто не будет смотреть с осуждением и не будет ничего требовать. Никто не оставит тебя одного. Я всегда буду рядом. Забудь обо всём остальном.       Именно это его и отрезвило.       Забудь.       Былое возбуждение тут же спало. Драко разжал пальцы и отстранился.       — Грейнджер бы так не сказала. Никогда.       Она невинно хлопнула ресницами и приподнялась.       — Нет?       — Нет, — грубо отрезал он, садясь на край матраса. — Настоящая скорее откусила бы мне язык, чем произнесла такую пошлую чушь. Она бы никогда не предложила мне сдаться и отсиживаться по углам. Она была вечной занозой в заднице и никогда не сдавалась, что бы ни стояло у неё на пути. Даже сейчас.       — Ты уверен? — тихо спросила она. — А ты вообще знал её, Малфой?       Пальцы, потянувшиеся за рубашкой, остановились в воздухе.       — Какую Гермиону ты знал? — продолжала она также спокойно. — Ту, что смотрела на тебя с отвращением шесть лет подряд? Ты уверен, что не придумал себе то, за что теперь так отчаянно цепляешься? Ты забыл, что я — это ты? Я знаю всё, что ты чувствуешь. Я знаю, как ты устал тащить это на себе. Я просто говорю то, что ты сам хочешь услышать, и даю тебе ту ласку, в которой ты так нуждаешься.       Воздух застрял в горле, и на секунду он забыл, как дышать.       Всё зашло слишком далеко. Одно дело — позволять себе минутную слабость, разговаривать с ней, и совсем другое — когда твоё же сознание начинает над тобой издеваться, бить по самым больным местам и пытаться затащить в постель.        Мерлин, он чуть не трахнул… кого? Пустоту? Свою же галлюцинацию? От одной этой мысли затошнило.       Какой пиздец.       Он рывком поднялся с кровати, накидывая рубашку.       Если подумать, в последнее время эта дрянь постоянно мельтешила перед глазами, поэтому он забылся. Стал привыкать, расслабился и дал слабину. Позволил себе поверить. Во что? Что с этой иллюзией можно жить? Что она заменит ему реального человека? Драко сам не знал. А она просто жрала его ресурсы, делая его тупым и слабым. Заставляла периодически закрывать глаза на то, что настоящая Гермиона сейчас где-то за пределами Мэнора прячется от егерей. И в конце концов, как бы натурально она ни стонала под ним пару минут назад, она никогда не смогла бы заменить настоящую. С настоящей было трудно, больно и невыносимо. Но именно поэтому она была нужна ему. И именно поэтому он хотел только её.       А эта лишь мешала, путала и сбивала с цели.       — Ты просто мусор в моей голове, — произнёс Драко, дёргано застёгивая пуговицы.       Она села на кровати, поправляя задравшуюся юбку.       — Драко, я же хочу как лучше… Я единственная, кто заботится о тебе в этом проклятом месте.       Злость вспыхнула мгновенно.       — Заткнись! — рявкнул он. — Пошла вон отсюда! Ты мешаешь мне! Проваливай!       Он крепко зажмурился, стиснув зубы, чтобы сбросить с себя это наваждение.       А когда открыл глаза, комната была абсолютно пуста.

🍰🍰🍰

      Весь следующий месяц Драко только и делал, что набивал руку на всяком сброде. Он понимал: лезть сразу к крупным фигурам — верное самоубийство, поэтому тренировался на тех, кто не представлял особой ценности.       Нужно было, чтобы Пожиратели сами перегрызли друг другу глотки. Драко действовал осторожно, не пачкая рук и не привлекая к себе лишнего внимания, стравливая их между собой. На дежурстве он мог невзначай обронить кому-то, что видел, как один из егерей прячет часть награбленного золота. А вечером, столкнувшись с этим же егерем в коридоре, бросить, что тот «кто-то» слишком много вынюхивает по его душу. Даже не всегда приходилось лезть к ним в головы. Достаточно было пары намёков, и они сами бежали закладывать друг друга, лишь бы выслужиться перед Повелителем. Драко с удовлетворением замечал, какими предсказуемыми и тупыми они становились из-за жадности.       Хуже было другое. Посторонние воспоминания постепенно начали забивать голову. Иногда он ловил себя на том, что не сразу мог вспомнить, где был сам, а где подсмотрел чужими глазами. Лица, разговоры, коридоры, драки, попойки — всё смешивалось. В один день ему показалось, что он помнит, как нажрался в какой-то дыре, хотя никогда там не был. После этого пришлось взять за правило каждый вечер перетряхивать собственную голову и избавляться от хлама, пока мозг окончательно не превратился в помойку.       Эти постоянные склоки и предательства лишь усилили подозрительность и без того мнительного Тёмного Лорда. Реддл был параноиком, а теперь стал совсем уж дёрганным. Повелитель понял, что вокруг плетутся интриги, и взялся допрашивать всех без разбора. Допросы со временем стали рутиной, и теперь под раздачу попадали не только рядовые шестёрки, но и те, кто сидел за главным столом.       Так, очередная проверка закончилась для Селвина крайне неудачно. А Драко даже не пришлось ничего делать. Под давлением всеобщего страха вдруг вылезла правда: он, как оказалось, потихоньку искал выходы на кого-то из Ордена. Хотел подготовить себе место на случай, если война вдруг обернётся не в их пользу и придётся менять сторону. Когда Лорд вытащил это из его головы, Селвин даже не успел толком начать оправдываться.       Что ж, одним ублюдком меньше.       А однажды красные глаза вцепились в самого Драко. Это случилось после ужина. Лорд не стал ничего спрашивать, а сразу вошёл в его сознание, и Драко почувствовал, как чужое присутствие врывается в его мысли.       Но он был к этому готов. Вместо того чтобы выстраивать стены и упираться, как сделал бы любой кретин, он наоборот распахнул перед ним двери. Заходи, смотри. Он услужливо подсунул Лорду на поверхность именно то, что тот хотел видеть: слепую преданность и благоговейный страх перед его могуществом. Пусть думает, что Драко трясётся от ужаса перед ним — таким мразям всегда такое нравится. А ещё Лорд увидел вполне искреннюю злость на Поттера и желание его поймать.       Реддл тщательно перебирал то одно воспоминание, то другое, пока не вышел, удовлетворённо промычав. Он увидел все его тренировки, пленных в подвалах, всё, что Драко читал и учил, чтобы быть полезным Повелителю. И это не могло не радовать. Только когда Лорд отвернулся, он с облегчением выдохнул.       Драко шёл по гравийной дорожке в дальней части сада, засунув руки глубоко в карманы мантии, и лениво пинал носком ботинка замёрзшие комья земли.       — Ещё неделя таких допросов, и я сам попрошу, чтобы меня прикончили, — пробормотал он, выпуская облачко пара. — После этих собраний ощущение, будто кто-то весь день долбит мне по черепу молотком.       Тео, шагавший рядом, зябко передёрнул плечами и хмыкнул.       — И не говори. Вчера он полчаса ковырялся в мозгах у Долохова. Я думал, тот прямо там откинется.       Драко пнул камень, и он отлетел в кусты розария матери, стукнувшись о голые, покрытые инеем ветки.       — Мой старик вообще извёлся. — Драко скосил глаза на Тео. — Люциус же вечно хвастался, что его хрен прочитаешь, а теперь дёргается от каждого шороха. Твой-то как? Я видел, он сегодня за ужином сидел больно спокойный.       Тео хмыкнул, пряча нос в воротник мантии.       — Да какой там. Только делает вид. Каждое такое собрание для него — огромный стресс. Мы с ним это не обсуждаем, конечно, но дома он потом рвёт и мечет. Он боится, я вижу.       — А окклюменция? Пусть закроется и всё.       — Ну да. У него после Азкабана все блоки посыпались.       — Славно, — прошептал он, отворачиваясь и наткнулся на неё.       — То, что тебе нужно, Драко, — сказала она, улыбаясь.       «Заткнись и проваливай».       — Ты же не хочешь этого.       Он прикрыл глаза и возвёл ментальные стены, выгоняя это — называть её Гермионой он теперь не мог даже мысленно — из своей головы.       — Что? — переспросил Нотт.       — Говорю, славно, что не мы одни такие ущербные, — громче произнёс Драко и ткнул Тео кулаком в плечо. — Ладно, пошли в тепло, а то носа уже не чувствую.

🍰🍰🍰

      Задание было обычным: проверить очередной заброшенный особняк на севере, где, по слухам, кто-то из Ордена организовал перевалочный пункт. Лорд отправил их группой из пяти человек.       В амбаре они нашли парня лет двадцати, который с перепугу начал уверять их, что знает, где скрывается Поттер. Его оставили под присмотром одного из Пожирателей во дворе, а сами разбрелись по особняку.       Оказавшись внутри, они быстро разделились. Двое новобранцев потащились осматривать верхние этажи, Драко остался на первом, а Тед Нотт спустился в подвал.       Драко неспешно шёл по просторной гостиной, подсвечивая себе путь Люмосом. Под ногами хрустело битое стекло, везде валялся какой-то старый хлам, перевёрнутая мебель и книги. Ничего полезного.       Он остановился посреди коридора и посмотрел на приоткрытую дверь, ведущую в подвал. В голову вдруг пришла простая, но на редкость своевременная мысль. А что, если?..       Этот старик стоял у него на пути. Из головы какого-то очередного недомерка он узнал, что именно Нотту поручили координировать поиски Поттера после провала Долохова и Роули. Никто об этом особо не распространялся, и знало только несколько человек. Драко снова оставили не у дел. Раздражало страшно. И это значило, что Нотт был прямым препятствием.       К тому же, Драко до сих пор помнил каждое слово из того письма, которое Тед передал ему через Тео. Всю эту сраную ложь про Нарциссу и Сивого. Это ничтожество давно напрашивалось на неприятности. Никто не смел так над ним шутить без последствий.       Драко улыбнулся. Прекрасно. Одним махом он убьёт сразу две проблемы: поквитается за то письмо и избавится от преграды.       Он оглянулся на лестницу и запустил Ревелио. Заклинание подсветило два пульсирующих силуэта где-то на уровне третьего этажа. У него было время.       Он быстро наложил на себя Дезиллюминационные чары, следом бросил Силенцио на ботинки и бесшумной тенью направился вниз по ступеням.       Спустившись, Драко остановился в дверном проёме и едва не хмыкнул в голос. Нотт не искал ни тайников, ни следов Ордена. Он расслабленно сидел на какой-то старой деревянной бочке, сбив горлышко у пыльной бутылки, и спокойно пил найденное вино. Вот это преданность делу, ничего не скажешь.       Драко плавно поднял палочку, целясь в затылок старика. Сбросил маскировку и чётко произнёс:       — Петрификус Тоталус.       Бутылка упала из ослабевших пальцев и покатилась по полу, проливая тёмно-красную жидкость. Нотт повалился следом. Тело застыло в нелепой позе, рука осталась выброшенной вперёд, а в открытых глазах застыло недоумение.       Драко брезгливо присел рядом, положил ладонь на голову Теда и без лишних слов вошёл в его разум.       Внутри было мрачно и грязно. Драко грубо продирался сквозь обрывки воспоминаний. Он видел всё — убийства, пытки, изнасилования. Женщины кричали, дети — молчали.       «Салазар, да он ещё хуже, чем я думал».       Он вдруг наткнулся на то, что заставило его усмехнуться. На настоящую причину, почему Поттер был ещё на свободе.       Война была ему выгодна. Пока Тёмный Лорд был одержим Поттером и бросал все силы на его поимку, Нотт под шумок безнаказанно грабил поместья, присваивал артефакты и набивал собственные хранилища. Если Шрамоголовый умрёт, война закончится, и этот золотой поток иссякнет.       Драко просматривал воспоминания, где Тед сжигал рапорты егерей и приказывал перенаправить патрули в пустые леса.       — Ах ты, лживая свинья…       Так вот почему он не мог найти ни одной зацепки. Эта сука всё тщательно подчищала.       Ну и славно. Менять почти ничего не придётся. Драко принялся за дело. Он встроил в память Нотта воспоминание, тщательно пряча его среди настоящих. Так, чтобы даже сам Тед не смог отличить одно от другого.       Когда всё было готово, он аккуратно стёр Нотту память о последних минутах, заменяя её на то, что старик просто перебрал вина, потерял равновесие и свалился с бочки.       Убедившись, что всё идеально, Драко снова накинул на себя Дезиллюминационные чары, выдернул у Нотта несколько седых волос и убрал их в карман. Затем снял Петрификус и бесшумно вышел из подвала, оставляя того мычать на полу в луже вина.

🍰🍰🍰

      — Слушай, а где пленник, которого привели пару дней назад? Мы его нашли на прошлом рейде. В списке нет информации об утилизации. Нотт же должен был им заняться, нет?       Охранник подошёл к нему и заглянул в блокнот.       — Не знаю… Странно.       Драко перевернул страницу, пробегаясь глазами по пустым строчкам, и захлопнул журнал.       — Странно, — вторил он. — Особенно если учесть, что этот оборванец трепался, будто знает, где прячется Поттер. Нотт забрал его на допрос, и после этого — ни тела, ни отчёта.       Охранник побледнел.       — Я-то тут при чём? — пискнул он. — Мистер Нотт сказал, что потом распишется, но так и не зашёл…       Драко пожал плечами.       — Как знаешь. Только когда Повелитель вдруг вспомнит про этого информатора и решит проверить журнал, он не пойдёт стучаться в спальню к Нотту, а спустится сюда. И спросит с того, кто тогда стоял на посту. А Нотт просто скажет, что всё сдал, а ты потерял.       Мужик сглотнул, глаза затравленно забегали по помещению, оценивая перспективы. А они пахли Круциатусом в лучшем случае.       Драко сделал несколько шагов к выходу.       — Но дело твоё, конечно, — небрежно бросил он. — Счастливого дежурства.       Он не успел дойти до лестницы, как сзади раздался торопливый топот ботинок. Охранник, прижимая журнал к груди, чуть ли не бегом пронёсся мимо него наверх, в сторону зала.       Драко проводил его взглядом и улыбнулся.       Ещё там, в сыром подвале особняка, ковыряясь в мозгах Нотта, Драко позаботился о некоторой мелочи. Старик получил настойчивое желание найти тихое место, где его никто не потревожит, и как следует отоспаться. И пока настоящий Тед где-то храпел, Драко глотнул припасённое Оборотное зелье с его волосом.       Его совершенно не волновало отсутствие нужного воспоминания в голове Нотта. Если уж на то пошло, это было даже к лучшему. Повелитель решит, что он сам избавился от него, пытаясь замести следы. А потом начнёт копать. И найдёт именно то, что должен был: пропавшие рапорты, сорванные поиски Поттера и воровство.       В грузном теле он спустился в темницы. Возле нужной решётки маячил сонный охранник.       — Открывай, — хрипло бросил Драко рокочущим голосом.       Тот загремел ключами, а затем промямлил:       — Мистер Нотт… в журнале бы отметить. Кого забираете и куда. Порядок ведь…       Драко шагнул к нему.       — Ты меня правилам учить вздумал, щенок? Мне сейчас не до этого. Или ты сомневаешься в решении Повелителя, а?       Охранник сглотнул, торопливо провернул ключ в ржавой скважине и отступил в сторону. Драко грубо вытащил парня из камеры за шкирку, забрал его с собой и повёл наверх.       Он намеренно выбрал самый длинный маршрут. Волоча за собой спотыкающегося информатора через освещённые коридоры, Драко громко рявкнул на попавшихся навстречу егерей, оттолкнул с дороги домовика. Сделал всё, чтобы как можно больше глаз заметили их.       Он вывел парня за антиаппарационный барьер, к кромке леса. Он плакал, размазывал сопли по грязному лицу.       — Пожалуйста… сэр, умоляю, — забормотал он, давясь слезами и пытаясь ухватиться за край его мантии. — Не убивайте! Я ничего не знаю! Я соврал! Соврал про Поттера, клянусь!       Драко молча смотрел на него сверху вниз.       — Я просто… Я не хотел умирать! — захлёбывался парень, трясясь от холода и ужаса. — И просто ляпнул первое, что пришло в голову, чтобы пожить ещё немного! Я в жизни Поттера не видел, я даже не знаю, где он может быть! Отпустите меня, умоляю, я никому не скажу, просто исчезну…       Драко постоял несколько секунд, глядя на эту жалкую картину. Помолчал. А затем кивнул и взмахнул палочкой.       Невидимое лезвие глубоко распороло парню горло.       Тот забулькал, хватаясь грязными пальцами за рану. Из-под ладоней толчками хлынула тёмная кровь, заливая воротник. В широко распахнутых глазах застыл ужас. Парень завалился на бок, скребя ногами по мёрзлой земле, захрипел в последний раз и затих.       Это было его первое убийство, если не считать тех, кого он лишил рассудка своими экспериментами. Ведь то существование теперь трудно было назвать жизнью. Но сейчас он своими руками, осознанно, оборвал чужую.       Драко знал, как тяжело это давалось другим. Помнил рассказы о том, что убийство раскалывает душу, сводит с ума, оставляет несмываемое клеймо. Он стоял над трупом, сжимая в руке палочку, и ждал, что его накроет. Ждал, что внутри что-то надломится, руки затрясутся, а к горлу подкатит тошнота от осознания того, что он только что натворил.       Но секунды шли. Ветер шевелил голые ветки.       А внутри было абсолютно тихо. Ни страха, ни чувства вины. Не было даже удовлетворения или облегчения от того, что план сработал. Пусто. Убить человека оказалось до обидного просто.       Он постоял ещё с полминуты, прислушиваясь к себе и наблюдая, как тёмная лужа впитывается в покрытую снегом землю. Затем развернулся и зашагал обратно к воротам Мэнора.

🍰🍰🍰

      — Ты ничтожество, — причитал Волдеморт. — Ты возомнил, что можешь вести свою собственную игру за моей спиной?       Нотт-старший стоял на коленях в молящей позе.       — Мой Лорд, умоляю! — чуть ли не хныкал он. — Это ложь! Клянусь вам, я бы никогда…       — Ты всё это время обманывал меня, — констатировал Тёмный Лорд. — Утаивал информацию. Решил, что умнее всех вокруг? Умнее меня?       — Нет! Мой Лорд, меня подставили! Я ничего не скрывал! Это егерь…       — Не надо врать мне! Я сам всё прекрасно видел только что, — отрезал Лорд. — Ты променял великую цель на свою жадность. Как ты посмел предать меня?       — Повелитель, клянусь своей жизнью…       — Твоя жизнь мне больше не нужна. Круцио.       Нотт с воплем повалился на пол. Он извивался, сдирая в кровь ногти, и выл так, что закладывало уши, но никто из присутствующих не пытался ничего сделать. Драко равнодушно смотрел на этот дёргающийся у его ног кусок мяса.       Из темноты бесшумно выскользнула Нагайна. Она обвилась вокруг ног вопящего Теда, медленно ползя вверх по его телу. Нотт захрипел, пуская по подбородку слюни вперемешку с кровью, пока толстые чешуйчатые кольца сжимали его грудную клетку. Сквозь крик послышался отвратительный хруст. Видимо, лопнули рёбра. А когда змея добралась до шеи, он забился в конвульсиях, пытаясь оторвать её от себя. Но Нагайна сжалась с невероятной силой. Его голова неестественно дёрнулась вбок, и он замолчал.       Наступила тишина.       Все собравшиеся застыли на своих местах, боясь лишний раз пошевелиться. Драко посмотрел на Тео. Тот смотрел на труп отца широко раскрытыми, неморгающими глазами. Лицо у него было белым как мел.       Интересно, о чём он думал? Ему правда было любопытно. Что там у него внутри? Горечь от потери? Или всё-таки облегчение? По-хорошему, Тео должен был прыгать до потолка от радости. Этот старый ублюдок бил его за любую ошибку и всю жизнь обращался с ним хуже, чем с домовым эльфом. Так что, если вдуматься, Драко оказал ему огромную услугу, избавив от папаши-тирана. Нотт должен ему как минимум огневиски в качестве благодарности.       Тишину разрезал голос Лорда:       — Драко, останься. Остальные свободны.

🍰🍰🍰

      Кабинет старика Нотта был в полном беспорядке. Драко сидел за массивным столом, брезгливо перебирая горы пергаментов. После того, как Нагайна переломала Теду кости на глазах у всего зала, Лорд назначил его ответственным за поиски Поттера.       Салазар, он сегодня точно напьётся. Не могло всё идти настолько хорошо.       Драко потёр ноющие виски, отбросил очередную бесполезную смету по изъятым котлам и потянулся за самокруткой.       — Всё так, как ты хотел, Драко? — раздался спокойный голос из угла.       Она сидела на стопке конфискованных министерских папок, свесив ноги и с интересом разглядывала корешок какой-то старой книги.       Драко не ответил. Прикурил, затянулся и выпустил дым в потолок.       В дверь неуверенно постучали.       — Войдите.       На пороге переминался с ноги на ногу один из егерей — грязный, небритый тип со шрамом через щёку. Он несмело переступил через порог и подошёл к столу.       — Мистер Малфой, — хрипло начал он, комкая в руках грязную шапку. — Мне сказали, что отчёты по патрулям теперь к вам…       — Клади на стол. — Драко кивнул на свободный край столешницы, стряхивая пепел в чернильницу. — Что там? Очередная пустая стоянка?       Егерь подошёл ближе, положил сложенный вдвое кусок карты и пожелтевший рапорт.       — Да вот в том-то и дело. Мы наткнулись на неё ещё дней десять назад. Нотт велел забить, сказал, что это обычные беглые грязнокровки, нечего людей по лесам зря гонять. Но там… как-то странно всё.       Драко посмотрел на бумагу, но не притронулся к ней.       — Насколько странно?       — Мы когда наткнулись на периметр, три палочки сожгли, пока пытались пробиться. — Егерь почесал заросшую шею. — Там стояли какие-то мощные Защитные чары, которых мы не узнали. У нас один дурак сунулся — ему половину лица снесло. А внутри пусто. Только зола горячая.       Драко поднёс самокрутку к губам, но так и не затянулся. Она дрогнула в пальцах, столбик пепла упал на мантию.       Мощные Защитные чары. Непробиваемый периметр, отбрасывающий проклятия обратно в лицо. Обычные беглые грязнокровки не способны сплести ничего сложнее примитивной сигналки от диких зверей. Чтобы создать барьер такого уровня, нужны мозги и идеальное знание теории.       Грейнджер.       Это точно была её работа. Больше просто некому. Или ему хотелось в это верить.       Драко посмотрел в угол. Она сидела, беззаботно размахивая ногами, и с интересом слушала их разговор. Заметив на себе её взгляд, Драко тут же отвернулся, уставившись на тлеющий конец самокрутки.       — Это то, о чём я думаю? — с любопытством спросила она.       Он затушил окурок, стараясь, чтобы движения оставались плавными и равнодушными.       — Где это было?       — Лес Дин, мистер Малфой. Там глушь, маггловские территории. Мы там больше не патрулировали по приказу… ну, бывшего начальника.       — Свободен.       Егерь кивнул, явно обрадовавшись, что его не стали наказывать за старые косяки Нотта, и быстро испарился за дверью.       Драко остался один. Он подтянул к себе карту, развернул её. В районе леса Дин был криво нарисован красный крест.       Она спрыгнула с папок и подошла к столу. Остановившись рядом с Драко, склонилась над картой, почти касаясь его плеча, и ткнула пальцем в красный крест на пергаменте.       — Ну вот, — тихо сказала она. — Ты меня нашёл. И что будешь делать теперь?       — Не тебя. Убирайся.       Драко откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза.       Вот оно. После месяцев бесполезной беготни, лжи и пустых отчётов у него наконец появилась настоящая зацепка, и ответ всё это время лежал в ящике старого ублюдка.       Он раздражённо потёр лицо ладонью.       Если это окажется очередной пустышкой, он лично воскресит Нотта и убьёт ещё раз. В этот раз лично.